In Our Line of Work

Сейчас. Может, Имса и не существовало. Так же, как, может, не существовало никого из них. Ни Кобба с Мол, ни ублюдка Нэша или Сайто с Арианой, или Тани из кафе напротив, или Бини, или ребенка, который продал ему жвачку и газету. Но все же, Артур не верил в это. Просто не мог поверить. У него ничего не было бы, если бы он не полагал, что они были там где-нибудь, просыпаясь точно так же, как он. Он должен был только найти их. Он должен найти Имса. ___ Дорогой испытуемый №23657! Спасибо за Вашу помощь в чрезвычайно тонкой программе экспериментирования обмена сном. Расширенное Экспансивное Непрерывное Использование PASIV, контролирующее сновидения, было тщательно спланированной целью, и ваш вклад в проект глубоко важен для безопасности своей страны и соотечественников. Из-за нераскрытой природы проекта Вы будете проинформированы о дополнительных сведениях спустя приблизительно четыре часа после Вашего пробуждения. В это время мы просим, чтобы Вы собрали свои воспоминания о жизни перед расширенным сном. После инструктажа Ваши воспоминания о сне прекратятся, чтобы помочь Вам повторно акклиматизироваться к Вашей работе здесь, в вооруженных силах. Расширенные сновидения - это новая сфера в технологии обмена снами. Она имеет большой потенциал для тех, кто имеет дело с психикой военного – это самый гуманный способ. Также эту технологию можно использовать как способ моделирования возможных исходов мировых событий. Мы уверены, что технология имеет неизведанные глубины, которые Ваша работа поможет нам понять. Мы понимаем, что это - яркий опыт для мечтателя. Важная вещь - помнить, поскольку Вы просыпаетесь, состоит в том, что ни один мир из того, что Вы помните, не реален. Ничто в том месте не реальное. Вы сейчас бодрствуете, это – реальность. Именно об этом письмо, отосланное каждому отслужившему, и говорило. Артур резко понял, что имел дело с самым опасным видом группы войск. Кто бы ни поместил его в сон, был идиот с большой властью, который не понимал их собственную технологию или их собственных солдат. Артур встал и подергал дверь. Она, конечно же, была заперта. Люди, которые поместили его сюда, были глупцами – окно легко открылось. Он открыл его и посмотрел вниз. Его комната была на третьем этаже, впрочем, как и всегда, но стена была сделана из грубого тесаного кирпича. Было бы ужасно легко спускаться. Он перекинул ногу через подоконник. Поскольку он спускался по стене, его руки начали болеть, так как он был не настолько сильным, как раньше, однако подбадривал себя, что он молодой, и эта сокрушительная сила заставила его крепко цепляться за стену. Он никогда не опускался по такой стене, по крайней мере, в этой жизни. Военная подготовка учила его некоторым вещам; и это была работа, которой занимаются воры. Слава Богу, он все еще знал, как сделать это. Мозоли и мышечная память придут опять, надо только немного времени. Он тихо спустился на гравий и попытался вспомнить, как выбраться из учебного корпуса к оружейному складу. Его волосы были жесткие и короткие под его пальцами, когда он в расстройстве провел рукой по голове. Он поборол несправедливость уже дважды. Артур двигался плавно и уверенно, несмотря на то, что плохо помнил дорогу. Он чувствовал, что мог вдохнуть вдвое больше воздуха. Боль в его левой ноге от того огнестрельного ранения полностью ушла, и он теперь мог двигать ею снова в полной мере. Девятнадцать – это моложе по сравнению с двадцатью девятью, но это было очень молодо по сравнению с теми твердыми двадцатью девятью Артура. Он был фактически совершенно новым. Он, наконец, добрался до склада оружия. Дверные коды не изменились, чему Артур сильно удивился – когда он в последний раз тут был? Он искал место, куда мог скрыть под своим тесным, сделанным на заказ, пиджаком