With The Sun's Love

— Я–я всегда должен защищать–должен защищать тебя, Стиви. Вот что я делаю. Это–это то, чем я занимаюсь. Это очень важно. — Я знаю, Бак. Это твоя работа, и ты ее очень хорошо выполняешь. Я очень горжусь тобой. У Стива перехватывает дыхание, и он резко поворачивает голову, чтобы посмотреть на незнакомца и Баки. Моргая, Стив качает головой и думает, что, может быть, удушающий захват повредил его слух? Не может быть, чтобы Баки назвал этого незнакомца «Стиви»! Но глядя на них, он замечает, что поведение Баки полностью изменилось. Он выглядит расслабленным и улыбается незнакомцу, который стянул капюшон толстовки и улыбается Баки в ответ. Первое, на что обращает внимание Стив, — парень выглядит болезненно. Он бледный, слишком худой, и его блондинистые волосы грязные. По его полузакрытым глазам Стив может сказать, что он истощен. Если не считать болезненного вида, он совсем не похож на Стива даже до сыворотки. Ну, он, конечно, достаточно худой, у него голубые глаза и блондинистые волосы, но другого сходства нет. С какой стати Баки думает, что это Стив?! И какого черта этот человек притворяется им?! Незнакомец положил грязную руку на колено Баки. Вместо того чтобы смахнуть руку, Баки хватает ее правой рукой и сжимает. — Ты мой–ты мой...— Баки хмурится и замолкает, глядя куда-то вдаль. Незнакомец подносит другую руку, чтобы сжать их соединенные ладони. — Я твой Стиви. Помнишь? Баки оглядывается на него и смотрит растерянно. — Это неправильно, что Нед не хотел играть с нами, правда? На мгновение огромная проблема в виде незнакомца, выдающего себя за него, уходит в сторону, потому что Стив снова точно понимает, о чем говорит Баки. Он, должно быть, переживает воспоминание, но оно из гораздо более раннего времени, довоенного. Нед был одним из их «друзей-врагов», которые жили по соседству. Как всегда бывает с маленькими мальчишками, в один день они играли все вместе и ладили, а в другой Нед решал, что не хочет играть с таким болезненным, слабым ирландским коротышкой, как Стив. Когда дело доходило до действительно важных игр против соседских мальчиков, Нед иногда позволял Стиву играть, чтобы заполучить Баки в свою команду. Но в большинство дней Нед не позволял им играть из-за того, что Стив был обузой. Естественно, это означало, что Баки тоже откажется играть, хотя формально ему было позволено. Но незнакомец ничего из этого не знает. Он грубо встряхивает Баки за колено. — Сосредоточься! Мы уже говорили об этом. Когда мы разговариваем, ты должен концентрировать свое внимание и отвечать мне, помнишь? Что-то в его тоне Стиву действительно не нравится. Его кровь медленно закипает, но он остается неподвижным. Он все еще не понимает происходящего, и нужно собрать больше информации, прежде чем он сможет помочь Баки. Он не может рисковать, чтобы не сделать хуже. Если Баки решит, что Стив слишком надоедлив, чтобы иметь с ним дело, то может исчезнуть вместе с незнакомцем, пока Стив на секунду отвернется. Он не может так рисковать. Баки выглядит растерянным и немного расстроенным, когда его колено трясут. — Прости, — бормочет он. Затем он резко садится прямо и смотрит вдаль. — Я буду следовать этому. Незнакомец кивает. — Хорошо. Это хорошо. Итак, кто я? Как меня зовут? Баки моргает, глядя на него. — Ты–ты Стиви. — Я твой Стиви, верно? Баки лихорадочно кивает. — Да. Ты мой–ты мой Стиви. И я забочусь о тебе. Фальшивый Стив ухмыляется Баки. — Да, это так. Это ведь твоя работа, не так ли? Баки кивает чаще и счастливо улыбается. Стив едва может дышать. Он хочет оторвать фальшивого Стива от Баки и бросить под поток машин, а может и пойти за ним и растоптать его в лепешку, прежде чем машины смогут сделать это за него. Ярость, которая медленно разгоралась в его крови, теперь становится адской, и он сжимает кулаки, пытаясь успокоиться. Это безумие! До сих пор Стива раздражало только то, что незнакомец притворяется им и сбивает Баки с толку. Но теперь ясно — этот человек активно манипулирует Баки. Баки болен, ему нужна помощь, и этот отвратительный незнакомец не имеет права прикасаться к нему, не говоря уже о том, чтобы манипулировать и пользоваться им! Но что может сделать Стив? Он может попытаться одолеть их обоих и удерживать до...до чего? Баки ненавидит его и не доверяет, и он верит, что фальшивый Стив на самом деле настоящий Стив, поэтому он, вероятно, сделает все возможное, чтобы вернуться к нему. Должен ли Стив держать Баки взаперти, пока тот не выздоровеет? Допустимо ли держать Баки взаперти против его воли, если Стив знает, что так будет лучше для него? Вся эта ситуация безумна, и безумные мысли Стива кружатся по кругу. Ему нужна помощь Сэма. Потянувшись за телефоном в карман куртки, он замирает, когда голос фальшивого Стива внезапно повышается. — Что значит, ты его потерял?! Я же говорил тебе, смотри за ним внимательно! — Прости. Прости, прости, прости, — бормочет Баки, пряча голову за коленями. — Нет! Не опускай голову! Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю. Приказ заставляет Баки вскинуть голову, и он смотрит на фальшивого Стива, выглядя очень расстроенным. Фальшивый Стив оглядывается вокруг, подрывается и хватает пустой бумажный стаканчик, который лежит рядом со Стивом. Он размахивает им перед лицом Баки. — Он был прямо здесь! Ты просто не следил за ним и он опрокинулся. Итак, сколько денег ты достал сегодня? А? Сколько здесь денег? Баки хмурит брови, протягивает дрожащую руку, берет стаканчик и заглядывает в него с надеждой. Но его лицо становится измученным, как только он видит, что там пусто. — Должно быть, я все выпил, Стиви. Прости. — затем Баки неожиданно светло улыбается. — Я думаю, у Джонса еще осталось немного кофе! Ты должен спросить его об этом! Гейб – хороший парень, он поделится своим кофе. Фальшивый Стив сильно шлепает Баки по колену, и гнев Стива разгорается еще сильнее, он едва сдерживается, чтобы не пойти туда и не оторвать ему руку. — Ты не сосредоточен! Это стаканчик для сбора денег, помнишь? — фальшивый Стив выхватывает стаканчик у Баки и трясет им перед лицом Баки, который кусает губу и моргает, выглядя растерянным. Тихо вздохнув, фальшивый Стив ставит стаканчик на тротуар в футе от них. Он делает глубокий вдох и, видимо, пытается успокоиться. Он очень натянуто улыбается Баки, но видно, что он все еще злится. — Там он и должен оставаться, помнишь? Чтобы люди могли класть в него деньги. Зачем нам деньги? Зачем? — Потому что...потому что...потому что Стиви нужно лекарство. Фальшивый Стив улыбается ему. — Да. И что случится, если я его не получу? Баки выглядит напуганным. — Ты заболеешь. И это нехорошо. — Нет. Это пугает, не так ли? Поэтому стаканчик должен оставаться там, где он стоит, и ты должен оберегать его весь день. Ты сегодня не выполнял свою работу. Лицо Баки становится измученным, и он выглядит близко к тому, чтобы расплакаться. — Прости. Прости, прости, прости. Фальшивый Стив останавливает его жестом. — Все хорошо. Но ты же знаешь, что это значит. Ты должен достать для меня лекарство другим, более трудным путем. Баки кивает, выглядя расстроенно. — Да, — затем лицо Баки проясняется, он выглядит решительным. — Я пойду прямо сейчас. Я принесу тебе лекарство, Стиви. Сердце Стива подскакивает к горлу. Этот незнакомец заставлял Баки добывать ему деньги или его «лекарство»...радикальными способами? Теми же, к которым Баки прибегал от отчаяния, когда им нужны были деньги на медицинские счета Стива? Может быть, Баки помнил, что делал, и сам предложил это?! От одной мысли об этом Стиву становится дурно. Но потом он грозно напоминает себе, что сейчас он здесь и собирается положить всему этому конец. Ему придется делать шаги медленно, но он ни за что не позволит Баки заниматься проституцией ради выгоды фальшивого Стива. Стив считает, что Баки не только не способен принимать правильные решения самостоятельно, но и что вся эта ситуация неправильна. Баки не должен ничего делать для этого незнакомца, который явно манипулирует им. В любом случае, Стив этого не допустит. Он отдаст Баки деньги из своего бумажника. Сэм всегда призывает Стива носить с собой немного наличных, надеясь, что Стив пойдет в магазин и будет чувствовать себя более комфортно, оплачивая покупки знакомым способом. Пока этого не произошло, но сейчас деньги могут послужить гораздо более важной цели. Несмотря ни на что, Стив не позволит Баки сделать то, о чем он потом может пожалеть. Фальшивый Стив кивает и похлопывает его по колену. — Спасибо, Бак. Мы встретимся дома, хорошо? Я плохо себя чувствую, потому что начинаю заболевать. Баки серьезно кивает и дотрагивается до лба фальшивого Стива, как будто у него лихорадка. Затем он вскидывается на ноги, проходит мимо Стива и направляется вниз по улице. Стив собирается вскочить и поспешить за Баки; фальшивый Стив, вероятно, забыл о нем, и Стив не спешит напоминать ему о себе. Фальшивый Стив, вероятно, не будет счастлив обнаружить, что настоящий Стив объявился, чтобы спасти Баки, поэтому чем дольше фальшивый Стив остается неосведомленным, тем меньше шансов, что он попытается убежать с Баки. Медленно поднявшись, Стив небрежно плетется за Баки. Он набирает темп только тогда, когда пропускает достаточно людей, чтобы быть уверенным, что фальшивый Стив его больше не видит. Затем он спешит к Баки, который идет с определенной целью. — Бак! Баки оглядывается через плечо, но его лицо темнеет, когда он видит Стива, и он продолжает идти. Стив сомневается, что Баки охотно возьмет у него деньги сейчас, поэтому он должен действовать быстрее, чтобы заставить Баки довериться ему немного больше. Или хотя бы перестал думал о нем, как о враге. — Бак, пожалуйста! Послушай меня! Этот другой