Непростые отношения со скорпионами

      Сейчас, сидя в полном одиночестве, Сасори задумался о том, почему он вспомнил этот момент? Все пронеслось перед глазами в мельчайших деталях: он буквально ощущал на себе прикосновения тонких пальцев девушки. Его передёрнуло.       Сасори еще тогда хотел спросить у Сакуры, в чем она видит свой смысл в жизни. Цель Сасори на ближайшее существование на этой бренной земле была предельна ясна, а вот мотивы Сакуры оставались загадкой, но почему-то сил задать этот вопрос так и не хватило. На самом деле у него было много вопросов, которые он хотел бы спросить, но отчего-то откладывал в дальний ящик и постоянно прокручивал их в голове.       После того легкого поцелуя в лоб Сакура изменилась. Сасори почувствовал это, несмотря на то, что она так ненавязчиво старалась делать вид, будто бы ничего не происходит и всё его сомнения на этот счет ему просто кажутся таковыми. Но он ощущал, как она перестала смотреть ему прямо в глаза, стала часто отворачиваться при разговоре и подолгу молчать. Каждое это мимолётное действие расценивалось как проявление равнодушия, и раз за разом тело Сасори пронзало тысячей острых иголок, и каждый новый вдох давался с нестерпимой болью. Взгляд Сасори мгновенно становился хрустальным. Без сомнения, если бы Сакура захотела разбить ему сердце, она стала бы единственным человеком, которому это удалось. — Давно тут сидишь? — Сакура появилась за его спиной практически бесшумно, заставив его резко обернуть голову на звук.       Сакура смотрела на него сверху вниз, а Сасори так невзначай сравнил ее с бутоном розы после дождя. Она покрепче затянула халат, её лоб и щеки имели розоватый оттенок, что выглядело чертовски мило. Сакура, наклонив корпус в бок, сушила волосы полотенцем, пока маленькие капли воды стекали с её шеи вдоль ключиц прямо в ямку между грудей. Сасори любовался этим видом, словно Сакура была величайшим творением, истинным воплощением искусства. — Ну да, прилично, — бросил он, поднимаясь во весь рост, и смущенно отряхнулся от пыли. — Ты не замёрзнешь? Давай закрою дверь? — Не нужно, на улице прекрасная погода. Ты же видел внутренний дворик?       Сасори кивнул. — Там очень красиво. — Не хочешь вечером туда сходить? — Это что, свидание? — ухмыльнулась Сакура, по-видимому забыв тот неловкий момент, что случился между ними около получаса назад, и сейчас чувствовала себя крайне уверенно.       Изначально, когда она только встретила его в первый раз, когда он чуть не упал прямо ей в руки, она была обеспокоена и совершенно не задумывалась о том, кто он такой. Даже сразу не заметила облака, о которых слышала только мельком, на его плаще. Уже позже Сасори вызвал у неё неподдельный интерес, подкрепленный возможностью узнать что-то об его организации.       Вернувшись в Коноху, она резко ощутила, будто бы её окунули в чан с водой — в память врезался тот самый плащ с красными облаками. Сакура буквально спасла жизнь члену Акацки, мило с ним побеседовала, и он как ни в чем не бывало помог собрать ей те чертовы травы. Уму непостижимо, что она могла вляпаться в такую темную историю, и уж тем более погрязнуть в ней с головой. — Может быть, — Сасори развернул голову на девяносто градусов, уставившись в какую-то картину с подсолнухами, — может быть и так. — Почему тогда ты меня просто не убил? — резко спрашивает Сакура, заставляя Сасори в недоумении перевести на неё взгляд. — Зачем ты это спрашиваешь? — Хочу знать, — она наклоняет голову, чтобы опустить все волосы вниз, после чего закручивает их в полотенце и поднимает голову, завернутую в самодельную чалму. — Ответь. — А зачем? — спустя паузу ответил Сасори. — Ты просто обычная девчонка, которая собирала какие-то цветы, никого не трогала, мне за тебя не платили, убить ты меня тоже не пыталась. Более того — ты помогла мне, — Сакура внимательно слушала его ответ, будто бы делая заметки у себя в голове. — Да и я был тогда не в лучшем состоянии для драки, верно? Просто было иронично, что мы встретились потом еще раз. Я был уверен, что тебя больше не увижу. — Судьба? — Возможно, — равнодушно бросает Сасори, обойдя Сакуру и плюхнувшись на диван позади неё. — Ты бы расстроился, если бы мы больше не встретились? — она стоит спиной, не спеша разворачиваться. — Глупый вопрос, Сакура, — хмурится Сасори. — Если бы не встретились тогда, я бы забыл о тебе и всё сложилось бы по-другому. Как я могу расстраиваться, не зная, что могло бы случиться так, как случилось?       Сакура молчит. Явно не тот ответ, который она ожидала услышать. С того самого дня, когда во время её тренировки они случайно пересеклись в лесу, не так далеко от стен Конохи, она начала задаваться вопросом: как он к ней относится? Их встреча была не столь длинной, но за тот небольшой промежуток времени Сасори успел несколько раз поблагодарить её, спросил рецепт того чая, который избавил его от головной боли, похвалил силу её удара, отбросил пару ехидных шуточек, чтобы разрядить обстановку, и предложил встретиться еще раз там, где она захочет. Сакура тогда не на секунду не задумалась. — Хорошо, — Сасори тяжело вздохнул, и его голос резко потеплел, — идем сюда.       Сакура нехотя присела на противоположный край дивана, обхватив колени руками, и положила голову на спинку, устремив свой взгляд на Сасори. — Знаешь, единственное, что меня расстраивает, это то, что я не встретил тебя раньше.       Сакура резко вскидывает брови, спеша заправить волосы за ухо, чтобы скрыть свое смущение, но получается у неё это не так хорошо, как хотелось бы. — Зачем ты это делаешь? — спрашивает она, упираясь подбородком в согнутые колени. — Делаю что? — Смущаешь меня.       У Сасори вырывается смех. — Я не ставлю своей целью смутить тебя, я просто говорю правду. Могу я спросить у тебя кое-что? — Конечно, — она выпрямляется и передергивает плечами, — что ты хочешь узнать? — На самом деле у меня много вопросов к тебе. — Заинтриговал, — она начинает ёрзать в нетерпении, — я слушаю. Давай по порядку. — У тебя есть любимые цветы? — Хм, — Сакура всерьёз задумывается, перебирая в голове все возможные варианты ответа, попутно пытаясь не показаться слишком банальной и очевидной, и смущенно спустя паузу произносит: — наверное, акации. — Интересный выбор, — Сасори наклонил голову на бок, вглядываясь в глаза девушки, чтобы понять, почему именно такой ответ она решила озвучить. — Распустившаяся акация – символ целомудренности и одиночества. На языке цветов акация олицетворяет сожаление и признание своих ошибок. Тот, кто дарит акации, будто бы говорит: «Пожалуйста, вернись, ты – лучшее, что было в моей жизни». — Откуда ты всё это знаешь? — Сакура явно была поражена услышанным, но вместе с тем впечатлена такими познаниями Сасори в этой области. — Читал об этом на досуге. — А у тебя есть любимые цветы? — Орхидеи. — А что они означают? — Ничего особенного, — отмахнулся Сасори, — их принято дарить только тому человеку, которого ты искренне любишь.       Сейчас этот неприступный, как китайская стена, кукловод раскрывался для девушки с другой стороны, которая ранее была скрыта. Рассказав об этом, Сасори открылся перед девушкой так, как не открывался еще не перед кем. Сакура рискнула предположить, что в глубине души он очень одинок. — Каким для тебя было бы идеальное утро? — Оно было бы прохладным, — Сакура блаженно улыбнулась, прикрыв глаза, чтобы лучше представить картинку, — я бы определенно проснулась бы в своей комнате. За окном пели бы птички. Не нужно было никуда спешить. Я бы раздвинула шторы и с наслаждением вдохнула свежий воздух. Никуда не нужно было идти... Такая легкость. — А вечер? — Хм, — она задумалась, подперев щеку ладонью, — думаю, с вершины того водопада, где твоя мастерская, открывается прекрасный вид на закаты. Я бы хотела встретить свой идеальный вечер там. — Мы можем устроить пикник, — неожиданно для себя выдает Сасори. — Что? Правда? — Если хочешь, то почему нет? — Хочу.       Сакура на секунду представила, каково это было бы, и не смогла сдержать улыбку от предвкушения. — Если бы ты могла изменить в себе одну вещь, что бы это было? — Лоб, — спустя паузу коротко ответила Сакура. — Пояснять не будешь? — Не хочу, — её брови слегка заметно дернулись, всем видом показывая, насколько эта тема ей неприятна. — Это как-то связано с тем разом, когда я поцеловал тебя в лоб?       Этот вопрос действительно загнал Сакуру в тупик, потому как Сасори, сам того не зная, попал в яблочко. Тот поцелуй в лоб был гораздо интимнее всех поцелуев, которые когда-либо видела девушка. Он позволил себе дотронуться до того места, которое Сакура ненавидела всю свою жизнь и продолжает не любить до сих пор. Каждый раз, видя свое отражение в зеркале, в её голове эхом раздаются все оскорбления и насмешки в её адрес, которые она постоянно слышала в детстве. В такие моменты она чувствует себя такой жалкой и ничтожной, каждый раз задаваясь вопросом: почему? — Давай следующий вопрос, — тихо отвечает Сакура, равнодушно отворачивая голову от Сасори, лишь бы он не увидел в её глазах бесконечную печаль, которую девушка каждый раз подавляет глубоко внутри.       Сасори решает не настаивать.