Украду тебя под покровом ночи

Крик разъяренной тётушки, кажется, можно услышать даже близ орбиты Марса. Поиграем в «отгадайку»? Кого из членов семьи Харрис домой привёз полицейский патруль? Чьим синим лицом пестрели утренние выпуски желтых газет, украшенные громкими заголовками? Кто посмел заявиться домой в одних трусах, женском лифчике и стойким запахом перегара? Сестры обеспокоено перешёптываются, пытаясь угадать, какая же кара настигнет их пошумевшего на всю округу братца. — Слышишь шлепок? — шепчет блондинка, прижимаясь к лестничным перилам. — Пощёчина. Тяжелая артиллерия, — вздыхает Агата. — Как думаешь, нам не придётся подбирать элегантное чёрное платье на светский раут по случаю убийства нашего дорогого братца? — Хм, может, он успеет запаковать свои шмотки и попросить политическое убежище, допустим, в той же самой России? Мгновение, и опухшее красное лицо, ярко контрастирующее с бледным телом, выплывает по лестнице, обдавая девушек «великолепным» ароматом вчерашнего торжества. — Данте, ты как? — шепчет Элиза, нервно сминая мокрыми ладошками подол своего платья. — Я удивлён тому, что ружьё на её стене сегодня не потеряло свою девственную чистоту, — ухмыляется блондин, морщась от саднящей щеки боли. — Вас не заметили, леди? — Я была дома, провела Агату через старый чулан, — шепчет блондинка, подхватывая брата под руку. — Мы звонили тебе почти всю ночь, где ты был? — Вам лучше не знать, курочки мои.

***

Первая пара тянется как кисель, стирая с лиц когда-то румяных студентов последние краски жизни. Запах утреннего кофе, взятый в университетском кафетерии, глубоко проникает в засыпающий мозг, молоточками стуча по улетающему сознанию. И кто сказал, что студенческая жизнь — это лучшие годы в жизни каждого? Агата сейчас с удовольствием дала бы ему в лицо, сопровождая это дело отборным матом. За окном бушует настоящий ураган, ветки деревьев мерно постукивают по окнам аудитории. Северный ветер завывает с невиданной жестокостью, напевая народные английские сказки, убаюкивая даже монотонно бубнящего преподавателя. На какой странице он говорит открыть учебник? Она ничего сейчас не понимает, ведь все её мысли принадлежат ему… Ортопедическому матрасу с функцией адаптации под изгибы тела. И плевать, что их отношения запретны именно сейчас, она его дождётся, а после она займётся самым непристойным для студента занятием — выспится. Обязательно выспится. Во всех позах, постанывая от удовольствия и натягивая мягкое пуховое одеяло по самые уши. Едва заметная вибрация телефона тут же рождает новый виток осознанности в её голове, разлепляя уставшие глаза. Неизвестный абонент. Мисс Харрис. Надеюсь, вы простите мне эту шалость, но я достал Ваш номер телефона и не мог не воспользоваться им. Приглашаю Вас выпить чашечку кофе сразу после занятий. Искренне Ваш, Сэмюэль Макото. Мимолетная улыбка трогает губы шатенки, подсвечивая невесомую радужку зелёных глаз. «Такой милый».

Агата Харрис Конечно, мистер Сэмюэль Макото. Встретимся в холле, в 14:35 :)

***

Слишком знакомая кофейня. Серьёзно. Ещё немного — и она будет требовать скидку постоянного клиента. Слишком улыбчивый он. Настолько, что, кажется, ещё немного — и щеки лопнут. Слишком вкусный латте на кокосовом. Такой вкусный, что даже не чувствуется тахикардия от четвёртой выпитой чашки за этот серый день. Слишком приятная беседа. Так сильно приятная, что убаюкивает не хуже злополучного воя северного ветра. Слишком злой взгляд голубых глаз, прожигающий сквозь двойное стекло панорамного окна хохочущую парочку. И что ему с этим делать? Неужели, он так сильно ревнует малыша Сэмми, что желваки на скулах играют сами собой? Или все же изумрудные глаза мисс Харрис, заставляют его сжимать кожаную оплётку руля так сильно, что костяшки на пальцах приобретают мертвенно бледную окраску? Хотя нет, ему плевать. Больше чем плевать. Настолько, что он уже стоит у барной стойки и заказывает свою любимую «бурду». Совершенно случайно он вслушивается в приторно-сладкие голоса воркующих голубков, кубометрами перегоняя воздух через свои лёгкие. — Когда ты смеёшься, то из твоих глаз летят крохотные искорки, — хохочет брюнет, вызывая новую волну раздражения внутри Нильсена. Не дожидаясь оплаченного заказа, он выходит из кофейни и вмиг залетает в свою машину, до треска в стёклах хлопая дверью. — Твою мать! — Голос шведа перерастает в настоящий рык. — Нильсен, ты один раз проводил заносчивую девчонку и всё? Поплыл? — Может, Майкл прав, я всё-таки гей? — стонет Александр, гневно сжимая в руках какую-то бумажку в кармане своей куртки. — Александр, самое время признать, что вас всё же заводят не говорящие сиськи с ногами, а девушки. Красивые, умные, элегантные девушки. За которых, судя по всему, нужно биться с голубыми орками.

***

Очередной скучный вечер в компании четырёх стен своей комнаты и так сильно расхваленной Сэмом антиутопии Брэдбери*. Она подготовилась к семинарам, сходила в душ, даже посмотрела серию любимого сериала, но времени до сна остаётся ещё два часа с лишним, а скука берёт своё. Задорная трель её телефона одергивает девушку от пожирания страниц книги, заставляя отложить увлекательное чтиво в сторону. «Нильсен?» — Алло? — Привет, ты занята? — Добрый вечер, Александр. Уже не занята. — Спустишься? — Нильсен, ты где? — Судя по запаху, я где-то рядом с компостной ямой, но на самом деле прячусь под рябинами. — Ты дурак? — хохочет девушка, выглядывая из окна. — Я не могу спуститься, тётушка ещё не спит. — Я перезвоню тебе, — заговорщически шепчет парень, сбрасывая звонок. — Нильс… «И куда его понесло? Надеюсь, он не собирается рыть подкоп?» От скуки не остаётся и следа, приятное волнение сладостной тяжестью разливается по желудку, порхая стальной бабочкой в нём. А студенческая жизнь интереснее, чем её описывают в сериалах. Короткий стук в окно, и, истерично хихикнув, она бросается открывать ему створки. — Алекс, — шепчет девушка, помогая парню забраться на подоконник её комнаты, — ты с ума сошёл? — Нет, просто решил проблему радикально. — Широко улыбается шатен, сверкая блестящими глазами. — Ты ненормальный, — хохочет она и тут же умолкает, опасаясь подозрительного гомона, который могут услышать домочадцы. — Мне просто необходимо было с кем-то обсудить психологию персонажей сэра Уильяма. К сожалению или счастью, ты единственная в моем окружении, кто может похвастаться достаточной эрудицией, чтобы составить мне достойную компанию. — Ты мне льстишь, — смущенно прикрывая глупую улыбку прядью шелковистых волос бормочет она, усаживаясь на кровать. — У тебя красивая улыбка Агата, не прячь её. Особенно от меня.