Моя первая ненависть

Когда я приехала на дачу, солнце почти спряталось за горизонт, а стрекотание паршивых кузнечиков увеличилось втрое. Отмахиваясь от назойливо пищащих комаров, я рысцой направилась в самую глубину одиноких дач, которые ласково окутал густой сумрак. Кэти, скрестив руки на груди и немного съежившись, ожидала меня возле калитки, а с её участка доносились отзвуки кричащей музыки. - Нас немного больше, чем обычно... - хитро улыбнулась девушка, шлепнув себя по ноге, чтобы убить очередного комара. - Да? И сколько же? - съехидничала я и протянула руки на встречу любимой подруге, чтобы обнять. - Палтос, - она прижала меня к себе и похлопала по плечам. - У тебя дома пятьдесят человек? - мои брови унеслись, наверное, в эту секунду выше лба. - И они жаждут веселья! - воскликнула Кэти и потянула меня за руку. Войдя в дом, мы сразу же погрузились в непроницаемую темноту. В помещении было очень душно, накурено и воняло перегаром. Мое тело очень быстро покрылось потом и испариной. На диванах и креслах валялись парни, девчонки же скакали по всей мебели с подушками в руках и дубасили друг друга, громко визжа. Кто-то привинтил клубный шар к люстре и подсветил его лампой. Получилось офигенно. Отблески шара цветными огоньками играли на лицах веселившихся ребят. - А ну все встали. Тусииим! Кэти врубила музыку еще громче. Клубняк оглушительно бил по колонкам. Я схватила со столика бутылку пива и, танцуя, начала залпом вливать ее содержимое в себя. Очень скоро весь зал дома заполнил народ, и наш "муравейник" активно задвигался. Кто-то танцевал, как я, с бутылкой, кто-то курил и пускал кольца, а некоторые, уже найдя себе пару на этот вечер, спешили действовать и искали место поспокойнее. Осушив бутылку, я почувствовала долгожданную свободу во всем теле. Мне не нужно было много, чтобы опьянеть, и легкое головокружение так же завладело мной. - Хочешь? - парень приобнял меня за талию и поднес к губам самокрутку. - О, Алекс? Привет, конечно хочу, - я повернулась к нему лицом и взяла зубами из его пальцев "запакованную травку" - А где твоя девушка? - Какая девушка? - даже в темноте я увидела, как Алекс сделал наигранно удивленное лицо и улыбнулся своей белоснежной улыбкой. После этих слов он прижал меня плотнее к себе и, взявшись за руки, мы продолжили танцевать. С каждой секундой я все больше и больше понимала, что все мои проблемы не стоят и грамма переживаний. Проблем вообще не бывает. Все в моих руках. Можно делать, что захочешь, ведь это так просто. Спустя время Алекс торопливо отлучился и притащил бутылку виски. Поманив меня пальцем, он скрылся в кухне. Я пошла за ним не смотря на сильное желание продолжить танцевать. В кухне тускло горел один единственный светильник, и никого не было. - Наркота и есть сюрприз? - покачиваясь, я подошла к кухонному столу и залезла на него, как и Алекс. - Агась, на еще, - он дал мне какой-то пакетик, - Клевая вещь, надо найти газетку и выкурить. - А вискарь? - Ну, мы зальем им наш сюрприз, - парень умело скрутил газету с объяснениями, ощущение, будто с этого дня я всегда буду этим заниматься. После нескольких затяжек и глотков виски я почувствовала теплоту в голове и безумное счастье от безразличия ко всему происходящему. Это так божественно. Я медленно легла на стол, докуривая травку и выпуская густой дым , делая губы трубочкой.. Мой пульс слился с оглушающей музыкой, дыхание смешалось с криками народа. Я почувствовала как по моей ноге ползет чья-то рука верх. Приятные мурашки незамедлительно побежали по телу, ненастойчивое прикосновение с каждой секундой становилось все более ощутимым. Как же лень открыть глаза. Наплевать. Пусть все продолжается. Рука уже залезла мне под футболку и остановилась на талии. Чьи-то сухие губы потянулись ко мне, я приоткрыла рот, и из уст Алекса в него полилось виски. Я проглотила, и мы оба заржали, как кони. - Я ведь нравлюсь тебе? - он навалился на меня всем своим телом. - Нет. Ты в прошлом. - Да