ретровейв

Утром, несмотря на ужасную головную боль, все выползли из номеров. Ладно одноклассники, но Нора и Дазай прогулять второй день не имели права. Выпив несколько таблеток и взяв столько же с собой, Осаму последний раз взглянул в зеркало, чтобы убедиться в том, что остатки внешнего похмелья покинули его, и выскочил за дверь в холл, где уже постепенно собирались оба класса. Нора поджидала его около выхода из отеля, чуть нетерпеливо топая ножкой. При виде парня, она выпрямилась, и изобразила грозный вид. Дазай, оказавшись рядом с ней, чмокнул девушку в щеку, а после повернулся к ожидающим его вердикта ученикам. — С добрым утром, класс, — Осаму осмотрел оба класса, все же останавливаясь на решении назвать их одним целым на время поездки, — Вчера вы посетили несколько культурно-исторических мест, разные музеи искусства и прочую ересь, — шатен моментально получил толчок в бок от Норы, — А, да, простите. Несколько учеников издало тихие смешки. Взглядом Дазай нашел Чую в толпе — парень закатил глаза, считая любую подобную выходку шатена игрой на публику или глупым показательным выступлением. — Так вот сегодня мы отправимся в лес Аокигахара! Все равнодушно смотрели на лидера, едва только кто-то удивился, как Дазай смог выговорить это название с первого раза. Заметив, что сложное слово не воодушевило ни единого присутствующего человека, Осаму раздраженно вздохнул, начиная рассказывать то, что вообще-то собирался рассказать, когда все уже прибудут на место. — У этого леса впечатляющая история. Его так же называют лесом самоубийц, а по классике более чем суеверные японцы верят в сверхъестественные силы, живущие в этом месте, — Дазай наблюдал за тем, как во взглядах школьников постепенно тает лед равнодушия, и зарождается нотка заинтересованности, — Это недалеко, и дотуда ходит автобус раз в час. Если сейчас поторопимся, то успеем как раз к тому, что отойдет от остановки в одиннадцать часов, — Осаму осмотрел подростков, окрыленных идеей суицидального леса, и фыркнул. — Выстройтесь приблизительно по два человека, чтобы не занимать всю улицу, и идите за нами, — отпарировала Нора, и развернулась к двери, покидая помещение. Дазай выскочил за ней, а за ними последовали и все ученики. Продвигаясь шумной компанией, каждый общался между собой. В какой-то момент учителя подошли к лидерам, чтобы удостовериться в том, что это абсолютно безопасно и эта экскурсия — действительно хорошая идея. Шатену быстро удалось убедить преподавателя в том, что место действительно интересное, и что никто не пострадает. «Все под моей ответственностью», а мы с Норой — уже под вашей. — Кстати, Дазай, — будто бы невзначай начал учитель другого класса, — Я думаю, вы с Норой достаточно влиятельные, и ответственные люди, раз смогли организовать почти что всю поездку. — К чему вы клоните, Мори-сан? — шатен с трудом смог вспомнить, когда именно за весь вчерашний вечер он успел услышать имя преподавателя, благодаря чему смог сейчас обратиться к нему. — Вы сможете отвезти оба класса в лес на экскурсию и вернуть в целости и сохранности, — уверенно произнес мужчина, — Нам учительским составом надо остаться и решить некоторые учительские дела, — Мори говорил все так же уверенно, но как-то размыто, словно не было никаких учительских дел, а им просто в лом ехать полтора часа на автобусе и снова нервничать, пока весь класс соберется. Свалить всю ответственность на лидеров, а в основном на Дазая, было лучшей из худших идей. С одной стороны, как ни странно, шатен имел гораздо большее влияние на коллектив, нежели оба учителя вместе. Парня уважали оба класса, за исключением, разве что, двух человек, зная его репутацию и статус в обществе. Ко всему прочему, Осаму воспринимает свои обязанности серьезно, но не до боли в сердце, так что он не будет срывать голос, в попытках провести перекличку, и даже не из-за вышеупомянутой репутации: постарается пару раз, не выйдет — забьет и просто поведет всех за собой. Руководитель из него, как ни крути, был превосходный. И Нора только дополняла этот образ состоявшегося, — к примеру, — миллионера. — Хотите оставить сорок четыре человека под ответственность восемнадцатилетнего парня? — Осаму, кажется, излучает искреннее удивление, — Разве взрослые