След смерти
29 августа 2020 г., 15:25
Чанбин проснулся от скверного лая. Дай раздавался откуда-то с улицы, а потом стих, от этого их домашний новоселец тоже взвыл. Скверная собака. Вообще он все считал скверным, если это было с утра. В это время суток могли приехать дальние родственники, случится беда, потому что под вечер самая страшная беда- Чанбин не стерпел и подошел к плите.
Пес лаял на первом этаже и скребся о дверь. Со с матами спускался, а Машихо вздыхал, зажигая печь.
–Чанбина, своди его погулять- он весь изнылся и дай имя, мы не можем его вечно звать псом. Он разве не заслуживает хоть малого звания, вроде «лихач»?
–Чанбин своди собаку погулять, Чанбин назови, а потом что? Если он насерит мне тоже за ним убирать, потому что я его спас?!
Со поворчал, умылся, поел и покормил пса, потом послышался скулеж и он хмурил брови, пес лег на спину и сделал щенячьи глазки.
–Ну я так и понял, не дождешься теперь у меня! Я лучше прогуляюсь и узнаю вместе с тобой кто был утром в нашем лесу, чем почешу твое блохастое пузо.
Песик быстро сходил за импровизированным поводком, который сделал младший гном из старых веревок. Они шли глубже в лес, который пах сыростью и чем-то чудовищным, песик не особо дальше рвался вперед, что более интриговало. Поднимаясь на небольшой холмик, Со встал, а собака замерла. По тропинке было раскидано много собачьих тел. Их обнаженные пасти были залиты черной жидкостью. Они не создавали определенный узор, не накиданы в кучу, они были будто в драке, кусали или рвали что-то грязное, и тут их будто раскидало по пути. Их крови тоже было достаточно, ими были обмазаны деревья, у некоторых собак были открытые переломы и ребра создавали сито из меха на боках. У псов были пустые глаза, с застывшим ужасом.
Песик Чанбина встал и опустил уши, задние лапы задрожали и он сам опустился на попу, бросая хвост как тряпку. Со опечалился, все эти псы были бело-золотые, как и его пес.
–Это была твоя семья?
Он ничего не ответил, даже хвостом обычно не махнул, не посмотрел глазенками-пуговками. Только земля возле начала намокать. Возле был дом начальника Чхве и вся родня гномов убирали трупы. Их вывезли на земляную кучку, где хоронили гномов, собак и кошек, да вообще это было кладбище только для самих леса владельцев-гномов. Чхве поставил им безымянные оборвыши коры, на которых вывел цифру и их всех закопали в одной могиле. Старый гном в очках и со старостью в глазах почесал бороду и грязный постоял над ними, сняв зеленый колпак.
Песик не стал довольнее. Отчего-то Чанбин привязался уже к этому псу и чувствовал даже родство. Он подхватил опечаленного друга и отнес, гладя по голове в их дом с Машихо, в свою комнату. Трудно было заставить Со взять малыша на второй этаж, а тут он сам его положил на деревянную кроватку. Машихо и Чанбин поели вечером, а песик есть не стал, заплакал. Чанбин разговаривал с ним, зная что собаки не могут разговаривать.
–Поешь, тебе легче станет. Они уже мертвы, им не нужна твоя жертва едой.
Правда, но пес прыгнул и лег на деревянный пол гнома. По темному окну застучали капли дождя. Гномы решили, раз погода сегодня была нелегкой, то можно поработать завтра, а потом сходить за помощью к тем магам. Они просили сообщать о странностях. Чанбин тоже недовольно обдумывал выбор младшего гнома, но половицы скрипят только от его тяжелых шагов, он живет дольше, чем эти деревяшки. Он помнит, что когда-то у него были родители и тогда они ушли на войну, оставляя маленьких гномов вместе. Чанбин спустя лет пять встретил маленького племяша и забрал в свой пустой дом, в котором теперь жил он один. Настал его черед, но он не хочет оставлять Машихо одного, как оставили родители.
–Слушай, малыш. Я знаю, что тебе ни в какое горло не лезет эта колбаса, поэтому давай поговорим.–Чанбин отложил тарелочку с колбасой и сел на пол, гладя пушистый мех. Слезящиеся глазки посмотрели на Со и «малыш» придвинулся, положил голову на колено.
