a little mistake

      Внутри дома было многолюдно, душно и пахло не очень дорогим пивом. Чимин изначально не хотел приходить на вечеринку, потому, что у него уже имелись горячие планы с Лисой, самой гибкой девушкой из тех, кого Чимин имел честь знать. Но Юнги... Юнги использовал волшебную " ты мне должен, Пак " фразу, и вот он здесь. Среди множества потных тел.        Так как его планы сорвались, Чимин твёрдо решил для себя, что в этот вечер в доме у Хосока — Чимин даже приблизительно не имел понятия, кто этот Хосок, — он собирается напиться и, возможно, найти кого-то более-менее трезвого на ночь. — Пойдем искать Хосока, хочу вас познакомить, — прокричал Юнги на ухо Чимину и, схватив за руку, потянул за собой в самую гущу народа. Здесь было еще жарче, пахло потом, алкоголем и духами. Когда они вырвались из эпицентра пьяных тел, в нос ударил сладковатый запах травки. Группа парней собрались вокруг стола, раскуривая один косяк на всех, и балансируя на грани нормального человеческого поведения. В углу комнаты девушка с парнем, похоже, пытались заняться сексом прямо на стуле возле фикуса. Казалось, никто, кроме Чимина не обращал на это никакого внимания. — Подожди меня на диване, я принесу нам выпить и найду Хосока, — снова прокричал Юнги, — блять, здесь дохуя людей.        Друг нырнул в толпу, где Чимин сразу же его потерял. Парень плюхнулся на старый потрепанный диван, и пару торчащих пружин вонзились ему в задницу. Рядом с диваном за закрытой дверью доносились звуки, какой-то неведомой содомии, и Чимин вспомнил, что секса у него не было две недели. Этот прискорбный факт заставил его просканировать глазами толпу, выискивая кого-то, на ком задержится взгляд. Чимин увидел несколько знакомых из своего университета, они поманили его рукой в свою компанию, но Чимин улыбнулся и отрицательно махнул головой.        Спустя вечность вернулся Юнги, протягивая Чимину стаканчик с непонятной жидкостью. Чимин принюхался и вопросительно вскинул бровь. — Даже не спрашивай, — сказал Юнги, пытаясь перекричать музыку.        Чимин хмыкнул и сделал большой глоток, ощутив только жжение в горле. — Привет, я Хосок, — парень, стоявший все это время за Юнги, протянул руку. — Чимин, — он пожал чужую ладонь. Хосок был высоким темноволосым парнем с солнечной улыбкой. Не удивительно, что у него было так много знакомых. — Вы, парни, отдыхайте, а я еще не со всеми поздоровался, потом вас найду, — Хосок отсалютовал стаканчиком и скрылся в толпе.        Юнги плюхнулся на диван, тут же скривившись: — Сраные пружины, — он немного поменял положение, надеясь, что так его зад пострадает меньше. — Ну что, приглядел кого-то? — Похоже, здесь все в хлам, я не люблю трахать слишком пьяных, ты же знаешь, — Чимин сделал еще глоток и поморщился. — Блять, что здесь намешано? — По вкусу пиво с мочой, — сделал вывод Юнги, тоже глотнув из стаканчика. — А ты уже кого-то заприметил? — спросил Чимин, краем глаза поглядывая на парочку в углу возле фикуса. Девушка слегка подпрыгивала на бедрах парня, сидя спиной ко всем, но из-за ее длинной юбки не было ничего видно. — Там на кухне сидит один парень, — Юнги сделал очередной глоток. — Горячий? — Чимин перевел взгляд от парочки на друга.        Юнги неопределенно пожал плечами: — Скорее, милый.       Чимин вопросительно поднял брови. — Он просто сидел там в своей этой красной панамке, как самый очаровательный грибочек в мире и пил пиво из трубочки, разговаривая с Хосоком. У меня не было особо много времени, чтобы разглядеть все детали, но он определенно красив. Мой член заинтересован.        