в наше время не стараются сделать все за своих детей? — Тебе ли не знать, что истина абсолютно обратная, — Мори чуть криво улыбнулся, но тут же изменился в лице, понимая, что сказал что-то не то, и разговор зашел не в то русло, — В общем, мы доверяем вам. Если что-то случится, обязательно звоните. Если, конечно, в лесу будет связь. Дазай чуть прищурившись посмотрел на мужчину настолько долго, насколько позволяла способность идти, не глядя на дорогу, а после отвернулся, гордо закидывая голову. — Можете на нас положиться, — отвечает парень, больше не кидая и взгляда в сторону преподавателя. — Отлично! — мужчина довольно ухмыляется, уведомляет еще о нескольких, по его мнению, важных деталях, и удаляется в поисках второго учителя. — Теперь все руководство на тебе, — чуть улыбаясь, говорит Нора, довольно рассматривая парня, — Сам только не влезь никуда. — Да знаю я, — лениво отвечает парень, наслаждаясь теплой солнечной погодой; вдалеке уже виднеется небольшой автовокзал. — Ты хороший пример для подражания, — продолжает Нора, — Если твои одноклассники хорошо знают тебя, то мои узнали пару дней назад, и, восхищаясь твоими манерами и красноречивостью, могут начать полностью повторять за тобой. — Как маленькие дети? — усмехается шатен. — Как маленькие дети, — девушка же не находит в данном сравнении ничего забавного, — Отнесись к этому серьезно, и не делай глупостей. Дазая чуть вводило в заблуждение такое заявление Норы. И с чего она взяла, что именно в этот раз может что-то случиться, да еще и по вине парня? Осаму принял еще более серьезный вид, чем ранее, чувствуя взгляд девушки на себе, и повернулся к ней, награждая самоуверенным взглядом. — Я сама серьезность, — заявляет парень, задирая нос. — Серьезность из тебя так и прет, — коротким движением Нора игриво, почти что нежно дотрагивается до кончика носа парня, и тот в момент теряет свою былую напыщенность. Через несколько минут Дазай поочередно запускал подростков в автобус, а Нора контролировала рассадку уже в салоне. Местные жители недовольно ворчали при виде такого количества школьников, но все же решили оставить этот транспорт только на них. Осаму вновь зашел в салон самым последним, и дверь за ним закрылась. Автобус отправился прямо к лесу. Пошатнувшись от того, как резко они тронулись с места, парень взялся за перила, осматривая салон. Автобус был большим и вместительным, так что почти все сидели, кто-то сидел по трое. Взглядом шатен встретился с измученными глазами Фёдора, рядом с которым устроился вечно счастливый Коля. Достоевский едва заметно кивнул в сторону белобрысого парня, показывая причину того, почему ему не удалось занять место для Дазая. Шатен еле-еле пожал плечами, мол, что поделаешь, сидите уже. Чувствуя на себе чей-то взгляд, Осаму наконец-то встретил источник энергии в виде Чуи, который слишком резко отвернулся, обращая все свое внимание на друга, сидящего рядом с ним. Выглядело это порядком забавно, Дазай ухмыльнулся. — Долго стоять будешь? — шатен обратил внимание на два сидения, идущие сразу после водителя; одно из них уже было занято Норой, она как раз и обращалась к парню. Дазай недолго думая, сел рядом с ней, и через пару минут парочка принялась обсуждать лидерские дела, и то, что им придется сделать по прибытии на место экскурсии. Позже Нора протянула парню один наушник, и тот, усмехаясь, принял его. — Можете остановиться здесь, пожалуйста? — спросил шатен спустя полтора часа, когда лес показался прямо перед ними; водитель медленно затормозил у обочины, и школьники поочередно стали выходить, также порядочно, как и заходили внутрь. Осаму молча встречал всех, пересчитывая каждого при выходе. Нора вышла последней, констатируя, что в салоне никого не осталось. — Отлично, все сорок четыре, не считая нас двоих, — шатен, уверенный в позитивном исходе поездки, чуть хлопнул руками, и повернулся к классу, организовывая всех, и заставляя посмотреть на себя, — Итак, сейчас мы отправимся вглубь леса. Экскурсии здесь проводятся, можно заказать экскурсовода и слушать зазубренные исторические факты, а можно просто отправиться вслед за мной, и узнать все самое интересное. Вперед. Не дожидаясь ответа школьников, Дазай счел, что всем и без озвучиваемого согласия понятно — никто не против такого экскурсовода. Нора изначально собиралась идти в самом конце и не допускать, чтобы кто-то отставал, но на свободных полянках все сбились в одну большую кучу: никто больше не шел в парах. Так что девушка шагала рядом с шатеном, будучи его помощницей. Дазай, на удивление, рассказывал действительно интересные вещи, а как оказалось позже — он уже посещал это место, и читал много литературы, хотя бы для того, чтобы бесплатная экскурсия вышла интересной. На входе в лес находилась коричневая деревянная табличка. Текстом белого цвета было написано: «Ваша жизнь является бесценным даром от ваших родителей. Подумайте о них и о вашей семье. Вы не должны страдать в одиночку. Позвоните нам. 22-0110». Дазай, не акцентируя внимания на печальном, обошел табличку стороной, и класс последовал за ним. — Этот лес — частично запрещенная зона для туристов, — продолжал рассказ парень, — Но только частично. Вообще-то Аокигахара является национальным парком, и здесь проложено несколько туристических маршрутов. Люди, что живут неподалеку, часто могут выезжать сюда на пикники и вылазки. Главное — правильно выбрать место: полиция ежегодно находит в лесу множество трупов. Кроме таблички, которую вы видели на входе, на трассе и на тропинках в лесу, установлены камеры, а в магазинах, находящихся вблизи не продаются таблетки, веревки, и прочие предметы, благодаря которым можно, так сказать, свести счеты с жизнью. Все завороженно слушали парня. Это были не сухо изложенные факты, Дазай рассказывал, будто бы сам был частью истории этого леса. Чуя только фыркал почти в самом конце толпы, поговаривая, что Осаму просто достаточно хорошо подготовился к проведению данного мероприятия, скрывая увлечение рассказами парня. Сам же он пытался вспомнить хотя бы один момент за вчерашний вечер, когда Дазай мог повторять что-то связанное с этой поездкой. — Работники этих самых магазинчиков за столько лет уже абсолютно точно могут вычислить самоубийцу среди посетителей их лавок, — Осаму постарался дословно вспомнить статью, вычитанную в википедии, — Они слоняются какое-то время перед тем, как пойти по тропинке, а еще они стараются не встречаться ни с кем взглядом. Школьники слушали историю леса, рассказываемую Дазаем, параллельно рассматривая живописные растения вокруг. — Прошу не отставать и ни в коем случае не сходить с тропинки. Следуйте строго за мной: в лесу легко потеряться и вы можете наткнуться на не самые приятные вещи. Хрупкие девушки время от времени вздрагивали, когда Осаму говорил подобные вещи, поэтому парень после любой грустной и устрашающей темы старался как можно быстрее перейти на интересную интерпретацию истории леса, и старым легендам. — Некоторые жители полагают, что люди отправляются совершать самоубийство именно в этот лес из-за литературных идеалов. В романе «Башня волн», изданном в 1961 году японским писателем Сейтё Мацумото влюбленная пара прощается с жизнью именно здесь. Остальные же полагают, что это место стало столь печальной достопримечательностью благодаря японской мифологии XIX века. Самая популярная легенда гласит о том, что бедные жители приводили сюда своих пожилых родителей или новорожденных детей, когда понимали, что не в силе прокормить их, и оставляли их тут умирать. Еще один писатель характеризовал Аокигахару как прекрасное место, чтобы умереть. Книгу запретили для продаж и издательства, но некоторые её экземпляры находились вместе с трупами. Дазай еще несколько раз попросил подростков не отставать, а после попросил Нору пересчитать присутствующих. Девушка спокойно сообщила о том, что все сорок шесть человек на месте. Справа и слева от тропинки почти на каждом шагу можно было увидеть пустые пластинки от таблеток, медицинские препараты, смятые пластиковые бутылки, лезвия; обрывки веревок и кожаных ремней свисали с толстых веток деревьев. — Дазай-сан, — чуть встревоженным голосом послышалось за спиной, и шатен моментально повернулся к толпе, испугано осматривая учеников; не дай бог кто-то потерялся, Нора ведь только что пересчитывала всех. А вдруг увидели труп? — Дазай-сан, почему здесь не работает компас? Школьники испуганно забубнили, кто-то добавил, что сети здесь тоже нет, но Осаму захлопал в ладоши, обращая