With The Sun's Love

Обследование немного напрягает Баки. Он знакомится с доктором Джошуа, который входит в его команду по уходу. Стив и Баки не понимают, почему доктор хочет, чтобы они называли его по имени. Видимо дело в том, что он молодой парень, может быть, это еще одна из особенностей двадцать первого века? Доктор Джошуа и Алиша проводят обследования. Они прикрепляют различные устройства к голове Баки, чтобы измерить его мозговую активность, а затем он ложится, и его прокатывают через большую цилиндрическую машину, которая делает больше сканирований. Баки не нравится то, что его помещают в машину, но Стиву позволено держать Баки за ноги, пока он находится в ней. То, что Стив потирает его ноги и говорит с ним, кажется, помогает Баки оставаться расслабленным, пока он не вылезает из машины. Алиша, доктор Джошуа и Стив хвалят Баки всякий раз, когда он заканчивает очередное обследование. К приятному удивлению Стива, здесь нет ни иголок, ни чего-либо такого, что причинило бы Баки боль. Это намного лучше тех обследований, которые проходил в детстве Стив. Когда обследования завершены, доктор Джошуа показывает им некоторые сканы и объясняет, что они означают, своим мягким британским акцентом. — Как ты можешь видеть по темным областям на этих снимках, есть некоторые повреждения мозга, вероятно, из-за ударов электрическим током, которым ты подвергался. Эти повреждения вызывают проблемы с памятью, чувствительность к сложным зрительным и слуховым раздражителям, а также припадки. Из-за сыворотки, которую тебе вкололи, есть шанс, что некоторые из этих повреждений заживут сами по себе, но мы не можем знать, произойдет ли это на самом деле. Стив сжимает ладонь Баки, пока доктор Джошуа говорит, но ничего из этого не удивляет. Сэм сказал Стиву, что ему не следует ожидать чудес. Они могут надеяться на чудо, но должны ожидать, что ущерб будет непоправимым. — Что касается припадков, я бы хотел сейчас дать тебе какое-нибудь лекарство, но потребуется несколько дней, чтобы убедиться, что оно подействует. Вероятно, нам придется пробовать разные дозы и разные лекарства, пока мы не найдем комбинацию, которая будет работать. А еще я дам тебе что-нибудь от головной боли. — Хорошо, — говорит Баки. Стив знает, что он терпеть не может приступы и головные боли, и, вероятно, поэтому так сотрудничает с доктором Джошуа. После того, как Баки принимает лекарство, Алиша приносит странно выглядящий пластиковый шлем*. Это белый купол с прозрачным лицевым щитком спереди, который имеет отверстия над глазами и ртом. — Баки, это то, что мы хотели бы предложить тебе надеть. Баки морщится. — Он выглядит глупо. Почему я должен это носить? Доктор Джошуа добродушно улыбается. — Мы знаем, что Стив — отличная физическая поддержка, и он делает все возможное, но это не очень хорошая идея — полностью полагаться на Стива, чтобы защитить себя, не так ли? Если Стив отвлечется на что-то, он может не успеть вовремя поймать тебя. И разве не было бы здорово, если бы ты мог пройти несколько шагов, не полагаясь на Стива, чтобы защитить себя? — Мне–мне нравится, когда Стив ходит со мной. Алиша наклоняется вперед. — Я знаю, но даже если Стив будет ходить с тобой, он может не успеть поймать тебя вовремя. Это не вина Стива, но мы не хотим, чтобы ты ударился головой, если упадешь. Этот шлем защитит твою голову и твое лицо. Баки все еще не выглядит радостным, но Стив нежно сжимает его бедро. — Разве твоя башка недостаточно повреждена, Барнс? Я действительно буду чувствовать себя спокойнее, если ты согласишься его надеть. Это настоящий стресс: все время беспокоиться о том, чтобы поймать тебя вовремя. Ты знаешь, что я не против того, чтобы ловить тебя, но я боюсь, что ты навредишь себе, если я тебя не поймаю. Это заставляет Баки нахмуриться. — Ты почувствуешь себя спокойнее, если я–если я буду его носить? — Да. Тихо вздохнув, Баки кивает Алише. — Ладно, хорошо. Дайте