–Мои родители давно-давно ушли на войну с южными демонами, тогда мы жили втроем. Видимо скоро начнется еще одна, останься и позаботься о Машихо, ты думал как вернуть мне долг за спасение души, ну вот так.
Собака не кивнула, лизнула в щеку и залезла под одеяло, ловко прыгая через плечо Со. Гном вздохнул, положил колпак и переоделся, повернувшись в сторону пса.
–И тебе спокойной ночи.
Ночь тянется, только гном отекает за ночь, его конечности быстро устают в неудобной позе, солнце как всегда палит в глаза, а поворот в другую сторону становится падением, и не в переносном смысле. Что-то хрустнуло в гноме, а на его половину влезла длинная белая нога. Чанбин аккуратно выглянул из-под края кровати, а на её глади валялось красивое человеческое тело. Но это был парень лет 20, блондин с красивой формой лица, носа, а на них были веснушки, красивые глаза и с длинными ресницами. Они тоже посмотрели в ответ:
–Доброе утро, Чанбин-хен.
–Ты кто, ***** черт возьми такой?
–Меня зовут Феликс.
Он встал и спустился, не стесняясь излишней ноготы. Машихо по-девичьи визжал, но вначале нужно было самим понять, прежде, чем другим объяснять.
Чанбин сел за стол только в рабочих штанах, Феликсу одолжил одежду Таката.
–Ну так, ты кто. И между прочим, Таката, ты не видел моего пса? Как ты просил, я ему дал кличку.
–Да, кстати, мне нравится называй меня так почаще.
Гость посмеялся грубым голосом. Машихо отказали его же речевые способности, о том, что мысль дошла до ума Чанбина, оповестил звонкий тостер.
–*****, что, прости?
–Уж ты-то точно должен знать.
–Почему я должен знать. Я не интересуюсь и поэтому не знаю.
–А я думал, что тебе будет интересно послушать про то, как я тебя еще тогда около пещеры вашей запечатлел, –Феликс обычно от чашки отпил чая, а у Машихо уже горели тосты.
–Повторюсь, *****, что, прости?
*****
Волшебники во всю варили нужные травы. Джисон с недоверием переваривал ману и медитировал 3 час, находясь в полной прострации, полы его мантии свисали, а сам он парил в сантиметрах десяти над полом. Сынмин тренировался на верхнем этаже с Минхо в военной подготовке.
В двери громко постучались, Джисон упал и мягко потирал задницу, в то время открывая двери. На пороге были гномы и человек. А нет, не человек.
Сынмин с полным лбом нарисовался и впустил гостей, усаживая их на мягкий диван.
–Привет, как тебя зовут?
–Феликс.
–Красивое имя для оборотня, в прошлый раз мы думали не раскрывать твой секрет, но думаю, ты не зря его скрывал.
–Я думал, мы придем не разговаривать о расах, а поговорить по делу, а тут как всегда.
Чанбин был жутко недоволен, Уджин разделил с ним соседство за стулом, мол рассказывайте:
–Вчера утром мы заметили семнадцать трупов оборотней в лесу. Примерно так же было лет 150 назад.
Уджин видел напряжение и негодование в гноме, все молчали исходя из солидарности.
–Мне тоже рассказывали про это, но не говорили как сражаться с тем, чего не видел. Я понимаю о чем чем ты говоришь.
–Могу ли я помочь?
–И я! — Феликс протянул вверх руку.
–Я хочу чтобы ты был с Машихо.
–Нет, я смогу тебе оплатить только в бою.
Джисон прошептал Уджину на ухо и тот покачал головой, подошел к шкафу за большим свертком, разложил его на столе, где было схематически определено поле битвы из видения Сынмина.
–Я думаю вы бы оба могли нам помочь. Нам вообще нужно как можно больше воинов, наш враг имеет не меньше ста своих копий. Это поле битвы — нам нужны дополнительные части армии для заднего хода. Не многие эльфы согласились воевать, их хватит только на первую линию нападения. Мы с Джисоном будем скорее поддержкой, в битве мы сможем больше защитить, чем ранить.
–Я могу привлечь около 7-10 гномов, если этого будет достаточно. Больше не согласятся.
–Поймите, враг не человек, если мы все только наполовину люди, мы можем создать легкий порядок. А эти чудовища вообще не люди- они только распространяют хаос. Мы защищаем наши общие земли: лес гномов, эльфов, горы псов и драконов. И город.
Все покачали головами. Разошлись, договорившись с первыми лучами быть на поле.
