Моя первая ненависть

- Я не поеду к тебе! - в моей груди поднялось возмущение граничащее с истерикой. Я не знаю, что мне делать, что предпринять. Я не могла контролировать ситуацию, в которой оказалась, и это пугало. Зачем я так напилась? Чем думала? Дура. Я прекрасно осознавала, что от меня за километр несет перегаром, да и взглянув на меня даже прищуренными глазами с плохим зрением можно было понять, как я "хорошо" повеселилась ночью. Но ехать к нему являлось полным безрассудством. Ни за что на свете. Я его даже не знаю толком. Да, я фантазировала себе много всего - не спорю. Но в действительности он мне не нравился, и я не собиралась воплощать эти фантазии, вроде как. Если бы я делала все, что мне придет в голову... Ууу, моя жизнь давно бы перевернулась с ног на голову, было бы весело... Но мои моральные уставы (да, не смотря на моё поведение в последнее время, они все-таки существовали и были довольно крепкими) не позволяли мне сделать и половины того, о чем так уныло, особенно по ночам, просила задница, так любящая приключения. - Я поеду обратно. На дачу. К подруге. Только сначала мне надо позвонить ей. Я судорожно достала телефон и набрала номер Кэти. Слава Богу, трубку она взяла сразу, но то, что я услышала, добило меня окончательно. Последняя надежда с треском рухнула. Полчаса назад все уехали с дачи. Кэти нужно было на другой конец города, и ничем помочь она мне не может. Она взволновано спросила меня о моих дальнейших действиях, на что я ответила, что что-нибудь придумаю, умолчав о тренере, и разочарованно положила трубку. Между тем Мышастого вся эта ситуация начинала заметно раздражать. Он нервно постукивал пальцами по рулю и смотрел в окно. Мне казалось, еще секунда, и он пошлет меня к чертям. Его скулы были напряженны, но лицо оставалось бесстрастным. Если и он откажется от меня, я окажусь в куда более глубокой жопе. Нельзя его терять. Выбора у меня нет. Будем работать с тем, что имеем. - Ладно, поехали к тебе, - выдохнула я так, как будто он долго меня об этом умолял чуть ли не на коленях, хотя ситуация скоро должна была принять полностью противоположный оборот. - Ты можешь выйти здесь, и мы сделаем вид, что я тебя вообще не видел и не подбирал, - черт, он не выдержал. Не надо было играть на его нервах, но я так просто не сдамся. - Нет, поздно. Теперь ты от меня не отвяжешься. Ты - единственный выход не спалиться родакам. И, заметь, ты сам предложил мне помощь. Никто не просил меня видеть и подбирать, - о да, я сама настойчивость. - И зачем я это все делаю? - пробубнил он себе под нос и завел машину. Я приняла этот вопрос за риторический и предпочла молчать. Не хватало еще выбесить его. Как-нибудь переживу этот проклятый день. Во мне происходили самые, что ни на есть поганые чувства. Кишки в узел, комок в горле, страх перед неизвестностью и родителями, головная боль и свобода выбора. Иногда меня так раздражало, что я сама в ответе за себя и нужно принимать всякие решения. Почему это все не могло рассосаться само собой? Я была бы благодарна в помощи по управлению своей жизнью. Ну, только если немного конечно. Мы ехали примерно минут двадцать. За это время мне позвонила мама, спросив где я шляюсь и когда буду. Обычно, после ночевок, я сразу приходила домой. Пришлось сказать, что мы с Кэти поздно легли и только проснулись, и я останусь у неё до вечера. Мама наорала меня за то, что я забила на семью, не появляюсь дома и могла бы поиметь совесть хоть немного. Ну, я её и имела. Я думаю, что нужно говорить не "поимей советь", а "пусть совесть поимеет тебя". Вот тогда смысл фразы сразу ясен. Совесть нагнет тебя, будет трепать твои нервы и долбить моральными устоями. В общем, вечером, меня ждал разговор с отцом. Я его не боялась, но сложившаяся ситуация меня как-то не особо радовала. Мышастый