мне попробовать. Доктор Джошуа и Алиша помогают надеть шлем на Баки и защелкнуть ремешок на подбородке. Они показывают ему, как он может легко расстегнуть и поднять лицевой щиток, чтобы поесть, и ему не нужно беспокоиться о том, чтобы постоянно надевать и снимать шлем. Стив снова сжимает бедро Баки, а Баки просовывает пальцы в прорези на щитке и поворачивает голову. — Как ты себя чувствуешь, Бак? — Все–все в порядке. Он удобный. Алиша улыбается. — Это хорошо. Если ты хочешь внести какие-либо коррективы, мы можем получить другой размер или изменить ремни. Ты можешь снять его, если захочешь лечь в постель, посидеть в кресле с подлокотниками или в ванне, но для твоей же безопасности мы хотели бы, чтобы ты носил его все остальное время, пока мы не справимся с твоими приступами. Кивнув, Баки поворачивает голову и смотрит на Стива. — Как я выгляжу, Роджерс? Стив ухмыляется. Нет абсолютно ничего такого, что Баки Барнс мог бы надеть на себя, и это заставило бы его выглядеть таким смехотворно привлекательным, как этот шлем, но Стив не говорит ему об этом. — Похоже, ты готов сражаться с нацистами, Барнс. Баки ухмыляется и стучит кулаком по шлему. — Ну что ж, слава богу, хоть один из нас тут готов. Алиша смеется. — Я рада, что тебе комфортно в нем. И я рада, что ты считаешь свою безопасность приоритетом. — Я не могу–я не могу допустить, чтобы Стив здесь один беспокоился, не так ли? Стив слегка пинает его лодыжки и улыбается ему. Он рад, что Баки так хорошо относится к этому. — Ты просто персик, Бак. — Я знаю, Роджерс. Не–не забывай об этом. И кстати, моя головная боль прошла, что тоже здорово. Алиша и Стив улыбаются. — Это здорово! — восклицает Алиша. Она берет планшет, на котором доктор Джошуа что-то писал, и делает какие-то пометки. Доктор Джошуа роется в соседнем столе и возвращается к ним, держа в руке маленькую белую штучку, похожую на пластырь. — Мы также хотели бы, чтобы ты носил это устройство. — Вы собираетесь–вы собираетесь наклеить это прямо мне на лоб? Я буду выглядеть очень шикарно. Доктор Джошуа смеется. — Это беспроводное устройство наблюдения. Оно будет посылать информацию о твоих жизненно-важных показателях непосредственно твоей команде по уходу, чтобы мы могли наблюдать за тобой, даже когда ты не находишься в медицинском крыле. Все, что тебе нужно делать, это держать его на груди все время, кроме тех случаев, когда ты купаешься. Баки обменивается взглядом со Стивом, и тот пытается передать молчаливую мольбу в своих глазах. Баки криво улыбается ему, что едва заметно за прозрачным пластиковым щитком на лице. Кажется, он все понял. — Ладно, давайте наклеим это на меня. Доктор Джошуа прикрепляет маленькое липкое устройство к груди Баки, и Алиша спрашивает его, не хочет ли он посмотреть графики, показывающие его пульс и дыхание на своем телефоне, но она предупреждает его, что линии графика движутся довольно быстро. Баки морщится. — Нет, спасибо. А ты действительно можешь видеть мое дыхание и биение моего сердца на своем телефоне? — Да, могу. Баки ухмыляется за щитком. — Ух ты, как здорово! Алиша смеется: — Конечно! Спасибо, что согласился носить монитор. Это здорово, что ты так серьезно относишься к своему здоровью и безопасности. Баки немного робеет от такой похвалы. — Не такое уж и большое дело. Доктор Джошуа улыбается. — На самом деле, это очень большое дело, и я аплодирую тебе за то, что ты такой сильный. Теперь ты можешь идти, но я бы хотел, чтобы ты вернулся после ужина. Мне нужно сделать несколько анализов крови, чтобы увидеть, как быстро ты усваиваешь лекарство от приступов. И если твои головные боли вернутся в любой момент, обращайся к нам, и мы дадим тебе еще одну дозу. Попрощавшись с доктором Джошуа, они выходят из медицинского крыла. Алиша оставляет их у лифта, сказав, что зайдет к ним позже. Странно видеть Баки со шлемом на голове, но Стив знает, что его собственное отношение к