пистолет, когда он понял, что на нем нет никакого пиджака. Артур решил положить его в кобуру, закрепленную на поясе. Послышался шум открывающейся двери, Артур молча и тихо повернулся, надеясь, что это был звук перебегающей мыши или шелеста листьев. - Эй, здесь кто-то есть? – голос эхом отзвучал в стенах склада. Артур знал его, но уже много лет, а может и часов, в зависимости от того, как смотреть, не слышал его. Но его голос сразу вызвал в голове лицо этого человека и имя - Джеффри П. Бейкер. Они были друзьями когда-то. - Джефф? Это только я, Артур, - сказал он, пытаясь застать небольшую нервозность собеседника, на десять лет моложе его самого и гораздо менее компетентного. - Артур? - ответил Джефф беспокойно, - Ха, они сказали, что ты был на полевой миссии, и что тебя не следовало ждать до четверга. - О, ну, в общем, закончил рано, - сказал Артур. - Что ты делаешь здесь? - послышался щелчок, и включились верхние люминесцентные лампы, затопляя комнату стерильным зелено-белым светом. - Не мог заснуть, - сказал Артур медленно, - бессонница. Джефф странно смотрел на него. Артуру было запрещено появляться здесь после закрытия, но не походило, чтобы Джефф смотрел на него с укором, получилось так, как будто он был испуганным Артуром, а не наоборот. - Ты выглядишь по-другому, - сказал Джефф через минуту. У Артура внутри скребли кошки. Он никогда не был хорошим актером, это была прерогатива Имса. Было действительно неудивительно, что он казался другим Джеффу, и было неудивительно, что Артур не мог скрыть это. Десять лет изменяют людей изнутри, даже если они не поменялись внешне. - Что ты имеешь в виду? - Артур спросил, пытаясь разыграть из себя идиота. - Я не знаю? - сказал Джефф нерешительно. - Ты стоишь слишком прямо, выглядишь усталым. Ты смотришь … своего рода устрашающе. Здорово, человек, ты хорошо себя чувствуешь? - Да-да, конечно, все хорошо, - сказал Артур. - Я не знаю, - Джефф ответил, перемещая внимание на пистолет, висящий в кобуре на поясе Артура, - ты кажешься действительно странным, послушай, я собираюсь позвать Лейтенанта Роджерса, да? - Я боюсь, что этого не произойдет, - сказал Артур спокойно, - ты видишь, я пытаюсь убежать необнаруженным, и я не считаю тебя как помеху, но я не должен попасться на глаза лейтенанту. - Артур? – спросил Джефф, в голосе которого дрожало возбуждение. Артур криво улыбнулся и вытащил оружие из кобуры, сняв с предохранителя. - Опусти свое оружие, Джефф. - Что за херня, Артур? - сказал Джефф, глаза которого широко распахнулись от потрясения, - Ты похож на … как, ты собираешься убивать меня за то, что я делаю что-то не так? - Я убил бы тебя, - ответил Артур категорически, - Джефф, я должен похвалить твои наблюдательные навыки, из тебя выйдет великолепный солдат. Вот тебе несколько советов. Все, что ты видишь во мне, сделал ты. Понимаешь, я другой человек, не тот, кем я был вчера - помни об этом. Вот что происходит с тем, кого заебало это учреждение. Все они думали, что доверяли. Вот что происходит с тем, у кого отняли единственное, что он любил - или когда они узнают, что это была ложь с самого начала. Запомни это. Может быть, когда-нибудь это спасет твою жизнь. Артур постоянно направлял подготовленный пистолет на грудь Джеффа. Он был уверен, что не был в состоянии держать оружие, так, как когда ему было девятнадцать. Джефф давно не видел Артура держащим пистолет – но зато Артур очень хорошо знал, что с ним делать. Артур скользнул в безопасный покров темноты и скрылся за дверью. Он уже давно ушел, когда Джеффри Бейкер оправился от шока и решился вызвать лейтенанта ____ Два дня спустя Артур находился в магазине шуток, прикупив новую одежду в дизайнерском магазине, состоящем из трех частей. Это был хороший костюм, он хорошо на нем сидел. Полоска была более тонкой, чем та, которую любил Артур. Он смотрел на свою одежду и чувствовал себя некомфортно из-за не совсем верно простроченных швов. Он думал с тоской о его гардеробе в доме около Лондона, с его серым английским костюмом с тремя частями ручной работы и его кашемировыми свитерами, его прямыми, строгими галстуками и длинным шерстяным пальто. Он поднял пакет с игральной костью. Примечание на обороте гласило, что они приземлятся лицевой стороной, т.