на себя внимание ошеломленных подростков. — Да, было бы странно, если бы местные жители не верили в духов и привидений, которым после стольких смертей и легенд просто положено находиться здесь, — шатен осмотрел всех и каждого, — Но истина гораздо проще: под землей находятся обширные залежи железной руды, — послышались облегченные вздохи, — И кто сказал про связь? Парень из толпы чуть робко поднял руку. — Эй, ты где видел лес с телефонной связью? — переведенный в шутку вопрос разрядил обстановку, и школьники больше не выглядели такими испуганными. Нора, встретившаяся взглядом с шатеном, улыбнулась ему, и подняла большие пальцы вверх, показывая, что Осаму отлично справляется. Продолжая путь, Дазай рассказывал о том, что не все трупы, которые находит здесь полиция — самоубийцы. Многие просто сворачивали не туда, куда надо, и терялись, по исходу — навсегда. Вдобавок ко всем страшным историям, Осаму рассказал о том, что люди, не определившиеся, действительно ли они хотят совершить то, зачем пришли, обычно прокладывают обратный путь из каких-то следов или привязывают ленты к деревьям. Очень скоро Нора намекнула шатену, что с этими рассказами пора завязывать. Следующие десять минут Дазай рассказывал сугубо об истории леса, никак не затрагивая тему самоубийств — Осаму излагал мало кому интересные факты о том, что Аокигахара — молодой лес, и другие географические подробности. Группа школьников подошла к небольшому деревянному канатному мосту. Обрыв под ним был совершенно небольшим. Дазай по памяти постарался назвать глубину. — Так что, если вы упадете вниз, вы, абсолютно точно останетесь живыми, но если выберете неудачную точку для падения, вероятно, будет так больно, что вы пожалеете о том, что не умерли, — все испуганно посмотрели на экскурсовода, будто бы пытаясь понять, действительно ли он уверен в том, что учеников стоит вести сюда, — Не волнуйтесь, это безопасно. Переходить на ту сторону будем по одному. На мосту не прыгать и не расшатывать крепления, идете медленно и ровно. Я пойду первым. Если кому-то сильно страшно — можете пройти за Норой, — шатен указал на его помощницу, и девушка на всякий случай взмахнула рукой, вдруг кто-то до сих пор её не знает, — Она проведет вас более долгим путем: вы спуститесь в обрыв и поднимитесь на другую сторону. Там сделана специальная лестница, но мостом точно так же можно пользоваться. Несколько девушек тут же перешли, и стали за спиной Норы. Дазай проследил за движением каждой, а после повернулся к оставшейся толпе. — Любителей экстрима прошу следовать за мной, — Осаму взмахнул рукой, приказывая идти строго за ним. Фёдор очень быстро оказался рядом с ним, рассказывая о том, что Гоголь, хоть и очень хотел пойти с ним, все же не смог перебороть свой страх, и отправился вместе с Норой. — А у меня новости, — шатен заиграл бровями, и обернулся на школьников, что следовали за ним, а после обратно к другу, начиная говорить тише, — Не знаю, что произошло, но я уверен, что Чуя начал что-то чувствовать ко мне. Фёдор повернулся к другу, имитируя искреннее удивление, и поддельно пораженным голосом выдал: — Да ты что? — Вообще-то — да, — Дазай скривился, — Я всегда знал, что это когда-то случится. Группа подошла вплотную к мосту. — Напоминаю о том, что мы идем медленно и ни в коем случае не прыгаем. Сейчас пройду я, а вы смотрите внимательно, как я это делаю, — проговорил Дазай, делая шаг на мост; деревяшки слегка пошатнулись, но быстро пришли в норму, и уверено держали шатена на себе, — Я говорил, что падение отсюда не приведет вас к смерти, но оно и не гарантирует стопроцентного выживания. Если вы упадете и ударитесь головой о камень, — Осаму взялся руками за канатные перила, и пожал плечами; парень разговаривал с классом, развернувшись к школьникам спиной, — Пеняйте на себя. Хотя, нет, ответственность за вас понесу я. Повторюсь, ежегодно полицией здесь находится до ста трупов. — И ты станешь сто первым. Дазай даже не успел полностью обернуться, только увидел Накахару, с разбегу несущегося на мост, и толпу школьников за ним, которые не успели вовремя схватить парня. Оскалившись, Чуя прыгает на канатную конструкцию с разгона, и та, как ей и было положено, не выдерживает. Старые канаты моментально