Фалкрам

15 дбя, Тид, столица Набу.

На улицах Тида царила солнечная погода. Светлые здания отражали яркие лучи, создавая игривые тени на изысканных улочках. Консул, облачённая в одежду мириаланки, не спеша двигалась по улице. Её лицо было скрыто под непроницаемой вуалью, что придавало ей загадочный вид, но могло привлечь ненужное внимание. Однако это было гораздо лучше, чем оставлять вероятность быть случайно опознанной. Гробница Падме Амидалы находилась на берегу озера, скрытая среди зелени и цветов. Её величественный фасад, выполненный из светлого камня, был украшен резьбой, изображающей сцены из жизни сенатора. Высокие колонны поддерживали арку входа, создавая атмосферу священности, окутанную лёгким ароматом цветов, растущих в округе. У ворот гробницы Консул встретила караульного. Он, зная, что должна прийти женщина, внимательно посмотрел на неё и сообщил командиру, лейтенанту Тиру Тасконну, о её прибытии. Уважительно кивнув, караульный остался на своём посту, готовый выполнить приказания. Войдя внутрь, Консул оказалась в длинном зале, обрамлённом колоннадами по бокам. Мягкий свет струился от небольших светильников, создавая игру теней на мраморных плитах, а звук струящейся воды из фонтана, расположенного в центре, придавал помещению таинственную атмосферу. Следы в Силе пришлось искать в присутствии штурмовиков. Они не могли покинуть свои посты и были вынуждены оставаться на местах. Инквизиторша ощущала давление их окружения, словно тяжёлое облако, нависшее над ней. Их настороженность и готовность к действию заставляли её ещё больше сосредоточиться на своих ощущениях. К большому разочарованию следов не обнаруживалось. Консул медленно направилась к саркофагу сенатора в конце зала. По дороге она провела рукой по нескольким колоннам, ощущая холодный, гладкий камень. Арт на колоннах, каждая из которых рассказывала свою историю, напоминал о долгом наследии Наберри. Безрезультатный поиск следов омрачал мысли. Взгляд Консула наконец сфокусировался на саркофаге. Он был обрамлён изысканными узорами, которые притягивали взгляд, словно напоминая о том, что жизнь Падме была полна света и смелости. Инквизиторша сделала шаг вперёд, однако единственным, что она уловила в этот момент, - это слабое свечение, оставшееся от Вейдера месяц назад. Свечение было столь незначительным, что Консул не могла даже ощутить настроение своего начальника. Она понимала лишь то, что он действительно был здесь. Его следы, как тени, уходили, не оставляя надежды на ответы. Консул остановилась перед саркофагом, и внутри неё возникла мрачная неопределенность. Вейдер, безусловно, был здесь, но зачем? Осознание того, что ей придётся работать в условиях такой неизвестности, угнетало её. Вернувшись в свои апартаменты, инквизиторша погрузилась в глубокие размышления о том, что было не так с происходящими событиями. Посещение гробницы Падме произвело на неё сильное впечатление. Каждый момент, проведённый там, оставлял неприятное чувство неразрешимости ситуации. Вейдер и Палпатин, безусловно, что-то скрывали. Воспоминание о слабом свечении, возвращалось к ней снова и снова. Почему именно Вейдер оказался так близок к этому месту? Её интуиция подсказывала, что между ним и Падме существовала некая связь, более глубокая, чем просто защита или уважение к сенатору. Консул не могла не чувствовать, что этот скрытый аспект их общения был важен. Как много она знала о сенаторе? Ей было известно что Падме была выдающимся политиком, но в тех уголках, что затеняли её жизнь, похоже скрывалось нечто большее. Может быть, именно это и послужило причиной для покушения? Одно невозможно было отрицать: эта история не даст покоя. Император явно знает больше, чем говорит. Он не запретил ей исследовать гробницу, подвел ее к определенным действиям, после чего оставил за собой лишь тень загадки. Как и всегда, он не раскрыл всех карт. Что ещё в его планах? Какова настоящая цель? Консул понимала, что чтобы распутать этот клубок тайн, ей нужно собрать больше информации о Вейдере и Падме. Понять, что действительно связывает их. Эти размышления были лишь началом её пути к раскрытию правды, но она осознавала, что должна действовать осторожно, чтобы не привлечь ненужное внимание. ****** В тронном зале дворца Тида Консул настойчиво обдумывала, как начать свой доклад. Её сердце колотилось в ожидании встречи с Императором. У него всегда была способность видеть дальше обычного, и ей нужно было быть осмотрительной. — Ваше Величество, — произнесла она, склонившись в поклон. — Я посетила гробницу Падме Амидалы и обнаружила важную информацию о связи Вейдера и сенатора. Император, оставаясь неподвижным на своём троне, поднял бровь в знак интереса. — Продолжайте, Консул. — Между Вейдером и Падме существовали близкие отношения, — начала она. — Его присутствие в гробнице не могло быть случайным, и это подводит меня к мысли о том, что он может быть связан с недавними событиями. Палпатин усмехнулся, но его выражение лица оставалось серьёзным. — Это всего лишь простое обстоятельство, Консул. Вейдер и Падме действительно были близки при ее жизни. Но я настоятельно предостерегаю вас: не пытайтесь углубляться в личность Вейдера. Эта тайна имеет гораздо больший приоритет, чем расследование нападений на имперские базы и саму гробницу. — Но, Ваше Величество, — возразила она, — не может ли быть так, что связь Вейдера