Я хотела, чтобы ты осталась (но ты всегда уходишь)

Дженни спокойно идет по каменистой тропе, которая выходит за пределы. В любое другое время она обнаружила бы под ногами растущую траву, но из-за морозной зимы она постепенно исчезла. Хотя вид по-прежнему довольно хорош. Почти безлистные деревья создают какую-то романтическую атмосферу, а зеленые сосны, которые остаются нетронутыми, несмотря на суровую погоду, кажутся более гордыми, чем когда-либо. Блондинке нужно время, чтобы осмотреться, её тело стало легким. Нет солнечного света, серые облака покрывают всё наверху, поэтому Дженни думает, что ей нужно хотя бы немного замерзнуть, учитывая, что на ней просто простые джинсы и белая футболка. Однако ей тепло. Достигнув конца дорожки, она видит знакомую фигуру, сидящую на чем-то, что напоминает Дженни о любимой скатерти её бабушки, с шоколадными глазами, смотрящими на почти прозрачное озеро в нескольких метрах от неё. Это действительно сбивает Дженни с толку, но это приятный сюрприз. Она продолжает идти, совершенно не испытывая давления, с легкой улыбкой на лице. — Привет, — приветствует Дженни, садясь рядом с фигурой, её глаза теперь тоже смотрят на спокойную воду. Это великолепно. Зимняя погода начинает сказываться на озере, создавая тонкий слой льда, который кажется блестящим в слабом свете. — Привет, Джен, — отвечает фигура, и Дженни чувствует, как рука автоматически переплетается с её рукой. Некоторое время они пребывают в глубоком молчании, брюнетка медленно дышит, её грудь полна такой чистой безмятежности, что она чувствует, как глаза время от времени закрываются. — Тебе это нравится? — спрашивает она, наполовину для того, чтобы не заснуть, а наполовину потому, что ей действительно любопытно. Она позволяет своей свободной руке бегать вверх и вниз по руке своей спутницы. — Здесь красиво, — бормочут она низким голосом. Дженни наблюдает, как фигура поворачивается к ней. — Так же, как и ты, — говорит она, и брюнетка улыбается, немного застенчиво. — Ты не была здесь раньше. Прошел месяц, — говорит Дженни, и она чувствует нежный поцелуй на плече. — В этом не было необходимости. Ты же счастлива, не так ли? Брюнетка удовлетворенно мычит. — Я рада — отвечают они. Дженни на мгновение молчит. — Куда ты уходишь? Ты существуешь только здесь? Вдох. — А ты? Дженни приходится на мгновение задуматься. — Нет… я существую… снаружи. Брюнетка позволяет девушке свободно обнять себя. — Думаю, я тоже. У Дженни нет времени думать, потому что легкое прикосновение к её боку автоматически заставляет её хихикать. — Эй, ты меня щекочешь? На самом деле это не вопрос, и она нежно прижимает мягкие пальцы к ребрам Дженни, заставляя ту немного ерзать, чистый смех теперь вырывается из её рта. Брюнетка беспомощно борется, но нисколько не чувствует дискомфорта, прикосновения, которые она получает, такие же мягкие, как всегда. Когда Дженни прижимает руки к руке девушки, они немедленно останавливаются, но широкая улыбка на их лицах остается на месте. Они молча смотрят друг на друга. Дженни вздыхает, когда слышит щебетание птиц. Её сон подходит к концу. — Хотела бы я знать, кто ты. Она чувствует нежный поцелуй на своем лбу. — Я хочу, чтобы ты тоже знала. Дженни решительно хмурится. — Я узнаю, обещаю. Нежный палец ласкает переносицу. И так все становится светло-бирюзовым. *** — Она ещё не предложила ей встречаться? Дженни улыбается Лисе. Она лежит на животе на кровати блондинки, Лука наслаждается между её согнутыми руками и громко мурлычет, пока брюнетка гладит его за уши. — Я не знаю, — отвечает она, — Джису не писала с тех пор, как сказала мне, что готова. Возможно, они уже на пути к своему медовому месяцу. Дженни знает, что Лиса хихикает только потому, что