Вино и устрицы

      Война не заканчивается в одночасье. Её корни прорастают настолько глубоко, что порой битвы не на жизнь, а на смерть происходят как-то незаметно, и затем просто растворяются так, будто их никогда и не было во времени.       Война между ангелами и демонами, незаметная и потому неинтересная человечеству, официально была закончена ещё пару дней назад, но битвы, вспыхивающие то тут, то там, поражая поднебесье, до сих пор проходили с завидной регулярностью. Эта битва должна была стать особенной для обитателей Ада. Так сказать, последний рывок, совершаемый злыми силами, после которого они грозились уйти на покой.       С первыми раскатами вечернего грома в небо были посланы несколько проверенных временем, демонов с единственной целью: поймать ангела и утащить его в Ад. Вивьен и Кроули были в числе этих демонов. Тучи скрыли их появление от людей и позволили безнаказанно подняться в небо в поисках жертвы, что не заставила себя ждать. Ангелы, с пылающими мечами, уже поджидали демонические силы, готовые отразить нападение. Кроули и Вивьен решили действовать в команде, как поступали немногие из демонов, сражаемые гордыней. Они встретили одного из ангелов на горизонте с полуулыбкой и подмигиванием, ознаменовавшим начало жестокого боя. Защитник небес поднял меч, отвечая готовностью.       Волна за волной. Удар за ударом. Первые порезы и ожоги. Первая кровь, льющаяся тонкой струйкой по телу. Режущий воздух меч ангела, с каждым разом поднимающийся всё медленнее и тяжелее. Каждый взмах крыльев становится усилием воли. Свинцом наливается искалеченное тело от непрекращающихся нападений. Два неразличимых в мраке демона парят неподалеку, переводя дыхание для следующего рывка. Силуэтами их грудь высоко вздымается в такт с покачиванием крыльев. Лишь глаза подсвечиваются белым пламенем отражаемой молнии, рассекшей небо.       Тело ангела покрыли глубокие разрезы когтей; бордовая кровь густеет, перемешиваясь с дождём, стекает по доспехам, впитываясь в тряпки, проникает в ложбинки, не успевая засохнуть, вымываемая новыми струями. Ангел уже не чувствовала ног и рук, они как-то странно затвердели и покрылись фиолетовыми разводами, не оставлявшими более человеческого цвета кожи. При каждом новом ударе, как и при каждом нападении, тело будто разрывается на части от новой невыносимой боли. Но она могла соображать, могла бороться, что и доказывала из раза в раз, поднимая пламенеющий меч. Казалось, с начала битвы он потяжелел раз в десять. Руки ныли, натужно поднимая над головой огромный груз. Ангельские возгласы и молитвы останавливались в поднебесной черноте облаков, мешаясь со звуками дождя и грома.       Люди, под гремящим, трясущимся и сверкающим куполом, спешили поскорее убраться с улицы, не замечая маленькой трагедии, что свершается за облаками-кулисами. Подобно картине «Падение Икара» Питера Брейгеля, в земной человеческой суете скрылась от взглядов великая трагедия — убийство ангела двумя демонами.       Внезапный удар пришелся в область исполосованной спины. Мерзкий смех, смешиваясь с криком боли, раздался у самого уха на пару секунд и умчался в черную массу облаков. Еще один смешок и вновь удар. Треснула до того нетронутая голова. Ангел почувствовала, как теплая струйка начала сочиться по правой части лица. Перед глазами все поплыло, свет беспорядочно мерцал где-то в неопределимом пространстве. Сверкнула молния, озаряя окровавленного демона в паре метрах. Его острые крылья в очередной раз распахнулись, обнажая уязвимое в данный момент тело, покрытое ожогами и надрезами. Ангел грезила наяву, ей показались знакомы эти черты лица, эти рыжие и отяжелевшие от влаги волосы. Ведение не хотело оставлять ее, как бы ангел не пыталась вытряхнуть его из головы. Она, словно завороженная, пыталась вглядеться в создание тьмы.       Минутного промедления мысли более чем хватило на то, чтобы второй демон выбил из ее рук меч снова, только вот в этот раз ангел не успела его ухватить. Противник на секунду пропал из виду, а затем, выпорхнув из ниоткуда, ударил по правому виску. Голова показалась ангелу легкой, словно перышко. Свет медленно потухал. Крылья вздрогнули от боли, расправились во всю ширь в последний раз, образуя невероятных размеров ореол, потерявший прежнее небесное сияние, и не в силах больше сдерживать нападение сдались, обрекая свою хозяйку на погибель. Тело камнем бросилась вниз. Ангел теряла остатки сознания. В предсмертных видениях вокруг нее мчались грозовые черные облака, мешаясь с каплями дождя и где-то там, будто в далеком прошлом, звучали два встревоженных и напуганных голоса, произносимые интонацией материнских упреков. Они проносились мимо с заглушающим все остальное свистом, уносящим весь мир в единую черную воронку. — Держи ее! — кричал озадаченный и взволнованный голос служителя Ада.