е. цифрой 4, и Артур положил его обратно. Он нуждался в другом числе. Он не забыл, как делал свой предыдущий тотем, химикат вонял жидкой пластмассой и красящим веществом. Их было три. Один Артур сохранил для себя. Один Артур отправил по почте в дом его матери с наказом похоронить его в саду под статуей улитки. Последний был для Имса, который его спрятал в свой карман, улыбаясь Артуру по-особенному, так он улыбался только когда хотел что-то утаить, по-видимому, хотел, чтобы его подарок приятно звенел, ударяясь об его игральную фишку, которой его дед победил в Монте-Карло в 1943 году. Он решил, что не станет покупать дешевую игральную кость, которая, возможно, ничего не значит для других. Артур покинул магазин. Он был в Лас-Вегасе. Артуру понравился Лас-Вегас тогда, когда заимел привычку идти как человек со связями, в том числе и уголовными, а в этом городе всем было по-барабану. Он поглядел бы вокруг на старых Лас-вегасских типов, которыми усеяны там бары и здесь столы для покера, которые были похожи друг от друга. Но тем, кто знает, какого черта они тут делают, Лас-вегасские типы кивнут. Кончик подбородка вниз, чтобы сказать: «Я вижу тебя. Я знаю, что ты знаешь, кто ты и кто мы, и каждый из нас - умная акула». Однако это не было то же самое, что и раньше. Даже наряженный так тщательно и с видом легкой, скользящей прогулки, среди людей, которые знают, кто они и что они, Артур молодо выглядел. Даже если он и попытался бы выглядеть старше, беспокойная энергия, которая и привела его к обмену снами в прошлом, вернулась как зуд на поверхности кожи и выдавала его с головой. Он скользнул к пустому месту в баре, сел и положил руки на стойку. Бармен повернулся, чтобы обслужить Артура, несмотря на длинную череду женщин в непристойно короткой одежде, свисающих с рук высоких, широких мужчин. - Эй, - сказал первый в ряду, - я был первым. - Жди своей гребаной очереди, - по-дружески сказал бармен, - чего вы хотите? - Я не знаю, - ответил Артур, выбирая в немного помятом меню, оставленном на барной стойке, - что-то крепкое и дорогое. Бармен слегка улыбнулся. - Один из тех дней, да? - сказал он. «Одна из тех жизней» - подумал Артур, но не сказал этого. Он только мрачно кивнул. Бармен поставил двумя пальцами хрустальный бокал с виски на стойку перед ним, и Артур залил все в себя. Ожог казался новым и знакомым в то же время, горячая жидкость текла к животу, и Артур прослезился. Он подумал, что если бы он был другим человеком, это была бы та самая ночь, в которую Артура вырвало б в мусорный ящик после нескольких часов безудержного рыдания. - Я задаюсь вопросом, должен ли я проверять тебя, - бармен сказал спустя некоторое время. Артур поднял свой пристальный взгляд и уставился на бармена. Он был значительно старше, чем Артур, с легкой коричневой щетиной, переходящей на шею, точно так же, как и у Имса. Артур так заливисто засмеялся, что в задней части горла начало першить. - Действительно? - он спросил. Бармен изучал его долгое время. - Нет, - сказал он, - может быть, нет. Человек, сидящий в конце бара, подошел к нему. Он наклонился к табурету, стоящему рядом с Артуром, спрашивая: - Это место занято? - Артур покачал головой. - Я могу угостить тебя напитком? – спросил человек. - Нет, - ответил Артур. - Но место не занято? - сказал мужчина немного смущенно. - Нет, - сказал Артур. Он