Это твоя проблема

Обратная дорога в машине была полной противоположностью пути сюда. Тот салон, что несколько часов назад казался коконом частного волшебства, теперь был наполнен тяжёлым, почти осязаемым молчанием. Магия свидания испарилась, как будто её и не было, уступив место тревожной, деловой серьёзности. От романтического вечера осталось лишь платье, казавшееся теперь неуместным, и лёгкий аромат его пиджака, в который я всё ещё была кутана. Чтобы заглушить гул мыслей, я взяла телефон. В чате с Мией горели новые сообщения. Мия: Врач заходил. Говорит, что всё стабильно. Выпишут, возможно, послезавтра. Ты приедешь? Мои пальцы замедлились на клавиатуре. Я: Конечно, приеду. Но, Мия... появились кое-какие дела. Срочные. О которых я не могу писать. Она ответила почти мгновенно, и в её простом "Поняла. Будь осторожна" я прочитала всё то доверие и поддержку, которые мы с таким трудом только что восстановили. Это доверие стало ещё одним грузом на моей совести. Я опустила телефон и посмотрела на Санса. Он сидел за рулём, его профиль был резким и сосредоточенным в свете встречных фонарей. Машина мчалась по ночной трассе с почти пугающей скоростью, отражая его внутреннее состояние. - Санс, - тихо, но чётко начала я, ломая тишину. Он лишь слегка повернул голову, дав понять, что слушает. - Я всё ещё журналист. Искать правду - это моё кредо. Я не могу просто сидеть сложа руки, когда кто-то пропал. Я тоже хочу в этом разобраться. Он медленно, не меняя скорости, перевёл на меня взгляд из-под лобья. В полумраке салона его глаза светились холодным, почти звериным огоньком. В них не было ни удивления, ни возражения. Было лишь тяжёлое, уставшее понимание. - тогда пригодится твоя жилка сыщика, - его голос был низким и ровным, без намёка на привычные шутки. - потому что первым делом нам нужно наведаться к андайн и альфис. нужно понять, что они успели выяснить, пока мы... отвлекались. Он снова уставился на дорогу, и я поняла, что свидание окончательно закончилось. Началась работа. Я ожидала, что мы свернем к полицейскому участку. Но вместо этого Санс резко взял правее, и мы понеслись по малознакомой мне магистрали, ведущей на самый окраинный, спальный район города. Огни центра остались позади, сменившись темными силуэтами типовых многоэтажек и редкими одинокими фонарями. - Мы куда? - не удержалась я, глядя на проплывающие во тьме невзрачные дворы. - в безопасное место. участок сейчас - последнее, где нам стоит появляться, - коротко бросил он, не отрывая взгляда от дороги. Вскоре он резко затормозил у тротуара перед ничем не примечательным, но большим частным домом с квадратной крышей и свежевыкрашенными в темный цвет стенами. Он выглядел новым и безжизненным, как декорация. Мы вышли из машины в звенящую тишину спального района. Ночной воздух был холодным и неподвижным. Ничего не предвещало беды, кроме ледяного комка в моем желудке. Санс, не говоря ни слова, направился к крыльцу, и я, кутаясь в его пиджак, поспешила за ним. Едва мы ступили на первую ступеньку, дверь бесшумно распахнулась, будто нас ждали. В проеме, подсвеченная мягким светом из прихожей, стояла Альфис. Она поправляла очки, и ее лицо было серьезным до предела. Ни тени приветствия, лишь собранность и усталая тревога. - Заходите, - тихо сказала она, отступая вглубь. - Ждем. И тут же из глубины дома донесся сдавленный, но яростный крик, от которого у меня похолодела кровь. - Я ТАК И ЗНАЛА! Я ТАК И ЗНАЛА, ЧТО НАШ БЕСТОЛКОВЫЙ ПЛАН НИ К ЧЕМУ ХОРОШЕМУ НЕ ПРИВЕДЕТ! Это был голос Ундины. Всякая надежда на то, что происходящее - это недоразумение, испарилась в тот же миг. Если здесь, в этом секретном безопасном доме, собрались они все, и Ундина кричит не на Санса, а на "них"... Значит, дело было не просто серьезным. Оно было катастрофическим. Из гостиной в прихожую вылетела Андайн. Её рыжие волосы были растрёпаны, а на лице застыла маска ярости и беспокойства. Ещё секунду назад она, казалось, была готова броситься в спор, но её взгляд упёрся в меня, и всё её внимание резко переключилось. Янтарные глаза, обычно холодные и собранные, сейчас пылали. - Т/и, - её голос прозвучал резко, без приветствия. - Рада тебя видеть, но, чёрт возьми, что здесь делает человек? Это не экскурсия! Прежде чем я успела найти слова, Санс шагнул вперёд, оказавшись между нами. Его осанка, казалось, заполнила всё пространство прихожей. - расслабься, капитан. она уже в курсе кое-каких костяных подробностей нашего бытия, - он парировал с лёгкостью, которая казалась показной в такой обстановке. Но его шутка прозвучала пусто и не сняла напряжение. - и она здесь, потому что хочет помочь. она тоже ввязывается в это дело. Андайн смерила его тяжёлым взглядом, затем перевела его на меня, оценивая. Возражение замерло у неё на губах, но не исчезло. В этот момент я заметила Альфис. Она стояла чуть поодаль, в тени, и её длинные пальцы с нервной интенсивностью потирали тыльные стороны своих ладоней. И тут до меня дошло - её кожа, всегда отливающая лёгкой желтизной, сейчас казалась неестественно яркой, почти лимонной. Это был не здоровый оттенок, а болезненный, будто она горит изнутри от лихорадки или невыносимого стресса. - Это