Жженый сахар

Семь лет назад

Вот уже третий день к ряду Сара не находила себе места. Мама снова обитала в доме шерифа, оставив дочь в одиночестве, а Майкл больше двух суток не выходил на связь. Да, он пропадал, но прежде всегда звонил, тогда как теперь спутником О’Нил стала оглушающая тишина. Тёрнер ввалился в дом на рассвете, когда на горизонте заалела бледная полоска ясного неба, освещая непроглядную ночь. Избитый, грязный, точно уличный котенок, просидевший под дождем всю ночь, он рухнул на пол в прихожей, прислонившись спиной к стене, и прикрыл глаза, переводя дыхание. Сара испуганно кружила вокруг, не зная, как помочь, и испугавшись больше одного внешнего вида. Набрав в стакан воды, она дрожащими руками протянула его Майклу, расплескав немного на его штаны, и, сдерживая слезы, заговорила: — Что произошло? Где ты пропадал? Почему не звонил? Боже, кто это с тобой сделал? Сара нерешительно протянула руку, касаясь щеки, и Тёрнер облегченно выдохнул, прижимаясь сильнее, царапая ладонь колючей щетиной, которую едва можно было разглядеть на смуглом лице. Сердце ее болезненно сжалось, но, поднявшись, она протянула Майклу руку. — Идем, сначала нужно привести тебя в порядок. Кое-как поднявшись с парнем, опиравшимся на нее, на второй этаж, Сара буквально затолкала его в ванную, выдав чистое полотенце. Она кружила по комнате, гадая, что могло случиться, если Майкл явился в таком состоянии прямо к ней домой. Голова гудела от роящихся мыслей, а пальцы отбивали нервную чечетку по ладони. О’Нил спустилась на кухню, заваривая чай, и вернулась в комнату, застав Тёрнера в одном белье. — Выпей, — протягивая кружку, произнесла Сара. Майкл, сделав глоток, отставил горячую чашку, направляясь к девушке и усаживаясь с ней на кровать. — Маленькая моя, я облажался, — пальцы скользили по ее ладоням, но шатенка замерла в одной позе, невидящим взглядом уставившись куда-то перед собой. — Ты ведь знаешь, я хотел подзаработать, чтобы после уехать из Сентфора, — Тёрнер сглотнул, собираясь с духом. Потухшие изумруды забегали по комнате, цепляясь за каждую вещицу. — И связался с дилером. Он предложил работать на него за хороший процент. Это было в разы больше той суммы, которую я получал в казино, и я согласился. Драконы узнали, и теперь Аарон решил выгнать меня из банды. Отобрал куртку и дал двадцать часов на то, чтобы убраться из города, иначе он лично убьет меня. — И что ты решил? — дрожащий голос выдавал страх, перемешанный с волнением. Вся жизнь О’Нил рушилась, точно карточный домик при первом порыве ветра. Сначала развод родителей, потом мать, решившая устроить личную жизнь, позабыв о дочери, а теперь возлюбленный — первая любовь, которую Сара обожала всем сердцем — хочет сбежать из Сентфора, оставив ее в одиночестве. Горячие дорожки побежали по щекам, задерживаемые всхлипами. О’Нил смахнула слезы, шмыгая носом, и постаралась выпрямиться. Неужели все, кто ей дорог, будут бежать из ее жизни, как крысы с тонущего корабля? Неужели все дело в ней? — Я должен уехать, — губы Майкла коснулись ее влажной ладони. — Прости меня. — А как же мы? — новый всхлип прозвучал слишком громко, и Сара испуганно закусила губу, чувствуя, как петля обиды затягивается на шее все туже. — Ты… — слова так и остались недосказанными, но Тёрнер крепче прижал девушку к себе, пряча в кольцо крепких объятий. — Конечно, нет, маленькая. Я никогда тебя не брошу, — он поцеловал Сару в макушку. — Едем со мной, я позабочусь о нас, и мы начнем новую жизнь как можно дальше от Сентфора. Только не плачь, прошу. Он собирал губами соленые капли, оставляя поцелуи на мокрых щеках, и О’Нил расслабилась, лишь плечи изредка подрагивали, пока разорванное в клочья сердце болезненно срасталось. Он не оставит ее одну, как это сделали родители, и ей этого было достаточно, чтобы простить его и не думать о содеянном, лишь одна-единственная вещь ее волновала: — Майкл, пообещай, что больше никогда не станешь связываться с наркотиками. — Конечно, малышка. Тёрнер ушел через несколько часов, сказав, что ему стоит собрать кое-какие вещи и попрощаться с матерью, пообещав встретить Сару на вокзале в шесть. О’Нил долго гадала, правильно ли поступает, а каждая вещь, заботливо оставленная в комнате, просила задержаться. Выдохнув и оставив матери записку на столе в гостиной, Сара в последний раз оглядела дом, который полюбила всем сердцем, надеясь когда-то вырастить здесь своих детей, и, украдкой стерев скупую слезу, направилась к выходу, распахивая дверь и встречая за порогом Вишню, собирающегося постучать. — Принцесса? — удивился он, оглядывая О’Нил. — Ты уезжаешь? *** Покинув Сентфор, Сара и представить не могла, что их закружит водоворот взрослой жизни, выбивая последние силы. Они скитались по мотелям и крохотным квартиркам в жутких районах бесчисленных городов. Майкл перебивался любой работой, стараясь обеспечить их с Сарой, пока та заканчивала школу. О’Нил изо всех сил старалась поддерживать Тёрнера, хотя каждый день ее все чаще посещало желание вернуться в Сентфор. Она не выходила на связь с родителями, делала вид, что не замечает Драконов, каждый раз будто по счастливой случайности возникавших неподалеку, и бесконечно твердила, что она поступила правильно, надеясь на чудо. И чудо свершилось. В один из дней, Майкл вернулся домой, сказав, что ему предложили работу взамен лишь на то, что он расскажет кое-кому информацию об Аароне. Все, что он узнал за два года в банде Черных Драконов. Мечты о новом доме в центре города и высокооплачиваемой работе для Майкла затмили все, и Сара слепо согласилась на его предложение. Они сыграли свадьбу, на которой были лишь они вдвоем, и жизнь стала налаживаться. Не было тараканов в постели, дешевых консервов и поношенной одежды. О’Нил — а к тому моменту уже Тёрнер — верила мужу и его разговорам о том, что он, наконец, нашел достойную работу в одном из офисов и теперь, будучи личным помощником, прилично зарабатывает. Их приглашали на вечеринки, на которых к Майклу относились, как к начальнику, а не рядовому сотруднику, но Сара думала, что все это из-за хорошей репутации, и гордилась мужем, крепко сжимая его руку и оставляя невесомые поцелуи на щеках.