пожал плечами. - Я позволяю тебе занимать место таким образом, чтобы я мог украсть покерную фишку у тебя. - Что? - человек всем своим видом спрашивал, как Артур поставил фишку на стол между ними. Она была черной - сто долларов. - Что за хуйня? - сказал человек, засовывая руку в карман и проверяя, что фишки там действительно нет. - Ты только что обокрал меня? - Да, я только что сказал, что сделал это, таким образом, что ты можешь предположить, что это сделал я, - сказал Артур уклончиво и запутанно. Артур снова посмотрел вниз на барную стойку. - Это - тайна. Человек, на месте которого ты сидишь, научил меня, как это делать. Человек смущенно смотрел на Артура. Он повернулся бармену, который все еще находился достаточно близко, чтобы обратить внимание. - Он только украл ту фишку у меня. Бармен засмеялся. - Хорошо, забери обратно, - сказал он, - она тут. Оба, казалось, думали, что Артур играл в своего рода игру. Человек поднялся, чтобы взять фишку, но Артур встал первее и бросил ее во внутренний карман его жилета. - Ой, - сказал Артур. У его голоса был мягкий тембр, точная противоположность его ловким, быстрым рукам. - Ты можешь запомнить номер комнаты 528? - сказал Артур. - Конечно, - человек ответил, выпучив глаза от удивления. Он был более высоким, чем Артур, но более худой и темноволосый. Артур не думал, что они подошли бы друг другу. - Хорошо, - сказал Артур. Он соскользнул своего табурета и уехал. Человек никогда не видел его снова. ___ Артур устраивался на свою самую первую работу в обмене снами спустя два с половиной месяца после того, как он проснулся от своей жизни. Ему было все еще только девятнадцать. Его самая первая работа в реальной жизни была намного лучше, чем его другая самая первая работа. Та первая работа была слишком трудной для такой простоты плана. Извлечение из одного бизнесмена для другого. Это был корпоративный шпионаж, это - самый основной, скучный уровень – вещь, которую Артур уже мог сделать в своем сне к тому времени, когда он встретил Имса и начал работать с Коббом и Мол. Сложно было еще то, что задание было биполярным. Артур должен был сделать кучу адской работы по второстепенному исследованию. Его подсознание было очень непостоянным, и Артур должен был наворотить кучу сложного дерьма с архитектурой и снотворными, обработкой проектирований, или иначе они все закончат свое существование пойманными в ловушке-пузыре изменчивого настроения. Артур устраивался на работу по телефону. У него не было сети, где сотни тысяч постоянно меняющихся людей, которые могли получить Артура где угодно и что-либо, и что хуже, у него еще не было репутации. Работа была все та же самая. Артур, по крайней мере, знал места и слова, которые он должен был сказать, чтобы получить то, что он хотел. Он начал свой блокнот сначала. Блокнот Артура был легендой в мире снов. Даже люди, которые не знали Артура, слышали об его тетради. Мир обмена снами был одной из незначительных связей. Самое близкое, как общая фотография, которая могла бы дать общее представление о том, сколько людей было вовлечено, или где они были, или что они делали и сделали, все было в блокноте. (п/п: абзац вырезан и будет вставлен позже) Артур не нашел ничего в подтверждение тому, что любой жил той десятилетней жизнью во сне с ним - сама мечта была отвратительно хорошо обработана. Артур ценил это только теперь, когда он соединял истории в новом блокноте. Склад, где они работали, был в Мюнхене. Артуру понравилось лететь в Мюнхен. В самолете, с его отлично подделанным паспортом, он почти чувствовал себя самим собой. Он должен был написать свой возраст как двадцать четыре; он хотел поместить двадцать девять, но это раздвинет границы слишком далеко. Он смотрел на день рождения в паспорте, когда он испытывал затруднения, заснув, и ненавидел