безрассудство, Санс, - наконец выдохнула Андайн, ломая затянувшуюся паузу. - Каждое лишнее звено - это риск. - а каждое новое мнение - это шанс, - парировал он, и в его голосе впервые за вечер прозвучала сталь. - она журналист. она умеет искать то, что другие не видят. и, - он бросил взгляд в сторону гостиной, - похоже, наши методы дали сбой. Андайн, всё ещё хмурая, развернулась и жестом велела следовать за ней. Мы прошли вглубь дома, в большую, на удивление просторную комнату, которая больше напоминала штаб-квартиру или лабораторию. Стены были заставлены стойками с мигающим оборудованием, провода тянулись по полу, словно змеи. На нескольких мониторах отображались карты города, схемы энергопотребления и строки непонятного кода. Повсюду стояли камеры, причём не обычные, а с линзами, отливавшими слабым фиолетовым - явно настроенные на фиксацию магии. Это была импровизированная оперативная, созданная для наблюдения за невидимой войной. - Черт возьми! Весь этот чертов план летит к чертям! - Андайн обвела взглядом комнату, и её лицо исказилось от горечи. - Потерять одного - значит подставить всех! - королева и король в курсе? - спросил Санс, его голос прозвучал непривычно тихо. - Нет, - отчеканила Альфис, всё так же нервно потирая руки. Её кожа на свету мониторов казалась ещё более жёлтой, восковой. - И это д-делает проблему вдвойне опасной. Мы не м-можем просить помощи, не признавая провала. - В чём именно проблема? - не удержалась я, чувствуя, как тревога сжимает горло. Андайн криво усмехнулась, безрадостно и устало. Затем она резко повернула голову, откинув красные пряди. На шее, чуть ниже линии волос, я увидела тонкие, едва заметные перепончатые щели. Жабры. Я невольно ахнула, отшатнувшись. - П-проблема в том, что магия на поверхности г-гораздо слабее, чем под з-землёй, - Альфис взяла на себя объяснение, её голос звучал как на лекции, но дрожал от напряжения. - Созданная нами с-система стабилизации человеческих оболочек - по сути, сложный р-резонатор, к-компенсирующий этот дисбаланс. Из-за нестабильности магического поля в городе, р-резонатор дал сбой. Оболочки начали... д-деградировать. Трескаться, если хотите простых аналогий. Н-нехватка магии достигла критической отметки. Если бы мы могли держать установку в Подземелье, где поток стабилен, н-ничего бы не случилось. Но, к сожалению, путь туда закрыт. Л-люди усиленно о-охраняют каждый вход в Эббот. И тут меня осенило. Я уставилась на Альфис, на её неестественно яркую, почти лимонную кожу. Это не было болезнью. Это была её "маскировка", дающая сбой. Трещина в иллюзии, как и жабры Андайн. Они буквально рассыпались на глазах, и они не могли это остановить. Андайн мрачно кивнула, подтверждая мои худшие опасения. - Маскировка трескается постепенно. Если этого монстра действительно похитили и держат где-то, рано или поздно его истинная суть проявится. И тогда люди всё поймут. Мой взгляд инстинктивно метнулся к Сансу, выискивая на его безупречно человеческом облике хоть намёк на трещину, сбой. Но ничего. Лишь сосредоточенная ярость в синих глазах и напряжённые мышцы челюсти. - Но проблема даже не только в маскировке, - продолжила Андайн, сжимая кулаки. - Проблема в том, что пропал наш. И его нужно найти. - Вы не думаете, что в этом замешан Марк? - спросила я, и все взгляды устремились на меня. Санс медленно повернул голову. Наши глаза встретились, и в его взгляде я увидела то же стремительное осознание, что родилось и во мне. Возможность из гипотезы превратилась в почти уверенность. - Мир жесток, и похищения - не редкость, - сказала я, собирая мысли в кучу. - Но большое совпадение, что выкрали именно монстра, за которым велось строгое наблюдение. Возможно, эти люди знали, за кем следить. И выкрали его именно там, где камер быть не могло. В слепой зоне. Андайн замерла, уставившись на меня. Её янтарные глаза, ещё минуту назад полые от ярости и бессилия, сузились, в них вспыхнул острый, профессиональный интерес. Я говорила на языке, который она понимала. - Марка мы больше не видели с того дня, как он смылся на вертолёте, - сказала она, подходя ближе. - Он будто сквозь землю провалился. - Марк - медийная личность, - парировала я. - Он может быть прогнившим изнутри, но ему всё равно нужно появляться на людях, работать, поддерживать имидж. Мы не можем взять его просто так, но... мы можем заставить его выйти из тени. - У меня есть ордер, - в голосе Андайн вновь зазвенела сталь. - И я могу его "прижучить". Альфис позаботилась о том, чтобы в базах данных он числился как особо опасный преступник, разыскиваемый по делу о похищении людей. Кража нашего монстра - отличное доказательство. Я с удивлением посмотрела на них, а потом на Альфис, скромно стоявшую у стойки с серверами. - Вы... - прошептала я, будто про себя. - Вы не просто ужились в нашем мире. Вы овладели им. Хакерские способности... манипуляции данными... Санс фыркнул, и в уголке его рта дрогнул подобие ухмылки. - если бы не знания нашей учёной звезды, всё было бы куда сложнее. именно благодаря альфис всё это стало более чем возможным. Альфис смущённо отвела взгляд, её пальцы снова забегали по невидимой клавиатуре. - На деле... э-это не