Три года назад

Сара в панике носилась по квартире, бросая в сумку лишь самое необходимое. Ей и не нужны все вещи, только на первое время. И убраться поскорее, до прихода Майкла. Шатенка обвела взглядом просторную гостиную с большими окнами — они переехали лишь год назад, обустроив все под себя, но теперь она ненавидела этот дом. Золотую клетку, построенную на грязных деньгах. Девушка вскрикнула, когда дверь в квартиру открылась, и на пороге показался Тёрнер. Он никогда не выглядел уставшим. Одет с иголочки, волосы идеально уложены, а на лице никогда не показывается случайная эмоция. — Все хорошо, маленькая? — он подошел к Саре, заботливо прикладывая ладонь к побледневшей щеке. Заметив в руке жены сумку, Майкл нахмурился, но все же поцеловал Сару. — Куда-то собираешься? — Д-да, — кивнула девушка, чувствуя, как начинает трястись от страха, — решила сходить в зал. Хочу держать себя в форме, раз я пока не работаю. Сара попыталась выбраться из крепких объятий, но Майкл лишь стиснул ее запястье, выдергивая сумку из рук и, отойдя в сторону, открыл, разглядывая содержимое. Схватив в кулак нижнее белье, он грозно обернулся, подходя к девушке. — Ты на неделю туда собралась? — рыкнул Тёрнер, отбрасывая вещи в сторону. — Я ведь всегда узнаю, что ты мне врешь, Сара. Зачем ты солгала? — Ты врал все это время, и тебя это ничуть не смутило! — отозвалась девушка, переходя на крик. — Все это время… три года я думала, что ты строишь карьеру, а ты снова сбывал наркоту! Я не хочу так жить, Майкл, — она было рванула к двери, намереваясь уйти и вовсе без вещей, лишь бы только не видеть мужа, но Тёрнер схватил ее за талию, разворачивая и унося в гостиную. — Мы уже так живем, маленькая, — толкая девушку на диван и нависая над ней, не оставляя возможности пошевелиться, проговорил он. — И ты ни за что не уйдешь сейчас, не когда мне нужна безупречная репутация и я в шаге от продвижения по службе. — Я не стану помогать тебе! — Станешь, — Майкл криво улыбнулся и скользнул пальцами по ее щеке, убирая растрепавшиеся локоны. — В горе и в радости, помнишь?