неужели? - на этот раз его губы впились мои, и я ответила на его поцелуй. Я почти ничего не чувствовала, кроме все той же музыки в такт с пульсом и чужого мокрого языка у себя во рту со вкусом виски и травки. Алекс опустил свои широкие ладони к моим штанам. Рассудок умолял меня осознать, что я делаю, но я небрежно заглушила его. Уверена, Мышастый тоже сейчас кого-нибудь точно так же трогает и целует . Мышастый. Я вспомнила о нем, в груди застучало сильнее, тело судорожно сжалось. Почему я должна так вести себя из-за него? Мне ведь не нравятся эти руки... - Погоди! - я попыталась спихнуть с себя настырного парня, но он и не думал прекращать уже расстегивая пуговицу на моих джинсах. Я бессильно попыталась его оттолкнуть и поднять голову, но алкоголь оглушающее ударил по голове, и я бессильно откинулась. К горлу поступила тошнота, свет тусклой лампы раздражал зрачки, я не могла нормально открыть глаза, постоянно щурясь. Ну почему сюда никто не заходит, а? Алекс продолжал меня целовать и уже стаскивал джинсы. Мы лежали на краю стола, и я решила попробовать свалиться с него. Беспомощно извиваясь, я пыталась стащить нас вниз. Парень грубо сжал мои запястья, так как своими слабыми руками я не оставляла попыток треснуть ему по бошке. - Совсем сумасшедшая? - недовольно буркнул он, пытаясь меня утихомирить. - Отпусти меня! - взгвизнула я, и в следующую секунду мы шумно упали на пол. Алекс вскрикнул от боли, так как шибанулся об ручку шкафчика, а я упала на позвоночник, но абсолютно ничего не почувствовала, только мутить стало еще сильнее и глаза не хотели фокусироваться на определенных вещах, превращая все в нечеткую кашу. Музыка давила на голову и вызвала звон в ушах. Ослабшими пальцами я застегнула джинсы, встала с раза третьего, шатаясь по всей кухне, и ушла в зал ко всем. Алекс остался сидеть на полу, потирая ударенные плечо и бок. Когда я снова погрузилась в темноту комнаты, мне стало немного легче, правда тела народа путались перед взором, и я постоянно врезалась во все и всех подряд. Меня жутко тошнило, и я решила найти туалет пока не поздно. - Порядок? - проорала мне на ухо Кэти. - Да, - так же громко крикнула я и поплелась к спасительному другу. Нащупав светильник, я нажала на него, но не успела снять руку, и свет дергался туда обратно под тяжестью не шевелившейся ладони. Наконец, я зажгла его и успела убрать руку. Меня сразу же ослепило ярким противно-желтым злоебучим светом. С закрытыми глазами я закрыла дверь и плюхнулась на пол. Мне было плохо, тошнило, но я знала, что проблеваться нихрена не получится. Зараза! Зачем я так нажралась и накурилась? Еще Алекс этот, мать его за ногу... Не знаю сколько я там пролежала. Мне даже удалось задремать. Волосы слиплись и спутались от пота и еще какой-то липкой хрени. Поглаживая себя по ним, я старалась взять себя в руки и хоть немного прийти в себя. Меня конкретно глючило. Огромный черный паук ползет по извилинам моего мозга, потом появляются мелкие шарики и перекатываются по нему, сыплясь в прозрачные трубки ведущие в город. Никогда больше не буду мешать алкоголь и курить. "Вертолет" не заставил себя долго ждать, и меня наконец стошнило. Совсем скоро Кэти разделила со мной эту участь. Она беспомощно ворвалась в туалет и упала на пол рядом с раковиной. Мы закрылись вместе. После прочистки желудка и клятв никогда так не нажираться, она излила мне душу про парня, в которого она, кажется, влюбилась и не знает, что ей теперь делать. Я сказала насрать ей на это, умолчав о Алексе и терзаниях по ненавистному тренеру. Оказалось, что время было уже около пяти часов утра. Музыку убавили, половина людей пошли гулять на улицу, остальные распластались по всему дому, причем в основном на полу. Почти все диваны и кресла были свободны. Мы с Кэти, выползя из туалета, тоже устроились на полу, положив на него плед и все еще неся друг другу бред про пускание молока по венам и громко ржа, заливаясь в истерике и захлебываясь. После