Глава 4.
17 ноября 2020 г., 19:34
Примечания:
Извините меня за долгое отсутствие. Глава не вычитана, поэтому прошу в пб.
— Пожалуйста! — Умолял Гарри, протягивая обе руки и надеясь, что Джейн не заметит, как сильно они дрожат. Он изо всех сил старался не заплакать, но Джейн не отдавала ему его Мерлина. Мерлин был чучелом дракона, которое прелестная золотоволосая леди подарила ему два месяца назад, когда он прошел испытание. С тех пор он всюду брал с собой Мерлина, а также машинку, которую ему подарил папа Аро.
— Это просто глупая мягкая игрушка, — насмешливо сказала Джейн. Теперь она уже привыкла к нему, но все равно немного ревновала. Она просто не понимала, почему ее хозяева заискивают перед ним, ведь он еще не проявил никаких особых талантов. Она была намного могущественнее мальчишки, почему с ним обращались как с принцем, в то время как она была всего лишь одной из стражниц? Конечно, она выше остальных, но ребенок все еще ранжирован выше. Он наследник королей.
Сжав кулаки, Гарри уставился на девушку. Он не понимал, почему она всегда придиралась к нему, когда он добр к ней. — Мерлин не глупый, — воскликнул он, защищая своего лучшего друга.
Джейн вынуждена была признать, что за два месяца малыш прошел долгий путь. Он все еще прятался за троном Аро и вздрагивал, когда кто-то прикасался к нему, но он стоял перед ней, и это требовало большого мужества. — Хочешь посмотреть, действительно ли Мерлин умеет летать? — загадочно спросила она.
Гарри быстро отрицательно покачал головой. — Пожалуйста, Джейн, пожалуйста, не трогай его. — Ему не понравился тон ее голоса, он напомнил ему Дадли до того, как он причинил боль или уничтожал что-то из его вещей. Таким же тоном он говорил, когда нарочно что-то ломал или портил, а потом сваливал вину на него.
Увидев, что у него слезятся глаза, Джейн хотела вернуть ему дракона, но тот вдруг вылетел у нее из рук и перелетел в руки мальчика. — Как ты заставил его летать? — воскликнула она в шоке.
Широко раскрыв испуганные глаза, Гарри повернулся и побежал так быстро, как только мог, держа своего дракона в надежных руках. Он не собирался снова делать странные вещи, он думал, что с него хватит. Он не сделал ни одной странной вещи с тех пор, как приехал сюда, почему это должно было случиться именно сейчас?
— Черт! — Джейн выругалась. Гарри был быстрым маленьким придурком, и найти его без помощи Деметрия было бы все равно что пытаться найти иголку в стоге сена.
— Будь проклят Деметрий за то, что он сейчас в Египте, — выругалась Джейн, разворачиваясь и направляясь в тронный зал. Деметрий нашел бы принца в считанные секунды, но он был в Египте, приобретая элементаль у этого хнычущего бессмертного Амона. Аро точно разозлится на нее за то, что она снова приставала к мальчику.