Сынмина это тревожило, он никак не не мог помочь, решил быть жизненной силой, главное не позволить проникнуть врагу на их линию. Этим должны заниматься все части их небольшой армии. Минхо учил сражаться на мечах, а сам вырабатывал силу. Сжимал кулаки, отжимался, разбивал костяшки в кровь, которые перебинтовывал Сынмин, целуя его руки.
–Что именно тебя тревожит?
–Будущее, я видел то, что должно произойти.
–Давай вместе создадим другое.
–Не получится, я видел много путей этого будущего, ты не можешь повлиять на того, кто умрет.
Мун затянул узел и спрятал лицо в руках. Сел около серой стены, все его мысли были об одном. О том, сможет ли он сделать нужный выбор. Все, что предсказал он в ночь гаданий. Минхо сел возле.
–Ты не знаешь на сто процентов.
–Нет, я знаю! Мы не можем сделать как надо, решение зависит не от тебя!
Сынмин заплакал, утирая сопли розовым платком. Минхо хотел помочь, но:
–Не трогай меня, я хочу побыть один, не ходи за мной.
Ладно. Все слышали в доме об этом скандале, Уджин сделал вид, что ему все равно, Джисон притворился глухим, повторяя заклинание. Его бедный Мун.
–Минхо, не переживай сильно, лучше поспи и отдохни до утра. Завтра не отоспаться как следует. Сынмин не со зла, он вообще не верил в свои силы, но когда гадание о Дьяволе, исправляющим старые грехи, стало сбываться, то он начал подходить к своему дару избирательнее. Такова судьба магов и их семьи.
Минхо не может поверить в это точное описание его самого. Он не слышал это от Муна, даже в тот день, когда Минхо привез его с пляжа, он слышал только о войне на поле спустя час после рассвета. Он вник в это все и согласился биться. Он согласился, потому что могут быть жертвы.
Вампир медленно шагал по темным улицам, пока садится солнце и пинал дорожные камушки. Потом ему навстречу побежал человек и обнял. Он поднял глаза на Сынмина. Сынмин сам понял, что перегнул, но его бочка резко переполнилась, Он совершенно случайно сорвался, на первого попавшегося рядом человека.
–Прости. Я не должен так говорить, просто я очень боюсь. Джисон, Уджин, ты или я- неважно кто умрет, мне будет только очень больно. Если умрет Хенджин Джисону будет плохо.
–Правильно думаешь, но все равно негативно.
–Ты о чем? –Сынмин тер глаза, пока Минхо поцелуем украл скромную слезу.
–Я хочу тебе показать нечто, что делает меня сильным.
Минхо шел под ручку с Муном, тот кивнул и они продвинулись по тротуару и скоро встретили длинную, нескошенную тропинку к замку Ли. Там, через садик стояли могилки, огражденные витиеватым железом. Они были ухоженные, в отличие от тропинки. Сынмин прочитал имена и годы смерти, Ли сел и положил цветы всем, что набирал по пути в руки.
–Я хотел тебе это показать. Моя самая большая ошибка-их смерть, я больше не хочу, чтобы так случилось.
–Такого больше не будет, –Минхо прыснул, его плечо накрыла ладошка.
–Я думал, ты бежишь меня ненавидеть как узнаешь правду.
–Как я могу, если знаю какой ты внимательный и заботливый, — Минхо сжал ладошку на плече. Не правда, про заботливого и внимательного.
–Позволь помочь.
–Защищай дорогих мне людей. И будь рядом, хочу придавать тебе сил, а не слабости, понял? –Сынмин зажал его щечки и поглаживал пальцами щеки.
–Понял.
Тем временем у Хана в боку кольнуло и он решил, что хватит с маной и пошел добывать много еды чтобы было много сил. Их план продуман до мелочей, вроде если кто-то пропустит это время, чтобы была замена. Хана Уджин достаточно научил всем заклинаниям из разных нужд, подарил ему свою книгу и сказал, что в ночь покажет нечто, о чем он обязан знать. Но если сейчас Джисон массирует все мышцы, встает в позу коровы и массирует даже ягодицы, откусывая бутерброд с огурцом, помидором, колбасой, то Уджин отдыхает, а просыпается, когда тот подавился.
–Если у тебя токсикоз, я не буду помогать с родами и чур крёстный- Сынмин.
–Смешно шутишь, хён.