Чимин удивленно уставился на невозмутимый профиль друга. Он впервые слышал, чтобы Юнги называл кого-то очаровательным. Кроме своего песика Холли. Но Холли все считали очаровательным, потому что он был именно таким. — Тогда тебе стоит подсуетиться, пока твоего очаровательного грибочка не увели, — усмехнулся Чимин. — А ты? — спросил Юнги, повернув лицо к Чимину. — Не хочу бросать тебя здесь одного. — Чувак, ты сам сказал, что здесь дохуя людей, я точно не буду один. Все, теперь иди и заполучи этого милашку, — Чимин слегка подтолкнул друга в спину.        Юнги встал с дивана и заправил черную футболку с глубоким вырезом за пояс таких же черных скинни. — Как я выгляжу? — спросил он, расставив руки в стороны. — Как автор доклада про анальный секс, — ответил Чимин, на что получил средний палец почти в самое лицо.       Когда друг скрылся в толпе, Чимин тоже поднялся с дивана, одним глотком допив все содержимое стаканчика, и, выбросив его в пакет с мусором возле дивана, направился на задний двор.       На улице было достаточно прохладно, поэтому возле бассейна народу было намного меньше. Поздоровавшись с некоторыми знакомыми ребятами, Чимин взял курс на лежак, собираясь покурить. Его внимание привлекли парни, которые собравшись в круг, громко смеялись и пытались кого-то удержать на соседнем лежаке, приговаривая: " та успокойся ты, все нормально ". Чимин нахмурился. Если это то, о чем он подумал, и эти парни сейчас пытаются развести пьяную девушку на групповой секс, то он им очень не завидует.       Чимин быстро приблизился к компании, заглядывая за их плечи. На лежаке лежала явно не девушка. Это был Чонгук. И сейчас он, вусмерть пьяный, пытался подняться с лежака, но его за плечо держал один из парней. Другой же, зажав в одной руке черный маркер, пытался зафиксировать его лицо: — Блять, та лежи ты спокойно, иначе рисунок получится неровным и будет некрасиво, а ты ведь не хочешь, чтобы было некрасиво? — засмеялся он. Чонгук что-то промычал, снова пытаясь встать. — Какой вертлявый у нас малыш , — заржал тот, что удерживал его за плечо.       Чимин не знал никого из этих парней, но он очень сомневался, что это друзья Чонгука, поэтому решил вмешаться: — Чонгук, вот ты где ! Я тебя уже обыскался, — громко сказал он.       Парни дружно оглянулись. — Ты кто? — грубо спросил парень с маркером, сильнее сжав челюсть Чонгука, отчего тот заскулил. — Это Пак Чимин, — отозвался третий, который снимал все на видео, — ребята, давайте лучше пойдем в дом.        Он засунул телефон в задний карман и подтолкнул друзей в спину: — Чимин-ши, нам не нужны проблемы. Мы не знали, что это твой друг. Приносим извинения.       Парни нестройным шагом начали отходить в сторону. — Да кто такой этот Пак Чимин, блять ? — спросил парень с маркером у своего друга, стоило им отойти на пару метров. — Я тебе потом расскажу, — его друг обернулся и вежливо поклонился Чимину и ничего не соображающему Чонгуку. — Извини за своего друга еще раз, Чимин-ши.        Парни, громко шушукаясь и оглядываясь, зашли в дом. Чимин подошел к лежаку и присел сбоку, заглядывая в лицо Чонгука, которое прикрывали темные пряди. — Ну привет, Чонгукки. Вижу, развлекаешься тут, — спросил он, аккуратно убрав одну прядку за ухо парня.       Мягкие на вид щеки Чонгука покрылись очаровательным румянцем. Он был похож на ребенка с этими своими большими карими глазами,взъерошенными волосами и розовыми губами (кто вообще позволил ему пойти на вечеринку для взрослых?). Чимину вдруг резко захотелось завернуть его в одеяло, налить бананового молочка и включить мультфильмы. — Ты пришел спасти меня? — спросил Чонгук, взглянув из-под длинных ресниц. Чимин перевел взгляд куда-то за голову парня, потому что огромные, подернутые пьяной поволокой, карие глаза казались слишком глубокими, чтобы смотреть в них без последствий. — Я пришел выпить и отдохнуть, спасать тебя не входило в мои планы, — усмехнулся он, разглядывая плющ на заборе за спиной парня. — Я такой пьяный, — доверительно сообщил ему Чонгук, удобнее умостившись на лежаке, и подперев пухлую щечку ладошками. — И хочу спать. — Эй, не надо пускать здесь корни, Чонгук, — запротестовал Чимин, поднимаясь. — Вставай, я отвезу тебя домой. — Я хочу к тебе, — пробормотал Чонгук, надув губки. — Ты что? — Хочу к тебе. Ты обещал мне лимонад, — он поднял на Чимина пьяные и умоляющие глаза. — Ты сказал, что я заслужил лимонад.       