сложнее, ч-чем сложить два числа, - пробормотала она, но в её голосе слышалась гордость, тут же тщательно скрываемая за завесой скромности. Я тут же снова обратилась к Андайн, пытаясь ухватиться за хоть какую-то логику в этом хаосе. - Хорошо, а есть хоть какие-нибудь зацепки? Кто-нибудь из твоих людей уже ведёт расследование на месте? Наводит справки? Андайн посмотрела на меня с плохо скрытым сарказмом, смешанным с усталым отчаянием. - Отправить людей в полицейской форме искать пропавшего монстра? Блестящий план. Если они найдут его уже без маскировки, мало того что мы все рискуем быть раскрытыми, так ещё и протоколы, отчёты, лишние свидетели... Нет. Я не могу рисковать, выставляя это как официальное расследование. Раздражённая её тоном, но понимая железную логику, я прошла дальше вглубь комнаты, мои каблуки отстукивали по голому бетонному полу. Я остановилась у стены, усыпанной мониторами. Десятки кадров, разделённые на секции, показывали улицы города в реальном времени. Поначалу это была просто обычная жизнь: люди спешили по своим делам, стояли в пробках, покупали кофе. Но чем дольше я вглядывалась, тем больше начинала замечать странностей. Вот женщина, несущая слишком уж тяжёлую сумку с продуктами, будто её собственный вес ничего для неё не значил. Вот мужчина, чья тень от уличного фонаря на секунду легла не так, изгибаясь неестественным образом. А вот компания молодых людей, слишком уж оживлённо жестикулирующих, и их движения были чуть более плавными, почти танцующими. И тут до меня дошло. Это были не случайные кадры. Это была система наблюдения. Каждый из этих людей на экранах был одним из них. Монстром, пытающимся жить в человеческом мире, даже не подозревая, что за ним пристально следят свои же, пытаясь уберечь от беды, которая, судя по всему, уже пришла. Я обернулась к ним, к этой странной троице, объединённой общим горем и страхом. - Значит, вы просто наблюдаете? - спросила я, и в моём голосе прозвучала горечь. - Смотрите, как трескается ваш мир, и не можете ничего сделать? - Нам необходимо п-поставить в известность Королеву и Короля, - тихо, но настойчиво произнесла Альфис, её пальцы снова замкнулись в нервном замке. - Сокрытие такого масштаба слишком большой р-риск. - И навести там ещё больший хаос? - зашипела Андайн, вращаясь к ней. - Они отдали приказ! Мы его провалили! Ты хочешь, чтобы они просто отозвали всех обратно под землю и навсегда захлопнули крышку? Санс молчал, уставившись на мониторы. Его взгляд был остекленевшим, он лихорадочно прокручивал в голове варианты, ища невидимую другим нить. Он поднял руку, собираясь провести пальцем по экрану, чтобы выделить строку кода. И в этот миг я увидела это. Свет в комнате был достаточно ярким и сквозь его человеческую плоть, сквозь кожу и мышечную ткань, пробилось призрачное сияние. За ним, словно рентгеновский снимок, чётко проступили фаланги пальцев, суставы и длинные, идеальные кости его скелета. Иллюзия дрогнула. - Санс! - окликнула я, не в силах сдержать испуганный возглас. Он резко развернулся, его взгляд вопросительно уткнулся в меня. Я молча указала на его руку. Он опустил взгляд и несколько секунд смотрел на просвечивающую конечность с отстранённым любопытством, будто наблюдал за интересным научным феноменом, а не за началом собственного разоблачения. - хм, - он разжал и снова сжал кулак, наблюдая, как костяшки призрачно двигаются под кожей. - похоже, моя сущность тоже рвётся наружу. не удержать её за кости. - Сейчас не время для твоих дурацких каламбуров! - рявкнула Андайн, но в её голосе слышалась паника. Я же, наоборот, сделала шаг вперёд, к центру комнаты, подступающая догадка заставляла мои мысли работать с бешеной скоростью. - Подождите, - сказала я, заставляя их взгляды приковаться к себе. - Насколько вы вообще доверяете тем, кого выпустили в город? Вы уверены, что это похищение, а не... умышленная утечка? Андайн нахмурилась, её брови сошлись в резкой черте. - Каждый проходил многоуровневое тестирование. Особые протоколы, созданные Альфис, включая проверку на лояльность и тест на нераскрытие под магическим воздействием. Те, кто здесь, были проверены тысячу раз. Риск был минимальным. - Но не нулевым, - парировала я. - Ладно, допустим, это похищение. Тогда первая и самая главная проблема, которая у нас есть - это ваша маскировка! - Я обвела взглядом всех троих. - Даже если этот монстр в лапах людей не заговорит, его маскировка его выдаст. И мы не сможем вести никакое расследование, если вы все начнёте светиться, как новогодние ёлки, на каждом углу! Прежде чем искать его, нам нужно решить, что делать с этим. Иначе мы все прогорим, даже не успев начать. Андайн замолчала, и в её янтарных глазах мелькнуло нечто новое - не сарказм, а оценивающее, тяжёлое одобрение. Она молча кивнула в мою сторону, признавая, что я задаю верный, хоть и болезненный, курс. Даже в её безупречной полицейской форме, с собранными волосами и строгим взглядом, она сейчас напоминала мне ту самую Ундину из далёкого Подземелья. Яростную, прямолинейную, готовую сокрушить любую преграду. Если знать, кто скрывается под человеческим обликом, то невозможно было не видеть, насколько они все