парень, он не Стиви, я — твой Стиви. Баки продолжает игнорировать его. Стив подбегает, чтобы идти с ним рядом. — Нед ведь не сказал нам двоим, что мы не можем играть в мяч, не так ли? Он сказал это только мне, потому что не хотел, чтобы я играл с ним. Ты мог бы поиграть с ними, но решил этого не делать. Ты ворчал о... — Заткнись! — Баки рычит на него. — Спроси у того другого Стива, кто такой Нед! Спроси его, где Нед жил и какая у него фамилия. Я гарантирую, что он этого не знает. Ты помнишь, где жил Нед? Он жил там же, где и мы, в Бруклине. И его фамилия была Такер. Нед Такер. В этот момент Баки решает, что с него достаточно. Проходя мимо стены, Баки останавливается и впечатывает в нее Стива. Находясь так близко к зловонию, исходящему от Баки, Стив изо всех сил пытается дышать нормально, но опять же, защищать себя и отстраниться — последнее, о чем он думает. Баки смотрит на него изнуренно, но сердито. — Я не–я не–что это такое. Знаю–я не. Ты–мой–стаканчик должен оставаться на тротуаре. Стив моргает, глядя на него. — Я знаю, что ты в замешательстве. Ты устал, запутался, ты болен, и я хочу тебе помочь. Баки рычит и снова припечатывает его к стене. — Ты меня раздражаешь. — Спроси меня о чем угодно. О чем угодно. Я расскажу тебе все что угодно о нашем прошлом. Я знаю все это, потому что я настоящий Стив, а не тот другой парень. — Ложь! — рычит Баки. — Ты лжешь! Ты–ты лжешь–ты лжешь! Наконец он снова припечатывает Стива к стене и отступает. — Убирайся отсюда! Это не срабатывает, поэтому Стив решает изменить тактику. Его главная задача в том, чтобы избавить Баки от необходимости делать что-то ужасное, чтобы получить дурацкое лекарство для дурацкого фальшивого Стива по его приказу, а это значит, что Стив должен держаться поближе к Баки и ждать подходящего случая, чтобы дать ему денег. — Если ты думаешь, что я не Стив, тогда какое тебе дело, что я буду ошиваться вокруг, а? Я не причиняю тебе вреда, я не краду у тебя. Это свободная страна, я могу ходить, где захочу, и сидеть, где захочу. Баки свирепо смотрит на него и открывает рот, чтобы ответить, но внезапно его лицо становится пустым, глаза закатываются, и он падает вперед на Стива. Стив спохватывается, чтобы поймать его прежде, чем Баки сползет на землю. Несколько секунд спустя Баки рычит и правой рукой слабо бьет его, пока Стив осторожно не выпускает его из рук. — Ладно, ладно. Отпускаю. Не хочешь присесть? — Уходи, — бормочет Баки, уткнувшись Стиву в грудь. Наконец ему удается оттолкнуться от Стива, но он едва отходит на несколько шагов, как его лицо снова обмякает, голова наклоняется вперед, и он падает на стену. Стиву удается схватить его, прежде чем он падает, и бережно опустить на землю. На этот раз Баки не сразу приходит в себя. Его глаза закатились, рот широко раскрыт, и он сидит, привалившись к стене. Стив понятия не имеет, что происходит. Баки так ослабел из-за голода, что непроизвольно теряет сознание? Он ранен? — Бак? Ты меня слышишь? Хочешь, я вызову скорую? Ты голоден? Ответа нет еще несколько секунд, затем Баки резко моргает и медленно приходит в себя. Он садится прямо и, несколько раз моргнув, впивается в Стива пристальным взглядом, а потом снова свирепо смотрит на него. Сердито рыча, Баки опирается дрожащей правой рукой и медленно поднимается на ноги, выглядя бледным и измученным. Баки не использует металлическую руку, чтобы помочь себе, она просто волочится вверх вместе с ним. Стив не знает, то ли с рукой что-то не так, то ли Баки слишком слаб, чтобы использовать ее, если только его не захлестнет волна адреналина. Когда в нем не бушует адреналин, она кажется не более чем тяжелым куском металла, прикрепленным к его боку. Как только Баки встает, он делает глубокий вдох и медленно идет назад тем же путем, которым пришел. Стив осознает ошибку Баки, когда они уже на полпути к тому месту, где ждет фальшивый Стив. Ему невыносимо смотреть на очередную стычку между ними, поэтому он держится сзади и наблюдает из-за угла. Конечно же, фальшивый Стив расстраивается, что Баки забыл добыть для него лекарство — чем бы оно ни было — и после нескольких воплей, жестикуляций и толчков фальшивый Стив указывает вниз по улице, и Баки возвращается к Стиву. Он выглядит расстроенным и близким к тому, чтобы заплакать, и, кажется, не замечает Стива. Стив с трудом удерживается, чтобы не заключить Баки в объятия и не утешить. Баки наверняка оторвет ему руки, если он попытается. На этот раз Стив держится на безопасном расстоянии и следует за ним по каким-то извилистым улочкам и переулкам. Они оказываются в самой захудалой части города, и тогда Баки замедляется, внимательно разглядывая проходящих мимо людей. Теперь они окружены людьми, которым живется так же тяжко, как Баки. Некоторые сидят или спят на тротуаре, другие толкают грохочущие тележки со своими пожитками, а