Красавчик
26 августа 2020 г., 16:39
POV Хёнджин
Я сел на ветку, оттянул тетиву и нацелился на огромного дракона. Стрела под прямым углом бы вонзилась, если бы пролетела быстро и с большой скоростью. Закрываю глаза и вижу только его, но меня останавливает рука друга. — Глянь туда. Эльфийские черти. Не разу в жизни такой чертовщины не видел. Настоящий маг, который пытается успокоить дракона. Все там, ну, драконов боятся, увидят их и бегут, а этот самоубийца. Кажется, он знает своё дело, но нервничает. Даже мы не думали наведаться в гору драконов, потому что их уничтожают. А этот, походу, вообще живет среди них. Он медленно подбирался и что-то говорил. «— Домой хочешь? Я тоже, сегодня ел вот этот вкуснейший хлеб. М-м-м, попробуй.» Что за методы такие? Я передумал, он вообще не спец, ещё бы себе в рот положил, а другую часть ему бы дал. Хотя… я бы его хлебушек не взял, вдруг кусочек отравлен. Я полностью снял стрелу и надел через себя лук. «— Если ты хочешь домой, я могу помочь, но ты погляди, что ты сделал бедным эльфам. Хочешь вернуться к себе домой, придётся помочь. Они не виноваты в том, что ты устроил пепелище посреди леса. Правильно?» — Генри, сползаем, эти чудики заодно. Генри зашевелился, ему явно не понравился рёв. Но я уже отсюда доверяю этому недоучке. Драконыш тоже малыш. Он приуменьшился и не выглядит больше страшным. Я уже вздыхаю, чтобы друг был решительные, скука прям льёт из меня. Если мы здесь ничего не можем поделать, почему просто стоим? — Ты уверен, что их стоит оставлять? «— Я обещаю, и ты обещай, что больше не причинишь кому-то боль. Это очень плохо! Тебе же не нравится, когда тебе делают больно?» Я ударил себя по лицу. — Да ладно, они же как два котёнка, только клубочка нет. Пойдём проверим дома. Там ещё есть горящие, я уверен. «— Вот видишь! Давай лапу, а я тебя буду кормить. Любишь рыбу?» Их идиллия не кажется скучной, но у нас есть много дел, а так бы я заснул на той ветке и миловался тишиной. — Пошли. Мы слезли и обедали все дома, но они были только мокрые и обгорелые. Все скрылись и пережёвывали найденные вещи, что выжили. Люди ходили в изумлении, и ребёнок вот-вот под ухом где-то взвизгнул: «Мама, ты не поверишь, пришли двое дяденек, и один другому зуб выбил, наколдовал себе много веток, что подняли его ввысь, а второй начал плеваться как шланг! И он быстро потушил те дома». Значит, колдунов было двое. Генри услышал тоже самое и повернулся к ещё чистым домам. — Надо догнать тех парнишек и поблагодарить. Сходи в конюшню и проводи гостей, а я помогу разобрать развалины и уместить в целые дома бездомных. Он отдалялся и не смотрел на меня, а мысли выливались ливнем после засухи. Ну почему я? Они, как назло, где-то впереди. Поэтому нужно быстро выгружать мою кобылицу. Эта великолепная красотка так и ждёт меня, знает, что я возьму ещё кого-то, но не возражает, потому что вся её любовь целиком и полностью отдана ей. Чёрная грива легко вьётся. Открываю калитку из стойла, она идёт по протоптанной тропинке. Меж деревьев видно только поле на закате. Поворачиваю голову на шуршание и вижу там, как падает тот самый паренёк-волшебник, и невольно смеюсь. Надо прочитать его мысли, пока он ещё никуда не убежал: — Вам помочь? Его козырёк на шляпе больше, чем нужно, поэтому видно из-за неё только губы, когда он вроде бы смотрит точно на меня. Он мог не услышать, ведь сам что-то непонятное бормотал здесь в ярости. — Парень, может, тебе и там удобно, но вы вроде бы так спешили, что даже не дали толком разобраться, что произошло и как вы усмирили существо. Как какой-то мальчик с сумкой потушил пятьдесят домов? Я размахиваю руками, показав в лес, мол, «деревня там моя, ты её спас», понимаю, что он не способен на спасение, просто смотрю, что он опрокинул колпак на резиночке. Все взрослые мужчины так делают? Нет! Ему лет десять и не больше, он маленький и рассеянный, даже если лежит на земле, я уже вижу все и сразу. «Просто замаринуй меня, мой господин». О чём ты, господи, думаешь? — Да, слушаю вас. — Я говорю, сами поднимитесь? Я хочу посмеяться, но протягиваю руки и заранее уже не смотрю в глаза, чтобы снова не нарываться на его интимные мысли. Лучший собеседник, скорее всего, его брат. Но мальчик поднялся с помощью моей руки. — Я так понимаю, он