отличались от нас, даже здесь, в самом сердце человеческого мира, их истинная природа прорывалась наружу в жестах, в интонациях, в этой древней, нечеловеческой ярости. - Санс владеет телепортацией, - начала я, обращаясь ко всем. - Он уже телепортировал нас в Подземелье и обратно. Разве не составит труда перетащить эту машину под землю снова, где магия стабильна? Санс тихо хмыкнул, и на его губах появилась та самая, знакомая ехидная улыбка. Он развернулся и, не говоря ни слова, двинулся к выходу из комнаты, жестом приглашая меня следовать за ним. Я переглянулась с Андайн и Альфис - первая ответила коротким кивком, вторая лишь беспомощно развела руками - и пошла за ним. Мы вышли в просторную, пустую прихожую. Здесь было несколько дверей и большая лестница, ведущая наверх. Но Санс направился не к ним, а к глухой, ничем не примечательной стене. Он провёл по ней ладонью, и воздух затрепетал. Искры голубой магии, те самые, что я уже видела, вспыхнули и побежали по штукатурке, вырисовывая сложный узор. Я едва сдержала вздох: вид магии всё ещё казался мне чем-то нереальным, потусторонним. Стена бесшумно отъехала в сторону, будто её катили на невидимых рельсах, открыв тёмный, зияющий проход. Холодный, пахнущий пылью и озоном воздух ударил мне в лицо. Санс, не колеблясь, шагнул во тьму. Я, преодолевая мимолётный страх, последовала за ним. Мы оказались в огромном, просторном помещении, похожем на заброшенный заводской цех. И в его центре, подавляя всё вокруг своим масштабом, стояла она. Машина. Она была не просто большой. Она была колоссальной, словно один из тех первых компьютеров, что занимали целые залы. Стальные балки, переплетённые с хрустальными трубопроводами, по которым ещё слабо пульсировал свет, бесчисленные панели с потухшими индикаторами. Она выглядела одновременно древней и невероятно сложной, монументом отчаянной изобретательности. - Как... она вообще здесь оказалась? - прошептала я, не в силах отвести взгляд. - собирали по частям, когда вывозили вещи из подземелья, - голос Санса эхом отозвался в пустом зале. - пока люди не оприходовали все входы. - Я понимаю, - кивнула я. - Но такую громадину... телепортировать целиком будет невозможно? - если разобрать на части и перемещать по кускам - да, было бы легче, - ответил он. Его взгляд скользнул по металлическому гиганту с почти отеческой усталостью. - мы смогли бы переместить её, скажем, в водопадье. там ещё остались наши. но в разобранном виде... - он повернулся ко мне, и его лицо стало серьёзным, - ...машина полностью отключится. маскировка падёт в одночасье. для каждого монстра на поверхности. это будет не постепенное растрескивание. это будет мгновенный, тотальный коллапс. мы выставим себя на всеобщее обозрение раньше, чем успеем что-либо предпринять. Я безнадежно покачала головой, мысленно перебирая и отвергая один невозможный план за другим. В этот момент в подвал влетела запыхавшаяся Альфис. Она дышала так тяжело, будто пробежала марафон, а не несколько комнат, но ее глаза горели лихорадочным блеском. - Подождите! - выдохнула она, выпрямляясь. - Я... я смогла бы создать фокусирующий р-резонатор! - Она посмотрела на наши непонимающие лица и заговорила быстрее, ее слова сыпались, как из ведра. - По сути, э-это магический в-волновод... стабилизированный контур для когерентной передачи эфирных к-колебаний! Если мы установим приемный резонатор в Водопадье, прямо на разломах, где потоки магии наиболее п-плотны, и соединим его с передатчиком здесь, через фазово-согласованный канал... Машину не нужно будет перемещать! Мы просто... п-проложим магический кабель от одного источника к другому. Словно протянем очень, очень длинную розетку! Подошедшая Андайн, прислушивавшаяся к ее речи, резко кивнула, и в ее глазах вспыхнула решимость. - Тогда этим и займемся. Пока Альфис работает над этим... этим проводником, я займусь розыском нашего пропавшего. - Если ты не против, - сказала я, делая шаг вперед, - я пойду с тобой. Двое глаз видят больше, чем один. И мой взгляд человеческий. Я могу заметить то, что вы, возможно, упустили. Альфис же обернулась к Сансу. - М-мне понадобится твоя помощь, Санс. Только ты сможешь б-безопасно телепортировать компоненты и меня в Водопад для калибровки. Санс замер. Его взгляд медленно скользнул с Альфис на меня. В его синих глазах читалось явное нежелание отпускать меня, почти инстинктивное сопротивление. Он не ответил Альфис, будто ждал, ждал моего протеста, моего "нет", моего требования остаться вместе. И в эту затянувшуюся паузу Андайн, наконец, оторвала взгляд от машины и планов. Ее взгляд скользнул по Сансу в его безупречном, хоть и помятом вечерним свиданием костюме, затем перешел на меня - в моем вечернем платье, на которое был наброшен его пиджак. Пелена оперативной ярости, казалось, спала с ее глаз, и она впервые за весь вечер увидела полную картину. Ее брови поползли вверх. Она заколебалась, подняла палец и ткнула им в воздух по направлению к нам. - Погодите-ка... - ее голос прозвучал ошеломленно. - А это что такое? Почему вы оба выглядите так, будто только что соскочили с обложки журнала для взрослых? - Ее взгляд пристально остановился на пиджаке на