Чимин уставился на парня, которого не знал еще две недели назад, и который сейчас просился к нему домой на лимонад. Он не понимал, когда свернул не туда. — Чонгукки, давай ты придешь ко мне на лимонад завтра. А сегодня я отвезу тебя домой, да? — попробовал торговаться он. Но Чимин явно недооценивал пьяного Чонгука, который сейчас упрямо пытался подняться с лежака (с попеременным успехом, нужно сказать), и был серьезно настроен идти в гости к Паку. — Чимини-хён, мне нельзя домой, мои родители посадят меня под домашний арест на две тысячи лет, если увидят таким пьяным, — выглядел он совершенно очаровательно, пока сидел на лежаке, поджав под себя одну ногу, а второй покачивая туда-сюда. — Ты не можешь пойти к сестре? — сделал еще одну попытку Чимин. Он не то, чтобы очень хотел оставаться на этой вечеринке, но и заканчивать этот вечер пьяным Чонгуком у себя дома был не намерен. — Нет, она с девушкой уехала за город, ключей у меня нет, — Чонгук поджал губки и взглянул на Чимина своими щенячьими глазками.       "Господи, блять, перестань быть таким милым" — мысленно простонал Чимин. — Ты пришел один или с кем-то? — спросил он, стараясь придумать какой-то выход. — Нет, с другом. Но я напишу ему сейчас, что я с тобой, — засуетился Чонгук, доставая мобильный из переднего кармана узких джинс, и заваливаясь назад. — Он просто очень хотел быть на этой вечеринке и я не хочу, чтобы он нянчился сейчас со мной. — А меня тебе не жалко? — поднял брови Чимин, наблюдая за тем, как Чонгук быстро что-то строчит на телефоне, пытаясь попасть по нужным кнопкам. — Может у меня тоже были планы на этот вечер?       Чонгук удивленно поднял брови, а его губы сформировали букву "о". Казалось, он действительно не задумывался об этом. — Ты планировал с кем-то переспать здесь? — вдруг спросил он, нахмурив брови.        Чимин, который явно не ожидал такого вопроса, поперхнулся слюной. — Нет, я не планировал ни с кем спать здесь, — соврал он, откашлявшись.        Чонгук, услышав это, просиял: — Ну тогда нет никаких проблем, — он неловко поднялся на ноги, — мы идем пить лимонад.        Чимина крепко схватили за руку и, спотыкаясь каждые три метра, на буксире потащили за собой в дом, потом сквозь толпу на улицу. — Ты на машине? — деловито осведомился Чонгук, стоя на лужайке и, сощурив глаза, рассматривая автомобили, пытаясь найти нужный. — Да, — ответил Чимин, все еще приходя в себя от настырности этого парня. Тот смущенный Чонгук, которого он успел узнать в гараже и этот пьяненький бесстыдный Чонгук — два разных человека, и это не укладывалось в голове. — Ты пил алкоголь? — серьезно спросил Чонгук, разворачиваясь к Чимину. — Один стаканчик, — честно признался парень.        Чонгук задумался, что-то решая у себя в голове. Потом он кивнул сам себе на свои же мысли и потянул Чимина в сторону мерседеса. Походка парня была неровной, он уже трижды запутался об свои ноги, и Чимин отпустил его ладонь, чтобы приобнять за талию, пока они идут к машине. Другой рукой он вытащил телефон из кармана и открыл диалог с Юнги. Чимин: я домой

Юнги: видел как ты уходил с горячим парнем намечается что-то ?

Чимин: это Чонгук Чимин: парень из гаража

Юнги: тот фотограф???

      Чимин усмехнулся, вспоминая попытку Чонгука сфотографировать Юнги, его горящие уши и быстрый побег. Чимин: да, он отвезу его домой       Чимин решил не уточнять к кому домой.

Юнги: кто пустил ребенка на вечеринку?