несколько раз поглядывал на меня, как на избалованного ребенка, осуждающим взглядом и даже хотел что-то начать говорить и советовать, но я ненавистно прошипела "Только попробуй", и он, глубоко вдохнув, тактично промолчал. Тренер жил в новых домах, их построили всего пару месяцев назад, и половина квартир еще пустовала, так что переулок был тихим и спокойным, но несколько детей уже играло на детской площадке, сосредоточено копаясь в песке . Погода стояла не жаркой, но душной, и хмурое небо еще больше удручало мое поганое настроение. Мы прошли через детскую площадку, маленькие дети кидались под ноги, и я чуть было не матюкнулась на них, но сдержалась, торопливо следуя за своим "ведуном". На лавке сидело три женщины с колясками и обсуждали бессовестное ЖКХ. Мышастый приветливо поздоровался с ними, в ответ женщины одновременно улыбнулись широкими улыбками, смотря на него с каким-то странным блеском в глазах. "О Господии, у вас есть дети и вы старые, не смотрите на него так" - злостно промелькнуло у меня в голове. На меня они взглянули пренебрежительно, и их брови удивленно поползли вверх, когда тренер открыл дверь подъезда и сказал мне "Давай скорей". Интересно, они решили, что я его шлюха или как? Во всяком случае, кем бы я не была в их глазах, мне плевать. Тренер жил на пятом этаже в двухкомнатной уютной квартире. Ничего сверхнеобычного, всё как у всех. В зале лежали гантели, в стенку был встроен турник, небольшая плазма, ноут на журнальном прозрачном столике, который был засран бумажками и тремя кружками с выпитым кофе, смятая одежда валялась на диване... Присутствия девушки тут явно не ощущалась. Это хорошо. Запах в квартире обладал своеобразием, я не знала с чем его можно сравнить, но он был приятным, и меня это вполне устраивало. - Проходи, разувайся, - парень указал рукой на тапочки, и, разувшись сам, поспешно прошел в кухню, - Тебе, наверное, хочется принять ванну. Там висит полотенце, вот только с одеждой напряжно... Я могу дать тебе свои шорты и футболку, а твои мы проветрим на балконе, как раз ветер сегодня хороший, должно быстро все выветриться... - Окай, - я дождалась, пока он мне даст свою одежду. Ноги утонули в глубоких тапках. Пока он искал мне вещи, я торопливо пыталась хоть как-то поправить волосы, но мои старания не увенчались успехом. Во время передачи одежды его рука коснулась моей, и меня внезапно затрясло, а сердце взволновано забило по ребрам. Я даже, кажется, покраснела, поэтому поспешно наклонила голову и скрылась в ванной. Закрывшись на щеколду, я припала спиной к стенке и закрыла глаза, опустившись на холодный кафель. Никогда бы в жизни не подумала, что доживу до такой ситуации. Мне не верилось в то, что со мной происходило. Ведь так не бывает. Все шло, как нож по растаявшему маслу. Ну не бывает такого! Не бывает. Я сняла с себя протухшую перегаром одежду и залезла в ванну. Теплые струи окутали все тело, я сделала воду прохладнее и закрыла глаза. Рассудок уже восстановился, никаких пятен перед глазами и сонливости я больше не чувствовала. Выгнув позвоночник, я всхлипнула, так как стало очень больно. Несколько позвонков хрустнуло. Приведя себя в порядок, я напялила его вещи. Футболка была мне великовата и закрывала ягодицы. Шорты пришлось затянуть шнурком потуже, а так, в общем, все не плохо. Я вышла из ванной, вытирая мокрые волосы. Брызги быстро намочили футболку и впитались в неё, оставив мелкие темные кружки. Не медля, я молча нашла балкон и развесила свои вещи. Нагревшийся от солнца пол обжигал стопы, а прохладный ветерок заставил кожу покрыться крупными мурашками. Балкон выходил как раз на ту сторону, где сидели женщины. Одна из них заметила меня, так как позже обернулись все, меня это ужасно выбесило, я скривила им рожицу и ушла. К ногам постоянно прилипали какие-то