моих плечах. - И что это вообще значит? Я выпрямилась, будто меня поймали за руку с украденной конфетой, и беспомощно посмотрела на Санса. Мои щёки пылали. Альфис замедлила свою лихорадочную активность, её лицо вытянулось от внезапного осознания. Она сняла очки, тщательно протёрла линзы, будто надеясь, что картина перед ней изменится, и снова надела их, пристально уставившись на нас. - Погодите... - медленно проговорила она. - Не для этого ты просил меня договориться о планетарии на вечер, Санс? Андайн скрестила руки на груди, и по её лицу поползла саркастическая ухмылка. - Так вы что, встречаетесь? Прогремел наш дуэт, но звучал он катастрофически разрозненно. - Нет! - выпалила я, чувствуя, как горит всё лицо. - да, - в тот же миг, ровно и уверенно, ответил Санс. В наступившей оглушительной тишине мы уставились друг на друга в полном, немом шоке. Мой мозг лихорадочно пытался переварить его "да". Затем, будто управляемые одним дирижёром, мы снова выдохнули хором, и на этот раз наши роли поменялись. - Да? - пропищала я, и это прозвучало как высочайший и вопросительный визг. - нет? - пробормотал Санс, глядя на моё расплывшееся в панике лицо, и в его голосе впервые за всё время прозвучала неуверенность. Андайн громко хлопнула в ладоши, заставив нас обоих вздрогнуть. - Наконец-то! - провозгласила она и мощным шагом подошла к Сансу, тяжело хлопнув его по плечу так, что он кряхнул и отскочил. - Ах ты, старый костлявый ловелас! Устроил тут романтику среди хаоса! Я всегда знала, что под этой безразличной маской скрывается сентиментальный романтик! Альфис, словно позабыв о всех резонаторах и магических каналах, радостно подпрыгнула на месте. Её лицо озарила восторженная, сияющая улыбка. - О! Как мило! С-статистика межвидовых социальных связей пополняется! - Монстры и раньше встречались с людьми? - спросила я, чувствуя, как мои глаза округляются от изумления. - К-конечно. Мы же не можем п-противостоять любви, - ответила Альфис, потирая ладони с лёгким смущением. От этого слова, "любовь", у меня внутри всё сжалось в тугой, болезненный узел. - И... те, кто встречается... они знают? О том, кем на самом деле является их партнёр? - Я инстинктивно укуталась в пиджак Санса плотнее, словно пытаясь спрятаться в его складках от изучающих взглядов Альфис и Андайн, от встревоженного взора самого Санса. Альфис глубоко выдохнула, собираясь с мыслями. - Мы... п-понимаем, что это неправильно... - Но мы не можем подвергать риску своих, - твёрдо закончила за неё Андайн. - Люди не должны знать. Ты остаёшься единственной, кто, уже находясь на поверхности, узнала нашу тайну. Считай, что у тебя есть уникальный пропуск за кулисы этого цирка. Я опустила взгляд. Конечно, люди не знают. Но какую же чудовищную боль предстоит пережить тем, кто однажды узнает, что их любимый человек - вовсе не человек. Санс, потирая ушибленное плечо, с деланной суровостью выпрямился. - ладно, представление окончено, - проворчал он, но я поймала на себе его быстрый взгляд, в котором читались и смущение, и затаённое удовольствие. - нам пора приступать к делу. у нас есть проводник для создания и пропавший для поиска. - Д-да, - пролепетала я, всё ещё не в силах поднять глаз. - Это... это так. Надо работать. *** Тишина в комнате Альфис была иной. Не звенящей и напряжённой, как раньше, а сосредоточенной, наполненной лишь тихим гулом серверов и щелчками моей клавиатуры. Я сидела, устроившись поудобнее в одном из кресел, сменив дурацкое вечернее платье на мягкие штаны и просторный свитер. Передо мной горели мониторы, показывающие безразличные улицы города, а рядом стоял мой верный, видавший виды ноутбук. Андайн бесшумно подошла и поставила рядом со мной кружку с дымящимся кофе, в который было щедро добавлено молоко. Затем на стол с тихим стуком легла тонкая картонная папка. Я вопросительно подняла на неё взгляд. - Смотри, - коротко бросила она, её лицо было напряжённой маской. - И запомни: то, что я сейчас делаю, сводит с ума любой мой профессиональный инстинкт. Я медленно, почти с благоговением, открыла папку. Внутри лежало несколько листов и одна фотография. Я привыкла видеть монстров либо в их истинном облике под землёй, либо в идеальных человеческих маскировках. То, что я увидела, было чем-то третьим - сухой, беспристрастной констатацией факта, сделанной для внутреннего пользования. Отчёт о субъекте. И приложенное к нему фото... не художественное и не снимок с камеры наблюдения, а чёткое, сделанное при хорошем свете, изображение существа. Он был из Хотленда. На бумаге это были просто слова, но фотография говорила сама за себя. Существо, напоминающее дракона в миниатюре. Чешуя, отливающая медью и золотом, как раскалённые угли. Короткая, но крепкая фигура, созданная для жары и пещер, полных магмы. На снимке он стоял, слегка склонив голову, и в его глазах, похожих на расплавленный янтарь, читалась не злоба, а скорее настороженная растерянность. - Его зовут Игнис, - тихо сказала Андайн, следя за моей реакцией. - Будь осторожна с этими данными. Если эта информация утечёт... - она не договорила, лишь сжала губы. - То, что я сейчас показываю это человеку... Но раз Санс тебе доверяет, - она