факт, что он не мог даже фальсифицировать себя как человека, которым жил во сне. Он закончил почти все исследования и отослал их к Извлекателю прежде, чем он когда-либо увидел любого в команде лицом к лицу. Артур поехал до склада в блестящем черном автомобиле. Он поднял воротник своего длинного шерстяного пальто, чтобы согреться. Это была почти точная копия его пальто из сна. Артур обошел четыре магазина в трех различных государствах, чтобы найти его. Рамирес, Извлекатель, и Кларк, архитектор, уже настраивали модели городских кварталов, в которых должен был быть сон. Артур подошел к ним и вежливо кашлянул, чтобы дать предупреждение об его приходе. Он знал, что был слишком тихим, чтобы заметить его иначе, и Имс неоднократно чуть не застреливал Артура, чтобы парень понял, что люди в бизнесе обмена снами ничего не боятся. У Артура в одной руке был серебряный портфель, в котором лежал разработанный им PASIV. Они нуждались в PASIV из-за биполярной проблемы. - Эй, ребенок, - сказал Кларк на чахлом немецком языке и искоса посмотрел на него. - Это - частная гребаная собственность. Поворачивайся и уходи. - Я Артур, - сказал мужчина, устанавливая на полу PASIV. - Хорошо, - сказал Рамирес, поднимая бровь. - Ты - Артур. Артур, который послал мне самые точные небольшие гребаные планы, которые я когда-либо видел, и кто знает, как настроить его собственный PASIV, и кто дает такие имена, как он - гребаный Рокфеллер? Я так не думаю. Ты похожий на двенадцатилетнего. Артур пожал плечами. Он ничего не говорил. - Послушай, ребенок, - он продолжал. - Это не походит, я никогда не встречал вундеркинда, но все диаграммы и работу, и то дерьмо, которое ты послал нам, не имеет того интеллектуального взрыва, что нам нужен. Тот материал был реальным соглашением. Я могу показать различия. Там умное, а тут дерьмо. Песчаный реализм. Ты не можешь быть достаточно взрослым для этого. Так переверни задницу и позови мне Артура. - Ты хочешь проверить меня? – монотонно сказал Артур. Рамирес вздохнул и поглядел на Кларка, который наклонил голову, как будто говоря, почему нет? - Прекрасно, - Рамирес ворчал, пересекая комнату и направляясь к кожаной кушетке, залатанной от многократных расколов в швах. - Давай, ребенок, попробуем. Артур притащил складной стул, который стоял в углу, и сел напротив Рамиреса, растянувшегося во весь ветхий диван. Кларк ловко ввел иглы в их запястья, и Артур наклонил голову назад, закрывая глаза. Он открыл глаза снова – он в парке. Это место походило на то, куда Артур ходил каждый день. Он мог увидеть сходство тут и там. Скамьи были прямыми, как в Гайд-парке в Лондоне, и все деревья были высокими, те гибкие серебряные, бежевые и зеленые гиганты, которые покрывали Калифорнию, нашелся и усталый эвкалипт. Свет смутно рассеивался сквозь листья деревьев. Артур встал и мрачно улыбнулся, поскольку знакомый вес штурмовой винтовки почувствовался из ниоткуда в его руке. На другом конце парка уже собиралась группа мужчин в черных воинственных униформах. Рамирес испытывал моделирование за моделированием на Артуре, но никогда не было ничего, к чему он мог придраться. Это всё была рутина, и предсказуемая. Артур мог сделать предсказуемую выпивку и наркоту, если бы он имел возможность. Не было ничего такого, как тень Мэл Кобба, или как внезапное открытие, что смерть оставит тебя в лимбе. Или как работа, на которую он и Имс когда-то тащились, где они были обманом втянуты в борьбу друг с другом, а не с проекциями, и понимали это, когда это было почти слишком поздно. Рамирес нашел его после того, как Артур пробыл в бою четыре часа. Он был покрыт ручьями темно-красной крови, но это была только его кровь. Его волосы снова стали длинными – назад к длине, которая была во сне, и на голове виднелась тонкая линия пота вдоль его