некоторые стоят группками, разговаривая друг с другом. Некоторые люди сгорбились, возясь со шприцами, сигаретами и другими вещами, которые Стив не может распознать. Некоторые поднимают глаза, и когда видят Баки, их глаза расширяются от страха, они вскакивают на ноги и спешат прочь. Стив хмурится, потому что эта реакция не похожа на ту, которая должна была бы быть, если бы они регулярно давали Баки деньги за интимные услуги… Похоже, Баки не волнует, что его боятся. Он направляется прямо к худой женщине с длинными, жесткими и немытыми волосами, которая сидит на земле, осторожно разворачивая кусок фольги, а изо рта у нее торчит стеклянная трубка. Подойдя, Баки встает над ней. — Отдай мне это. Она вскидывает глаза и выглядит испуганной, но тут же засовывает фольгу обратно в грязные джинсы. — Уходи отсюда! Купи себе сам! — она вопит, стеклянная трубка все еще свисает с ее губ. — Отдай мне это, или я заберу это у тебя, — снова говорит Баки. Его голос ровный, и нет никаких признаков заикания и замешательства, как раньше. Вот тогда для Стива все кусочки, наконец, встают на свои места, даже если он и не понимает, зачем фальшивому Стиву нужен кусок фольги. Кажется, Баки обменивал «лекарство» для фальшивого Стива не на секс. Вместо него Баки использовал некоторые из своих других приобретенных навыков, которым его обучили в Гидре. Они включают в себя меньше соблазнительных ухмылок и больше насилия. Баки сжимает металлический кулак, заставляя женщину вскочить и попытаться убежать, но Баки хватает ее за горло металлической рукой и припечатывает к стене. Стеклянная трубка падает с ее губ и разбивается о землю. Стив так погружен в события нескольких последних часов, что ему требуется несколько секунд, чтобы среагировать. — Бак! Остановись! — он бросается вперед и хватает металлическую руку Баки. Из-за того, что Баки слаб, Стив ощутимо может оттянуть металлическую руку, но когда Баки замечает, что он делает, то переносит на руку весь свой вес, которая сильнее сжимается на горле женщины. Стив тут же отпускает руку, что заставляет Баки ее немного ослабить. Стив отчаянно пытается поймать взгляд Баки, но он темнеет, сосредоточенно свирепо впиваясь в женщину. — Бак, отпусти ее. — Стиви нужно его лекарство, — говорит Баки. Слова по-прежнему ровные, отрепетированные. Как будто Баки делает это постоянно, что, вероятно, может быть правдой. — Я это понимаю. Но у меня есть деньги, так что мы не должны делать больно этой бедной женщине или грабить ее. Отпусти ее, и я дам тебе денег, чтобы ты мог купить...лекарство надлежащим образом. Баки поворачивает голову и хмуро смотрит на него, выглядя так, будто забыл о бедной женщине, бьющей его по руке и пытающейся вдохнуть. В отчаянии Стив достает бумажник и вытаскивает несколько купюр. — Видишь? У меня есть деньги. Отпусти ее, и ты сможешь купить лекарство. Баки резко отпускает женщину, которая падает на землю. Выхватив у Стива деньги, Баки направляется дальше по переулку. Стив разрывается между проверкой состояния женщины и следованием за Баки, но выбор отпадает сам собой, когда женщина ковыляет прочь, тяжело дыша и хватаясь за горло. Направляясь за Баки, Стив следует за ним по другому переулку, и Баки идет прямо к молодому мужчине, который выглядит намного чище, чем все вокруг. Баки просто молча протягивает ему деньги. Мужчина пересчитывает их и осторожно протягивает Баки маленький квадратик сложенной фольги. Сунув фольгу в карман, Баки выходит из переулка, даже не взглянув на Стива. Стив собирается начать разговор, но замечает, что они возвращаются не туда, где оставили фальшивого Стива. Вместо этого они остаются в неблагоприятной части города. Они идут по другому переулку, и Стив видит фальшивого Стива, ожидающего их за грязным зданием с заколоченными окнами. Фальшивого Стива, похоже, не заботит Стив. Он нетерпеливо протягивает руку. — Ты достал мое лекарство? Баки кивает и улыбается. — Да, я достал его, — он достает из кармана маленький кусочек фольги, и фальшивый Стив сразу выхватывает его. Развернув, он исследует содержимое фольги и улыбается Баки. — Ты молодец, Бак. Спасибо. Ты так хорошо заботишься о своем Стиви, правда? Баки улыбается и с энтузиазмом кивает. — Это моя работа. Я обещал миссис Р. — Ага. Открой дверь. Мне нужно принять свое лекарство. Подойдя к металлической двери здания, Баки тянет и открывает тяжелую дверь своей металлической рукой. Дверь скрипит, когда открывается, и фальшивый Стив ныряет внутрь, сопровождаемый Баки. Стив, привыкший следовать за Баки, делает шаг к двери, чтобы последовать за ним, но Баки отталкивает его. — Нет. Ты не заходишь внутрь. — Я просто хочу убедиться, что с тобой все в порядке. Я... Баки свирепо смотрит на него. — Мне не нужно–я достал лекарство и–и я обещал миссис Р.! — бросив последний свирепый взгляд, Баки захлопывает тяжелую дверь, и