выдохнула, будто принимая окончательное решение, - то и я буду. Не заставляй меня жалеть об этом. Я встретила её взгляд и медленно, очень чётко кивнула. Никаких лишних слов. Просто понимание. Этот взгляд был весомее любой клятвы. Затем я снова опустила глаза на фотографию драконоподобного монстра по имени Игнис, который любил тёплый климат и который сейчас был где-то там, в холодном и враждебном городе, возможно, напуганный и определённо очень одинокий. Теперь это был не просто "пропавший субъект". Это было живое существо с именем и историей. И я должна была его найти. Тяжелый, приторный воздух подвала казался густым от напряжения. Гул серверов был похож на нервный гул пчелиного улья, а на экранах застыли безразличные уличные сцены. Я сжала виски пальцами, пытаясь выжать из памяти крупицы логики. - Постойте… Вы же говорили о строгом протоколе. Значит, у каждого из них был утверждённый маршрут? Расписание? Чтобы минимизировать риски. Андайн, стоявшая у стойки с кофе, медленно повернулась. В её янтарных глазах мелькнуло что-то вроде усталого одобрения. - Естественно. Каждый маршрут просчитывался алгоритмами Альфис на предмет минимального потока людей и максимального покрытия камерами. - Она тяжело опустилась в кресло рядом со мной, её движения выдавали груз ответственности. - Игнис должен был следовать по Коммерческому проспекту до Склодовского района. Без отклонений. Её пальцы затрепетали на сенсорной панели, вызывaя на главный монитор хмурый, залитый искусственным светом уличный пейзаж. Ночь. Запись с камеры наблюдения, угол обзора - сверху. - Вот последний известный контакт. В 23:47. На экране возник Игнис. Вернее, его человеческая оболочка - коренастый мужчина в тёмной куртке. Он шёл быстрым, нервным шагом, его плечи были напряжены. И он постоянно, почти через каждые десять шагов, оглядывался через плечо. - Он ведёт себя как параноик, - прошептала я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. - Не просто идёт. Он кого-то боится. Чувствует слежку. Андайн мрачно хмыкнула. - Мы тоже так подумали. Смотри дальше. На записи человек-Игнис доходит до перекрёстка, последний раз оглядывается и резко сворачивает за угол трёхэтажного здания старой постройки. - И всё, - голос Андайн прозвучал плоским, безнадёжным ударом. - Он зашёл в эту чёртову арку и испарился. Ни одна другая камера в радиусе пятисот метров его не зафиксировала. Ни пешком, ни на транспорте. Я впилась взглядом в застывший кадр, где он исчез. Эта арка тёмный, неровный проём, ведущий в глухой, неосвещённый двор-колодец. Классическая слепая зона. Идеальное место для засады. - На записи никто явно за ним не идёт, - констатировала Андайн, перематывая видео. - Ни в кадре, ни на соседних камерах. Ни одного подозрительного лица. - Возможно, они и не шли пешком, - тихо сказала я, и мои пальцы уже потянулись к собственному, потрёпанному ноутбуку. - Возможно, они следили куда умнее. Я открыла крышку, и экран осветил моё лицо холодным синим светом. - Уличные камеры - система сложная, но часто уязвимая. Большинство из них, особенно в таких промзонах, транслируют данные в открытых или полуоткрытых сетях. Без серьёзного шифрования. - Мои пальцы залетали по клавиатуре, вызывая на экран окна с интерфейсами городских систем видеонаблюдения. - Если бы кто-то хотел выследить его, ему не нужно было бегать за ним по пятам. Достаточно было понять его паттерн, маршрут. И ждать. - Что ты хочешь найти? - Андайн придвинулась ближе, её плечо почти касалось моего. От неё пахло озоном и холодным металлом. - Тень, - ответила я, открывая доступ к архивам. - Призрака. Если за ним следили, они должны были появляться рядом с его маршрутом и до его исчезновения. Не обязательно в тот же вечер. За день, за два. Искажаю временные метки, запускаю перекрёстный анализ по всем камерам в радиусе километра за последнюю неделю. Ищем не человека, а машину. Одну и ту же машину, появляющуюся в точках его возможного появления в разное время. На экране замелькали кадры, сгенерированные поисковым алгоритмом. Десятки, сотни автомобилей. Большинство - такси, частные машины, развозные фургоны. Ничего. - Слишком много шума, - пробормотала Андайн, разочарованно откидываясь на спинку кресла. - Они не следили за ним в лоб, - прошептала я, чувствуя, как в груди замирает холодный, тяжёлый ком. - Возможно, они изучали его. Вычисляли привычки. И ждали момента, чтобы нанести удар в самом уязвимом месте. Андайн медленно поднялась с кресла. Её лицо стало маской из чистейшей, леденящей ярости. - Марк, - выдохнула она имя, как проклятие. - Если это он, я проткну его сердце своим копьем. Она посмотрела на меня, и в её глазах горел уже не просто профессиональный интерес, а нечто большее - уважение. - Не думаю, что они смогли бы увезти его далеко, - сказала я, переключаясь на другие камеры. - Может, они где-то рядом. В том же районе. Они не рискнули бы везти его далеко. - Я подняла на Андайн взгляд, полный решимости. - Возможно, он все еще там. Гул серверов заполнял паузы, пока мы с Андайн просеивали часы видеозаписей. На экранах мелькали серые улицы, безликие пешеходы, потоки машин. Искали хоть что-то - тень, намёк, аномалию. - Стой, - мои пальцы замерли на клавиатуре. - Вот этот. Снова. На экране застыл кадр: тёмный минивэн, без опознавательных знаков, припаркованный в переулке, примыкающем к маршруту Игниса. Не в день исчезновения. За два дня до. - Ничего особенного, - проворчала Андайн, потирая переносицу. - Стоит себе машина. - Слишком часто, - не согласилась я, запуская перекрёстный поиск. - Смотри. Он здесь три раза за неделю. Всегда в радиусе двух кварталов от маршрута Игниса. Всегда в разное время, но... - я вывела на второй экран график перемещений Игниса, - ...