счастлива, и эта идея также заставляет её мягко улыбнуться. — Рози начала волноваться. Она подумала, что, возможно, Джису она не так сильно нравилась. Представь себе. Джису находится на грани таяния каждый раз, когда Рози смотрит ей в сторону. Дженни поднимает голову и смотрит на блондинку, сидящую на полу со скрещенными ногами и работающую над абстрактным рисунком снимка, который она сделала сама несколько дней назад. Она выглядит великолепно, её серовато-золотистые волосы сияют в свете, свободно проникающем через широкое окно на её стороне. Она слегка надувается, не осознавая этого, жест, который означает, что она усиленно концентрируется, и её лань «да» пристально смотрят в пустое пространство, разрабатывая способы заполнить его надлежащим образом. Брюнетка молча смотрит на неё, чувствуя, как теплая волна заливает тело. Такое ощущение, что это чувствовалось много-много лет назад. Пора. — Пришло время, — бормочет Дженни. Лиса смотрит на неё с одной из своих сердечных улыбок. — Ты что-то сказала? Брюнетка лишь усмехается в ответ и дважды качает головой. — Просто бормочу. Это, кстати, выглядит фантастически. Лиса пожимает плечами, когда на её щеки начинает покрываться мягкий румянец, всё ещё не так привыкшая к многочисленным комплиментам, которые Дженни бросает ей «к слову» только потому, что она так и делает. — Это из-за акрила. Они вроде как лучшие из лучших, — она снова смотрит на брюнетку, — кстати, спасибо. Их действительно не нужно было покупать. Дженни позволяет глазам ещё немного насладиться видом слегка взволнованной Лисы. — Я имею в виду, мне как бы пришлось. Я имею в виду, ради искусства. Лучший художник заслуживает лучших акриловых красок. Это просто естественно. Лиса краснеет ещё сильнее. — Джен! А потом она хихикает, не понимая, что сказать. Дженни может только смотреть сюда взглядом, в котором мелькает привязанность. Лиса на самом деле выжидает несколько секунд, прежде чем снова заговорить. — Как ты, кстати? Брюнетка на мгновение задумывается. Она размышляет о том, насколько удобна кровать Лисы, как мило смотрит на неё Лука, как приятно было снова попробовать настоящую тайскую еду, и, не задумываясь, позволяет пальцем пробежать сквозь воротник футболки, которую одолжила блондинка, потому что блузка Дженни была слишком тесной для тепла квартиры. — Я действительно счастлива, — отвечает она тогда, и глаза младшей блестят. — Тогда я тоже счастлива, — отвечает она. Дженни прикусывает губу, чтобы сдержать внезапное чувство, которое она испытывает прямо в груди. Она вздохнула с облегчением, когда её телефон завибрировал под обиженным Лукой. Дженни лрвфвшр Она сказала да. Мы все ещё на свидании, и она сейчас выбирает мороженое, но сказала «да». И я не плакала …очень много. Теперь у меня есть девушка. Не могу поверить, что я больше не одинока, и моя девушка самая идеальная из всех девушек. Я её фанатка, и она возвращается, просто поблагодари не-очень-блондинку-башню-близнеца-моей-девушки за то, что она подтолкнула меня предложить Рози встречаться. Дженни мягко хихикает, набирая поддразнивающий ответ. Она обязательно скажет, насколько она гордится Джису. Она чертовски хорошо знает, что та заслуживает этого. — Рози сказала «да», как и ожидалось. Джису просто теряла время. Лиса широко улыбается, явно довольная новостью, и когда она поднимает руки, чтобы взволнованно поддержать отношения их друзей, кисть, которую она держит, оставляет слабое пятно на её правой щеке. Дженни радостно смеется. — Наконец-то, ничего себе. Я имею в виду, что для любой другой пары, может быть, это было бы довольно рано, но они, кажется, просто созданы для этого. Я никогда не встречала человека, готового платить за ужин Рози более одного раза. — Ну, я