Юнги: будь осторожен по дороге

       Пока он переписывался с Юнги, они с Чонгуком дошли до машины и теперь стояли почти в обнимку возле дверцы. Чонгук положил голову на его плечо и подул в ухо. — Мы едем? — спросил он и зевнул.       У Чимина мурашки поднялись по позвоночнику от чужого дыхания на своей шее. Он снял машину с сигнализации и открыл дверцу со стороны пассажира. — Прошу садиться, — сказал он Чонгуку, который, казалось, начал дремать на его плече. — Мы едем пить лимонад? — прошептал Чонгук ему на ухо, и это прозвучало настолько интимно, что Чимин тяжело сглотнул. — Да, мы едем пить лимонад, — он проследил, чтобы Чонгук не врезался макушкой об крышу машины, пока залезал в салон, и пристегнул его ремнем безопасности. — Ты такой заботливый, — захихикал Чонгук в паре сантиметров от его лица. Чимин настолько резко выпрямился, что ударился головой. — Айщ, — он потер ушибленное место и захлопнул дверцу, убедившись, что все конечности Чонгука в салоне.       Сев за руль, он пристегнулся сам и повернулся к Чонгуку, который прижимался лбом к холодному стеклу: — Чонгук, где твои очки? — Я в линзах, — пробормотал парень в стекло. — Ясненько, — ответил Чимин и завел машину, плавно выруливая на дорогу. Жил он в трех минутах езды. — Тэхен сказал, что парню, который мне нравится, мой образ без очков может показаться горячим и поэтому я должен привыкать к линзам, — продолжил рассказывать стеклу Чонгук.       Чимин хмыкнул: — Думаю, Юнги все равно, в очках человек или без, — ответил он, смотря на дорогу. — По-моему, очки тебе очень идут, поэтому если тебе неудобно в линзах, ты не должен их носить.       Чонгук резко повернул голову в его сторону, его сонные глаза слегка округлились: — Причем здесь Юнги?       Чимин тоже повернул голову в его сторону: — Ну разве это не он тебе нравится?       Глаза Чонгука еще больше округлились и он яростно замахал головой: — Нет, конечно. С чего ты взял?       Чимин нахмурил брови, смотря на дорогу. — Но зачем ты тогда его фотографировал?       Чонгук потупил взгляд, его щеки моментально порозовели. — Это длинная история, я расскажу тебе, когда не буду такой пьяный, — пробормотал он себе под нос, играясь с пуговицей на своей черной рубашке. — Но он мне не нравится. То есть, он не то, чтобы плохой человек или некрасивый... Я уверен, что есть люди, которые считают его довольно привлекательным, но он не мой типаж. Ой, что-то я много говорю...Просто важно, чтобы ты знал, что он мне не нравится. — Хорошо-хорошо, я понял, — засмеялся Чимин, останавливая машину возле своего гаража.— Приехали.       Чонгук тут же открыл дверь и попытался выбраться с машины, но из-за ремня безопасности у него это не получилось. Чимин молча наблюдал за этими жалкими попытками, стараясь не засмеяться. Пьяный Чонгук вызывал у него чувство испанского стыда напополам с умилением, потому что был невероятно неуклюжим и милым. — Сиди на месте, я тебе помогу, — насмотревшись на эту немую сцену борющегося с ремнем безопасности Чонгука, сказал Чимин.        Он быстро обошел машину и наклонился над парнем, отстегивая ремень. По коже пробежалось стадо мурашек, когда он почувствовал чужой холодный нос уткнувшийся в его шею. — Ты так вкусно пахнешь, — прокомментировал Чонгук, проведя носом по шее вниз и шумно втянув воздух.        Чимин застыл в одной позе, не зная как реагировать на подобное. Ситуацию спас сам Чонгук, пробормотав ему на ухо: — Хочу лимонад.       Чимин моментально отстранился и помог Чонгуку вылезти из машины. До дома они добрались без происшествий. Но возле двери пришлось повозиться, потому что Чимин в темноте не мог попасть ключом в замок. Чонгук в это время зевал у него на плече, и топал ногой, как малыш, чья мама заставляла его ждать. Начался ливень и Чимин поспешил завести парня в дом.        В коридоре Чимин усадил Чонгука на тумбочку и снял с него ботинки. Затем, придерживая парня одной рукой, снял свою обувь. С божьей помощью они поднялись по лестнице на второй этаж, потому что Чонгука заносило в разные стороны, а Чимин пытался хоть как-то выровнять их курс. Ему повезло, что пьяный Чонгук был мягким и податливым, пусть и безостановочно хихикающим.        