Четыре месяца назад

Став пленницей в собственном доме, Сара заметно изменилась. Улыбка больше не озаряла ее лицо, а в глазах не горел озорной огонек, который так нравился Майклу. Она осунулась, а на лице появились морщины. Жизнь потеряла вкус и цвет, а квартира вызывала тошнотворное отвращение. Она выходила на улицу только с Тёрнером, когда тот возвращался вечером домой или во время мероприятий, без конца сопровождая мужа и притворяясь счастливой женой. Все вокруг, конечно же, замечали, что Сара погрустнела, поэтому в один из вечеров к ней подошел Джон Холл — молодой бизнесмен, решивший помочь опечаленной женщине. Тогда Сара и увидела свет в окошке и приняла предложение Холла. Джон попросил знакомого юриста подготовить все документы для одностороннего развода, и шатенка медленно стала приходить в себя. — Значит, решила развестись? — за ужином спросил Майкл, непринужденно нарезая стейк. — Я просила тебя об этом почти три года. И ты не остановишь меня сейчас. — Остановлю, маленькая, — усмехнулся Тёрнер, доставая из кармана телефон и пуская по столу. — Ты недооцениваешь меня. Девушка боязливо потянулась к телефону, пароль от которого Майкл так и не сменил, всецело доверяя жене. Увидев фото, Сара взвизгнула, подскочив с места и прижимая ладони ко рту. На глаза выступили слезы, и она с ужасом посмотрела на Тёрнера. Шатенка попятилась назад, но Майкл, обогнув стол, двинулся на нее, точно хищник, готовящийся к нападению. Пальцы сжались на ее подбородке, и Сара затряслась, как пожелтевший лист на холодном ноябрьском ветру. — Ты убил его, — не верила она своим глазам. — Не я, маленькая, а ты. Решив вести игры за моей спиной. — Что с тобой стало, Тёрнер? Я любила не этого Майкла, не такого, каким ты стал, — слезы катились по щекам непрерывным потоком, но Сара уже не обращала на них внимания, трепеща в ужасе. Мужчина отступил, вдруг отворачиваясь и судорожно выдыхая. Грозно зарычав, он запустил бокал со стола в стену, и тот разлетелся на сотни крохотных осколков, так же, как и сердце Сары далекие три года назад, острыми кристаллами изрезав душу. — Прости, маленькая, — сжав щеки в ладонях, Тёрнер поцеловал в висок и коснулся лбом ее лба. — Прости, я не хотел тебя напугать. Я люблю тебя, Сара, больше всего на свете, — большие пальцы размазывали по лицу слезы, и Тёрнер навалился на девушку, прижав к стене. — Люблю, слышишь? — Майкл, пожалуйста… — она вцепилась в его руки, заскользившие по телу, силясь удержать на месте. — Прошу, отпусти меня. — Не могу, маленькая, — поцелуй в уголок губ заставил Сару испуганно дернуться, словно отрезвляя Майкла, и тот вдруг выпрямился. — Мы с тобой всегда были вместе. Тебе стоит отдохнуть, милая, но после ты обязательно вернешься ко мне, и мы снова будем счастливы, как раньше. Документы на столе в гостиной. Это последнее, что в своей жизни сделал Джон Холл. Сара колесила по Америке, пытаясь найти пристанище для больной души, но куда бы она ни поехала, везде ее преследовал Майкл. То он вдруг оказывался на деловой встрече в том же городе, где была О’Нил. То совершенно случайно приезжал на выходные, обязательно встречаясь с ней где-то в людном месте. Сара потеряла всякую надежду на спокойную жизнь без присутствия Тёрнера, пока в один прекрасный день в одном из штатов не заметила знакомую куртку, мелькнувшую за угол. Тогда-то в ее голове и щелкнул переключатель, напоминая, что единственным местом, куда не сунется Майкл, был Сентфор, из которого его выгнали по собственной вине. Оставалось лишь продумать маршрут и набраться смелости взглянуть в глаза прошлому. И так, ища защиты, О’Нил угораздило поселиться в городе, где все началось. ***