никогда не встречала человека, готового просидеть весь сеанс видеоигр с Джису, так что я думаю, что да. — Должен быть, — бормочет Лиса, её глаза снова смотрят на картину, а кисть ныряет в белый цвет. — Она, кстати, благодарит тебя за то, что подтолкнула её. Дженни слегка двигается, заставляя Луку снова чувствовать себя немного недовольным, поэтому он просто вскакивает с кровати и выходит из комнаты, чтобы побыть одному на некоторое время. — Кажется, мне нравятся отношения… когда они не мои, — рассеянно заявляет блондинка. Облака сложно рисовать. Дженни не отвечает сразу, внезапно чувствуя себя немного расстроенной. Она осторожно обдумывает вопрос, который грозит вырваться из её рта, но, кажется, не может больше сдерживаться. — А что насчет девушки, с которой тебя познакомила Джису? Она кажется милой, она хочет добавить, но не может. — О, она классная, — начинает Лиса, теперь более заинтересованная в разговоре, — и милая. Мы переписывались какое-то время. Ой, хочет сказать Дженни. Лиса, это здорово. Но у неё внезапно пересохло во рту, и в последнее время она пытается быть максимально искренней, и у неё так хорошо получается, что фиксированная фраза в данный момент кажется слишком пластичной. Но не должно быть, Дженни, не так ли? — Но, честно говоря, она не в моем вкусе. Так что мы остались друзьями. Или знакомыми, правда. Не то чтобы мы говорили достаточно, чтобы быть кем-то ещё. — О, — на этот раз отвечает Дженни, снова обретая голос, — ну, это… хорошо, я думаю. Иногда это работает, а иногда нет. Какого хрена, Дженни. На что ты надеялась? Награда за самый неудачный ответ? Лиса смотрит на это так серьезно, что брюнетка думает, что может заплакать. Но внезапно Лиса разрывается громким смехом, слегка запрокинув голову. Дженни в замешательстве смотрит на неё, но с облегчением от реакции блондинки. Лисе удается все упростить. — Извини, — начинает Лиса, пытаясь удержать себя от очередного смеха. -Просто… у тебя хорошо получается. — Что? — мягко спрашивает Дженни. — Это. Я знаю, что ты всё ещё привыкаешь к некоторым вещам, и это нормально. Так приятно видеть, что ты… это ты. Брюнетка не совсем понимает, что она к этому привыкла, но она знает, что имеет в виду Лиса. — Правда? Даже если временами я чувствую себя неловко? Лиса так нежно наклоняет голову, что жар Дженни бьет по груди. — Даже в этом случае. Ты милая, и я знаю, что ты пытаешься заставить меня чувствовать себя комфортно. Но тебе не следует слишком волноваться. Я всегда чувствую себя в безопасности, когда я с тобой. Брюнетка моргает, чтобы не плакать. — Я тоже. Я так по тебе скучала, — говорит она. Она хотела бы рассказать Лисе гораздо больше, но она всё ещё работает над этим. — Я тоже скучала по тебе, — легко отвечает Лиса, протягивая руки над головой. — Блин, рисовать тяжело. Дженни хихикает только потому, что она находит, как блондинка морщит нос, совершенно очаровательным. — Ну, тогда отдохни немного, — предлагает она, слегка двигая своим телом, чтобы Лиса могла поместиться рядом с ней. Блондинка немедленно подчиняется, с радостью сменив твердый пол своей мягкой кроватью. Она копирует положение Дженни, лежа на животе поверх одеяла, позволяя глазам закрыться на несколько секунд. — Твоя кровать действительно удобная», — бормочет Дженни, осознавая отсутствие расстояния между ними. — Я знаю. Я люблю её. Я привезла её из Кореи». Дженни улыбается. Это кровать Лисы, в которой они спали миллионы раз, когда были подростками. — Ты только что назвала свою кровать ею? — поддразнивает Дженни, а аромат Лисы ласкает её чувства. Блондинка сейчас смотрит на подругу, её взгляд уступает место широкой улыбке на губах. — Да? Знаешь, она через многое прошла. Я могла бы относиться к ней с