этому жизненно важно для того, чтобы Баки принял эту новую часть своей повседневной жизни. Если Стив будет вести себя так, будто это странно, Баки будет некомфортно. Когда они возвращаются в комнату Баки, он усаживается в кресло у окна и снимает шлем, аккуратно ставя его у своих ног. Он расслабленно откидывается на подушки, и на его лице появляется легкая улыбка. — Чему ты улыбаешься, Барнс? Ты гордишься тем, как все хорошо прошло с доктором Джошуа? — Стив очень рад, что Баки сразу же устроился на отдельном кресле, и он даже не смотрит на Стива, который сидит в своем кресле. — Угу, но я также счастлив, потому что–потому что головные боли действительно прошли. Стив улыбается. — Это замечательно! — он чувствует себя немного виноватым при мысли о том, что Баки постоянно страдает от головной боли, но Стив пытается напомнить себе, что раньше он ничего не мог с этим поделать, а теперь Баки получает помощь и лекарства, которые помогут ему чувствовать себя лучше. Баки улыбается в ответ. — Угу. Мне нравится–мне нравится доктор Джошуа. — Ты хочешь сказать, что тебе нравятся его лекарства. — И это тоже. Но мне понравился-мне понравился его акцент. Мне вспомнилась женщина. Раньше она говорила точно так же. Я забыл–я забыл, кто она, но я могу слышать ее голос в своей голове. Стив грустно улыбается. — Пегги? Баки хмурится. — Я–я не помню этого имени. — Агент Картер? Лицо Баки начинает светиться. — Картер! Вот как я ее называл! И она–и она звала меня Барнс. — Совершенно верно. Она называла тебя сержант Барнс, а ты ее агент Картер, но когда ты сказал ей, что ей не нужно быть такой официальной, когда вы не находитесь рядом с большим начальством, она сказала тебе, что согласится, если ты будешь называть ее "Картер". — Я этого не помню. Но я помню, как она сказала–она сказала: «У Говарда–у Говарда есть кое-какое оборудование, которое вы должны попробовать». Стив хихикает. — Да, она так и сказала. Ты помнишь, кто такой Говард? Баки хмурится. — У него–у него был летающий автомобиль. Святая корова. Но больше я ничего не помню о Картер. Только это предложение. — Не беспокойся об этом. Дай себе время, и может ты вспомнишь больше. Но даже если нет, и ты захочешь знать обо всем, что случилось в прошлом, просто спроси меня. — Хорошо. Стив откидывается на спинку кресла. — Ну так, тебе понравилось носить шлем? Баки пожимает плечами. — Мне все равно. Липкая штука тоже вроде ничего. Но она чешется. Поскольку Баки все еще улыбается, Стив считает, что зуд не такой уж невыносимый. — Ты к этому привыкнешь. — Да. — Я действительно тобой горжусь. — Я знаю, — говорит Баки, ухмыляясь Стиву, что заставляет его засмеяться. Пока они снова расслабляются в креслах у окна, раздается стук в дверь. — Войдите, — произносит Баки, прежде чем это успевает сделать Стив. То, что он не вздрогнул от этого звука, просто фантастика. Стив может сказать, что Баки, приняв лекарство от головной боли и чувствуя безопасность, которую обеспечивает эта атмосфера, ощущает себя гораздо комфортнее здесь, чем в Вашингтоне. Это действительно заставляет Стива осознать, что это место пойдет Баки на пользу. Его прежние опасения теперь исчезли, и он сделает все возможное, чтобы заставить Баки согласиться остаться. Это место — именно то, что нужно Баки, и эти люди точно знают, как позаботиться о нем. Алиша просовывает голову в комнату. — Еще раз привет. Извини, что снова беспокою тебя так скоро, но я хотела бы представить тебя другому члену команды по уходу. Если ты чувствуешь, что сегодня познакомился с достаточным количеством людей, мы можем сделать это завтра. Баки, кажется, находится в радостном, расслабленном настроении, и он незамедлительно кивает. — Мы можем сделать это сегодня, — он приподнимается, делает шаг в сторону от кресла...