Подробности

POW Артит. День сегодня определенно не задался. Я опять проспал, поэтому не успел позавтракать перед работой, а по дороге пошёл дождь, да так сильно, что я промок до ниточки. Сделал вывод, что больше не сяду на мото-такси. Никогда. А на работе был такой завал, что я пропустил и обед. Пустой желудок явно не улучшал настроения. И вот, еле дождавшись семи, я приполз домой, в надежде что обнаружу в холодильнике хоть немного съестного. Но увы. Он оказался пустым. И опять все мысли возвращаются к Конгу. Обычно он не давал мне забыть о еде. Всегда готовил завтраки, а если я не успевал поесть, то заворачивал с собой. Теперь я понимаю, как это помогало мне. Но сейчас я зол. Чертов упрямец. Мы не разговаривали уже три дня. Это в первый раз за тот период, как он уехал на свою гребаную учебу. Кстати, прошло всего четыре месяца. А с чего всё началось? *** Три дня назад, Артит так же как обычно пришёл с работы и ждал звонка. Которого так и не последовало ни через час, ни через два. Старший подумал, что студент просто устал после учёбы и заснул, не дождавшись, времени, когда его парень придёт с работы. Но на следующее утро он увидел новые фотографии в профиле любимого. Не одного, а в компании симпатичной девушки. Они сидели в каком-то кафе, и Конг нежно так обнимал ее за плечи, сидя совсем рядом. И это дело явно происходило ночью. Но самое неприятное из этого… Конг был пьян. Это было видно по его взгляду. Старший просто тупо смотрел на снимок некоторое время, не веря своим глазам. А потом просто собрался и пошёл на работу, где просидел до поздней ночи. Младший позвонил один раз, но Артит проигнорировал звонок. После пришло короткое сообщение, в котором младший пожелал ему спокойной ночи. Никаких смайлов, никаких милых слов, которыми обычно сопровождались все письма. Это было неприятно до боли в груди. Артит настолько привык к такому чуткому и заботливому младшему, что сейчас он казался таким, таким неправильным. И вот сегодня Конг тоже не позвонил. В голову начали лезть не самые приятные мысли. Артит посмотрел на время: часы показывали «2:45» ночи. А он всё ещё ворочается на кровати и сон никак не хочет приходить. Воспоминания лезут в голову, не давая мозгу отключиться и впасть в такое желанное забытье. Он помнит их первый поцелуй. Нет, не тот, когда Артит просто на мгновение прижался к чужим губам, признавая чувства младшего на, теперь уже богатом на события, мосту, а тот самый первый, через полторы недели их официальных отношений, когда Конг заявился к нему в комнату посреди ночи, и без слов прижал сонного, ничего не понимающего старшего к двери. Артит хотел его оттолкнуть , но умоляющий взгляд младшего, приглушенный свет и чувственная атмосфера в комнате сделали своё дело. Отнекиваться больше не хотелось, да и не было смысла. Они же… пара? А когда их губы соприкоснулись, то этот вопрос просто перешёл в восклицательный знак. Губы старшего были мягкие и сладкие, а расслабленное тело под руками просто головокружительным. Конг по очереди прикусывал то нижнюю, то верхнюю губы, а потом неуверенно, боясь что его оттолкнут, касался места укусов языком, посасывая такую дурманящую кровь, плоть. Чуть позже уже обнаглевший от вседозволенности Конг проталкивает язык в глубину рта Артита. Ощущать такое было впервые для обоих молодых людей. Артит неуверенно отвечал, пытаясь повторить движения младшего, который с каждой секундой сжимал руки, лежащие на боках любимого, все сильнее от переизбытка чувств. Это не было прелюдией. Это был просто поцелуй ради поцелуя. Чтобы узнать друг друга ещё лучше. Чтобы впервые испытать такую близость. Чтобы показать, доказать, закрепить, в первую очередь для самих себя, что они действительно теперь вместе. Артит пришел в себя первым от того, что хватка на боках стала болезненной, и мягко отстранил младшего от себя, стараясь не смотреть ему в глаза. Он уже чувствовал, как румянец покрывает его лицо и шею. Поэтому он прислонился лбом