крошки и прочая дребедень. Когда он последний раз убирался? Ожидая меня на кухне, тренер поставил чайник греться и расслаблено сидел на стуле за своим ноутом. Меня это напрягло, и я не издавая лишних звуков села напротив него. Кухня была тесной, но светлой и уютной, как и вся квартира. - О, ты уже всё? - он даже не поднял на меня головы, - Я поставил чайник, кружки на столе, если хочешь налей сама. Я не очень хотела, но налила, чтобы занять себя хоть каким-то делом. Я не понимала, как он может так себя вести. У меня сложилось впечатление, что ему не в первой приводить кого-нибудь к себе домой и давать им свою одежду. Внезапное чувство бессильной ревности больно укололо в грудь. Полный игнор. Мне захотелось, чтобы моя одежда поскорее выветрилась, и я убралась отсюда. Неприятная картина, однако. Попивая чай, я наблюдала за его выражением лица, жестами, мимикой. Я у него дома, в его одежде, пью его чай... Мне не нравится он, но я хочу, чтобы он хотя бы сделал попытку меня поцеловать... Но куда уж там, в ноуте намного интереснее. Может попробовать соблазнить его? Я оперлась на руку и погрузилась в грёзы о том, что могло бы произойти в этой кухне... В животе приятно жгло и поднывало. Это чувство не давало мне покоя. - Я совсем забыла спросить как тебя зовут, - забавная попытка нарушить гробовую тишину. - Зови меня Ник. Тебя зовут Анна, я уже знаю, - он закрыл свой проклятый ноут и взглянул на меня. Наконец-то! Ток пробежал по всему телу. Я была довольна тем, что он уже знает мое имя и не стала задавать вопроса "откуда". Я понятия не имела, что делать эти полтора-два часа. По моим расчетам и опыту этого вполне хватило бы для того, чтобы все выветрилось, и моя внешность окончательно пришла в норму. - Спасибо, что привез меня к себе, - я была искренне благодарна ему и даже приготовилась идти на мировую, видимо, от безысходности. - Да ладно, у самого, когда такой, как ты был, истории похлеще выходили. Я все понимаю, - Ник улыбнулся и встал, чтобы налить себе кофе. Его ответ меня обидел. "Такой, как ты". Ну, да, я же его младше... Был.. А сейчас ты типа взрослый. Так хотелось спросить сколько ему лет, но я почему-то воздержалась. Я опять обиделась. У него зазвонил телефон, и он поспешно вышел из кухни. Я осталась одна. С чаем и его недопитом кофе. Блин. Ник не возвращался минут двадцать. Я повыдирала обои у него из стенки, попила еще чаю. Надоело. Пора сматываться. Выйдя на балкон, я сняла свои вещи. Они были ужасно мятые, но не воняли. Отлично. Утюг и гладильную доску я нашла довольно быстро и без разрешения воспользовалась ими. Быстро одевшись, торопливо пошла к выходу. Поскорее бы все закончилось. - Прости, мне нужно уеха... - парень зашел в кухню, но, не найдя меня там, умолк и вернулся в коридор. Я вылетела прямо на него, больно ударившись о его крепкую грудь. - Я уже ухожу. Там утюг брала... на место положила... Спаси... - я все еще стояла впритык к нему, касаясь его тела своим. Мои губы всего были в нескольких сантиметрах от его. Чуть приоткрытые, алые и суховатые они так и манили к себе, а блеск глаз так и топил в своей бездонности. Я почувствовала, как сердце бьется учащеннее, в животе с новой силой завязывается все больше и больше узлов... Голова туманилась, словно я снова опьянела. Я не понимала, что происходит и что я делаю. Мои губы сами потянулись к его. Я еще никогда так сильно не хотела ощутить вкуса чьих-то губ так же, как сейчас его. Остался какой-то миллиметр, мои веки начали закрываться, и я уже предвкушала поцелуй. Но тренер вдруг резко отстранился чуть назад, так что я чуть не упала в освободившееся между нами пространство. - До встречи, - он снова посмотрел на часы. - Пока, - я пулей выскочила из его дома. Дура. Идиотка. Ненавижу себя. О чем я думаю? И он... тварь. Просто тварь.