пробора. - Я удивлен, - сказал Рамирес, - действительно, я предполагаю, что должен сказать - очень хорошо, что я встретил тебя, Артур, черт возьми, ты можешь устроить драку, ха! Я имею в виду, момент, где ты перевернул все деревья – это было нечто! Артур улыбнулся тонкими губами, и в его выражении лица читался крошечный трепет удовлетворения. - Я должен спросить, - сказал Рамирес, - почему ты делаешь себя настолько старше во сне? Это - только моделирование, и тут только я, в конце концов. - Что? – спросил Артур. - На вид тебе под тридцать, - объяснил Рамирес, - я не разыгрывал, когда сказал, что ты похож на подростка. Артур смотрел вниз, на руки. Шрамы на его руках вернулись. Он получил их на левой руке, когда его пытала Русская мафия, а также почти невидимый шрам остался от стекла, когда Имс повалил Артура на кухонную столешницу, и он случайно сунул руку в бокал, когда Имс зубами расстегивал ширинку на штанах Артура. - О, - Артур удивленно бормотал, - хорошо. Он так сказал, не видя причины говорить правду полностью. - Ты когда-либо встречал кого-то, кто попадал в лимб? - спросил он. - Иисус Христос, - зашептал в удивлении Рамирес. - Ты что, застрял там? - Нет, - Артур сунул руку в карман и скользнул пальцами по черной покерной фишке, нащупывая место, где не было ‘E’, вырезанной на поверхности. Он спал. - То, что произошло со мной, было хуже. Тогда. Артур дважды говорил Имсу, что любит его на протяжении десятилетнего сна. В первый раз Артуру было двадцать пять лет, а Имсу было двадцать девять, и они были на вершине. Они были вместе выше всего, и Артур берег каждую секунду вместе с ним, боясь, что Имс, возможно, уйдет от него. Он зависел от Имса, хотел всю жизнь прожить с ним и хотел узнать, что думал Имс, когда смотрел на него из окна поезда с печальным, усталым взглядом и грузом на плечах. Они были в продуктовом магазине в Сайгоне, и Артур уставился на холодильник с экзотическими фруктами так, как будто он собирался причинить им боль. Рука Имса лежала на талии Артура. Магазин был освещен флуоресцентными лампами, таким образом, что вещи казались близко, интуитивно пугающе и красиво. - Как ты думаешь, мы отстали от них? - Артур спросил с придыханием. - Конечно, - сказал Имс, оскалившись, высунув шею, чтобы посмотреть, не преследует ли его кто-нибудь в отделе тампонов. - Имс, - сказал Артур, как будто смеясь уголками губ. Он повернул Имса так, чтобы их не могли выследить через окно. - Не попадайся им на глаза специально, и не думай, что мы окончательно оторвались. Я знаю, когда ты лжешь. - Нет, не знаешь, - сказал Имс. Фактически, Артур мог сказать, когда Имс лгал, но он только учился распознавать его вранье. Это был уникальный, новый способ – уголок его рта опускался вниз и немного налево, когда он не говорил полностью правду. Двадцать пять лет - это возраст, который заставил Артура думать, что он уже испытал все новые ощущения, но когда он научился распознавать ложь Имса, то почувствовал себя бодрым, веселым и безумным одновременно. Имс замолчал, поскольку Артур потащил его вниз, к ряду с хлебом. Они уставились друг на друга в тишине, а над ними с более высоких полок, как арочная решетка свисали батоны свежевыпеченного французского хлеба. Артур был так близко к Имсу, что мог чувствовать жар, идущий от их кожи. От Имса пахло дешевым дезодорантом и дорогим одеколоном и, не объяснимо, почему, мокрой шерстью. Руки Артура уже были на пиджаке Имса и его длинные пальцы обвивались вокруг ткани. Имс смотрел на Артура сверху вниз, и тоже точно мог сказать, когда он лжет. Они были чертовски близко. Они не целовались с прошлой ночи, и Артур очень сильно хотел его, но внезапно дверь в супермаркет распахнулась с громким шумом. Видимо, кто-то с жутким рвением хотел совершить покупки. - Вот дерьмо, - прошептал