к плечу юноши, и старался восстановить дыхание. А Конг в это время одной рукой гладил его по спине, а второй нежно перебирал густые пряди волос Артита. И что самое интересное из этого… на следующий день они не разговаривали, и вообще старались избегать друг друга целую неделю. Но потом этих поцелуев стало только намного больше. Он помнит их первый раз. Который тоже начался со ссоры. Через неделю должно было быть ровно два месяца, как они встречаются. Артит хотел сходить с ним куда-нибудь, выделить время только для них двоих, ведь они так редко могут побыть наедине друг с другом. Но Конг вёл себя как-то отстраненно. Он больше не стремился поцеловать его в любое удобное время и не флиртовал, как обычно. А на приглашения пойти к старшему комнату и вовсе чуть не убегал со всех ног. Артиту было обидно до слез. Он чувствовал, как будто его использовали. Просто сделали из него подопытный материал. «Просто захотелось попробовать отношения с парнем, ну не понравилось, вот и все».— думал он и сам себе не верил. Нет, Конгфоб точно не стал бы так поступать с ним. Но как же объяснить его поведение? И когда в выходной день его разбудил стук в дверь, он ожидал увидеть кого угодно, только не своего «парня». Конг выглядел так, как будто не спал целую ночь, а первое, что он спросил: « Пи’, почему ты не отвечал на мои звонки?», ввело в ступор его наставника. Артит тогда довольно грубо оборвал его, сказав, что сам младший игнорировал его всю неделю и обратно лёг на кровать, не обращая внимания на гостя. А Конг тогда лёг рядом и крепко обнял со спины, не замечая, как легкая улыбка расцвела на губах любимого. Они уснули и проспали так до позднего вечера. А когда Конг проснулся, не обнаружил рядом тёплого тела. Артита не было ни ванной, ни на кухне, ни на балконе. Младший уже хотел позвонить ему, как дверь открылась и старший зашёл в комнату. —Оо, я думал ты уже никогда не проснёшься. —Пи’, где ты был? —Я ходил в магазин. —Зачем? —Ну вот ты вроде умный мальчик, а задаёшь такие глупые вопросы. Зачем же ещё люди ходят в магазин, как не за едой. И выпивкой. —Ты будешь пить? —Нет. Мы будем пить. Раз ты не можешь рассказать чего хочешь на трезвую голову, то расскажешь на… Но договорить ему не дали. —Я хочу тебя. —Ч-что?—Артит чуть не уронил пакеты на пол. —Ты спросил, чего я хочу. Вот я и ответил. Я не хочу пить. Я хочу тебя. Артит знал, что когда-нибудь это произойдёт, но не думал, что так скоро. Но если уж так… Младший смотрел прямо в глаза, пока подходил, пока его руки обвивали талию старшего, и пока тянулся за поцелуем… смотрел прямо в душу, прожигая насквозь, и по взгляду можно было понять, что он не отступит. —Артит. Я не дам тебе уйти сегодня. Артит дрожал, пока его укладывали на расстеленную постель, дрожал, когда сильные руки избавляли его от одежды, дрожал, когда его обнаженное тело покрывали поцелуями. И кто сказал, что от страха? Было очень стыдно раздвигать ноги перед парнем, являясь парнем самому, было немного больно, когда длинные пальцы подготавливали тело к чему-то с более внушительным размером, было не так приятно осознавать себя «нижним». Но когда разгоряченные тела соединились, все мысли ушли, оставляя только эмоции. Оказалось, что нет ничего более правильного. Тихие вздохи и выдохи, звук соединения тел и последующие стоны заполнили все пространство. Это было прекрасно. Настолько, что остановиться на одном разе было выше всех сил. Поэтому ночь была очень длинной. Кстати после этого опять последовала неделя «а-ля мы не разговариваем потому что не разговариваем а не потому что нам неловко». Но после этой недели ночи опять стали «длинными». «Господи, какими же глупыми детьми мы были»— подумал Артит, как его мысли прервал телефонный звонок и он снова оказался в своей пустой комнате. Это будильник. Чертов. Будильник. В. Чертов. Выходной. Со злостью вырубив звенящий аппарат, он снова зарылся в одеяло. Да уж. Теперь под «длинными» ночами можно понимать только это.