совпадает с временем, когда он должен был проходить здесь. Мы потратили ещё два часа, сверяя, сопоставляя, выискивая закономерность. И она проступила, холодная и неумолимая. В тот роковой вечер минивэн появился на камере за пятнадцать минут до того, как Игнис вышел из своей временной квартиры. Он медленно двинулся с места, словно пружина, и скрылся из поля зрения камеры на соседней улице. - Дальше его нет, - Андайн откинулась на спинку кресла, её лицо было мрачным. - Он и минивэн пропадают в одном и том же временном промежутке. В одной и той же слепой зоне. Ледяной ком сжался у меня в груди. Это уже не было совпадением. - Андайн, - начала я осторожно. - Полицейские камеры. У них угол обзора шире, разрешение лучше. Может, они поймали его на другом ракурсе? Она тяжело вздохнула, в её глазах читалась внутренняя борьба. Использовать ресурсы, рисковать вниманием к их операции? - Я уже просматривала их все, - сквозь зубы произнесла она. - Там ничего нет. - Позволь мне посмотреть сама, - попросила я. - Два взгляда лучше одного. Иногда нужно искать не машину, а... её тень. Отражение. Что-то, что не бросается в глаза. Андайн смерила меня долгим, оценивающим взглядом. Затем, не говоря ни слова, её пальцы заскользили по клавиатуре. На мониторе возник интерфейс полицейской системы наблюдения с более высоким разрешением. - Не долго, - предупредила она. - Каждая лишняя минута - риск. Я погрузилась в изучение записей. Улицы были те же, но детализация - иной уровень. Вот он, минивэн, чётко виден. Номера... Я увеличила изображение. Грязь. Намеренная, густая грязь, скрывающая цифры. Ничего не разобрать. - Смотри, - я указала на экран. - Он не просто исчез. Он поехал сюда. Последний кадр, где был виден минивэн, оказался камерой на старой промышленной трассе, ведущей к заброшенному сталелитейному цеху. Месту, которое годами не работало, но где, по логике, монстру из Хотленда должно было быть комфортнее. Тепло от остывающих печей, запах металла, напоминающий о магме. Минивэн промелькнул в кадре, свернул за ржавые ворота завода и растворился в полумраке заброшенной территории. Дальше - ничего. Ни на одной камере. Ни выездов, ни похожих машин. Я уставилась на ржавые ворота завода на экране, чувствуя, как эйфория от находки сменяется леденящей душу реальностью. - Территория, скорее всего, частная и охраняемая, - медленно проговорила я, ломая возникшую было надежду. - А у нас ноль доказательств. Никакой суд не выдаст ордер на обыск только потому, что мы предполагаем, что там может быть что-то не то. Эта запись - ничего не доказывает. Андайн, секунду назад сиявшая от победы, замерла. Ее лицо начало затягиваться той самой грозовой тучей, которую я уже видела раньше. - Тогда что? Сидеть сложа руки? - ее голос набрал громкости, став гулким и резким, как удар молота по наковальне. - Нет! - поспешно парировала я, поднимая руки в умиротворяющем жесте. - Есть другой путь. Менее рискованный. Нужно пошарить по местным пабликам, форумам, группам в соцсетях. Может, кто-то из сталкеров или местных жителей слышал странные звуки, видел подозрительную активность вокруг завода. Люди любят делиться таким. Иногда даже полиция черпает оттуда информацию. Глаза Андайн снова вспыхнули. Она развернулась ко мне и с силой, от которой я чуть не кашлянула, хлопнула меня по плечу. - Чёртов гений! - провозгласила она, и ее лицо озарила широкая, почти дикая улыбка. - Вот что значит свежий взгляд! Не зацикленность на протоколах! Готовься, мы двинемся туда и... - Андайн, подожди! - перебила я ее, потирая онемевшее плечо. Ее энтузиазм был заразителен, но опасен. - Мы не можем просто "двинуться туда". Я же сказала - частная территория. Это незаконный проникновение. Мы спровоцируем скандал, который накроет всех! - К ЧЁРТУ ЗАКОНЫ! - рявкнула она, и ее ярость, до этого направленная в пустоту, обрушилась на меня всей своей тяжестью. Она резко встала и сделала шаг вперед, и казалось, воздух вокруг нее затрепетал от жара. - Там наш! Он один, он напуган, и его маскировка в любой момент может рухнуть! Мы не можем ждать, пока эти бумагомараки дадут добро! Я инстинктивно откатилась на кресле назад, почувствовав на себе весь груз ее нечеловеческого гнева. Это было не просто раздражение - это была древняя, первобытная ярость существа, готового сокрушить любую преграду на пути к своему сородичу. Мне потребовалось все мужество, чтобы не отвести взгляд и не сжаться в комок. - Андайн, - произнесла я как можно тише и четче, стараясь, чтобы мой голос не дрогнул. - Я понимаю. Я правда понимаю. Но если мы сейчас сорвемся и вломимся туда как слоны в посудной лавке, мы