Стив остается стоять на тротуаре, уставившись на нее. Он полагает, что они, вероятно, останутся там на ночь, но Стив ненавидит саму мысль, что он не будет знать, что делает фальшивый Стив. Увидев, как он толкает Баки, а Баки не пытается защищаться, Стив боится, что фальшивый Стив может сделать с ним, если Баки не сделает того, что он скажет. Баки, вероятно, расстроится, если Стив туда вторгнется, а это не то, чего хочет Стив. Он просто хочет убедиться, что Баки в безопасности и у него есть хорошее место для ночлега. Кроме того, если он собирается успешно забрать Баки у фальшивого Стива, ему нужно собрать больше информации. Что ж, у Стива достаточно опыта ночевок в заброшенных зданиях и в выяснении, как в них попасть, когда он не должен был даже думать об этом. В те дни Баки всегда проводил предварительную разведку, а потом помогал подняться или затаскивал Стива внутрь. На этот раз Стив сам по себе. Сделав от здания несколько шагов назад, Стив осматривается и замечает окно второго этажа с небольшим выступом. К счастью для него, оно приоткрыто. Идя назад по переулку, чтобы дать себе пространство для разбега, Стив мысленно готовится и бежит, используя стену, чтобы упереть ногу и подпрыгнуть достаточно высоко, чтобы достичь выступа. Подтягиваясь, он поднимает руки и помогает себе, одновременно открывая окно достаточно, чтобы пролезть внутрь. Отчаянно надеясь, что за ним никто не наблюдает, он проскальзывает внутрь и осторожно перекатывается на грязный пол. Вскочив на ноги, он оглядывается, надеясь, что не вторгается в чье-то жилое пространство. Он с радостью обнаруживает, что комната пуста и покрыта пылью. Делая усилие, чтобы прислушаться, Стив улавливает голоса с нижнего этажа. Прокрадываясь в коридор, Стив замечает перила там, где должна быть лестница...но только ее там нет. Там находится зияющее отверстие, где лестничная площадка соединялась с лестницей, ведущей вниз, но они исчезли. Что ж, это объясняет, почему здесь так долго никто не был. Идеально! Пока он будет прятаться, фальшивый Стив и Баки не узнают, что он здесь. Понимая, что может выдать свое присутствие, наступив на скрипучую половицу, он ложится на грязный, жесткий ковер и медленно ползет к краю площадки. По пути он мысленно благодарит доктора Эрскина. Без сыворотки он никогда бы не попал сюда без помощи Баки, а пыль, кружащая вокруг, убила бы его, вызвав приступ астмы. Он осторожно поднимает голову и выглядывает из-за края площадки. К его удивлению, комната полна людей. Некоторые завернулись в одеяла и спят на полу, другие сидят вместе на грязных матрасах, разговаривают и едят. Фальшивый Стив сидит на матрасе, осторожно разворачивая кусок фольги, который дал ему Баки. Стив начинает беспокоиться, не находя Баки сразу, но когда сдвигается, чтобы лучше рассмотреть комнату, то, наконец, замечает его. Баки сидит, прислонившись к металлической двери, подтянув колени и потирая виски, будто у него болит голова. Он выглядит расстроенным, и Стиву снова больно от желания утешить его и сделать все необходимое, чтобы он почувствовал себя лучше. К несчастью, никто больше не беспокоится о положении Баки. Они все игнорируют его, даже фальшивый Стив. Фальшивый Стив сосредоточенно держит сплющенную фольгу в одной руке, а в другой — мерцающую зажигалку под фольгой, и у него во рту такая же стеклянная трубка, как и у той женщины. Он осторожно двигает зажигалку под фольгой и водит стеклянной трубкой, вдыхая идущий дым. Закончив, комкает фольгу и слабо отбрасывает ее в сторону. Рукой вытягивает трубку из губ и безвольно роняет ее на колено. Через несколько минут фальшивый Стив все больше и больше припадает к стене, его рот распахнут, глаза закатились, а голова откидывается то на стену, то падает на грудь. Эффект слабее, чем то, что было с Баки ранее, но Стив знает, что эта реакция должна быть связана с тем препаратом, который фальшивый Стив только что вдохнул. В последний раз Стив видел такую реакцию на препараты во время войны, когда пошел в медицинскую палатку, чтобы пройти каждодневный осмотр, на котором всегда настаивала Пегги. Он проходил мимо кроватей, заполненных ранеными солдатами, и видел, как медсестры вводили очень сильные обезболивающие тем, кто страдал от болезненных травм. У тех солдат было такое же выражение лиц. Но у фальшивого Стива нет никаких ран, которые были бы видны Стиву. Точно не таких, которые требуют такого сильного обезболивающего. Кроме того, он сказал Баки, что заболеет, если не получит свое «лекарство», но все должно быть наоборот. Вот тогда-то Стив, наконец, все понимает. Фальшивый Стив, должно быть, подсел на обезболивающие. Стив слышал, что такое случалось с солдатами, вернувшимися домой со Второй мировой и нуждавшимися в обезболивающих препаратах, чтобы справиться с застарелыми ранами. Многие пристрастились к этой дряни. Несмотря