с Падме и есть прямая причина нападений? Император, не меняя своего спокойного тона, утвердительно кивнул. — Джедай, которого мы ищем, знал об этой связи. Он наносит удар мне через ученика. Оби-Ван был другом Амидалы и мог знать о её личной жизни. Но тот, кто напал на нас на Набу, не Оби-Ван; это не в его стиле, играть на струнах чувств. Консул немного помедлила, осмысливая это. — Энакин Скайуокер? Он был учеником Оби-Вана, дружил с ним, мог многое знать, и вполне способен на подобное нападение. Император нахмурился, его голос сделался словно лед. — Скайуокер был застрелен клонами ещё четыре года назад в Храме Джедаев. Его время прошло. Инквизиторша почувствовала, как холодок пробежал по спине. Однако Император, заметив её волнение, быстро разрядил атмосферу. — Не нужно бояться, дитя, — произнёс он с лёгкой улыбкой доброго палача. — Я сам узнаю у Вейдера, кто мог знать о его связи с Амидалой. Возможно это откроет недостающие детали, которые мы еще не знаем. Консул кивнула, почувствовав облегчение от доверительного тона Палпатина. Император умел располагающим образом повлиять на сложную ситуацию. Но всё же мысли о том, что могло произойти, не оставляли её. — Благодарю вас, Ваше Величество, — произнесла она, сдерживая напряжение. — Я понимаю, что эта тайна требует деликатного подхода. — Именно так, — подтвердил Палпатин, его тон стал снова серьёзным. — И помните, что знания, которые мы можем получить, могут повлиять на всю нашу стратегию. Джедай и его потенциальные связи могут стать ключом к раскрытию планов врага. Консул вновь ощутила прилив решимости. Она знала, что каждый шаг Императора основывался на его глубоком понимании Силы и мастерстве политических манёвров. В этой игре ей также придется проявлять хитрость и осторожность. — Я буду в ожидании ваших указаний, Ваше Величество, — закончила она, чувствуя, как волны тревоги медленно уходят. Палпатин кивнул и, сделал жест, что более не задерживает. ****** Император восседал на престоле королевы Кайланты, его тень покрывала пол, когда Вейдер вошёл в тронный зал. — Лорд Вейдер, — начал Палпатин, его голос был низким и едким, — мне нужно обсудить с тобой странное нападение, которое произошло на склеп Падме Амидалы. Вейдер остановился, его дыхание стало более напряжённым. — Нападение на гробницу? — произнёс он, удивлённый, и в его голосе прозвучали глубокие тени тревоги. — Я не слышал об этом. Император прищурился, его глаза блеснули под светом зала. — Да, это произошло сразу после атаки на базы. И учитывая обстоятельства, я могу предположить, что организатор нападения знал о вашей связи с Падме. Вейдер сжал кулаки, его лицо стало холодным. — Я не могу сказать, что кто-то из живущих осведомлён о наших отношениях. Это было личное, сокрытое от всех. — Ты уверен, что никто не подозревает? Даже среди тех, кто был рядом с вами? — Я был осторожен, — резко ответил Вейдер. — Мы всегда оставались в тени. Никому не было известно о нашей связи. — Но я знаю, что враг, способный на такое, мог использовать информацию против тебя, — подчеркнул Палпатин. — Если организатор нападения действительно знает о вашей связи, это делает ситуацию гораздо более опасной. Вейдер почувствовал напряжение, но удержал взгляд на Императоре. — Понимаю, Владыка. Я извещу вас, если получу какую-либо информацию о том, кто мог знать. — Отлично, — сказал Палпатин, — но будь настороже. Если у врага была информация о вашей связи, это может служить ключом к твоим слабостям. Вейдер кивнул, погружаясь в размышления о словах Императора. Он знал, что в его и Падме прошлом скрывалось больше тайн, чем он готов открыто показывать. Эти тайны могли представлять серьёзную опасность, если бы попали в руки недоброжелателей. Император, повернувшись к Вейдеру, произнёс сдержанно: — И да, Лорд Вейдер, ты не будешь устраивать собственное разбирательство с караульной командой склепа. Нынешние обстоятельства нуждаются в тонком подходе, а не спонтанных действиях. Вейдер, склонив голову, сдержал свой гнев. — Я совершенно понимаю, Ваше Величество, но этот случай требует... — Что-то иное. — Палпатин прервал его. — Я приказываю тебе продолжить дознание гарнизонов баз. Необходимо сосредоточиться на выявлении возможных изменников там. — И что же будет с расследованием в гробнице? — спросил Вейдер, его голос был полон напряжения. — Консул проведёт полное расследование событий в склепе, — ответил Император, его тон стал непреклонным. — Она будет действовать с единственной целью — найти организатора нападения. Вейдер, чувствуя, что его терпение на исходе, проскрежетал. — Вы уверены, что она не будет угрожать мне? Палпатин усмехнулся, его голос был наполнен спокойствием. — Нет, лорд Вейдер. У Консула нет никаких других мотивов, кроме поиска джедая, стоящего за нападениями. Как только этот джедай будет найден, тебе будет позволено разобраться с ним. Но только после полной серии допросов, которые я проведу лично. Не забывай об этом! Вейдер, осознавая мудрость Императора, кивнул. — Как вы желаете, Ваше Величество. — Хорошо, — произнёс Палпатин, подавая знак, что разговор завершён. — Не забывай, мой ученик, что настоящая сила в терпении и расчёте. Ожидание может завести нас гораздо дальше, чем спешка. Вейдер вышел из зала с новыми мыслями, понимая, что сейчас ему нужно контролировать свои эмоции и сосредоточиться на своих прямых обязанностях.