ваш друг или брат? — Друг, простите его, он просто устал. О-о-о, я не думаю, что вы хорошо знаете своего друга, раз он устал. — Всё в порядке. Уже солнце село, не желаете, чтобы я вас проводил? Хотя этого будет недостаточно, чтобы отблагодарить вас. — Что вы? Я уверен, что этой помощи будет достаточно, мы как раз боимся с Джисоном за нашу сохранность. Дракон забегал, чем немного спугнул Ками. Она не совсем разозлилась, а этот маг, что стоял позади меня, её сумел успокоить. Он уже отвис и превратился в нормального человека, который гладит по морде мою лошадь, может, действительно устал? — Эй! Что ты хочешь от меня? Дракон явно настаивал, когда брал в крохотные зубки руку мальчика и подкалывал на голову себе, доводя до спины, на место после крыльев. Собаки и кошки используют что-то подобное, но для их головы, чтобы почесали за ушком или приласкать шерсть на загривке, лбу. — Я думаю, он хочет вас прокатить, сэр. Милый мальчик округлил глаза, но дракон только закивал и опустился на попу, чтобы ему было удобно со мной со спины сесть. — Правда, Сынмин, не бойся, а ты, — ох уж этот боевой маг, наконец-то, — не нарушай правила моего друга, хочу, чтобы он точно был жив и не ранен. Сынмин правда сел и придержался за торчащий рог из головы, а дракон, сложив крылья по бокам, просто бегал, подражая коням, похоже, рысцой. Мой маг уже вовсю разговаривал с моей лошадью о погоде, в прямом смысле этого слова. — Фу, ненавижу дожди. Ты хоть представляешь, как мой костюм выглядит во время дождя? Уму непостижимо! — Кхм-кхм. Он виновато оглянулся, опустил вниз руки и мял пальцы. — А что ты замолчал? Ты, оказывается, умеешь говорить. Залезай, Джисон. — Я не умею. — Какой странный, с лошадью общаешься, а залезать не умеешь. Я определенно издевался над ним, потому что сейчас он чувствует за собой вину передо мной, а не чувство того, как он спас людей. Почему передо мной? Потому что он ведёт себя так только при мне, а не при драконе, лошади, друге — им он отвечал заметно быстрее и без раздумий. Я показываю ему стремя и ленчик. — Сюда встаёшь левой ногой, правую перекидываешь через седло, а сам, как сядешь, берёшься за ленчик, чтобы не упасть. Ясно? — Понятно. Он на носке ботинка потянулся, чтоб попытаться усадить свою попу, как перекинул ногу. Но был на крупинку ниже меня, поэтому я ему помог и подсадил под попу, чтоб сразу влетел на седло. Волшебник сделал всё, как я попросил. «Вот что мне теперь сказать, всё? А можно поскорее домой? Я не ужинал и устал? Интересно, а он ел?» — Хотел спросить, но… я думаю, сначала поедем. Подвинься, я сяду сзади. Всё то же самое, но легче. Я взял поводья в руки, и мы поехали. Сердце мага застучало, он сидел как на иголках и крепко-крепко держался. Впереди нас уже разбежался дракон по фиолетовому полю. Сынмин запищал, а дракон взлетел. — Круто! — То есть ты бы хотел также полететь? — Кто так сказал? — он бесстрашный, лошадь моя — ему вторая подружка, для деревни он — герой, а я ему не показатель уважения. — Эм-м… вы хотели спросить. — Я эльф и у меня пять имен, назови хоть по одному, хочу прозвучать уважительнее. — Простите, по какому лучше? — Хёнджин, только если вам сильно понадоблюсь, скажите, что вам нужен Хёнджин. Но везде зовите по отцу Хван. Не могу прочитать, что думает маг, но буду думать, что о друге, у которого волосы стали одуванчиком, но он стал выглядеть счастливее, хотя не обращал внимание на Джисона. Дракон всё набухал обратно. — Как вы оказались около нашего леса? — Нам нужно было за день набрать чешуи для зелья. — Взяли бы там, где поближе. — Нам нужна была русалочья чешуя. — Хах, ну и как? Достали? — Кровью и потом. Стоп, а где мой посох? Он оглядывался, посмотрел на Мина и дракона, а потом я вспомнил, как решил его взять с собой, но продел под ремешком колчина. — У меня он, не беспокойся. Он заохал, схватился за сердце, а второй рукой как бы коснулся моего колена, облокотясь не со зла. Но тут же одёрнулся и сел прямо. Ну почему же? Мне вот понравилось. — Больше не заходите так далеко одни, если вы уходите из долины русалок в столь поздний час. Лучше заверните к нам, я подвезу. — Я надеюсь, не надо будет так далеко заходить. Не хочу вас волновать лишний раз. — Хёнджин. — Да, Хёнджин. Он вынашивал в тот час в себе какие-то глубокие