В спальне Чимин аккуратно усадил Чонгука на свою кровать и включил светильник на тумбочке. Комната осветилась теплым желтым, отчего большие глаза Чонгука засияли, как все звезды галактики. (Да, Чимин немного залип. Вы не можете его за это винить). — Хен, лимонад, — заканючил Чонгук.        Чимин закатил глаза. Этот ребенок. — Жди здесь, сейчас принесу. Но потом сразу спать, — попытался сказать он со всей строгостью, которую в себе нашел, глядя в эти щенячьи глазки. — Как скажешь, папочка, — хихикнул Чонгук.       Чимин второй раз за последний час подавился слюной. Этот парень его доведет. Закашлявшись, он быстро вышел из комнаты. От греха подальше. На кухне Чимин умылся холодной водой из-под крана и налил два стакана лимонада.       Вообще-то у него был план напоить Чонгука лимонадом и уложить спать, прикрыв одеялком. Возможно еще позаботиться о таблетках от похмелья и стакане воды на утро, но, видимо, Чонгук решил по-своему. Поэтому сейчас Чимин стоит в дверном проеме и смотрит на полуголого парня посреди своей спальни.       Рубашка Чонгука небрежно покоится на спинке его компьютерного стула, а сам парень возится с застежкой на ремне. Свет от светильника красиво ложится на острые ключицы, его медовая кожа покрыта мурашками, а бусины сосков затвердели. — У тебя здесь прохладно, — сказал Чонгук, заприметив Чимина, — но я не могу уснуть в одежде. Надеюсь, ты не против.       Чимин так и продолжил молча стоять, держа два стакана в руках и бесстыдно разглядывая чужое подтянутое тело.       У Чонгука наконец-то получилось справиться с ремнем и он радостно улыбнулся, подняв глаза на Чимина. Его нос очаровательно сморщился, а передние зубки выглядывали из-за влажных и красных губ.       Чимин тяжело сглотнул, встретившись с ним взглядом. Он сильнее сжал влажные от конденсата стаканы. Нужно было остановить Чонгука или отвернуться, но точно не стоять и пялиться на его полуголое тело.       Тем временем, Чонгук принялся раздеваться дальше. Его руки с ярко выраженными венами напряглись, пытаясь справиться с пуговицей на джинсах. "У всех ботанов-девственников такие руки?" — пронеслась в голове у Чимина последняя связная мысль. — У тебя красивые губы, — вдруг сказал Чонгук, начиная медленно вести вниз собачку на молнии.        Чимин почувствовал, что краснеет. Это все и так выглядело слишком порнографично, а учитывая комментарий про губы... Руки, державшие стаканы, слегка задрожали. Чимин поспешил поставить их на комод у двери и вытереть влагу на ладонях об джинсы. — Не только губы вообще-то, — продолжил Чонгук, немного приспуская джинсы, вместе с бельем (когда показался крохотный участок коротких волос, Чимин понял, что задержал дыхание), но в последний момент удерживая черные боксеры на месте. — Во всем тебе есть своя эстетика.        Чонгук нагнулся, стягивая одну штанину с ноги, пытаясь балансировать на другой. — Эмм, спасибо, Чонгук, — наконец подал голос Чимин. — Мне приятно, что ты считаешь меня красивым.       Чонгук выпрямился, оставшись в одних боксерах, его левая нога оставалась по щиколотку в штанине. — Я пытался тебя нарисовать, — смущенно признался он. Его смущение никак не вязалось с тем, что он стоял в одном белье, выглядя при этом чертовски горячим. — По памяти. Ты понравился мне с первого взгляда еще в начале года, и с тех пор я пытаюсь нарисовать тебя, но у меня ничего не получается. Я начал думать, что твоя красота слишком уникальна, чтобы человек мог ее отобразить.       Чимин почувствовал, что его щеки горят еще интенсивнее. Никто и никогда не говорил ему таких комплиментов. Никто и никогда не заставлял его чувствовать себя возбужденным и смущенным одновременно. Никто и никогда не смотрел на него ТАК. Во взгляде не было похоти или вожделения, но от этого Чимин заводился куда больше.       