PiT: Пой и танцуй одновременно

Глеб       Я пришёл сюда, чтобы развеяться. Бутылка пива сразу же припала к губам, а вздох вылетел с моего рта после облегчения алкоголем. Я сидел на кресле и рассматривал девчонок, упивающихся коксом.       Черт возьми.        Одна из них бросила взгляд, прошмыгнув мимо со своими подружками. Она многообещающе улыбнулась мне, намекая, что затащить ее в постель особого труда не составит.        Но я любил трудности.        Мне не нравится трахать девочек просто так. Мне нравится аморальность. Азарт. Трудность. Преграды. Хочется наблюдать за тем, как непокорная отличница краснеет при моих словах, а потом раздвигает свои ножки только мне, больше никому. Я трачу на это время и силы, но сам результат отбивает все мысли о запрете делать так дальше. Я хочу добиваться. Захватить ту, которая никогда бы не дала мне. Та, которая особо не знает меня или наоборот видит во мне друга, но не больше.        Именно поэтому я тогда хотел трахнуть Машу. Добиться. А когда я узнал, что она целка — мое желание увеличилось ещё больше. Я хочу наблюдать, как она краснеет при виде меня, как желает, но отрицает. Смешанные чувства в ней вызывают абсурд в ее же голове, однако она продолжает делать это ради меня. Я хочу ее не потому что она очень даже форменная и красивая девушка, а потому что это запретно для нашей такой длинной дружбы. Да, во мне есть очень большие секреты для неё, но я никогда не признаюсь ей в том, что скрываю, пока не буду уверен в ней и себе. Наверное, я как-нибудь потом все расскажу, а пока понаблюдаю за ней, как она выкуривает уже четвёртую сигарету подряд из-за одной сволочи.       Он щебетал ей под ухо и пытался положить руку поближе к ее бедру, но она отталкивала его. Я бы сейчас подскочил и вдарил этому козлу, чтобы он отошёл от неё, но мне нравится, как Маша продолжает терпеть и унимать свою ярость. Пусть позлится. Я хочу понаблюдать за ее гневом, который возбуждал. Я знаю, что пялюсь на них слишком палевно, но по-другому не могу. Не буду скрывать, что прямо сейчас превратил это в игру. Маша снова отпихнула его и затушила сигарету в пепельницу. Самозванец положил ей руку на плечо и похабно улыбнулся.       Ну же, сделай что-нибудь… Вдарь ему, наори… Я хочу это.       Хотя я понимал, что чем быстрее у неё закончится терпение, тем быстрее закончится моя игра, и я сорвусь с цепи. Мой член чуть заметно подскочил, когда она усмехнулась и оскалилась одновременно. Я улыбнулся. Продолжай.       Маша оттолкнула его от себя и пнула по яйцам, начав орать. Я не слышал ее слова из-за очень громкой музыки, но мне это и не нужно. Пульсация в паху увеличилась.       Черт. Я сейчас кончу такими темпами.       Она перевела взгляд на меня и сразу же двинулась ко мне. Я сел поудобнее, а Мария присела на подлокотник, схватив у меня бутылку из рук.  — Урод, — процедила она.       Прекрасно.  — Ну ты видел это? Видел?! — Она выпила залпом, пытаясь успокоиться. — Пошли отсюда, все равно скукота.  — Я хотел с кем-нибудь развлечься.       Конечно, это враньё, но я не мог просто так взять и уйти вместе с ней. Для начала мне нужно поиграться.  — Да и черт с ним. Трахнешь кого-нибудь потом.       Мне не хочется трахать кого-нибудь другого.       Наверное, я забыл ещё упомянуть, что сейчас середина весны, Маша отлично прославилась и не та девочка, с которой я путешествовал по Москве. Сейчас мы оба статные, на ней впервые дорогие кроссовки какого-то бренда, на руках золотые браслетики, а в ушах блестят красивые сережки. Без одежды в этом золоте она бы выглядела ещё красивее.       Точно.  — Ладно, пошли, здесь делать нечего, — согласился я и кивнул.       Маша встала с кресла и направилась на второй этаж. Я думал, что мы поедем домой. Изогнув бровь, я взглянул на неё.  — Мы же не собираемся уезжать, да? Здесь ещё много неизведанного, — она улыбнулась и постучала по карманам.       Походу, я понял, что она имеет в виду.       Я сам виноват, что втянул ее в это. Без меня бы она не вмазывалась при каждом удобном случае. На любую другую бы телку я показал пальцем и сказал бы, что она наркоманка, но про Машу я ни в коем случае так не скажу. Она не достойна таких слов, она всегда права, безусловно.       Поднявшись, мы зашли в первую попавшуюся комнату. Маша сразу же закрыла дверь на щеколду, прикусив нижнюю губу. Ее руки радостно вытащили пакетик с экстази и кинули на стол.  — Все за раз или растянем? — Спросила рэперша.  — За раз.       Маша проглотила оранжевый треугольник, запив пивом, и протянула мне, но в последний момент передумала. Я сначала немного опешил, но сразу же успокоил себя. Хочет поиграть? Маша засунула в рот вторую таблетку наполовину и приблизилась ко мне.  — Действует отлично. Трахнешь под ними какую-нибудь телку, — она подмигнула и коснулась своими губами мои.       Черт. Мой и так стоячий член болезненно запульсировал. Я обхватил ее руками и заключил в поцелуе, ловко вытащив языком свою таблетку. Мне хватает слюней Маши, чтобы проглотить ее. Девушка хихикнула и попыталась отстраниться, но я прижал ее к себе покрепче. Смех сразу пропал, а руки переместились мне на грудь. Она не могла что-то сказать из-за моих губ, да и не надо было. Ей лучше сейчас помолчать, пока я наслаждаюсь приятным вкусом таблетки вперемешку с пивом на ее пухлых губах.       Боже, она прекрасна. Я терплю уже многое время, но сейчас точно воспользуюсь моментом. Быть может, у меня получится?       Почему я вообще сомневаюсь? Любая бы другая прыгнула ко мне в постель в сие момент, однако мне не хочется быстроты. Я хочу увидеть тот отблеск сомнения в ее глазах, который уговаривает ее мозг остановиться, хотя я и так чувствую, как от неё пылает страстью.       Интересно, она все ещё девственница? Или я уже не буду у неё первым?       В один мой уязвимый момент она все-таки отпрянула от меня.  — Не делай так, — уверенно сказала Маша, но я все же увидел долю сомнений.  — Когда ты с другими парнями, ты также себя ведёшь?       Я знал, что этот вопрос застигнет ее врасплох, поэтому не стал извиняться.  — Глеб. — Она нахмурила брови.       Такая одновременно милая и злая девчонка, которая правит моим уже обдолбанным мозгом. Я слишком сильно ей увлечён. Она напоминает мне злого хомяка, хоть и не выделяется пухлыми щёчками.       Я не стал слушать ее дальше и снова притянул к себе, но пока не торопится с поцелуями. Мне нужно учуять ее пьяное дыхание и тот запах, который длится уже на протяжении нескольких лет. Мелисса вперемешку с дорогими духами внедрились в мои ноздри, из-за чего я вздохнул сильнее.  — Не стесняйся, сейчас самый подходящий момент. — Продолжил я.       Мои руки тут же переместились к ней на бёдра. Она сидела на стуле, а я на кровати, но нас не разделяло расстояние. Я обхватил ее покрепче и посадил к себе на колени, все же впившись в губы. Маша не сопротивлялась, однако я чувствовал скованность в ее движениях.       Я в курсе, что сделал с ней отчим. Это было неправильно, когда я копался в ее дневнике, но другими бы способами я не вытянул из неё информацию. Мне нужно подать ей пример хорошего парня, который не будет обращаться с ней, как с тряпкой. Я хочу, чтобы она запомнила меня на всю жизнь, как ее первый мужчина.       Физически я не был у неё первым, но одни мысли о том, что тот старый хрыч лапал ее, отгоняли все предрассудки. Я все равно хочу ее, несмотря ни на что. — Мы не должны, — прошептала она мне в губы, но все равно продолжала блуждать руками по моей груди и торсу, а позже скомкала в руках низ моей футболки. Она хочет меня, безусловно.  — Я хочу тебя, — прошептал я ей в ответ и стал стягивать с неё майку.       Она ощущает сейчас неутолимое возбуждение, я чувствую это через ее движения. Маша пытается унять дрожь в ногах, сцепив их в замок, двигаясь на мне верхом своей задницей. Черт. Я хочу растянуть этот момент.       Моя футболка тут же полетела вниз, а движения стали намного быстрее. Она последовала моему примеру и стала снимать с себя слишком большую для неё майку. Почему она носит такие вещи? Зачем скрывает своё восхитительное тело под тоннами одежды? Хотя я даже рад этому, никто не будет смотреть на неё в обтягивающей одежде. Один раз я все же увидел ее без бюстгальтера в белой майке. Тогда у неё выглядывали вставшие соски после холодного душа, а ее мокрые волосы разошлись по плечам. Мне хотелось сорваться и укутать ее в одеяло, чтобы никто не видел такую красоту, однако мы были тогда одни, и я продолжал пялиться на ее тело. Сейчас же передо мной опять то доказательство, что она не носит бюстгальтер. Природа наделила Машу щедро пухлыми формами, но это только для меня. Больше никому.       Я провёл руками по упругим соскам и облизал ее ключицу. Боже, я мечтал об этом с четырнадцати лет. Мечтал об этом образе: она на мне верхом без футболки, а я облизываю ее соски, заставляя стонать на весь чертов дом.       Интересно, она сейчас не стесняется и отдаётся мне, потому что доверяет, или потому что ее гормонами правит экстази? В любом случае, я своего добился. Мое возбуждение увеличивалось ещё больше из-за таблеток, однако я чувствовал к ней естественные эмоции.       Мы с горем пополам сняли с себя штаны, и я уложил ее на кровать. Ей не должно быть больно, но я все равно выбрал самую удобную позу для Маши. Я хочу, чтобы она чувствовала себя комфортно. Подложив одну подушку ей под голову, а вторую под поясницу, я принялся стягивать с неё трусики. Маша вжалась руками в простыню, когда мой язык направился к лону.  — Черт! — Громко ругнулась она и прикусила свою правую руку. Не сдерживай себя.       Я продолжал работать языком переменно с пальцем. Ее поясница выгибалась, а стоны вырывалась и с моего рта, и с ее. Я ещё никогда не слышал такой красивый голос у меня в постели. Ее вокальные данные сейчас сыграли неплохую роль, играясь с нотами даже в такой момент. Черт. Она прекрасна. Я не стал доводить ее до оргазма и оторвался от неё, взглянув напоследок в глаза.  — Все будет хорошо, — скорее я сказал это для себя, чем для неё. — Тебе не должно быть больно.  — Глеб… Глеб, стой, я должна тебе сказать… — Маша попыталась остановить меня, но я закрыл ей рот поцелуем.  — Я знаю об этом. Не стоит, — напомнил я.       Она хотела предупредить меня, но я оказался умнее. Стянув боксеры, я аккуратно вошёл в неё. Женская анатомия известна мне, поэтому я продолжал двигаться медленно. Она пискнула и вжалась ко мне покрепче. Ей больно. Я чувствую, какая она узкая, поэтому продолжал врываться в неё чуть аккуратнее и растянутее. Спустя некоторое время она успокоилась и расслабилась, однако я все равно чувствовал ее мокрые щёки от слез, ей немного больно, это нормально. Выйдя полностью, я поцеловал ее в щечку и зашёл уже чуть побыстрее и увереннее. Маша выдохнула мне в ухо и тихо простонала.       Ей нравится. Все хорошо.       Через несколько секунд я уже не был таким осторожным и двигался быстро. Кровать скрипела от своего старья и наших движений, а Маша тихонько стонала мне на ухо, все также выгибая спину и обхватив мою шею своими длинными ноготками. Я переменно блуждал рукой по ее телу, стараясь запомнить этот момент надолго.       