и падает. Стив все еще сидит в своем кресле, не ожидая, что Баки так быстро встанет. Он бросается к нему, но едва успевает коснуться рукава его рубашки, как Баки падает на пол, его голова пролетает в нескольких дюймах от края стола. Шлем спокойно лежит рядом с креслом Баки, где он его и оставил. — Дерьмо! — Стив кидается к Баки и нежно обнимает его, ожидая, когда он придет в себя. Он видит, как Алиша переводит взгляд с телефона на Баки. Она, вероятно, отслеживает жизненные показатели Баки по мониторящему устройству, которое он носит. По крайней мере, на нем была одна из тех вещей, которые он должен был носить. Когда Баки моргает и открывает глаза, Стив улыбается ему. — Привет, Бак. У тебя был еще один припадок. Не торопись, дружище. Ты помнишь, где мы находимся? Баки кривится и оглядывается. — Я–я в своей комнате. Моя новая комната. В–в реабилитационном центре. — Правильно. Ты помнишь, кто эта леди? — Стив показывает на Алишу, и та слегка машет ему рукой. — Это–это Алиша, — измотано бормочет Баки. — Это замечательно, Бак. Как твоя головная боль? — Я–да, у меня болит голова. Алиша подходит на шаг ближе. — Хочешь, я принесу тебе лекарство, Баки? — Да. Спасибо. — потом Баки снова закрывает глаза и утыкается головой Стиву в живот. — Я устал. — Ты хочешь вздремнуть или поужинать? — Вздремнуть. Только–только на некоторое время. — Ладно, давай поднимем тебя на кровать. Стив помогает Баки подняться, пока Алиша выходит из комнаты. Им удается доковылять до кровати, и поскольку Баки отказывается отпускать его, Стив сбрасывает ботинки и ложится первым, позволяя Баки расслабиться на нем. Дверь все еще открыта, и когда раздается тихий стук в дверь, Стив тихо говорит человеку войти. Ему приходит в голову, что причина, по которой Алиша может приходить и выходить из палаты, заключается в том, что у нее, вероятно, есть брелки для доступа ко всем палатам пациентов. Раньше мысль о том, что другие люди имеют доступ к месту, где Баки должен чувствовать себя в безопасности, была бы тревожной, но Стив не чувствует беспокойства, и Баки, похоже, тоже не беспокоится об этом. Его сердце и нутро просто знают, что никто здесь не причинит вреда Баки. Алиша входит с двумя таблетками и бутылкой воды в руке. Стив приподнимает Баки и просит его открыть глаза, чтобы проглотить таблетки. Баки едва успевает их закрыть, прежде чем рухнуть на грудь Стива и заснуть. — У него и так был тяжелый день, — шепчет Алиша, улыбаясь Баки. Стив нежно гладит Баки по спине и наклоняется, чтобы поцеловать его в макушку. — Да. — Обычно у нас прием пищи в определенное время, чтобы сформировать определенный распорядок дня, но я сказала людям на кухне, чтобы они отложили еду для вас. Когда вы будете готовы, просто позвоните на ресепшен и попросите Дон, чтобы вам прислали еду. — Хорошо. Ты все еще хочешь, чтобы мы познакомились с этим новым человеком? — Нет, не сегодня. Я зайду еще раз, чтобы посмотреть, как чувствует себя Баки, и взять образец крови, но вы двое сделали достаточно на сегодня. Если Баки собирается походить вокруг, пожалуйста, пусть наденет шлем. Чем быстрее он к этому привыкнет, тем безопаснее будет. Стив кивает. Баки тихо сопит у Стива на груди, его глаза закрыты. — Прости, что я забыл про шлем, Алиша, — бормочет он, удивляя Стива и Алишу. — Я думал, ты спишь, придурок, — бормочет Стив, крепче обнимая его. — Так и есть. Я просто–просто разговариваю во сне. Стив и Алиша хихикают. — Ну что ж, наслаждайся своими продолжительными разговорами во сне, Баки. Не беспокойся о шлеме, ты привыкнешь к нему. Увидимся через несколько часов, — говорит она. После ухода Алиши Стив тоже немного дремлет; они спят около часа. Когда Стив снова просыпается, он обнаруживает, что Баки слегка отодвинулся от груди Стива и повернулся лицом к окну, глядя на улицу. Стив перекатывается и кладет руку Баки на спину, утыкаясь носом в его голову. —Тебе нравится смотреть туда, а? Ты напоминаешь мне Тимми из «Мышиной истории». Я должен начать называть тебя Баки-деревенский-мышонок. Баки фыркает от смеха и