Артур. - Они видели наши лица? - Имс быстро спросил, так, чтобы только Артур мог услышать его, оставляя только дюйм пространства между ними. - Нет, - сказал Артур, - я был осторожным, но они не походят на местных жителей, бездельничающих в Сайгонских супермаркетах. - Только следуй моим указаниям, - ответил Имс и отошел от парня. Он захватил банку с солеными огурцами с соседней полки и бросил ее на пол рядом с ногами Артура. - Ты сукин сын! - кричал Имс на французском языке, - ты поклялся, что никогда не будешь спать с той шлюхой снова! Артур застыл в удивлении, но его колебание было только на мгновение, и он завопил французском языке: - Я никогда не трогал ее, мудак! Ты - тот, кто убежал с тем ни на что не годным теннисным преподавателем в прошлом году. Я преданный, идиот! Для пущего эффекта Артур разорвал пакет с нарезным хлебом и бросил три части в голову Имса. Мука засыпала его рубашку, и Имс закричал, давясь от смеха: громко и насыщенно. Три сотрудника магазина прибежали из-за угла секунду спустя, когда монолог Имса дошел до той проблемы, что Артур больше не мог выполнять свой супружеский долг, и Артур начал осторожно, но правдоподобно колотить Имса. Один из сотрудников просунул веник между ними, чтобы разнять дерущихся. Краем глаза Артур увидел высокого человека в длинном черном кожаном пальто. Его рука находилась глубоко в кармане, как будто вытаскивая пистолет. Артур кинулся к Имсу. - Merde! Merde! Vous êtes une merde! – закричал Артур (п/п: - Черт! Черт! Сукин ты сын! – закричал Артур) - Пожалуйста, остановись! Ты должен оставить его, - сказала крошечная вьетнамская женщина с метлой, нервная и разгневанная. Она сильно ударила Имса метлой по запястьям, и он отпустил Артура, находящегося в его объятиях. - Duoc. Xin loi. Toi xin loi, - сказал Имс, отступая. (п/п: - Простите, извините, мне жаль, - сказал Имс, отступая) Его акцент был ужасным, но Артур знал, что он специально притворялся. Обычно его вьетнамский язык был прекрасным. Он наклонил подбородок, жест, который был понятен только Артуру. - Отвези меня домой, я заберу свои вещи и уезжаю. Ты говнюк, - Артур не мог просто больше сдерживать смех. Боже мой! Имс потер ушиб, нанесенный метлой. Он впал в истерику, делая вид, что рыдает. Они были в трех кварталах от магазина, когда Имс согласился прекратить вопить на французском языке. Он сполз по стене и откинул голову назад, задыхаясь от смеха. Артур упал рядом, положив голову на плечо Имса, дрожащее от припадков истерики. - О, мой Бог, - Артур задыхался. – Метла! Да она была, по крайней мере, на пять футов меньше, чем ты. - Да заткнись ты, - сказал Имс, наконец, достаточно успокоившись, чтобы нормально дышать. Артур вздохнул, и его смех затих. Он почувствовал себя легче, и это слегка насторожило его. - Давай, - сказал он, глядя назад, - нам лучше идти, они все еще ищут нас. Имс кивнул и снова положил руку на талию Артура, когда они пересекали улицу. Они выписались из отеля, где жили до этого, зная, что за ними будут следить. Артур сделал несколько звонков, и через несколько часов они уже стучали в заднюю дверь красивого дома в одной из охраняемых резиденций, заполненных богатыми западными жителями. - Артур!- женщина, которая открыла дверь, закричала, заключая его в объятиях. - Тетушка Мей,- сказал Артур и ответил на ее сильное приветствие. Имс поднял голову, как будто спрашивая, она - действительно твоя тетя? Артур покачал головой, отвечая, что нет. - Это мой друг и деловой партнер, господин Имс, - сказал Артур, заходя в дом, в то время как Имс пожал ее руку. - Имс, - Артур продолжал, - это госпожа Мей Смит. Я помог разрешить проблему в бизнесе ее мужа несколько лет назад. - Ну, Артур, не правда ли? - сказал Имс, поднимая бровь, - образец добродетели, генератор добрых дел. Артур закатил