на то, что у фальшивого Стива не было никаких неизлечимых травм, требующих обезболивания, он, похоже, все равно подсел на них. Стиву жаль его, но его сожаление пропадает, когда он вспоминает, что фальшивый Стив манипулирует Баки, чтобы получить наркотики, притворяясь Стивом. Этот человек впутал Баки во все это, несмотря на то, что Баки был не в том состоянии, чтобы принимать правильные решения. Стиву также приходит в голову, что он не видел, чтобы Баки что-нибудь ел или пил, пока они были вместе в течение нескольких часов. И фальшивый Стив ясно дал понять, что деньги, которые Баки должен был собрать, попрошайничая, пойдут на приобретение наркотиков, а не еды для Баки. На самом деле, фальшивый Стив ни разу не спросил о самочувствии Баки, ел ли он, и не предлагал принести ему еды или воды. Так, в дополнение к тому, чтобы принуждать Баки доставать лекарства для него, фальшивый Стив не делает ничего, чтобы помочь Баки в ответ. Стива тошнит от осознания того, что Баки доверяет этому человеку. Баки вовсе не дурак. Он крепкий, умный, и они с Баки ввязывались во множество крупных драк, когда не были согласны с тем, в чем их обвиняли. Но очевидно, что сочетание неспособности позаботиться о себе и его потерянности делает невозможным для Баки сделать больше, чем слепо доверять человеку, которого он считает Стивом. Всякий раз, когда Стив заболевал, он помнит, что всегда доверялся Баки. Если бы Баки сказал ему съесть это или выпить то, или что ему нужно лечь в холодную ванну еще раз, Стив бы плакал и умолял, но в конце концов сделал бы это, потому что доверял Баки. Он часто чувствовал себя слишком тошнотворно, или ему было слишком больно, чтобы понимать, что происходит, но если Баки говорил ему что-то сделать, Стив знал, что должен, потому что Баки всегда хотел для него самого лучшего. Сердце Стива болит от того, как фальшивый Стив пользуется добрым сердцем Баки и его любовью к Стиву. Даже если его воспоминания обрывочные, очевидно, что Баки помнит Стива и помнит, как сильно он заботится о нем. Поддерживать Стива, когда он был здоров, или лечить его, когда он был болен, всегда были самыми большими приоритетами в жизни Баки. Поэтому, когда фальшивый Стив сказал Баки, что это «лекарство» убережет его от болезни, он выбрал идеальный способ манипулировать Баки. Еще Стив ловит себя на том, что удивляется, откуда этот человек знает о них так много. Как он нашел Баки? Как он догадался, каким образом манипулировать Баки? Как долго это продолжается? Но все эти мысли отступают на задний план перед болью, которая сжимает его сердце. Баки выглядит так, будто с трудом держит глаза открытыми, но продолжает вздрагивать, просыпаясь. Стив предполагает, что фальшивый Стив и другие в комнате сказали Баки, что охранять их — его работа, что объясняет, почему Баки вымотан. Стив смотрит на людей в комнате, которые едят и пьют воду из бутылок, и никто из них не делает попыток поделиться тем, что у них есть, с Баки. Никто даже лишний раз не смотрит на него. Он сидит там, измученный и голодный, еще и защищая их всех, и они ничего не дают ему взамен. Это неимоверно злит Стива. Ему нужно увести Баки подальше от этих людей, особенно от фальшивого Стива. Стив так занят своим гневом и болью за то, что переживает Баки, что ему требуется некоторое время, чтобы заметить, что Баки заснул, прислонившись к двери. По крайней мере, Стив надеется, что Баки спит, и что у него не еще один из этих коротких приступов потери сознания. Но когда он смотрит на Баки, то видит, что его глаза закрыты, как во время сна, и он прислонился к двери, а не рухнул на нее. Впервые Баки выглядит немного умиротворенным. Стив знает, что это иллюзия. Баки болен, голоден и хочет пить, но, по крайней мере, он может немного отдохнуть. Именно тогда Стив решает, что не может оставаться здесь вот так. Лежа на полу и сосредоточившись на своем гневе и боли, затягивая с помощью Баки. Ему нужно позвонить Сэму и вместе они составят план. Он не оставит Баки с этими ужасными человеческими существами ни секундой дольше, особенно с фальшивым Стивом. Но в этом-то и проблема. Даже если Баки нет дела до других в комнате, ему есть дело до фальшивого Стива. Стив не может просто похитить Баки и держать его связанным где-то в надежде, что однажды он придет в себя. Несмотря на его добрые намерения, он навредит Баки почти также же, как и фальшивому Стиву, не говоря уже о том, что Баки будет одержим возвращением к поддельному Стиву. Двигаясь медленно, Стив ползет к окну и выпрыгивает. Он идет в конец переулка, чтобы не было никакого шанса, что фальшивый Стив или Баки подслушают его разговор, но оставаясь так, чтобы все еще видеть металлическую дверь. Достав телефон, он звонит Сэму. Голос ответившего Сэма бодрый. — Эй. Ты уже поужинал? Я умираю с голоду. Я вроде как в настроении для суши? Иронично, что Сэм начал разговор именно так, поскольку Стив голоден, но тратить время на еду — последнее, о чем он думает. — Привет. Послушай, я должен тебе кое-что сказать, и тебе это не понравится. Сэм на мгновение замолкает. Потом он мягко вздыхает. — Окей. Я могу быть готов к отъезду завтра днем. Но не раньше двух часов. У меня будет групповое занятие. — Нет, нет. Сэм, я...