переворачивается на спину, уставившись на Стива. Наклонившись, он трется носом о нос Стива. — Тебе ведь не нравится тишина. — Нет. Но тебе нравится, и это самое главное. — Мы должны-мы должны звать тебя Стиви-городской-мышонок. Стив смеется и щелкает Баки по носу. Баки хватает его за руку и заставляет Стива снова перевернуться на спину, чтобы Баки мог опереться на его грудь. Он вообще не использует свою металлическую руку, позволяя ей волочиться по кровати, но он улыбается, и его глаза сверкают. Обхватив Баки руками за спину, Стив улыбается ему. — Как твоя головная боль? — Прошла. Мне нравятся доктор–доктор–доктор Джошуа и Алиша. — Угу. Поставщики таблеток от головной боли и ванильных коктейлей. Какой сюрприз. Ты готов поужинать? — Да. — Ты хочешь позвонить им вниз? Баки озабоченно хмурится. — Я никогда–никогда раньше не пользовался телефоном. — Я тебя научу. Но сначала – шлем, — Стив встает с кровати и берет шлем Баки с пола рядом с креслом. Баки отказывается надевать его сам, поэтому Стив надевает его вместо него, и они идут к телефону. Подняв радиотелефон, Стив показывает его Баки. — Это телефон. — Угу. Я видел–я видел их раньше, сопляк. Я просто никогда ими не пользовался. — Тебе надо прижать его к уху и рту, чтобы говорить по нему, либо включить громкую связь. — Я не могу поднести телефон к уху, когда на мне шлем. Точно. — Ладно, так что ты хочешь делать? Баки жестом указывает на стул у стола. Это обычный стул без подлокотников, и Стив знает, что это не тот стул, который удержит Баки в вертикальном положении, если у него случится припадок. — Бак, если у тебя случится припадок, ты упадешь с этого стула. Ты можешь либо остаться здесь и воспользоваться телефоном на громкоговорителе, либо сесть в кресло или на кровать и снять шлем. Баки морщится. — Я только–только надел его. — Тогда я покажу тебе, как пользоваться громкой связью. Он демонстрирует, как включить телефон и как переключить его на громкую связь. Баки вздрагивает, когда звучит громкий рингтон. — Мне–мне не–мне не нравится это. Стив выключает телефон. — Как только ты начнешь набирать номер, громкий шум исчезнет, — он снова демонстрирует, как включить телефон, включить громкую связь и нажать кнопку с надписью "Ресепшен". Протягивая Баки телефон, он жестом показывает ему сесть за стол. Баки осторожно берет телефон и садится на стул. — Говорит Дон. Чем я могу тебе помочь, Баки? Стив обменивается удивленным взглядом с Баки через его лицевой щиток. — Как–как вы–как вы узнали мое имя? — говорит Баки в трубку. — Идентификатор звонящего, хотя ты, возможно, не знаком с этим понятием, верно? Я увидела на дисплее номер твоей комнаты, когда ты позвонил, я поняла, что кто-то звонит из твоей комнаты, и решила, что это ты. Опять-таки, так здорово, что Алиша сообщила всем в центре о ситуации Баки. Стив не может представить, как бы ему пришлось снова и снова рассказывать историю Баки. Он ненавидит делать это, когда это касается его самого, не говоря уже о Баки. Шок и сочувствие людей понятны, но это действительно затормаживает разговоры. Стиву всегда кажется, что он должен поддерживать людей, с которыми разговаривает, несмотря на тот факт, что он попросил их о помощи, потому что был подавлен. То, что все здесь знают о положении Баки, делает все намного проще. — Я–я никогда раньше не пользовался телефоном. Я не–я не знаю, правильно ли я это делаю, мэм. — Ты прекрасно справляешься, Баки. И тебе не обязательно называть меня "мэм", ты можешь называть меня просто Дон. У тебя есть вопрос или тебе нужна помощь с чем-то? Баки хмурится и смотрит на Стива, очевидно, забыв, зачем он вообще позвонил Дон. Стив изображает, что ест, и лицо Баки озаряется. — Точно! Мы, Стив и я, хотели бы поужинать, пожалуйста. Алиша сказала позвонить тебе. — Правильно, и ты проделал отличную работу. Я попрошу кого-нибудь принести вам ужин. Ты отлично справился со своим первым звонком, Баки! Ты