Служебный роман по-хогвартски

Наспех попрощавшись с Драко, Гарри попытался найти душевное равновесие, листая конспекты по ЗОТС предыдущих лет, но, кажется, это больше раздражало и расстраивало. Обед прошел как-то безвкусно, Гарри впоследствии не смог бы вспомнить, что он ел. Наконец, ровно через полчаса от начала обеда Поттер попытался пригладить непослушные волосы (как обычно — безуспешно), уменьшил директорский подарок, захватил конспекты и поплелся к Снейпу. Горгулья отпрыгнула до того, как Гарри произнес пароль. Пожав плечами, преподаватель начал подниматься — интересно, Снейп будет ему высказывать, что он слишком рано пришел или, может быть, наоборот, что задержался? С директором было всегда непонятно. Снейп был в кабинете, что-то писал, низко склонившись над пергаментом. — Сэр? — Гарри мысленно дал себе пинка — все таки слишком рано пришел. Но Снейп даже и не подумал его отчитывать, лишь кивнул и буркнул: — Садитесь, профессор Поттер, и потерпите две минуты. Гарри готов был терпеть хоть вечность. После всей эпопеи с подарками для директора Гарри как-то незаметно для себя привык наблюдать за Снейпом везде: за столом в Большом зале, на собраниях клуба и вообще в любом другом месте, где была возможность пересечься. Но Гарри все время кто-то или что-то отвлекали, да и возможностей встретить директора в школе было не так уж и много. На самом деле наблюдение за Снейпом приносило Гарри странное удовольствие — Поттер был вроде как охотник или орнитолог, пытающийся изучить повадки до ужаса редкой и привередливой птицы. Гарри подмечал каждое движение и жест Снейпа, поворот головы, кивок, как тот разминает пальцы или кривит губы. Все до последнего было запечатлено в черепной коробке Гарри Джеймса Поттера. «Словно чертов фотоаппарат, — злился на себя Гарри, — или Омут памяти.» Снейп притягивал, вся эта его колючесть цепляла Гарри словно кусты терновника, а тот был и рад — почти не пытался препятствовать и каждый раз, подмечая что-то новое в Снейпе, бережно сохранял это воспоминание. Вот и сейчас Гарри был рад представившейся передышке перед боем, а еще возможности так близко порассматривать директора. Кажется, тот записывал какие-то формулы — новое зелье, решил Гарри и перевел взгляд на сосредоточенно лицо директора. Тот хмурился, но как-то беззлобно, а на скулах играли два красных пятна. Снейп то и дело останавливался, чтобы перечитать написанное. Делал он это, слегка шевеля губами и прищуриваясь, будто пытался оценить. Гарри наблюдал во все глаза. Но вот Снейп поставил точку, пробежал глазами по последним строчкам и отложил перо. Его глаза обратились к Поттеру и кажется то, что он увидел ему не совсем понравилось, так как красные пятна на скулах директора в раз сделались больше и приобрели какой-то совсем уж нездоровый красный оттенок. — Поттер, — рыкнул Снейп, — на мне картина нарисована? Гарри моргнул и быстро отвел глаза, кляня себя за несдержанность и неосмотрительность. Снейп вздохнул и пробормотал что-то вроде : « Как же сложно с этими гриффиндорцами, чтоб им провалиться.» Но а более громко сказал: — Доставайте конспекты, профессор Поттер, будем работать. Гарри не заметил, как пробежали два с половиной часа. Оказывается, он может легко общаться со Снейпом один на один! На профессиональные темы! И не получать от того сто замечаний в секунду. Это радовало и раскрепощало. Конечно, не обошлось без едких комментариев директора: — Нет, профессор Поттер, гринидлоу пусть изучают на третьем курсе, как это и было — второкурсники еще слишком малы и могут испугаться. Я потом не хочу получать громовещатели от взбешенных родителей и опекунов. А если