Он, словно в замедленной съемке, наблюдал, как Чонгук делает два шага к нему навстречу, все еще запутанный в одной штанине, но это выглядело не смешно. Чимину абсолютно не смешно. Особенно, когда Чонгук медленно проводит вверх кончиками пальцев по его, висящей вдоль тела, руке. Чимин же задается вопросом, почему он так податлив к чужим прикосновениям. Это действие кажется более интимным, чем он всегда думал.        Прохладные пальцы Чонгука останавливаются возле рукава футболки, оставляя после себя мурашки по коже. Чимин, затаив дыхание, следит за их передвижениями, боясь посмотреть на лицо Чонгука, которое вдруг кажется слишком близко. Неожиданно пальцы пропадают с его кожи так же быстро, как и появились. Чонгук молча берет с комода один стакан с лимонадом и жадно припадает к нему губами. Чимин же жадно припадает глазами к его кадыку, который слишком соблазнительно двигается под медовой кожей.       Допив лимонад, Чонгук вытер влажные губы ладонью и протянул Чимину второй стакан: — Ты разве не испытываешь жажду? — спросил он хрипло.       Чимин опустил взгляд, уставившись на длинные тонкие пальцы, обхватывающие стакан. Да, он определенно испытывал жажду.       Чимин протянул ладонь к лимонаду, но, когда Чонгук расслабил пальцы, не смог удержать стакан. Содержимое попало на боксеры Чонгука, влажными дорожками очертило его бедра и неровным пятном расплылось на светлом ковре. — Черт, извини, — спохватился Чимин, поднимая стакан с пола и рассматривая влажные бедра напротив. — Я принесу тряпку.       Он, схватив второй стакан с комода, максимально быстро выбежал из комнаты, и, перепрыгивая через две ступеньки, спустился на первый этаж. Сложив посуду в раковину, он снова умыл лицо холодной водой, пытаясь его остудить. Какого черта?       В его спальне стоял полуголый чертовски горячий парень, которому он нравился. А он сбежал, как испуганный котенок. В обычной ситуации Чимин бы уже уложил его на постель и покрыл поцелуями все тело, но это не была обычная ситуация. Это был Чонгук. Этот парень... Он не был похож ни на кого. Его мысли были настолько красивы. Его флирт был настолько бесхитростным и очаровательным. Он не был тем, с кем можно перепихнуться и забыть. Чимин налил себе стакан воды и залпом осушил его. Нужно вернуться в комнату и уложить Чонгука спать. Завтра они все обсудят. Сегодня ни один из них не может похвастаться здравым умом.       Чимин потратил минут десять на поиски тряпки, но так ее и не нашел. Поэтому он достал с корзины с грязным бельем свою черную толстовку, в которой обычно ходил по дому, и поднялся в свою комнату.       Первым, что бросилось в глаза Чимину, были черные боксеры, которые совсем недавно облегали бедра Чонгука, а сейчас бесформенно валялись у кровати. Сам Чонгук по-хозяйски устроился под покрывалом Чимина, подложив обе ладони под щеку. — Чонгукки, — тихо позвал Чимин, подойдя к сопящему парню, — проснись. Я дам тебе свою одежду.        Он легонько потыкал его в плечо, что маняще выглядывало из-под покрывала. Чонгук причмокнул надутыми губками, его ресницы слабо затрепетали. Чимин, стараясь не думать о том, что под одеялом Чонгук совершенно голый, еще раз потрогал его за плечо. — Чонгук, тебе нужно одеться, — сказал он громче. Ноль реакции. Чимин, устало вздохнув, выключил светильник и направился в душ.        Ополоснувшись, парень переоделся в домашние свободные шорты, такую же футболку и вошел в темноту спальни. В комнате было слышно лишь тихое сопение Чонгука. Чимин медленно подошел к кровати, включил светильник и сразу же залип на розовые пяточки парня, торчащие из-под одеяла. Внутри он запищал от умиления, но снаружи просто прикрыл их покрывалом и вышел из комнаты.        Вернувшись со стаканом воды и двумя таблетками аспирина, Чимин положил все на тумбочку со стороны Чонгука, выключил светильник и залез под одеяло. Спустя буквально две минуты к нему прижалось голое горячее тело, а футболка на правом плече намокла от слюней. Чимин вздохнул. Это ночь обещала быть длинной.