я нашел Баки. Теперь молчание длится гораздо дольше. — Ты...нашел Баки? Что ты имеешь в виду? У тебя есть важная зацепка? — Нет, я буквально нашел его. — Где он? — Прямо сейчас? Он спит в заброшенном здании рядом с... — Стив оглядывается и называет Сэму названия ближайших улиц. — Я...ты...что?! Барнс здесь, в Вашингтоне? Стив моргает. Он даже не остановился, чтобы подумать о том, какая ирония заключается в том, что они с Сэмом в поисках Баки бегали по всему миру, а Баки никогда не покидал Вашингтон. А может, и покидал, но его связь с фальшивым Стивом не нова, так что Баки в Вашингтоне уже некоторое время. — Да. Он...он здесь. Но он...Сэм...он не совсем в порядке. Он... — и, возможно, это стресс, накопившийся за весь день, но теперь, когда Стив больше не сфокусирован на Баки, в его горле растет ком, а глаза наполняются слезами до краев. Чудовищность ситуации сразу бьет по нему. — Стив, постарайся дышать, хорошо? Я приеду забрать тебя прямо сейчас. Просто оставайся на месте. — Я не могу оставить его, Сэм. Не оставлю. — Ладно, поговорим об этом, когда я буду там. Стив слышит разные звуки с конца линии Сэма. Он, должно быть, выходит из квартиры и садится в свою машину, чтобы помочь Стиву, потому что Стив потерян и напуган, и ему нужен план, чтобы помочь Баки. Теперь он плачет по-настоящему, стоя у входа в переулок, а солнце медленно садится и вокруг опускается темнота. — Он...он болен, Сэм. — В каком смысле болен? — Он так запутался. И он измучен, он так сильно похудел, и фальшивый Стив не давал ему ничего поесть, наверное, весь день... — Кто такой фальшивый Стив? — Ох. Он... — Стив шмыгает носом и пытается перестать плакать достаточно, чтобы успеть договорить. — Это какой-то подозрительный тип, который манипулирует Баки. Он притворяется мной, и Бак верит ему, потому что думает, что он — это я. — Стив, мне нужно, чтобы ты начал с самого начала, хорошо? Я почти на месте, но мне нужно, чтобы ты рассказал мне все от начала до конца. Кивнув, Стив прерывисто вздыхает. Он не уверен, почему Сэму нужно знать это прямо сейчас, и ему придется многое опустить, если он собирается закончить до рассвета. Но Сэм знает, о чем говорит. — Хорошо. Ну...мы с Баки познакомились, когда мне было семь. Он... — Нет, дружище. Я имел в виду не это начало. Я про то, как сегодня ты нашел Баки? Где ты его нашел? Что ты ему сказал? О. Ну, так вопрос звучит более разумно. Поэтому Стив запинается и плачет, рассказывая про события, произошедшие сегодня, ничего не упуская. Сэм прерывает его лишь несколько раз, прося сделать паузу на секунду, и иногда на его конце провода раздаются приглушенные звуки. Стив всегда терпеливо ждет, тихо плача, пока Сэм не скажет ему продолжать. В середине рассказа Сэм внезапно появляется перед ним, но Стив продолжает держать свой телефон и говорить по нему, пока Сэм осторожно не протягивает руку и не вытягивает мобильный из его хватки. — Подожди секунду, ладно? Давай сядем в мою машину. Стив следует за Сэмом и безвольно садится на пассажирское сиденье. Он чувствует запах еды. Сэм забирается на водительское сиденье, нагибается, достает огромный коричневый пакет, и кладет его Стиву на колени. — Съешь хотя бы половину, а потом мы продолжим разговор. Это не суши, но по пути встретился «Макдоналдс», и это было быстрее. Хотя его желудок урчит от запаха теплой еды на коленях, Стив чувствует себя виноватым. — Я не могу это съесть. Бак не ел весь день. — Баки сейчас спит, так что поесть он все равно не сможет. Но если ты не будешь есть, то ослабеешь, а если ты ослабеешь, ты не сможешь помочь Баки, так? Мы достанем Баки еду и воду, когда он проснется, обещаю. Итак, Стив открывает пакет и начинает поглощать бургеры и картошку фри. Сэм тянется на заднее сиденье, выхватывает пакет, полный бутылок воды, и открывает одну для Стива. Затем он берет несколько бургеров для себя, и они едят в тишине. Каждые несколько минут Стив смотрит за плечо Сэма и вглядывается в металлическую дверь, чтобы убедиться, что ничего не изменилось. Съев почти все содержимое коричневого пакета и выпив три бутылки воды, Стив чувствует себя спокойнее. Может быть, его тело просто погружается в дрему, возникающую при переваривании еды, но этот отвлекающий фактор хорош для успокоения нервов. Сэм вытирает рот и руки салфеткой и бросает коричневый пакет, набитый обертками и пустыми коробками, на заднее сиденье. — Хорошо. Теперь ты можешь закончить. Что случилось, когда Баки пошел доставать фальшивому