***
Шмыгая носом, Гарри продолжал бежать, хотя находился в той части замка, где никогда раньше не бывал. Он знал, что заблудился, но ему нужно было найти место, чтобы спрятаться, прежде чем Джейн расскажет его папам о том, что он плохой урод. В прошлый раз, когда он использовал свои странные способности, дядя Вернон бил и пинал его до тех пор, пока у него не сломались кости, он не мог дышать, и кровь заливала его рот, пока он не захлебнулся ею. Он бы умер, если бы папа Аро не нашел его, но теперь папы узнают, что он урод, и больше не захотят его видеть. Неужели они тоже причинят ему боль, как дядя Вернон? Он был так счастлив здесь… Он не хотел, чтобы Мерлин улетел из рук злой Джейн в его объятия, он просто хотел, чтобы тот благополучно вернулся к нему. Он обещал златоглазой леди, что будет любить и заботиться о драконе, а это значит и защищать его от Джейн. Он просто представил себе Мерлина, летящего к нему, как настоящий дракон. Он не хотел, чтобы это произошло на самом деле. Увидев очень темное, маленькое отверстие в стене, Гарри нырнул в него и свернулся в маленький комочек. Уткнувшись лицом в мягкий животик Мерлина, он начал выплакивать свое горе. Он был так счастлив со своими папами, Алеком, Деметрием и Феликсом, а теперь разрушил все это. Если ему повезет, они просто вышвырнут его вон, а если не повезет, то сделают ему больно, как дяде Вернону. Он не хотел снова страдать, особенно от рук отца…он любил их.***
Аро был вне себя от ярости. Он знал, что Джейн ревнует его к сыну, но не думал, что она дойдет до насмешек над бедным ребенком. Джейн повезло, что она была важна для него и что он действительно заботился о ней, он мог легко разорвать ее на куски, увидев несчастное лицо своего сына после того, как он совершил волшебство. — Я хочу, чтобы у каждого выхода стояло по два охранника, — сердито прорычал Аро, — и десять патрулировали территорию. Если вы найдете моего сына, вы приведете его ко мне. Сейчас он напуган и, вероятно, думает, что мы собираемся причинить ему боль. — Простите, мастер, — снова извинилась Джейн, покорно опустив голову. — Иди в свою комнату! — Проревел Аро, не желая видеть своего ребенка. Сейчас он был слишком зол на нее и не хотел причинять ей боль. — Позвольте мне помочь найти его, мастер, — взмолилась Джейн. — Ты уже достаточно сделала! — Рявкнул Аро. — Убирайся с глаз моих, пока я не велел Феликсу отрубить тебе голову. Иди в свою комнату и оставайся там, пока я не приду. — Она ревнует, брат, — мягко сказал Маркус, защищая девушку и глядя, как она уходит, по-прежнему опустив голову. — Она всегда была твоей любимицей, и ей никогда не приходилось делить тебя. — Я знаю, — вздохнул Аро, — но она все равно должна быть наказана за свои действия. Гарри всего лишь ребенок, который легко пугается. Если ее не накажут за то, что она причинила ему боль, то она воспримет это как разрешение продолжать это делать, а я не могу этого допустить. Маркус склонил голову в знак согласия. Ему было жаль Джейн, но Аро был прав в том, как он справлялся с ситуацией. Он не мог не задаться вопросом, как человеческие родители справляются с соперничеством между братьями и сестрами? — Господа, — позвал Алек, бросаясь обратно в тронный зал. — Снаружи замка нет запаха Гарри, значит, он все еще где-то прячется. — Молодец, дитя мое, — похвалил Аро. У него уже был один ребенок, который дулся в ожидании наказания, а другой прятался, ему не нужно было, чтобы Алек тоже обиделся. — Гарри любит маленькие темные места, поэтому мы должны проверить каждый маленький уголок и трещинку, в которые Гарри может поместиться. Вздохнув, Аро потер лицо, воспитание детей было такой тяжелой работой. — Давайте, братья, примкнем к охоте за нашим пропавшим принцем.***