глаза, когда она отвернулась, чтобы поднять часть драконова фрукта. Он сделал необычное движение руками, которое подразумевало, что ему заплатили очень хорошо за то, что он «спас» Смитов. Они бесцельно говорили в течение нескольких минут, и Имс широко зевнул, чем побудил Мей предложить им пойти спать, потому что у них был сложный длинный день. - Желтая комната – Артура, которая слева от главного зала, а ты, Имс, будешь спать в зеленой комнате справа, - сказала она. - Премного благодарен, госпожа,- сказал Имс, очаровательно улыбаясь и целуя Мей в щеку, проходя мимо по пути к его комнате. Она застенчиво покраснела, выглядя моложе, несмотря на седые волосы и морщинистые руки. Артур последовал за ним, улыбаясь и ослепляя этой улыбкой Мей, и ушел в свою комнату. Желтая комната была большой и просторной. Артур не включал освещение, но он мог видеть старые позолоченные обои на стенах и кровать с огромным шикарным пуховым одеялом. Артур снял верхнюю одежду, и пока он был одет только в нижнее белье. Костюм был из более легкой ткани, чем он обычно носил – в Сайгоне было слишком влажно, чтобы носить что-нибудь поплотнее. Он был мятый из-за того, что Артур целый день в нем проходил, и мужчина повесил его на спинку стула, стоящего около подоконника. Было несколько фруктов на прикроватном столике, и Артур взял кусок дыни, и, сидя на краю кровати, съел ее. Было темно и тихо. Только шум колеблющегося вентилятора в углу комнаты нарушил тишину. Артур чувствовал себя бодрым – после сегодняшнего инцидента адреналин еще был в крови. Артур откинулся назад на покрывало. Странная пустота обосновалась в его душе. Он вслепую протянул руку и взял еще один кусочек дыни, съедая его почти украдкой. - Я думаю, что чувствую себя одиноким, - понял Артур с удивлением. Он повернулся так, чтобы его спина была повернута к двери. В ставнях была крошечная трещина. Артур мог видеть листья магнолии, освещенные луной. Он заметил, что листья медленно закрывались, готовясь ко сну. Всюду пахло сладко и свежо, и Артур опустил лицо в подушки, глубоко и медленно дыша. Он свесил руку с кровати и поднял оружие с пола, частично покрывшегося рябью пыли. - Это только я, Артур, - прошептал Имс, и Артур почувствовал, как кровать прогнулась под его весом. Артур выпустил пистолет из руки, который со звоном упал на пол. - Привет, - сказал Артур, переворачиваясь, чтобы посмотреть на Имса. Он был только в одном нижнем белье, показывая загорелую кожу. - Привет, - сказал Имс, проводя рукой по бокам Артура, чтобы привлечь его внимание, и прижимая руку к середине спины Артура. - Боже, - прошептал Имс, находясь в сантиметре от губ Артура, но, не целуя его, а только дыша вместе с ним, - ты дрожишь. - Ты говоришь так, как будто это необычно, - сказал Артур раздраженно. - Ммм, мой Артур, - сказал Имс, - настолько чувствительный. - Тогда поцелуй меня, - сказал Артур, игнорируя сарказм любовника. Имс скользнул в его влажный рот, двигаясь так, чтобы Артур держался в клетке между его руками и телом, рот горячего, ловкого и бархатного Имса скользил по шее Артура, а затем назад к его губам, улыбающимся в поцелуе, когда Артур задыхался от возбуждения. Имс занимался сексом с Артуром так же, как и целовал, нежно и мягко, даже когда Артур был близок к тому, чтобы кончить. Когда они лежали друг напротив друга, Имс заснул, провалившись лицом между подушками и плечом Артура. Его спокойное дыхание убаюкивало. - Я люблю тебя, - сказал Артур Имсу, когда тот спал, и он никогда не будет знать, что Артур сказал это; потому что он боялся, что мужчина когда-нибудь об этом узнает. - Я люблю тебя, - сказал Артур Имсу, потому что это было правдой, и Артур очень боялся, что это не было бы реальностью, если бы он никогда не говорил слова вслух. Только ничего подобного никогда не происходило.