все потеряем. Не только его. Мы потеряем шанс помочь всем остальным, кто еще скрывается в городе. Нам нужен умный план, а не грубая сила. Я смотрела ей прямо в глаза, стараясь дышать ровно, передавая ей своей позой и взглядом одно: я не враг. Я на твоей стороне. Давай не позволим гневу все испортить. Ее грудь тяжело вздымалась. Дыхание было хриплым, как у загнанного зверя. Она сжала кулаки так, что костяшки побелели, но ее взгляд, пылавший всего секунду назад, начал понемногу терять свою разрушительную интенсивность, уступая место холодной, собранной ярости. Такая ярость была куда опаснее вспышки гнева, но хотя бы она не была направлена на меня. Я перевела взгляд с экрана на Андайн, которая всё ещё смотрела на завод, словно пыталась прожечь его взглядом. - Скажи честно, ты была на месте? Там, в той арке, где он пропал? Она медленно кивнула, не отрывая взгляда от карты. - Была. Ничего. Ни следов борьбы, ни оброненных вещей, ни капель крови. Чисто, как будто его испарили. Это заставило меня подняться с кресла. По спине пробежали мурашки - не от страха, а от адреналина, от необходимости действовать. - Тогда мне нужно посмотреть самой. Иногда камера не видит того, что можно понять, только стоя на месте. Может, там есть люк, чёрный ход, что-то, что не фиксируется под этим углом. Андайн встала рядом со мной, её осанка выдавала готовность к действию. - Тогда поехали. Я покачала головой, уже представляя себе эту картину. - Андайн, подумай. Если эта группа так профессиональна, они могли оставить наблюдателя. Двоих людей, тем более... - я позволила взгляду скользнуть с головы до ног по её фигуре, от огненно-рыжих волос до безупречной, хоть и помятой, полицейской формы, - ...тем более в таком образе, мы привлечём внимание сразу. "Копа" точно никто не заподозрит, - добавила я с лёгким сарказмом. Она нахмурилась, её брови сошлись в резкую черту. Я видел, как в её глазах борются профессиональный долг, ярость и понимание железной логики моих слов. Наконец, она тяжело выдохнула, словно выпуская из себя часть своего гнева. - Ладно. Но я буду рядом. В радиусе двух секунд. Она отошла в дальний угол комнаты, заваленный невзрачными ящиками и свёртками. Присев на корточки, она расстегнула чёрный тактический рюкзак, похожий на те, что используют спецназовцы. Оттуда она извлекла нечто, напоминающее массивные, ультрасовременные часы, и маленький, почти невесомый наушник-капсулу. Вернувшись, она протянула мне устройство. Его корпус был матово-чёрным, на сенсорном экране тускло светились несколько значков. - Канал два. Нажми и говори. Я буду на связи. И... - она заколебалась, что было для неё крайне нехарактерно, - ...не делай ничего глупого. Я взяла рацию. Пластик был прохладным и шероховатым. Пристегнула ремешок на запястье, вставила капсулу в ухо. Сердце не просто забилось чаще - оно совершило прыжок где-то в районе горла. В груди всё сжалось от внезапного, почти детского восторга, смешанного с леденящим страхом. Вся эта ситуация - секретный штаб, пропавший монстр, враги, прячущиеся в тени, и вот эта, пахнущая озоном и опасностью, техника в моих руках. Всё это было до ужаса, до головокружения реально. Я посмотрела на Андайн и кивнула, не доверяя своему голосу. В ушах уже стояла звенящая тишина, которую в любой момент мог разорвать её голос. Я повернулась и направилась к выходу, и каждый шаг отдавался в моих висках тяжёлым, ровным стуком. Не просто расследование. Тайная операция. Было во всём этом какое-то острое, почти болезненное чувство дежавю. Как будто я всю жизнь так и жила - лезла в самую гущу событий, в ту самую "не по зубам мне жуть", куда нормальные люди обходят за три версты. Не всегда по согласию, нет. Меня туда буквально тянуло, как магнитом. Моё журналистское чутьё, тот самый внутренний компас, что никогда не врал, в итоге и привёл меня к тому, что я стала вторым человеком на планете, знающим правду о монстрах. А с одним из них и вовсе завела отношения. Было одновременно жутко и безумно интересно. И вот я шла, прямо навстречу той опасности, от которой следовало бы бежать без оглядки. Но я была здесь. Возможно, недавно пережитый стресс давил на психику, вытесняя страх смерти, а какая-то уцелевшая часть мозга всё ещё молила о тихом, скучном спокойствии. Даже когда рядом стоял Санс, вселяя в меня надежду на другую, прекрасную жизнь. Это было во мне - неистребимо. Те звёзды, что он мне показывал, лишь скрасили мою жизнь, подсветив её новыми красками, но не сделали легче. И виновата в этом была только я, со своим вечным, необоримым желанием соваться в передряги, из которых, кажется, никогда не выбраться. Самоотверженность. Так сказал Санс о моей душе. И, чёрт побери, он был прав. Раньше всё, чего я хотела, - это чтобы с Мией всё было хорошо. Теперь же в эту категорию каким-то волшебным образом вошли монстры. Все до единого. Даже те, кого я никогда не видела. И если я смогу помочь спасти хотя бы одного, хоть этого несчастного Игниса, которого, возможно, уже пытают в какой-то подвальной дыре, тогда, наверное, я и впрямь стану той самой "самоотверженной девушкой". И пусть это звучало как безумие, в тот момент это казалось единственной правдой.