уважением. Дженни смеется, суживая глазами, нежно хлопая Лису по плечу. — Эй! Лиса слабо жалуется, пытаясь подавить собственный смешок, — Я уважаю твои плюшевые игрушки. — Потому что ты купила большинство из них, Лили, — легко отвечает Дженни. Лиса надувается. — Ты хорошая деловая женщина. Умница. Но выслушай этот контраргумент. Дженни делает паузу и выжидающе смотрит на подругу. Но Лиса не говорит. Вместо этого она слегка двигается, позволяя пальцам быстро пробежать по бокам брюнетки, заставляя её резко извиваться, когда из рта вырывается запыхавшийся смех. Старшая девочка пытается дать отпор, но Лиса беспощадна. В конце концов блондинка сидит на животе Дженни, всё ещё широко улыбаясь, но сразу же останавливается, как только видит, что Дженни немного задыхается. Так что они остаются в такой позе, Дженни пытается отдышаться, её легкие немного болят из-за силы смеха, но не из-за неприятных ощущений. Лиса никогда бы не смогла причинить ей боль. Блондинка снова ей улыбается, на этот раз нежно, и она собирается сдвинуться с места, когда Дженни начинает нежно ласкать её бедра. На самом деле брюнетка не думает об этом сразу, её разум находит все те воспоминания о том, что они были в том же положении много лет назад. — Ты вроде как выросла. Когда мы были моложе, ты была не такой высокой. Лиса приподнимает бровь. — Ты проявляешь неуважение к постели, а теперь мой рост? Довольно, Джен, — поддразнивает она. — Нет, — отвечает брюнетка, дивясь нежной коже под пальцами, — мне нравится твой рост. Мое лицо ложится тебе прямо на шею. — Я, может быть, немного подросла. Прошло много лет. — Но я нет, — без энтузиазма жалуется Дженни. Она позволяет своим пальцам сцепиться с пальцами Лисы. — Тебе и не нужно. Они смотрят друг на друга. — Я хочу обнять тебя, — внезапно заявляет Дженни, и блондинка просто улыбается. Она ложится рядом с Дженни и обнимает её крошечную талию, брюнетка свободно обнимает шею самой высокой девушки. Это не совсем удобно, правда, но это именно то, чего хотела брюнетка, поэтому она остается в таком положении на секунду, медленно пробегая пальцами по локонам Лисы. На самом деле блондинка двигается первой, и Дженни приходится подавлять дуновение. Она лишь слегка отодвигается, их лица смыкаются, ноги сцеплены. Брюнетка пристально смотрит на Лису и почти задыхается. Она такая великолепная, такая мягкая и такая нежная. Блондинка начинает почти бездумно ласкать щеку Дженни, глаза немного теряются. Дженни чувствует, как её губы слегка приоткрываются. — Поцелуй меня, — думает она импульсивно, и её собственная мысль застает её врасплох. Она слегка открывает глаза, пытаясь скрыть удивление, но не двигается ни на дюйм. — Дженни, — говорит ей Лиса, немного хмурясь. — Да? — Хочешь остаться на ужин? Брюнетка моргает, немного пораженная, чувствуя заклинание, которое, как она обнаружила, заставляет медленно подниматься. Но тепло в её сердце остается твердым. — Да, — отвечает она. Лиса так очаровательно улыбается, что старшая ничего не может поделать. *** Дженни остается на ужин, а когда ужин заканчивается, она тоже остается ночевать. Короче говоря, они увлеклись своими многочисленными разговорами, поэтому, когда они проверили время, было уже значительно поздно. Блондинка настояла на том, чтобы заплатить Дженни за такси, но предложение было немедленно отклонено брюнеткой, поэтому младшая предложила Дженни просто остаться ночевать, как в старые времена, и брюнетка не нашла (и даже не пыталась найти) единственную причину отказаться от идеи Лисы. Итак, Дженни теперь снова сидит на кровати Лисы, в другой, большей белой футболке, обрамляющей её крошечное тело, а блондинка бросает на неё взгляд, который брюнетка слишком хорошо знает. — Ты спишь на