Гарри не знал, как долго он прятался, но его горло начало ужасно гореть. Прошло уже несколько часов с тех пор, как ему давали красный сок, и он отчаянно хотел еще. Ему ужасно хотелось выползти и найти папу Аро, но он не хотел видеть ненависть и отвращение в глазах этого человека, когда тот смотрел на него. Услышав шаги, эхом отдающиеся в коридоре, Гарри оттолкнулся от стены так далеко, как только мог. Он не знал, кто это идет, но не хотел, чтобы его нашли. — Я знаю, что ты здесь, юный принц, — успокаивающе произнес Феликс. Он не только легко чуял мальчишку, но и достаточно долго находился рядом с Гарри, чтобы узнать его личность и понять, где он может спрятаться, если испугается. Гарри пришлось прикусить язык, чтобы не окликнуть дядю Феликса. Феликс был человеком, который охранял его больше всего, и хотя по большей части он молчал, он всегда был добр и улыбался ему. Феликс даже несколько раз читал ему книги. — Пожалуйста, выходите, принц, у вас нет никаких неприятностей. Все уже несколько часов ищут вас в замке. — Феликс находился в неиспользуемой части замка, недалеко от старых подземелий. Короли не пользовались подземельями, вампирских законов было немного, а те, что были, карались смертью, если их нарушали. Они не видели причин держать кого-то взаперти или пытать ради забавы. Они были выше подобных практик. Гарри хотелось верить в это, но дядя Вернон тоже так обманывал. Он говорил ему, что не собирается причинять ему вреда, а когда он выходил из своего укрытия, побои всегда были в несколько раз сильнее. Феликс был массивным мужчиной с таким количеством мускулов, сколько у дяди Вернона было жира, всего один удар Феликса убил бы его. Феликс вздохнул с облегчением, когда заметил кончик ботинка Гарри, торчащий из небольшого отверстия в стене. Аро никогда бы не признался в этом, но он мог сказать, что его учитель беспокоился о маленьком мальчике. Он никогда не видел, чтобы короли заботились о ком-то так, как они заботились о принце. Подойдя к мальчику, Феликс сел на грязный каменный пол и прислонился к стене, за которой прятался Гарри. — Все будет хорошо, малыш, это я тебе обещаю. Твои папы боятся, потому что они не могут найти тебя, но ты не будешь наказан. Гарри хотелось верить Феликсу, но он был так напуган. Каждый раз, когда он делал какую-нибудь странную вещь, его били, и он уверен, что Джейн скажет его папам, что он заставил Мерлина летать. По какой-то причине Джейн ненавидела его, вот почему она всегда придиралась к нему. — Я не собираюсь заставлять тебя выходить, принц, но я уверен, что ты уже хочешь пить. Вы пропустили два кормления, ваше горло должно гореть. Гарри укусил себя за руку, чтобы не захныкать вслух. Горло словно горело, и ему нужен был красный сок, чтобы потушить его. — Поразительное самообладание — пробормотал Феликс, доставая телефон и посылая сообщение своему учителю. Он не собирался заставлять Гарри выходить из своего укрытия, но он должен был сообщить Аро, что нашел пропавшего принца. Феликс все еще убирал телефон в карман, когда появились его хозяева. Поднявшись на ноги, он молча указал на дыру и кончик детского кроссовка, едва выглядывающий из нее. — Хорошая работа, мой друг, — похвалил Аро, испытывая невероятное облегчение оттого, что его сын в безопасности. — Ты можешь идти, мы заберем его отсюда. Поклонившись, Феликс развернулся и быстро зашагал прочь. Услышав папин голос, Гарри заплакал еще сильнее. Ему хотелось выползти из щели, броситься к отцу и умолять его не ненавидеть его, но он не мог видеть выражение ненависти на лице этого человека. Почему его ненормальность вернулась теперь, когда он наконец нашел трех людей, которые его любили? — Пора выходить из укрытия, Мой маленький принц, — мягко приказал Аро. — У тебя не будет проблем из-за использования магии, это часть тебя и одна из вещей, которая делает тебя очень особенным маленьким мальчиком. — Магии не существует, — всхлипнул Гарри. Дядя вбил это в него с самого первого дня…магия не существует. — О, но это так, — поправил его Аро. — Ты помнишь книги о Мерлине, которые я тебе читал? — Зная, что этот день придет, день, когда у принца случится магический выброс, он начал читать Гарри детские книги о Мерлине, других известных магах и волшебных существах. Он надеялся, что это поможет Гарри легче принять магию. Сначала Гарри кивнул, но потом вспомнил, что папа его не видит. — Помню, — робко ответил он. — Я назвал своего дракона в честь Мерлина, потому что думал, что это действительно классное имя. — Его имя было не