–Ну, а что же ты сейчас выкрадываешь все запасы из холодильника. Я знаю, что вы с Хёнджином не видитесь уже три дня, но пойми, еда не виновата.
–Он виноват. Я знаю, что он сам будет биться, но он сказал, что делает дом, — Хан переминает пальцы, круглыми движениями гладя костяшки, рассматривая Ужин в излюбленным месте, –Когда я услышал это, то вообще не поверил. Делает наши отношения более, чем даже официальными. Дает мне надежду, а потом я его буду ждать. Он не шутил, а я завтра должен сделать все возможное, чтобы защитить его.
Уджин возможно еще больше старался понимать Джисона, чем тот его. Делал лицо полное ностальгии и ногой отталкивался от пола, вздыхая и гладил младшего по голове, осознавая, что прекрасно дожил свой век.
–Не волнуйся, все нормально. Если волнуешься-значит точно любишь, кстати о том, чему я тебя не обучил, но это ты познаешь сам.
–Что?
Уджин стянул радужный паласик и показалась дверь в подвал. Они потянули за кольцо, а на обратной стороне налипло много паутины и даже полз не то чтобы паук, но какая-то сороконожка. Лестницу вниз было видно только с помощью фонаря. Ким благородно зажег фитиль и закрыл прозрачную створку. В подвале было просторно как в еще одном этаже, было несложно предположить, что им нужно было пользоваться.
–Значит здание из пяти этажей.
Ким только кивал, поднимал пыльные тряпки на верхние деревяшки.
–Это место называется не просто так «Ведьмин палец», никто не знает уже век о том, что здесь есть 5 этаж. Им пользовалась ведьма, что жила в этом доме, Ким Дасом. –По фамилии Джисон уже предполагал их близкое родство, только насколько близкое, только гадал и слушал дальше.–Все считали ее той еще чернокнижницей, потому что она долго путешествовала и собирала новые заклинания. Она не была человеком и не хотела терять магические силы, а только передать их нам, она питала кровью меня и растила, ухаживала, я пробыл без магических сил около десяти лет, тогда она перестала путешествовать, отрезала себе палец и сделала это место, найдя себе мужчину, которому долго отказывала. Мы жили вместе в согласии, а потом она забеременела и узнала, что ее силы покидают тело из-за беременности. Она старалась защитить ребенка, но сама была уже старая. Сынмин выжил, а она нет. Ее сердце не выдержало магической связи и просто последние силы ушли в Мина.
История была грустной. Ким показал банку и протер ее от скопившейся пыли пеленой закрывающее стекло, тогда я увидел ее палец с кольцом на его основании.
–Она внезапно умерла, тогда вскоре и умер наш папа. Я ждал пока проявятся в нем силы и он будет в нашей семье настоящим сыном своей матери. Я- жалкое подобие человека и силы мои берут основание только из ее крови. Как оказалось, тот мужчина был мне настоящим отцом, но ты должен задаваться вопросом как так получилось, я родился не отнимая сил моей матери, был напит ее кровью и был у меня кровный отец. Здесь и ответ. Я делюсь с тобой тем знанием, что достался мне от нее, как будешь готов, ты должен будешь спуститься в подвал и посмотреть за эту ширму.
Ким указал на деревянный шкафчик закрытый деревяшкой, зевнул и сам пошел спать, потрепав за волосы младшего волшебника. Джисон стоял и думал, что уже готов, любознательность его не отпускала никогда. Сейчас он провел рукой по деревянной ширме и палец пронзила заноза. Не готов. Или…готов?
Он заснул спустя час долгих размышлений. Сон был интересным. Ему снилось, что он блуждает по лесу эльфов. Вокруг так темно и лунное голубое свечение сквозь кроны льётся, не попадая в тенистые места. Небольшая сказочность и таинственность витала повсюду, Джисон чувствовал свежий воздух, кусты через которые шел, желая просветления, желая выйти к полю. Он вышел и увидел коня. У него было 8 ног и решительный взгляд. Он читал про такого в сказках. Восьминогий жеребец- конь самого Одина. Он ходил Кругами обозначая круг синим пламенем, потом подошел К Хану и наклонил морду. Джисон прикоснулся ладонью к морде коня и сам запылал синим пламенем.
Проснулся колдун весь в поту и посмотрел на фиолетовое свечение неба в окне, пока засыпал- там светил неприятный по цвету свет луны. Он скрылся, а значит- пора.