Стиву его «лекарство»? Стив заканчивает рассказ. Сэм выглядит очень обеспокоенным, когда Стив говорит ему, что Баки два раза впадал в эти странные мини-коматозные состояния. — Ты не замечал за ним такое раньше? Открыв рот, чтобы сказать, что он никогда не видел ничего подобного, Стив делает паузу. Это не совсем правда. Он помнит, что Баки стал безучастным и уронил голову во время их первого разговора тоже. Он не полностью потерял сознание, но так как он уже сидел и горбился, это могло быть менее заметно. — Я думаю, что он впадал в него еще, когда мы говорили с ним в первый раз. Я просто подумал, что он потерял ход мыслей и решил проигнорировать меня. Сэм поджимает губы. — Тебе это не понравится, но я думаю, что Баки страдает от припадков. Эти слова ошеломляют Стива. — Припадки? Он не бился в конвульсиях, Сэм. Я думаю, что он просто слаб. — Слабость — это одно. Но он бы не потерял спонтанно контроль над всем телом, если бы был просто слаб. Ты сказал, что его лицо стало вялым, а глаза закатились? Это описание атонических припадков в учебниках. Стив моргает. Он понятия не имел о существовании различных видов припадков, но теперь он чувствует себя еще больше обезумевшим, и его охватывает страх. — Они...они опасны? Они выглядят не так уж и ужасно. — Любые припадки опасны, парень. Это в основном означает, что в мозгах Баки происходит что-то плохое. Там есть какие-то проводящие пути, которые перекрещены там, где не должны перекрещиваться, вероятно, это последствия ударов током, которые ему пришлось пережить. Проблема в том, что ситуация может ухудшиться в любой момент. — Так...что же нам делать? — В долгосрочной перспективе Баки придется принимать лекарства. Это будет трудно с его сывороткой, но надеюсь, это сработает. Но сейчас мы должны сосредоточиться на том, чтобы принести ему еды и воды. Судороги расходуют много энергии, так что если у него не будет достаточно энергии, он будет продолжать стремительно слабеть. Мы должны достать ему еду и воду. — И мы должны забрать его подальше от фальшивого Стива. — Определенно. Но мы должны быть терпеливее и сообразительнее. Мы не можем просто схватить Баки и увести его от фальшивого Стива. Стив качает головой. — Нет, я знаю. Он не доверяет нам и захочет вернуться к нему. — Именно. Баки находится в абьюзивной ситуации, но он убежден, что фальшивый Стив заботится о нем, и он чувствует себя ответственным за безопасность фальшивого Стива. А это значит, что он не видит в фальшивом Стиве угрозу, и это то, что мы должны изменить. — Как мы заставим его увидеть то, что фальшивый Стив на самом деле вредит ему? Он не послушает меня. — Послушает. У тебя есть большое преимущество в этой ситуации. Ты настоящий Стив Роджерс. Все эти случайные воспоминания, возникающие в голове Баки, ты знаешь, что все они означают. Ты можешь обрисовать ситуацию так, как не может фальшивый Стив. Ты можешь использовать это, чтобы заставить Баки сомневаться в фальшивом Стиве и считать тебя ценным, надежным источником информации. Он вообще узнал тебя? Стив качает головой. — Я так не думаю. В основном он просто злился на то, что я его беспокою. — Но он ведь помнит Стива Роджерса, верно? Ты сказал, что его воспоминания — это все, что он говорил людям, или что ему говорили люди, верно? Может, все его более отчетливые воспоминания слуховые, а необязательно зрительные. Когда Стив выпрямляется, у него появляется идея. — Значит, он может вспомнить, если я скажу о воспоминаниях вслух? — Может быть. Но ты должен быть терпеливее и сообразительнее. Мы не знаем, что творится в голове у Баки. Если ты напугаешь его, будучи слишком напористым, он может сбежать, и в его состоянии это может плохо кончиться. Страх снова сжимает его сердце, и Стив прислоняется к спинке сиденья. — Хорошо. Сообразительнее и терпеливее. Я могу справиться с этим. Сэм улыбается. — Я знаю, что можешь. Дай мне свой телефон. Нахмурившись, Стив протягивает его и смотрит, как Сэм подключает его к зарядному устройству, подключенному к инвертору в его машине. — Вот так. Этого должно быть достаточно для работы в течение несколько часов. А теперь немного отдохни. Кивнув, Стив тянется к ручке двери. — Я сказал «отдохни», а не «иди на пробежку». Стив фыркает. — Я тебя слышал. Я отдохну, обещаю. Я вернусь сюда утром за своим телефоном. — Где именно ты собираешься спать? На скамейке? Не будь дураком, чувак. Откинь спинку сиденья назад и немного поспи. Я разбужу тебя через два часа, и тогда ты вступишь на вахту. Уставившись на Сэма, Стив не верит услышанному. — Сэм… Сэм вытаскивает свой телефон и изгибает бровь, смотря на Стива. — Ты растрачиваешь свои два часа. Чувствуя тепло в груди, Стив пытается подавить нелепую улыбку. В миллионный раз он благодарит маму за то, что она прислала ему Сэма. — Спасибо, Сэм. Увидимся через два часа. — Без проблем. Сладких снов.