единственным крутым в Мерлине. Мерлин был настоящим живым волшебником, который мог творить чудеса…совсем как ты, — гордо сказал Аро. — Но я не хочу делать странные вещи! — Прерывисто завопил Гарри. — Я не хочу, чтобы ты меня ненавидел. Я хочу быть хорошим мальчиком для тебя, папы Марка и папы Кая. — Принц, пожалуйста, выйди, чтобы я мог поговорить с тобой. Очень трудно разговаривать со стеной и кончиком ботинка. Я обещаю, что не буду кричать на тебя или бить тебя. — Чт-как насчет папы Маркуса, он злится, что я сделал эту странную вещь? — Тихо и отчаянно спросил Гарри. — Нет, сын мой, — поспешил успокоить его Маркус. — Я действительно горжусь тем, что ты наконец-то используешь свою магию. Это плохо-держать ее в себе и прятать. — Папа Кай? — Спросил Гарри, перемещаясь так, чтобы он мог высунуться из своего укрытия. — Я не злюсь, ребенок — поспешил успокоить его Кай. — Я так испугался, когда мы не смогли тебя найти. Я думал, что никогда больше не увижу моего милого принца. С громким криком Гарри выбрался из своего укрытия и бросился к ногам своего папочки Кая. — Мне очень жаль! Мне очень жаль! Мне очень жаль! Клянусь, я буду самым хорошим мальчиком во всем большом мире. Я обещаю никогда больше не пугать тебя. Кай легко подхватил обезумевшего мальчика и уткнулся ему в шею. — О, ребенок, я уверен, что ты еще много-много раз напугаешь меня, но это нормально, это часть того, чтобы быть отцом. Папа Аро, папа Маркус и я беспокоимся о тебе, ты наш малыш. Пожалуйста, поверь, что мы никогда не причиним тебе вред и не выбросим, как мусор, ты застрял с нами навсегда. Аро мягко улыбнулся брату. Из всех троих Кай был самым сдержанным, никогда ни к кому и ни к чему не привязывался. Его сердце согрелось, когда он увидел, как заботливо и нежно он обращается с Гарри. Маленький бессмертный менял их всех…и все к лучшему.***
— Он в таком состоянии после того случая неделю назад? — Спросил Сангвиник, глядя на мальчика, который сидел на полу у ног Марка, положив голову на колено старшего вампира. Под мышкой он крепко сжимал чучело дракона, а в его крошечном кулачке была зажата игрушечная машинка. Ребенок ничего не делал, просто смотрел в стену, пытаясь слиться с ногой вампира. — Да, — тяжело вздохнул Аро. — Он не был так плох после того, как очнулся после превращения. Теперь он редко разговаривает, больше не играет, его аппетит опасно снизился, и он должен быть физически привязан к одному из нас все время. Обычно, когда он спит, его невозможно разбудить, но сейчас просыпается мгновенно, если мы пытаемся встать с его кровати. Я беспокоюсь за него, Сангвиник. — Так и должно быть, — нахмурившись, сказал Сангвиник. Он был срочно вызван королями, чтобы помочь с новорожденным, и был потрясен, когда обнаружил, что это был всего лишь маленький ребенок. Он только что прибыл, но Аро быстро объяснил ему ситуацию. — Ты когда-нибудь слышал об обскуре? — Прошептал Сангвиник, не желая, чтобы ребенок на другом конце комнаты услышал его, но зная, что Марк и Кай все равно смогут это сделать. — Нет — ответил Аро, слегка покачав головой. Сангвиник оглянулся на ребенка, который не пошевелился с тех пор, как он пришел более двух часов назад. — Обскур-ребенок-волшебник, который вынужден скрывать или подавлять свои силы по тем или иным причинам, в результате чего внутри него образуется паразитический сгусток темной энергии, своего рода астральная опухоль. Обычно обскур появляется у детей из стран или семей, где магия находится под запретом. - Когда человек теряет над собой контроль, он принимает форму обскура. Размер и мощь зависят от врожденной силы хозяина: чем сильнее человек, тем сильнее обскур. Иногда человек может обращаться в обскури по своей воле. Однако угомонить обскури возможно; например, люди, которым они доверяют, или которые внушают ему доверие, могут убедить его остановиться. Редко ребенок с обскуром способен дожить хотя бы до десяти лет. Был только один документально подтвержденный случай, Криденс Баребоун еще в 1920-х годах, когда неизвестный жил после десяти лет. Я полагаю, что Криденс был в возрасте от двадцати до тридцати лет, когда американское