должен быть очень горд собой. Баки застенчиво улыбается и наклоняет голову, шлем заслоняет его лицо от Стива. — Спасибо, Дон. — Не за что. Вам нужно что-нибудь еще? — Нет, спасибо. — Ладно, спокойной ночи. — Тебе–тебе тоже. Еще раз спасибо. Стив слышит, как на другом конце провода Дон выключает телефон, а потом Баки сидит, держа телефон и хмуро глядя на него. — Ты должен выключить телефон, Бак, или никто больше не сможет тебе позвонить. Это очень важно, — он показывает на кнопку, и Баки осторожно нажимает ее, затем думает над тем, как положить телефон обратно в подставку. Зачарованно глядя на подставку, Баки указывает на нее пальцем. — Свет загорелся. — Да. У телефона ведь нет проводов, верно? В нем есть аккумулятор, поэтому он должен заряжаться. Если ты не будешь каждый раз вставлять телефон обратно, то у него сядет аккумулятор, и ты не сможешь им воспользоваться. — Это–это полезно знать, — Баки встает и возвращается в свое любимое кресло. — Посиди со мной, Роджерс. Стив садится в свое собственное кресло, но Баки, похоже, исчерпал свое желание быть независимым в этот день, потому что он немедленно заползает Стиву на колени. Устроившись поудобнее, он тянется к ремешку шлема, но потом колеблется. — Мне придется–придется снова надеть его, когда приедет ужин. Оставлю его надетым. — Хорошо. Но ты можешь поднять лицевой щиток, если хочешь. — Не. Я все вижу снаружи. Ужин приезжает через несколько минут, и Стив помогает Баки поесть. Как раз в тот момент, когда он выкатывает тележку за дверь, он видит Алишу, идущую к нему, неся небольшую сумку. — Привет, Стив. Я пришла, чтобы еще раз побеспокоить Баки. Мне нужен образец крови, прежде чем он заснет. Баки, кажется, в хорошем настроении после ужина, и после того, как он снимает шлем и сворачивается калачиком со Стивом на кровати, он с энтузиазмом протягивает свою металлическую руку Алише, когда она просит посмотреть его руку. Это заставляет всех троих рассмеяться, и Стив нежно шлепает Баки по заднице. — Ну ты и остряк, Барнс. — Это–это было смешно, а? — Так оно и было, — смеется Алиша. Она берет у него образец крови, а потом желает им спокойной ночи. Утром она принесет им завтрак и расскажет, какие у них планы на день. После ухода Алиши Стив помогает Баки принять ванну. Он рад видеть, что ванна выстлана мягким материалом, который делает самостоятельное мытье более безопасным для Баки, и в ванне есть табурет, который Баки может использовать, если не хочет сидеть на дне ванны. У Баки нет никакого желания мыться самостоятельно сегодня вечером, но когда он это сделает — а Стив надеется, что он в конечном итоге захочет сделать это сам — он не навредит себе, если у него случится припадок, пока он находится в ванне. После того как Стив принимает ванну, и они чистят зубы, они ложатся спать, и Стив читает рассказ. Баки настаивает на том, чтобы держать шторы открытыми, чтобы он мог продолжать смотреть на улицу. Они выключают свет, и Стив понижает яркость ридера, чтобы Баки мог наблюдать за тем, как темные деревья мягко покачиваются на ветру, пока он лежит на груди Стива. Они прочитывают половину «Истории доктора Дулитла», прежде чем глаза Баки начинают закрываться; настает время спать. Стив кладет книгу на прикроватный столик и гладит Баки по щеке тыльной стороной ладони. — Я очень горжусь тем, как хорошо ты сегодня поработал. Ты был очень храбрым. — Я горжусь нами обоими, — бормочет Баки. Улыбаясь, Стив наклоняется и трется носом о нос Баки. — Хочешь спеть песню про Звездочку перед сном? — Угу. Но я устал. — Хорошо, тогда я спою. Хочешь все пять куплетов? — Угу. Посмеиваясь, Стив откидывается на подушку, прочищает горло и начинает петь. — Ты мигай, звезда ночная! Где ты, кто ты — я не знаю... Закончив песню, Стив целует Баки в лоб и укрывает его плечи. — Спокойной ночи, Бак, — шепчет он. — Спокойной Ночи, Стиви. Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю.