Говорящая с призраками

Хлопнула дверца машины. Рейлинн потянулась, глубоко вдыхая прохладный лесной воздух, радуясь, что наконец покинула салон. Их невообразимо долгая, по крайней мере по её ощущениям, поездка подошла к концу. Отвернувшись от надоевшей дороги, оставшейся позади, Рейлинн залюбовалась возвышающимся над ней лесом. Было решено отъехать подальше от дороги, чтобы потом не пришлось долго искать машину. В лес вела небольшая дорога, видимо, они не единственные, кто приезжали сюда. Проехав по ней несколько метров, они остановились на развилке, наугад выбрали одну из дорожек. Однако, и по ней проехали совсем недолго: вскоре тропу перекрыли деревья, и Клаусу пришлось остановиться. Ей не терпелось отправиться в глубь леса, где со всех сторон будут окружать раскидистые деревья, а их густо переплетённые кроны, будут создавать над головой природный шатер. А ветер будет играть в её волосах, словно обрадовавшись редкой посетительнице. Налюбовавшись привычной, но от того не менее завораживающей лесной красотой, Рейлинн перевела взгляд на Клауса. Она ожидала обнаружить его скучающим в машине или с телефоном в руках, но к её удивлению, всё это время он наблюдал за ней. — А что ты будешь делать, пока я собираю травы? — подавив неловкость, поинтересовалась ведьма. Она надеялась, что ей удастся хоть немного побыть наедине с собой. К тому же, не хотелось ещё час тратить на объяснение, что конкретно нужно собрать. — Вздремну, — Клаус усмехнулся, проводя рукой по волосам, и Рейлинн лишь сейчас заметила, каким уставшим он выглядел, — бессонные ночи даже вампиру не идут на пользу. —Хорошо, — она отступила и тут же чуть не споткнулась об какую-то корягу под то-ли ехидным, то-ли заинтересованным взглядом Клауса. Хотя вполне возможно, это был его издевательский взгляд, Рейлинн тяжело давалась их классификация, — Тогда я пошла, — сказала она, взяв с собой список и сумку. Клаус улыбнулся и кивнул, его глаза следили за ней, пока она не скрылась за деревьями. Он вернулся в машину, но вопреки собственным словам, ещё долго не мог уснуть, всматриваясь в глубь леса, даже когда Рейлинн исчезла из его поля зрения. Ведьма же продолжала всеми силами пытаться избавиться от мыслей о Клаусе. Его стало слишком много в её жизни. И если поначалу она не так уж и много думала о нём, к тому же все мысли имели негативную окраску, то сейчас было что-то ещё. Что-то, чему она не могла дать точное название. Возможно, интерес? Не каждому дан шанс встретить тысячелетнего первородного гибрида, который, кажется, больше не намерен тебе вредить и даже идёт на контакт. О стольком хочется спросить, узнать о прошлом, послушать размышления того, кто застал целые эпохи. Однако, к Элайдже она того же интереса не испытывала. Ответ на вопрос, почему же Клаус заполонил её мысли, напрашивался сам собой, но Рейлинн пока не была к нему готова. С головой окунувшись в поиск необходимых для заклинания трав, Рейлинн наконец почувствовала долгожданное облегчение. Сейчас существовали лишь этот на удивление тихий лес и список. Ведьма сконцентрировалась на главной задачей, и все мучающие неопределённостью мысли покинули её. Рейлинн ловко и легко находила нужные растения, монотонно срывая их и погружая в сумку одно за другим. Увлечённая сбором трав, она совсем не замечала за собой, что заходит всё дальше в лес. Дальше, чем они с Клаусом ранее договаривались. Даже когда сумка оказалась переполнена, что-то продолжало затягивать ведьму в глубь леса. Время словно застыло, а возможно такого понятия и вовсе никогда не существовало здесь. Стемнело. Не было шума птиц или мелких грызунов. Не было ветра. Лишь трава шуршала под ногами Рейлинн. Неосознанно ноги вели её к неизвестной постройке, скрытой густыми ветвями. Каждый новый шаг словно отделял её от мира за пределами леса. Рейлинн медленно шествовала, даже не заметив, как уронила сумку по пути. Загипнотизированная она шла навстречу зову и внутри всё сильнее ощущалась необъяснимая тяга к чему-то тёмному, скрытому в глубине леса. Не осозновая, не помня себя и не ведая, что происходит, она приближалась к этой загадочной постройке. Всё её существо было охвачено ощущением, что она должна туда попасть. Когда она почти завершила свой путь и её руки легли на ветви, чтобы наконец увидеть, что они за собой скрывают, её сознание окончательно померкло. Всё вокруг исчезло, растворилось во тьме, кроме деревьев, которые скрывали то, что звало Рейлинн. Она почти избавилась от мешающих ветвей, но её вдруг схватили за плечи. Это был Клаус. Его глаза горели яростным огнём, когда он развернул ведьму к себе. — Какого чёрта ты творишь? — спросил он, сжимая её плечи, — Я час бегаю по лесу с криками «Ау-ау», думаешь, это смешно? — увидев, что Рейлинн никак не реагирует на его крики, Клаус хорошенько встряхнул её, — Да что с тобой? Только после этого она очнулась. Взгляд её заметался испуганно по всему лесу, не останавливаясь на чём-то конкретном, а на лице застыла растерянность. Клаус понял — что-то здесь не так. В его глазах мелькнуло опасение, всё ещё не решаясь отпустить ведьму, словно боясь, что она исчезнет, он осторожно спросил: — Рейлинн, что с тобой? — Как я здесь оказалась? — Клаус отпустил её, и Рейлинн тот час сделала пару шагов назад, — Почему я здесь? — Ты меня спрашиваешь? — Клаус развёл руками. Он всё ещё выглядел недовольным, но прежней злости больше не было, — Я надеялся, ты меня просвятишь. — Я не знаю, — произнесла она дрожащим голосом на грани слышимости, — Я собирала травы в нескольких метрах от машины, а потом вдруг почувствовала, как ты трясешь меня за плечи, и оказалась здесь. Клаус смотрел на неё с удивлением, если не сказать что с тревогой. Не желая провоцировать у неё ещё бóльший испуг, он осторожно отступил назад, чтобы дать ей больше пространства, и спросил мягко, словно успокаивал раненое животное: — Так ты сама пришла сюда? Или кто-то тебя подтолкнул? — Рейлинн вновь перевела на него растерянный взгляд, — Постарайся вспомнить, дорогуша, это важно. Рейлинн закрыла глаза и сделала глубокий вдох, стараясь сосредоточиться. Всё в её сознании было размытым, отказывалось собираться в общую картину. Однако, когда Клаус дал ей необходимую сейчас тишину, она смогла уловить кое-что. Ощущение чужого присутствия. Рейлинн постаралась ухватиться за него, но оно ускользнуло столь стремительно, что и возникло. — Я… не знаю, — снова прошептала она, покачав головой, — Что-то манило меня сюда. Но что именно я не знаю. Я словно шла на зов. Клаус взглянул на деревья, на те самые густые ветви, которые возможно и скрывали причину беспокойства Рейлинн. Открыв глаза, ведьма проследила за его взглядом. — Клаус? — Мне не нравится подобное состояние у ведьм, — он обвёл взглядом лес, прислушался, — И эта мёртвая тишина. Здесь нет ни единого звука, кроме нашего дыхания и сердцебиения. — Ты прав, — Рейлинн развернулась и направилась в ту сторону, откуда они с Клаусом пришли, — поэтому давай покинем это место как можно скорее. — Я хочу понять, что именно тебя сюда привело. — Ты издеваешься? Проигнорировав её, Клаус поправил сумку у себя на плече. Только сейчас Рейлинн заметила, что она всё это время была у него. И пока она не начала его отговаривать, Клаус сдвинул мешающие ветви в сторону. Рейлинн инстинктивно слелала шаг назад, но как оказалось, зря. Их взору предстала ветхая постройка. Полностью изготовленная из дерева, она была похожа на подставку для чего-то. Чем бы оно не было, но его окружали высокие столбы, покрытые непонятными символами, вырезанными на поверхности. Местами было видно, что эти столбы раньше были красными, но за много лет краска осыпалась. Постройка выглядела древней, брошенной много лет назад. Клаус остановился, оглянулся и встретился глазами с Рейлинн. — Не бойся, кажется, я знаю, что это. Подобные сооружения строили шаманы, чтобы защищать ту или иную территорию, — сказал он спокойно, — Но это место давно заброшено. Видимо, тот, кто следил за этим местом, покинул его, но магия ещё не исчезла окончательно. — Если должно защищать, то почему заманивало меня? И зачем защишать от меня что-либо? Я не собиралась вредить. Клаус пожал плечами. — Видимо, здесь выход из леса. Кто бы это не построил, он хотел, чтобы ты ушла, — он указал на сумку, — и чтобы оставила то, что не принадлежит тебе. — Травы? — Шаманы всегда терпеть не могли, когда белые люди что-то брали от леса. Должно быть, поэтому тебя и прогоняли. — Но на тебе морок не сработал. — Так я ничего и не брал, — Клаус развёл руками. Рейлинн перевела взгляд на сумку, первородный закатил глаза, –Ну значит, на меня оно ещё не начало действовать. К тому же, я хотел забрать тебя отсюда, наши мысли были схожи. — Значит, мы не сможем забрать необходимые растения? — Сможем, но только через подношения, — он указал на то, что Рейлинн ошибочно приняла за подставку, — Надо оставить что-то взамен, тогда мы беспрепятственно покинем лес. Клаус высыпал горсть конфет, которую откопал в карманах своей кожанки, Рейлинн же нашла семена, которые хотела посеять в оранжерее Майклсонов. Какое-то время они ждали. Сами не знали чего, знак одобрения или наоборот. Но когда ничего не произошло, решили, что подношение принято и направились к выходу из леса. Чем дальше они уходили, тем легче становилось Рейлинн. Она словно только сейчас вновь задышала полной грудью. Тревога спáла, и ведьма даже рассмеялась, вызвав недоуменный взгляд у первородного. — Просто подумала о том, — поспешила она объяснить, пока он не принял её за сумасшедшую, — что мы сами себя напугали. Так нелепо. — Точно, — он улыбнулся и даже проявил небывалое великодушие, не став поправлять её или указывать на то, что напугана была только Рейлинн, — будет нашим секретом. — Договорились, — она протянула ему руку, и Клаус, хоть и опешил от этого жеста, пожал её, пока Рейлинн не передумала. Какое-то время они шли молча, освещая себе путь фонариками на телефонах. Хоть и был ранний вечер, но здесь в окружении деревьев с трудом можно было разглядеть дорогу. — Думаю, если поедем сейчас, то приедем даже до рассвета. — Лучше остановимся в ближайшем мотеле. Ты устала, я устал, — он поморщился, — Так и не смог поспать. А утром отправимся домой. — Думаю, ты прав, — Рейлинн еле удержалась, чтобы не закатить глаза на тихое, но от того не менее самодовольное «я знаю» от Клауса, — К тому же, я жутко голодна. Сколько ехать до мотеля? — Примерно час. Добравшись до машины, Рейлинн и Клаус радостно представляли, как покинут уже не кажущийся таким дружелюбным лес и окажутся в мягких постелях. Но когда Клаус попытался повернуть ключ зажигания, мотор не сработал. — Что за… — он нахмурился, еще раз пытаясь завести машину, — Не может быть. С ней всё было нормально. Рейлинн подошла поближе, чтобы посвятить, пока Клаус копался в машине, проверяя приборы. Но аккумулятор был полностью разряжен. — Без магических причин такое возможно? Клаус покачал головой, и это было последнее, что Рейлинн увидела, перед тем, как погас фонарик. Ведьма попыталась включить телефон, и, судя по ругательствам со стороны Клауса, он делал то же самое. — Бесполезно. Рейлинн почувствовала, как внутри поднимается тревога. Она пыталась понять, что происходит. Всё было идеально: и аккумулятор, и телефоны работали вчера, когда они приезжали сюда. Они стояли возле машины в тишине, пытаясь найти хоть какое-то объяснение происходящему. — Это из-за того шаманского сооружения? — Понятия не имею. Кто из нас двоих ведьма? — уязвленная, Рейлинн хотела было сделать ответный выпад, но Клаус её перебил, — Неважно, пойдём вдоль трассы пешком. Найдём какую-нибудь деревню или пригород, там возьмём машину и уедем. — Хороший план. Но вместо того, чтобы привести этот план в исполнение, Клаус неожиданно напрягся, прислушиваясь к окружающей тишине. Внезапно он услышал чьи-то голоса, доносящиеся издалека. — Ты слышишь? — прошептал он, наклонившись к Рейлинн. Девушка прислушалась, но как ни старалась, всё, что она услышала, — это шумное дыхание Клауса над ухом и собственное сердцебиение. Она покачала головой, пробормотав о том, что ничего не слышит. В ту же секунду она почувствовала, как тёплые пальцы Клауса сжимают её ладонь. Первородный повёл её в лес. — В этой части леса, если идти по другой тропе, кто-то есть. Подойдём поближе. Бесконечно долгие минуты Клаус тащил её за собой по лесу. Всё это время Рейлинн старалась расслышать хоть что-нибудь, но либо люди были очень далеко, либо шелест травы и опавших листьев под их ногами перебивал любые звуки. Когда Клаус наконец остановился, Рейлинн врезалась в его спину. Смущённо отступив, спросила: — Почему мы остановились? — Хочу сначала послушать о чём они говорят, понаблюдать за ними. Нужно убедиться, что мы не идём прямиком в ловушку, — первородный говорил шёпотом, потому Рейлинн тоже перешла на него: — Я всё ещё ничего не слышу, — если бы она могла, то увидела бы как вытянулось лицо Клауса от удивления. — Надо же, совсем позабыл, как слаб человеческий слух. Рейлинн закатила глаза так сильно, словно собиралась разглядеть содержимое собственной черепной коробки. И почему каждый раз, когда она начинала задумываться о том, что Клаус не такой уж и неприятный, он стремился доказать обратное? — Я серьёзно, Клаус. Что ты слышишь? — Пустая болтовня. Вспоминают какой-то случай на студенческой вечеринке. Клаус вновь двинулся вперёд, и только сейчас Рейлинн заметила, что всё это время они держались за руки. Если бы не присутствие первородного, ведьма хорошенько треснула бы себя за то, что такая простая мелочь заставляет краснеть её как восьмиклассницу. Единственное, что её радовало так это то, что Клаус шёл впереди, значит даже несмотря на своё прекрасное зрение, он не видел её пунцовых щёк. Хоть что-то хорошее в сложившейся ситуации. — Должен признать, румянец тебе к лицу, дорогуша, — его ехидный голос вновь прорезал тишину, и Рейлинн устало прикрыла глаза. Сегодня явно не её день. — Далеко ещё? Ответа не последовало, но он был и не нужен. Наконец они наткнулись на скрытые за деревьями проблески света и указатель с надписью «Добро пожаловать». Перед ними раскинулся небольшой городок. Свет фонарей мягко освещал узкие улочки, извивающиеся между старинными домиками. В воздухе витал лёгкий запах древесной коры и влажной земли, однако, атмосфера была далека от уюта тихого городка — всё казалось будто застывшим во времени. Дома выглядели старыми и покосившимися, с деревянными фасадами, покрытыми трещинами и облупившейся краской. Некоторые окна были заколочены досками, а на крышах лежали сломанные черепицы. Всё это смотрелось весьма печально и нагоняло тоску. Площадь, на которой они остановились, была вымощена камнями, покрытыми мхом и лишайником. В центре возвышалась капелла. Надо признать, что в сравнении с остальными зданиями, она выглядела практически безупречно. Неподалёку от неё был неработающий фонтан, у него расположились те, кого по-видимому слышал Клаус. Компания состояла из пяти человек — трое парней и две девушки. Все они выглядели примерно как ровесники Клауса, если, конечно, говорить только о внешних признаках. Видимо заметив их приближение, они отвлеклись от разговора. — Здравствуйте, — парень, который ранее сидел по центру в обнимку с гитарой, вскочил и направился им навстречу, его неряшливые тёмные кудри забавно разлетались на ветру, а дружелюбная улыбка сияла поярче близ стоящих фонарей, — Вы заблудились? В этих местах это не редкость. — Добрый вечер, — Рейлинн крепче сжала руку Клауса, опасаясь, что тот сразу создаст о них не самое приятное впечатление, — Верно, наша машина заглохла, к тому же мобильники разряжены. В этом городе есть механик? — Есть, но… — парень почесал затылок, отведя взгляд в сторону, — боюсь до утра он вашу машину не посмотрит. — Почему же? — вмешался Клаус. — Бухает, — буркнула одна из девушек. — Не припомню, чтобы видел ваш город на карте. — Он маленький и всеми позабый, — парень пожал плечами, — Большинство сейчас тянется в большие города, а тихие и уютные деревни никому не нужны. Печальная истина. Я Карл кстати, — спохватился парень, протягивая руку, — А это мои друзья: Рик, Мэгги, Робб и Кейт, — все они приветственно помахали, но подходить знакомиться не стали. Впрочем, это было и не нужно. — Клаус. — Рейлинн. Рада знакомству, — она взглянула на первородного, — Мы рады. — Заметно, — Кейт всё же подошла к ним, видимо для того, чтобы забрать Карла, — Машину вам сейчас никто чинить не будет, но дальше по улице есть кафе, где можно перекусить, и мотель. Они единственные в городе, не заблудитесь. — А утром я отведу вас к механику, — пообещал на прощание Карл. — Спасибо. Рейлинн и Клаус неспешным шагом направились в указанном направлении, по пути рассматривая всё, на что упадёт взгляд. Город хоть и был очень старым и выглядел так, словно ремонта не было с момента основания, но не был таким пустым, каким казался изначально. В домах мелькали силуэты людей, некоторые сидели на крыльце и курили. Однако, что по-настоящему удивило Рейлинн, так это фонари. Присмотревшись к ним повнимательнее, она обнаружила, что они не электрические. В них горели свечи. Когда она указала на это Клаусу, тот присвистнул. — Лет сто подобного не видел. — Ты почувствовал что-нибудь странное? — Обычные люди. А что скажет ведьма? — Ничего, — она покачала головой, — Я не чувствую магии, но это место всё равно кажется очень странным. Клаус пожал плечами. — Возможно, мы с тобой попали в коммуну. Ну знаешь, общины, чаще всего религиозные, которые уходят из больших городов и играют в средневековье. — Однако, механик у них есть. — Он спился, не считается, — понаблюдав за беспокойством на лице ведьмы, он предложил, — Мы всё ещё можем пойти пешком. — Не стоит. Переночуем здесь. Тот парень был довольно милым, — она поморщилась, — если бы не проблемы с гигиеной, — Клаус вздернул бровь, — Да ладно, ты не мог не заметить. От них всех не несло чем-то. Гнилостный запах. — Не принюхивался. Да и вообще, для деревенщины и это неплохо. Рейлинн фыркнула. — То, что он живёт в Богом забытой деревне, здесь не при чем. Я раньше жила в лесу и… — Молилась колесу? Рейлинн тяжело вздохнула, возведя глаза в небо, словно вопрошая у него, почему она здесь именно с Клаусом. Однако, ответа не последовало. Вместо этого ей на нос вдруг упало что-то мокрое. Затем ещё и ещё. Начался лёгкий дождь, затем вдалеке громыхнуло и полил сильный ливень. Прикрывая себя и Рейлинн своей кожаной курткой, Клаус быстро завёл их в кафе. Он распахнул дверь, скрип которой резанул по ушам больнее расстроенной скрипки, а за ней их встретила не самая приятная обстановка. Едва ли это кафе было лучше того потопа, что происходил снаружи: низкий потолок, покрытый потрёпанными деревянными панелями, едва освещался свечами. Стены были покрыты старыми, выцветшими обоями с узором, который отдалённо напоминал цветочный. В углах стояли старенькие деревянные столики и стулья. В воздухе витал запах пыли, затхлости и лёгкой гари, словно это место давно не проветривали. За барной стойкой стоял мужчина лет сорока, с неопрятной щетиной и немного запылённой кепкой на голове. Он склонился над старым счетом, не обращая внимания на входящих. В углу скрипучие стулья, немного перекошенные, а на полу разбитая плитка, местами треснувшая. Рейлинн никогда в жизни не видела столь ужасного кафе. Клаус нехотя кивнул бармену, официанту и владельцу кафе в одном лице, и направился к свободному столику. Рейлинн последовала за ним. На столе уже лежала старая, потрёпанная скатерть, а в центре стояла свеча, которая почти не освещала пространство. Впрочем, Рейлинн казалось, оно и к лучшему. При ярком освещении она скорее всего обнаружила, что кафе выглядит ещё хуже, чем сейчас. Заказав по кофе, бургеру и картошке фри, они сели, стараясь не обращать внимания на обветшалую обстановку. Клаусу, кажется, это давалось гораздо легче, благодаря тому, что его веселила реакция Рейлинн. Через несколько минут к их столику подошёл тот же мужчина и поставил перед ними полнос с тарелками, чашками и кофейником. Выглядел их ужин не так плохо, как они ожидали. Даже ничего не сгорело. Первым делом Клаус потянулся за кофе. Однако, его лицо быстро приняло страдальческое выражение: то, что лилось ему в кружку крайне сложно было назвать американо. Скорее это была гуща, оставшаяся на дне турки. Пить эту густую жижу никто не стал. Рейлинн собиралась попробовать картошку, как вдруг взгляд ведьмы упал на какое-то движение сбоку и она заметила, как по столу пробежал таракан. Он быстро перебежал с края на край, исчезая в трещинах деревянной поверхности. Клауса и Рейлинн резко отпрянули и уставились туда, где исчезло насекомое. — Какой ужас, — Рейлинн поморщилась, отодвигая от себя тарелку. — Да, белок убежал. Рейлинн смяла салфетку и кинула в первородного, но тот, к сожалению, лишь залился смехом. — Ладно, — отсмеявшись, сказал Клаус, — давай пойдём в мотель. Рейлинн кивнула, и они спешно покинули это забытое не только Богом, но и санэпидемстанцией кафе. Когда они вышли на улицу, дождь всё ещё шёл, но уже не тем беспрерывным потоком, что раньше. Клаус внезапно предался ностальгии: должно быть свою роль сыграло старое обустройство города. Он рассказывал об одном из любимых десятилетий, а именно о двадцатых. Рейлинн слушала его, слегка улыбаясь, ей было легко представить Клауса в той эпохе. Да и Ребекку, которая больно уж часто мелькала в его рассказе, тоже. Ведьма хотела спросить его о жизни в Новом Орлеане, а не Чикаго, но вдруг её отвлекла одна странность: насекомые, в том числе тараканы, тонкой, но яркой на фоне земли дорожкой бежали из города. Она остановилась, подняла руку и указала на поток живых существ. — Посмотри, — Клаус проследил за её взглядом, — Тебе это не кажется странным? — Я тебе о знакомстве со Стефаном, а ты мне про букашек, — он закатил глаза, однако, приглядевшись, продолжил, — Как их много. Погоди, там что, даже тараканы? — Именно. Что могло заставить их бежать в лес из жилых домов? Только если они… — Чем-то напуганы, — закончил за неё первородный, — Возможно. К чёрту механика, уйдём пешком, когда закончится дождь. — Я собираюсь изучить гримуар, — сказала она, не отрывая взгляда, — может, там есть что-то полезное. Клаус остановился и взглянул на неё с интересом. — Про насекомых? — Да нет же. В целом. У меня плохое предчувствие. Было решено всё же остановиться в мотеле до рассвета или, по крайней мере, пока не закончится дождь. Рейлинн и Клаус жутко вымотались за время этой поездки и вряд ли бы сейчас осилили такой длинный путь пешком. Когда они уже почти дошли до мотеля, Рейлинн заинтересовалась высоким деревяный столбом посреди города. К нему крепилось множество указателей: библиотека, мотель, кафе, музей и т.д. Несмотря на всё ещё капающий дождь, Рейлинн вышла из-под навеса и подошла поближе. На старом потрескавшемся дереве, прямо на уровне глаз, было вырезано всего одно единственное слово: «КРОАТОН»