Министерство казнило его. Судя по тому, что я слышал, он был очень могущественным, и был в состоянии контролировать Обскур. — Ты хочешь сказать, что в моем сыне живет опасный паразит? — В тревоге спросил Аро. — Нет — быстро заверил Сангвиник. — Во всяком случае, пока нет, но этот ребенок - идеальный кандидат для его развития. Он подвергался физическому насилию из-за своей магии, он боится ее и пытается подавить, он замкнутый, цепкий, подавленный…он-идеальный хозяин для Обскура. Над этим ребенком издевались с самого его рождения. — Нет, с тех пор как он родился, — поправил Аро, его мозг работал на пределе, пока пытался переварить все, что только что сказал его друг. Гарри был слишком мил и драгоценен, чтобы держать внутри себя темное, паразитическое магическое существо. — Биологические родители моего сына умерли, когда ему было около года, и с тех пор он жил со своими тетей и дядей. Они не были магическими существами, как я уверен, вы уже поняли. — А ты не знаешь, его родители были волшебниками? — С любопытством спросил Сангвиник. — Он был совсем младенцем, когда их убил другой волшебник, но, судя по тому, что я вижу, когда прикасаюсь к нему, оба его родителя были волшебниками. Волшебник тоже попытался убить его, но проклятие, которое он послал ему, отскочило от него и попало в заклинателя. Даже мой яд не смог залечить шрам на его лбу, оставленный темным проклятием. Застонав, Сангвиник потер лицо. Теперь он понял, почему мальчик показался ему таким знакомым. — Пожалуйста, Аро, пожалуйста, скажи мне, что ребенка зовут не Гарри Поттер. — Он знал, что это так, хотя мальчик был точной копией Джеймса Поттера, но с гораздо более мягкими и тонкими чертами лица. Он слышал, что маленький Гарри унаследовал потрясающие изумрудные глаза Лили, но теперь, благодаря вампирскому яду, они были красными. Да и сейчас не слишком здоровый красный цвет. Ребенок плохо питался, и это было видно по его глазам. — Как получилось, что ты знаешь имя моего сына? — Спросил Аро, с любопытством приподняв изящную бровь. — Слишком длинная история, чтобы ее рассказывать — вздохнул Сангвиник, и Аро подтвердил его опасения. Протянув руку в знак разрешения, он позволил Аро взять ее, чтобы тот мог узнать все, что знал о Поттерах, Темном Лорде и том факте, что он превратил маленького спасителя волшебного мира в вампира…что-то, что они считали темным и опасным существом. Отстранившись, Аро расплылся в широкой улыбке. — Очень интересно, мой друг, действительно очень интересно. Ты думаешь, что волшебники придут за своим «мальчиком-который-выжил», когда узнают правду? — С вилами и факелами, — ухмыльнулся Сангвиник. — Тогда мне есть чего ждать, — усмехнулся Аро. Всегда было так весело играть с волшебниками, хотя он знал, что есть некоторые, с которыми следует быть осторожным, такие как Альбус Дамблдор. — А теперь, друг мой, что мне делать с моим сыном? Как ты можешь видеть, он находится в плохом состоянии, и я действительно не хочу, чтобы он развивал обскурус. — Обскур, — поправил Сангвиник. Он испытал облегчение оттого, что Аро не хотел, чтобы Гарри стал этим существом. Он видел, что король заботится о мальчике, но он также желал появления могущественных существ, а обскуры были очень могущественны. Даже Гриндевальд пытался взять обскуров под свой контроль, но потерпел неудачу. — Вам нужно привлечь ведьму или волшебника, чтобы обучать его, чтобы он понял, что магия - это не то, чего можно бояться или ненавидеть. Ему также нужно увидеть, как кто-то другой использует магию, чтобы он мог увидеть, что он не ненормальный урод. — Ты знаешь кого-нибудь, кому можно доверять? — Ты имеешь в виду, достаточно глупого, чтобы войти в замок самого могущественного и страшного ковена вампиров в мире? — Сангвиник усмехнулся. — И это тоже — ухмыльнулся Аро. Сангвиник на мгновение задумался. — Лучший человек, которого я могу придумать, к сожалению, также является худшим человеком для этой работы. У Поттеров был близкий друг, гениальный человек с очень мягким характером, и я знаю, что он обожал Гарри, когда тот был ребенком. Он был рожден, чтобы быть учителем, но, к сожалению, он