мысли, потому что опять выламывал пальцы. Слишком длинная ведьмачья мантия, которая, как мешок, сидела на нём, а колпак со сломанным концом похож на крышку бака с мусором, что качался по сторонам из-за лошади и бил в лицо иногда. Я оттянул назад и понял, почему Джисон отклонился, ложась на меня, показывая белоснежную шею. Резинка от шляпы легла и удерживала его кадык. Он нервно поднялся и опустился. Я отпустил шляпу, которую он перехватил пальцами и снял с головы вообще, разрывая зрительный контакт, а красная полоса от резинки красиво разрезала его шею. И снова сел, выпрямился. Заставляет иной раз усмехнуться над всей неловкостью. А я готов поклясться, что видел в его чёрных глазах звёзды. — Хёнджин. — Да? — На горе, я видел с дерева, были чужаки, тоже будьте осторожнее с вашим поселением. Беспокойство за меня такого очаровательного мага значит больше, чем что-то ещё для меня в этот момент, но пусть знает, что я польщен им намного больше, чем другими девушками, что я видел. Никакие для меня опасности уже не имеют значение. Можно он будет жить в моём лесу, мама? — Мы недавно проверяли, но действительно, на нашу сторону леса даже сбежалось больше животных. Часто возле дома теперь видим кабанов и косуль. Надо пробраться ближе. — А если там не простые разбойники, а что-то посерьёзнее? — Пойдём на войну. — Я думаю, это слишком неправильно, нужно делать несколько заходов. — Как вы знаете об этом? Вы же маги. — Это инстинкт самосохранения, не хочу, чтобы родители узнали, что я рано умер, хочу умереть с длинной бородой мудрости. — Тебе не пойдет борода. Джисон очень оскорбился, наверно, если кумир, на которого он хотел быть похожим, носил длинную бороду, был очень умным. Он злобно глядел через плечо, а потом смотрел в сторону, надув тонкие губы. — Ты говорил, хочешь почти полететь, а знаешь, что уже полночь? — Чёрт, я очень сильно опаздываю, можно закрывать твою лошадь? — я поднял бровь вверх, думая, что это плохая идея, а ещё хуже, если мы сразу разобьёмся насмерть с высоты. — Я обещаю, что Ками понравится. — Как ты уже успел? — Ну так можно?***
Джисон потёр посохом каждую ногу Ками, поговорил с моей лошадью о том, что они могут летать в течение часа точно. А моей лошади эта идея понравилась, поэтому я её разогнал, она отвернулась от земли и полетела. Это было неожиданно, маг настолько крепко держал седло, что его костяшки белели. Интуитивно, но я сделал то же самое, положил руки на ленчик, большим пальцев задев его мизинец на правой руке, а своей грудью оказавшись вплотную к его спине. Ками брыкнула от недовольства, Сынмин на драконе ровно сделал петлю вокруг нас. Мин чуть не упал, и дракон виновато улыбнулся зубастой мордашкой. Мы улыбались, а кобылица попробовала пронеслись боком. Я ещё лучше сжал Джисона, ногой обнимая свою лошадь. Ками выровнялась в небе. Пришлось так не сжимать мага, и Джисон рукой погладил её по шее. Они лучшая друг другу компания. Мы неслись в метрах трёх от земли и видно было дома, сначала поселения, а потом город. В нём кое-где сохранили свет некоторые окна, а дымчатые облака окружили флюгеры на самых больших домах в городе, но один флюгер указывал на нас. А может, показалось. Дракон летел сзади и тоже начал снижаться. Копыта постучали чуть медленнее по камню, дракон следовал за нами в этом месте. Джисон вёл уже Ками, словно настоящий наездник. Горжусь незнакомым мне магом. — Мы приехали. Я, как джентльмен, слез первым, и Джисон хотел слезть сам, мешкаясь, но я его просто снял на руках. Наши лица были близко, и он испуганно смотрел на меня, а у меня действительно ощущения, что держу в покрывале маленького котика. — Ну… спасибо за помощь, ты очень помог тем, что доставил нас невредимыми. В ту минуту я бы хотел его поцеловать, но у меня хорошее боковое зрение и я видел пошевелившуюся занавеску. — Спокойной ночи, Джисон. — Спокойной ночи, Хёнджин. Я отпустил его и взял лошадь под уздцы, провожая взглядом Сынмина, мага и их нового друга. Я знаю, что в мою сторону не выходят окна на остальных этажах, но стою и думаю, что хочу уйти только тогда, когда он ляжет спать. Минут через пять на меня из окна опять посмотрели, но уже открыли дверь. А из него выходил парень с шаром, вместо посоха. Меня воспитывали быть вежливым. — Здравствуйте.