начну вдруг, — Снейп грозно посмотрел на Поттера, — то отошлю вам все до последнего, у вас большой опыт взаимодействия с письмами такого рода. Или: — Уберем связывающие заклинание из программы третьих курсов, они все еще неуклюжие и безответственные идиоты в этом возрасте, лучше уделить время данным заклинанием в начале четвертого и провести перед этим подробный инструктаж, что с ними будет, если они попробуют применить его к кому-то вне класса. Гарри находил выпады Снейпа забавными и остроумными. Наконец примерный план работ со студентами первых трех курсов был готов. Снейп откинулся на спинку кресла — кажется, он был доволен. — Еще пара таких обсуждений, профессор Поттер, и план будет готов, — подытожил Снейп, — надеюсь, я вас не оторвал от важных дел или встреч, все таки сегодня Рождество. — Что вы, сэр, — замотал головой Поттер, — я вот даже подарок вам приготовил. Гарри и сам не мог сказать, каким чудом он произнес эти слова. И каким чудом он не рассмеялся при виде удивленного и настороженного лица Снейпа. Поттер осторожно запустил руку в карман, чтобы через мгновение выудить оттуда уменьшенное растение. Взмах палочки, и вот на столе директора появилось миниатюрное дерево. — Я не был уверен, что вам оно понравится, — замямлил Поттер, — оно совсем некрасивое, но, может, на ингредиенты сойдет или еще для чего. Снейп посмотрел на него как на идиота и подтянул горшок к себе. — Поттер, вы болван, а Бонсай красивый, — Снейп осмотрел подарок со всех сторон, — не могу быть уверен, я не герболог, но, кажется, это мирт. Дерево любви. Тут Гарри резко стало не очень хорошо — он почувствовал, как краснеет. Вот Невилл удружил, прислал подарочек! Дерево любви, ну надо же! Снейп кажется не заметил перемен в своем собеседнике, он уже подхватил горшок с деревцем и направился к окну. Водрузив свою нелёгкую ношу на подоконник, Снейп тихо сказал: — Для таких растений нужно много света, а то они зачахнут. Удивительно, как иногда люди похожи на растения. Гарри был не в силах ничего произнести. Снейп развернулся, впившись в Поттера уничтожающим взглядом: — Не волнуйтесь так, Поттер, вы весьма далеки от гербологии, насколько я помню, — при этих словах Снейп неприятно усмехнулся, — так что вы не были обязаны знать такую информацию. Но подарок, конечно, не совсем подходящий для вышестоящего лица, в особенности, которое вам малоприятно, — Снейп осторожно провел ладонью по кроне дерева, будто гладя. Такой подарок лучше дарить людям, к которым испытываешь теплые чувства. Так что, Поттер, вам лучше забрать ваш подарок, — директор резко убрал руку от дерева, будто бы то обожгло ему ладонь. Гарри, наблюдавшему за действиями Снейпа, хотелось надавать себе подзатыльников за несдержанность. Второй раз за вечер — антирекорд — он все время забывал, что Снейп мастер читать по лицам, а уж по его в особенности. Снейп наверняка ужасно обиделся и надумал, что Гарри его страсть как ненавидит и вообще презирает. А подарок выбирал без должного внимания, вот и попал в неловкое положение. И как теперь объяснить, что Гарри не спал ночами, все думал, чтобы такое отыскать для директора. — Нет, — Гарри был уверен, что его голос даст петуха или он вообще ничего не сможет выдавить из себя — взгляд Снейпа был убивающим наповал, но Поттер не был бы Поттером, если бы не решил лезть в кроличью нору дальше, даже зная, что там притаился очень опасный питон, — я не буду забирать ваш подарок. И вы мне не немалоприятны, а наоборот приятны. Даже очень. Гарри на мгновение зажмурился — какой же он идиот! Мне, мне надо идти уже. И Поттер сбежал. Как какая-нибудь влюбленная пуффендуйка, ей Мерлин!