оборотень. — Ни в коем случае! — Взревел Кай с другого конца комнаты, заставив Гарри испуганно вскрикнуть и броситься на колени к Маркусу. — Вспыльчиво, брат — проворчал Маркус, поглаживая сына по спине в попытке успокоить его. Сангвиник склонил голову перед разъяренным королем. Даже при том, что два других короля не были частью разговора, он знал, что они внимательно следили за ними. — Именно поэтому я и сказал, что он хуже всех подходит для этой работы. Хотя он бы охотно вошел бы в замок, чтобы быть со своим детенышем. — Если он хоть одной ногой ступит в мой замок, я перережу ему глотку, — сердито прошипел Кай, но на этот раз достаточно тихо, чтобы не напугать сына снова. — Ну, как видишь, волк - это не вариант, — нахмурился Аро. — Не то чтобы я позволил этому опасному и грязному существу приблизиться к моему милому мальчику. Ты не знаешь других волшебников, настолько глупых, чтобы взяться за эту работу? Сангвиник откинулся на спинку стула и задумался. — Найти кого-то будет нелегко, и мы должны быть осторожны с теми, кого приведем, особенно потому, что они будут учить мальчика-который-выжил-который-на-самом-деле-больше-не-жив. Это должен быть кто-то надежный, кто-то ни светлый, ни темный, скорее нейтральный… — Чистокровка, — добавил Аро, обрывая Сангвиника. — У меня нет желания, чтобы он когда-либо вошел в волшебный мир, по крайней мере пока, но хочу, чтобы он знал их культуру и законы. Я хочу, чтобы он был в состоянии противостоять им. Сангвиник задумчиво потер подбородок. — Я просто могу кое-кого знать…кто-то, кто будет идеальным, если мы сможем его заполучить. Он молод, всего несколько лет назад закончил Хогвартс, завербован гоблинами еще до того, как окончил школу, невыразимые тоже хотели заполучить его, но жажда приключений мальчика была слишком велика, и он бы увял под министерством, и лучше всего, у него есть младшие братья и сестра, некоторые даже возраста Гарри, так что он будет знать, как обращаться с ним. — И он нейтральный? — Ну, его семья светлая, настолько светлая, насколько это возможно, не будучи Альбусом Дамблдором, но он определенно больше похож на нейтрального волшебника. Аро перевел взгляд на сына, который все еще лежал на коленях у Маркуса, прижимаясь к нему. Было бы нелегко привести человека к ним, у большинства охранников не было сдержанности, но он не мог позволить, чтобы его сын был захвачен темным паразитом. — Неужели мальчик настолько глуп, чтобы взяться за эту работу, и гоблины позволят ему это? — Уильям не дурак, но он воспримет эту работу как вызов и опыт обучения. Я верю, что он примет ваше предложение. С другой стороны, гоблинов, возможно, придется немного убедить. Несмотря на то, что мальчик молод, он является их главным специалистом по разрушению проклятий. — Гоблины любят золото, золото и еще раз золото — ухмыльнулся Аро. — И у меня есть все это в изобилии. Я уверен, что мы сможем что-нибудь с ними сделать.***
Аро оторвался от чтения книги, которую оставил ему Сангвиник о всех документированных случаях, и ухмыльнулся, когда Кай сел напротив него, а Гарри обнял его, как ребенок обнимает свою мать. — Ты его балуешь, — слегка поддразнил Аро. — А ты нет, — парировал Кай. Аро небрежно пожал плечами. — Ребенок заслуживает того, чтобы его баловали, особенно после того, как он прочитал обо всех этих бедных детях. Меня поражает, что Гарри не такой, как они. Кай зарылся носом в чернильно-черные волосы спящего ребенка и глубоко вдохнул его чудесный сладкий аромат. — Он не будет знать ничего, кроме любви и поддержки. Зная, что брат прав, Аро закрыл лежавшую перед ним книгу. — Я освободил Джейн от недельной изоляции и надеюсь, что она усвоила урок. Если она будет продолжать мучить Гарри, я попрошу Челси привязать ее к мальчику. Она слишком опасна, может легко убить Гарри или заставить его стать одним из этих монстров. — Понятно, — согласился Кай. — Мы все говорили с ней, убеждали ее, что ее место среди нас никогда не будет заменено, но она сама всего лишь ребенок и склонна действовать прежде, чем думать. Я искренне верю, что она никогда не хотела причинить принцу никакого реального вреда, ей просто