лопаются, и Дазай с немым криком летит вниз. Последним воспоминанием в памяти становится выкрик в один голос его имени, и имени Накахары. Или не последним? Нет, стоп, конечно не последним. У нас, вообще-то, комедия. Тяжелые веки совершенно не хотели подниматься, но шатен, хоть и смутно, но слышал голоса вокруг себя. Открытие глаз впервые давалось ему с таким трудом, что голова, казалось, лопнет. Из всех звуков больше всего выделялся пронзительный писк совсем близко, и относительно грубый бас где-то вдалеке. Ощущения были отвратительными, такими, что хотелось вернуться обратно в состояние обморока, и переждать, когда этот дикий звон церковных колоколов в голове затихнет. Дазай боялся полностью открыть глаза, и обнаружить себя у подножья вулкана Кракатау, который вот-вот взорвется. Боль в голове и по всему телу отдавалась, будто бы, каким-то шумом, который шатен для себя сравнивал с взрывом того самого вулкана, звук чего был слышен на тысячи и тысячи километров. Осаму невольно представил себя одним из моряков, находящихся в том злополучном месте, и подумал, что когда полностью откроет глаза, его барабанные перепонки лопнут подобно их. Увы, или к счастью, шатен поднял веки, стараясь точно определить свое местоположение. Мозг постепенно вновь начинал функционировать, и скоро парень мог точно сказать то, что головой лежит на коленях Норы, что сидит на камнях в обрыве. И все еще этот проклятый лес самоубийц. Неподалёку собрались все школьники, что не посмели по указу девушки продолжать свой путь. Дазай, как известно, был единственным, кто знал все пути, и ориентировался на местности без компаса и карт. Около толпы подростков Фёдор в открытую бранил рыжика, а тот кричал ему что-то в ответ. Осаму, хоть и не был раздражен шумом, явно был не рад действиям друга, поэтому скривился, чтобы Нора заметила его негодование. — А ну заткнитесь! — буркнула девушка, — Оставь его в покое и иди сюда: он очнулся, — сказала Нора, уставившись на Достоевского. Парень быстро подошел. Дазай, потирая виски, привстал, опираясь спиной на один из камней. — Как себя чувствуешь? — спросила Нора. — Сколько пальцев видишь? — Фёдор, по-глупому улыбаясь, показал два пальца, и уставился на друга, девушка тут же стукнула его по затылку за такие шутки, а парень постарался оправдаться. — Нормально я, — отмахнулся шатен. — Я уже поговорил с ним, — ответил Достоевский. — А он кстати как? Тоже упал? — Дазай ожил, начиная двигаться активнее. — Нет, — Нора на секунду обернулась на Чую, который уселся на камень, скрестил руки на груди, и надул щеки, подобно ребенку, — В последнюю секунду ухватился за оборванный канат моста, и парни, что остались наверху, вытянули его. Хотя и тот обрывок каната тоже порвался, только Чуя его отпустил. — Я попытался убедить его в том, что он должен извиниться, — продолжил Фёдор, — Но он настаивал на своем, говорил о рубашках, которые ты спрятал. Как по мне, это, может, и месть, но слишком… — Он начал нравиться мне только сильнее, — Дазай прервал друга, уставившись на Чую, который сидел неподалёку, потупив взгляд в землю. — Сильно головой ударился, бедный, — сказал Фёдор, и Нора вновь ударила его, хотя в целом была солидарна, — Поднимайся, поведешь нас обратно. — Нам надо на ту сторону, так же главные достопримечательности леса — две пещеры! — забубнил Осаму. — Парень, у тебя вполне вероятно, может быть сотрясение. А еще ты много где поцарапался, — Фёдор отрицательно пошатал головой, — У нас одна дорога — дорога назад, и ведешь нас ты. Иначе мы останемся здесь умирать, и к статистике припишут еще сорок шесть трупов. — Внимательно слушал! — воскликнул Дазай, и начал подниматься; Достоевский помог ему, — Итак, мы идем назад! — все обернулись на голос, и облегченно вздохнули. Все-таки, если бы Дазай не очнулся, надежды на выход больше бы не было. Осаму встретился взглядом с Накахарой, который подобно всем подросткам, тут же посмотрел на него, только услышал знакомый противный голос. Шатену причудились нотки спокойствия в его глазах, вероятно, радовался, что не понесет ответственности за убийство. Дазай же усмехнулся мыслям и сказанной собой фразой: «Чуя что-то ко мне чувствует». Отгоняя ненужное, лидер взмахнул рукой, и направил школьников к выходу.