У меня получилось. Я добился своего.       После этого я не буду останавливаться, но дальнейшие действия мне пока неизвестны. Пусть все пойдёт на самотёк.       Маша обмякла и отпустила меня, раскинув руки по кровати. Я вышел из неё и спустил на живот, завершающее вздохнув.       Черт. Это было… это было воодушевляюще.       Я немного полежал в кровати с Машей в полной тишине, но все же она подала голос.  — Это все экстази, — прошептала рэперша.  — Не вини себя, — тихо ответил я.       Лишь бы она не думала, что это очередная ошибка в ее жизни.  — Мы же не будем встречаться и все такое, да? — Она стала одеваться. — Забудем все это и продолжим?       Я усмехнулся и тоже стал одеваться. Она оказалась куда умнее, чем я думал.  — А ты не боишься, что это не последний раз? — Я притянул ее к себе, замкнув руки на талии. Она екнула, но прижалась ко мне.  — Я думаю, что это последний раз, — как всегда последнее слово за Машей. Она попыталась выйти из комнаты и отпрянуть дверь.       Я ожидал, что после этого она снова включит стерву. Ее ухмылка и личико всегда выдаёт сучковатость, что мне в ней и нравится. Но никто не посмеет назвать ее сучкой, даже я.       Мы вместе вышли с комнаты. Маша немного остановилась и погладила живот.       Наверное, ей сейчас непривычно.  — Может, тебе принести выпить?  — Мне не очень хочется, — скудно ответила девушка, — нужно найти ребят.       Как подтверждение этому из зала донёсся девчачий крик и какой-то громкий звук. Мы переглянулись с Машей и побыстрее спустились по лестнице.  — Козел! — Брэндон вдарил Джастину.       Что он тут делает? У него же конкурс? И какого, мать твою, хрена тут оказался этот дылда со своей шайкой. Мишель? Она тоже здесь? Черт, столько много вопросов, что мне хочется вдарить кому-нибудь из-за переполнявших во мне эмоций. Маша сразу же обогнала меня побыстрее к парням. Как я и думал, она обязательно влезет.  — Что за нахрен? — Ругнулась Маша.       От той сексуальной девочки минутами ранее ничего не осталось. Она закатала рукава на своей большой майке и встала посреди парней.  — Ещё раз… — Начала угрожать пальцем девушка Джастину.  — Пошла нахер, — плюнул в пол танцор и хотелось толкнуть ее, но она оказалась быстрее и вдарила ему.       Охренеть. Что за Мортал Комбат? И почему этот хрен оскорбляет ее? Я спустился быстрее и тоже полез в драку. Джастин отшатнулся от удара девушки, но его глаза выдавали продолжения. Продолжение не с Брэндоном, а с Машей.       Пусть только попробует тронуть ее. Она всегда права, а не этот козел.       Я пошёл на опережение Брэндону и толкнул Джастина в гарнитуру. Толпой на одного нехорошо, но этот кабель должен получить по заслугам. Я все ещё помню ту смутную историю с контрактом. Какая бы Мишель шлюхой не была, так с девушками поступать нельзя, а он лидер команды, поэтому ответит за все хорошее.  — Чмошник, ты сранный чмошник! — Начал кричать на английском Брэндон. Я немного отодвинул Машу и танцора и схватил за воротник Джастина.  — Тебя учила мама, как нужно обращаться с девушками? — Прошипел я.  — Да она шалава, мне не жалко, — заметный американский акцент вырвался у него из уст, и я разозлился ещё больше из-за его национальности. Чертов америкашка. Не выдержав, я ударил его и бросил на пол.  — Вали нахрен отсюда, придурок! — Крикнул я и ударил его ногой.       Драки точно не мой конёк, но он слишком сильно злит меня.  — А что, влюбился в неё? Защищаешь какую-то наркоманку? Мне все про вас Мишель рассказывала, отбросы, — продолжал подливать масло в огонь танцор.       Я не поведусь на эту провокацию. Он манипулирует моими эмоциями, чтобы я опустился в глазах наблюдателей.  — А ещё я трахал Машу.       Это было завершение его слов на сегодня.