нужно научиться тому, что приемлемо делать, а что нет. — Дети, — драматически вздохнул Аро. — Он кормился? Нахмурившись, Кай покачал головой. — Немного, не полный, а половину бокала. Он новорожденный, он не может так жить. — Он ужасно испугался, а ведь прошла всего неделя, дай ему время. У него никогда не было такой любви, и он не может смириться с мыслью потерять ее…потерять нас. Надеюсь, когда этот волшебник доберется сюда, он сможет показать нашему принцу, что магия - это не то, чего стоит бояться и ненавидеть. — Ты прав, брат, хотя мне будет не хватать его прилипчивости, — задумчиво произнес Кай. — Как и он, я никогда не знал такой любви и привязанности. Любовь, которую только ребенок может дать своему родителю. — Это нечто чудесное и достойное того, чтобы его лелеять. — Аро согласился.***
Всхлипывая, Гарри крепче прижался к Мерлину, со страхом глядя на свою белокурую мучительницу. Он не понимал, почему его папы оставили его с Джейн, когда пошли на встречу. Он обещал, что на встрече будет вести себя очень тихо. Черт бы побрал эти большие печальные глаза, выругалась про себя Джейн. Она знала, почему хозяева оставили мальчика на ее попечение, они проверяли ее. Ей хотелось обвинить мальчика в том, что ее на неделю заперли в комнате, но понимала, что виновата только сама, она насмехалась над принцем. — Хочешь, я почитаю тебе книжку? — Натянуто спросила Джейн, не совсем понимая, как вести себя с ребенком. Гарри еще крепче прижался к Мерлину. Что делала Джейн? Неужели она пытается обмануть его, как Дадли и его друзья? Джейн смотрела на мальчика в течение пяти минут, ожидая ответа, прежде чем поняла, что не получит его. Мальчик был так напуган ею, что будь он человеком, он бы обмочился. Обычно это доставляло ей удовольствие, но сейчас она чувствовала себя виноватой. — Хочешь посмотреть фильм про Мерлина? Услышав это, Гарри оживился. С тех пор как он был здесь, он не видел телевизора или чего-то еще, он предположил, что у них его нет. — М-Мерлин? — робко спросил он. Заставив себя улыбнуться, Джейн протянула руку. — Пойдем, ребенок, у меня в комнате есть ноутбук, где мы можем посмотреть диснеевский фильм «Меч в камне». — Она не любила смотреть мультики, но была уверена, что мастер Аро не захочет, чтобы Гарри смотрел фильмы для взрослых. Облизнув губы, Гарри посмотрел на руку. Ему никогда не разрешали смотреть телевизор у тети и дяди, но он всегда хотел этого. — А драконы есть? — с надеждой спросил он. Джейн пожала плечами. — Не знаю, я никогда не видела этот фильм. Если в этом фильме нет драконов, то мы найдем другой, в котором есть драконы. Одарив Джейн застенчивой и полной надежды улыбкой, Гарри медленно взял ее за руку. — Ты действительно хорошая, когда хорошо ко мне относишься, — застенчиво сказал он. Давно умершее сердце Джейн глухо стукнуло. Как мог этот ужасно оскорбленный ребенок быть таким милым? — Ты и сам не так уж плох, братишка.***
— Похоже, наш маленький принц очаровал еще одного бессмертного, — усмехнулся Маркус. Аро улыбнулся паре на кровати, его маленький сын крепко спал, прижавшись к сестре. — Похоже на то, брат. — Я вижу, как между ними образуется связь, удивительно сильная, учитывая, как сильно Джейн его презирала. Закрыв ноутбук, лежавший у нее на животе, Джейн повернулась к своим хозяевам. — Я никогда по-настоящему не ненавидела его, просто не понимала. Он на самом деле не так уж плох, если узнать его поближе. С ухмылкой Аро вошел в комнату. — Хочешь, я возьму его и уложу в постель? — он предложил. Вздохнув, Джейн посмотрела на мальчика, который использовал ее плечо в качестве подушки. — Пока он не пускает слюни, все в порядке, — фыркнула она. Она бы не призналась в этом, но ей вроде как нравилось иметь кого-то, к кому можно прижаться. Она не была так близка ни с кем с тех пор, как была человеком, когда они с Алексом были только друг у друга. Они всегда были неразлучны. — Я горжусь тобой, — похвалил Аро. — Я знал, что из тебя получится отличная старшая сестра и защитница. При этих словах на лице Джейн появилась редкая искренняя улыбка. Аро значил для нее все, и ей нравилось, когда он гордился ею.