прочистки желудка нам немного полегчало, и мы снова могли шутить и стебаться над теми, кто сейчас сидел возле белого друга... Когда все утихло, и Кэти засопела, я, все еще пьяная, думала о Мышастом. Мне так плохо без него. Он такой... милый. И вовсе не бесит меня уже. Только телефон его ненавижу. Я почувствовала на себе взгляд. В проходе в другую комнату лежал Алекс, я резко отвернулась от него к стенке. Не собираюсь бояться этого мудака. Я закрыла глаза и представила, как нас застает Мышастый и как набивает Алексу его слащавую рожу из-за меня, а потом уводит меня за руку с этой безумной вечеринки. Но такое бывает только в сказках... Утром почти все разошлись, Алекс тоже. Оставшиеся помогли убрать дом. Моя голова трещала, и я никак не могла прийти в себя, литрами поглощая воду. Позвоночник дал о себе знать, поднывая и причиняя ужасный дискомфорт. Половину ночи я почти не помнила. Никто особо не разговаривал, лишь изредка кто-то вспоминал смешные моменты тусы. Все хотели скорее окончить уборку и выспаться. Я думала о том, что сегодня явно не поеду в тренажерку, а значит не увижу Мышастого... Попрощавшись со всеми, я поплелась на автобус. Ноги путались и спотыкались о каждый камень. Интересно, на кого я похожа? Я не расчесала волос, не поправила мятую футболку, пропахшую спиртом. Видели бы меня родители. Хорошо, что они вернуться вечером, я успею привести себя в порядок. По крайней мере надеюсь на это, я ведь до сих пор пьяная. Черт. Ветер от машин, которые неслись по дороге, быстро заморозил мое тело, которое и так знобило от слабости. Пыль летела прямо в лицо и попадала в ноздри. Подходя к остановке, я услышала, как у меня за спиной сигналит машина и обернулась, шепча "отвали, обмудок, я и так с краю иду". Обмудком оказался Мышастый. Мне пришлось дать себе пощечину, чтобы убедиться, что это не наркоманское видение. Боже, чем меня накачал этот ублюдок? Фак. - А я думаю ты или не ты, - улыбнулся тренер, открыв окно машины. Поняв, что все по-настоящему и прокляв весь мир за такое "везение", я скривила рожицу, ничего не ответив. - Подвезти? - Нет, - мой охрипший голос да и, видимо, видок возбудили в нем интерес, и он вышел из машины. Блин. Я отвернулась и пошла дальше к остановке. Он бесцеремонно коснулся моего плеча и резко развернул к себе. - Ты не была дома?! Вчера я видел тебя краем глаза, ты была в том же, - даа, краем глаза, когда я случайно заглянула к нему в раздевалку. Я замялась, - Да от тебя перегаром за километр несет, а ну садись! Он повел меня к машине, вырываться я не стала, но всем своим существом показала насколько мне не хочется иди с ним. Видимо, он помнил, где я живу, так как не стал ничего спрашивать и просто повел машину. Я была еще не в себе и на языке вертелись слова, что-то типа "Я напилась из-за тебя". Но разум взял вверх, и я молча смотрела в окно. Мне не хотелось встречаться с ним взглядом. Я вообще больше никогда не хотела его видеть. Мне было стыдно. Ненависть вернулась. Подъехав туда же, где и высаживал меня в прошлый раз, он остановился и ожидающе посмотрел на меня. - Я не собираюсь перед тобой оправдываться. Спасибо, что подвез. - Одним "спасибо" не отделаешься. Говори, что произошло. - Я же не спрашиваю тебя с кем ты переписываешься! - неожиданно даже для себя выпалила я, и, поняв, что сказала, прокляла свою душу сто пятьсот раз подряд. Мышастый удивленно уставился на меня, а я резко дернула дверь и выбежала из машины. Пройдя быстрым шагом несколько метров, я увидела, как к моему дому идут мама с папой. Они вернулись раньше. Твою ж мать. От неожиданности и страха спалиться я развернулась на сто восемьдесят градусов, добежала до машины Мышастого и села в неё. Слава Богу он так оторопел, что даже не завел тачку. - Мои родители вернулись, я не могу пойти домой, - сжавшись выдавила я, смотря в пустоту и сгорая от стыда и неловкости. - Может отвезешь меня в тренажерку? - Чтобы ты там весь народ перепугала? Нет уж, мы едем ко мне.