своей кровати, — заявляет она затем, не давая Лисе возможности даже начать что-то предлагать. Если блондинка удивлена комментарием Дженни, она этого не показывает. — Но в этом нет необходимости. Я довольно удобно умещаюсь на диване в гостиной. Брюнетка вызывающе скрещивает руки. — Я почти уверена, что я тоже. Во всяком случае, я должна спать там. Лиса почти комично открывает глаза. — Ты мой гость, я бы никогда не позволила тебе спать в неудобном месте, — отвечает блондинка, и Дженни сразу вспоминает маму Лисы. Она старается не улыбаться. — Что ж, есть ещё одно предложение? Или я должна быть тем, кто предлагает спать вместе? Лиса недоуменно моргает, но сразу же пожимает плечами. — Если ты не против, я имею в виду… — Я могла бы пойти домой, если тебе не нравится эта идея. Лиса тупо смотрит на нее. — Итак, с какой стороны ты предпочитаешь? Дженни усмехается. — Ты знаешь, мне нравится чувствовать себя защищенной, — бормочет она, уже забираясь в кровать Лисы и прижимаясь к белой стене. Блондинка нежно улыбается, уже сдвигая простыни по размеру тела брюнетки. — Свет, Лис. — Свет, — хмурясь, отвечает Лиса. Она встает, чтобы выключить его, прежде чем снова лечь в постель. Дженни смотрит на неё с легким весельем. Она накрывает пространство, которое Лиса намеренно оставила между их телами, даже не задумываясь об этом, позволяя своей голове упасть на плечо подруги. Её тело удовлетворенно мычит, а глаза начинают закрываться на удивление быстро. — Я сказала маме, что снова нашла тебя, — говорит она блондинке, почти благоговейно лаская большим пальцем бок Лисы. — Моя мама тоже знает. Что тебе сказала? — Она была очень этому рада. Дженни не упоминает тексты, которые ей присылала мама, чтобы ей было интересно узнать о её отношениях с блондинкой. Она, конечно, не упоминает тот, в котором, по её словам, они будут хорошо смотреться вместе. — Что думает твоя мама? — а затем, немного нерешительно, добавляет, — Она злится на меня? — Вовсе нет, — улыбается Лиса, её пальцы пробегают по шелковому одеялу. — Она слишком сильно тебя любит. Она много чего спросила о тебе. Кроме того, она хочет, чтобы я узнала, собираешься ли ты в Корею следующим летом. — Я не планировал. А ты? — Я скучаю по маме, — почти смущенно объясняет Лиса. — Всё в порядке, милая, — сразу же говорит ей Дженни, нежно целуя сбоку в челюсть. — Ты близка со своей семьей. Это мило. Блондинка немного краснеет. — Тогда я могу присоединиться к тебе, если ты не против. Я тоже хочу увидеть свою семью. И твою. Лиса поворачивает голову и смотрит Дженни в глаза. У брюнетки кружится голова. — Это прекрасно. Будет прекрасно. Дженни хочет так и остаться, просто поговорить с Лисой обо всем, что у них на уме, но она не может удержаться от зевоты. Блондинка хихикает, немного двигая телом. — Спишь, любимая? — спрашивает она, уже сама сонная, чувствуя себя несколько свободной. Дженни только мычит, прижимаясь ближе к Лисе, прижавшись лицом к её спине. Некоторое время они ничего не говорят, но знают, что оба не спят. — Джен? — Да? Лиса рисует узоры на животе Дженни. Всё тело брюнетки трепещет. Это восхитительно. — Твоя семья гордится тобой, даже если им трудно это показать. Они гордятся, потому что ты — человек, которым можно гордиться, и я знаю это, потому что сама горжусь тобой. Дженни нужно сделать глубокий вдох, в её сердце вспыхнуло почти стучащее чувство привязанности. — Ты лучшее, что когда-либо случалось со мной,  — медленно бормочет брюнетка, пытаясь выразить свои чувства словами. Лиса целует место под ухом. Достаточно и даже больше. — Спокойной ночи, Нини. Брюнетка улыбается, и без того немного туманная. — Спокойной ночи, Лис, — отвечает она. Она задается вопросом, может ли быть лучше, чем сейчас.