Настоящее время

Сара глянула на Вишню, все это время внимательно слушавшего и ловившего каждую ее эмоцию. Она вдруг поняла, что слишком долго лежит в обнимку с ним, и отвела взгляд, чувствуя, что краснеет. — Прости, принцесса, но он кретин, — заключил кудрявый. — Аарон предупреждал его. Дважды. Давал возможность реабилитироваться и остаться в банде. О’Нил тяжело выдохнула, понимая, что все эти годы потратила совершенно не на того человека, чуть не потеряв себя в пучине ревности и бесконечных ошибок, тянувших Майкла на дно. Страх остаться одной настолько плотно сидел в подсознании, что тогда побег показался ей самым правильным решением, единственным шансом на счастье, которое она так и не смогла обрести. — Знаю. Но теперь он приехал сюда и не оставит в покое ни меня, ни Драконов. — Об этом мы подумаем утром, а сейчас пойдем спать. Сара изумленно уставилась на мужчину, попятившись назад. Испуганно глянув на лестницу, она качнула головой, поджимая колени к груди. — Я посплю здесь. Не хочу идти туда. — Я и не предлагал тебе идти наверх, — усмехнулся Вишня, подхватывая Сару на руки и прижимая к себе. — Что ты делаешь? — спросила О’Нил, когда они перешагнули порог его спальни. — Иду спать, — растерянно пробормотал брюнет, опуская девушку на кровать. — Здесь хватит места нам обоим, но при этом ты не будешь кричать на весь дом, снова увидев в окне силуэт Тёрнера за занавесками, а я смогу нормально поспать. Если ты, конечно, не дерешься во сне. — Если ты, конечно, не будешь приставать. Сара прикусила губу, чтобы спрятать улыбку, но согласно кивнула, отбрасывая плед в сторону и зарываясь под одеяло. Вишня лег на другом краю кровати. — Буду, — усмехнулся брюнет, прижимая девушку к себе. Она чувствовала его успокаивающее присутствие и теплые ладони, крепко прижимавшие ее к себе, поэтому, расслабившись, провалилась в спокойный сон. — Сладких снов, Принцесса. Утро наступило слишком внезапно, ослепляя ярким светом, и О’Нил нехотя открыла глаза, оглядываясь и вспоминая, где находится. В комнате не было никого, а часы на прикроватной тумбочке показывали полдень. Сара впервые за долгое время чувствовала себя отдохнувшей. На лице сияла улыбка, а сил было столько, что хватило бы на две к ряду смены в баре. Поняв, что находится дома одна, девушка прошлепала на кухню и включила кофеварку, предвкушая день ничегонеделания, когда раздался громкий стук. Набросив на плечи кофту Вишни, лежавшую на стуле, Сара подошла к двери, открывая и замирая на пороге. — Привет, маленькая. Кажется, нам стоит поговорить.