Перевёрнутые зеркалами

      Бежать пришлось очень долго, силы иссякли. Можно было бы взять такси, но Элина боялась. Да, она начинала бояться людей. Она не знает, кто они и какие. Может, они вообще такие же, как Кайус? Вначале страх был не сильным, но постепенно он начал превращаться в настоящую панику. Она обходила людей стороной, пытаясь держаться от них как можно дальше. Но это город. Здесь на каждом шагу человек. Сердце колотится и бьётся о рёбра, словно сумасшедшее, пытаясь и вовсе выпрыгнуть из груди и сбежать от всего этого бреда. Солнце скрывалось за тучами — по-осеннему плотными и тяжелыми. Тусклый свет окрашивал городской пейзаж в серые и коричневые тона — словно на старой фотографии-сепии. Всё казалось выгоревшим. Элина остановилась, оперевшись на стену, переводя сбившееся дыхание, поглядывая в сторону замка. Она уже убежала на приличное расстояние — городок этот небольшой. Вот только, что она будет делать дальше? Ну выйдет из города, а потом? Куда? В Сан-Франциско, в редакцию? Но денег на самолёт или другой транспорт у неё нет. Внезапно прямо перед ней остановилась белая машина-такси. Из окна высунулся темноволосый мужчина, со смуглой кожей, блестящими карими глазами и всё той же очаровательной, широкой улыбкой. Элина вмиг узнала его. — Добрый день, senorita! Вы позволите lasciati andare? * — и вновь тот ломаный английский акцент. — Вы-и? — он наконец тоже узнал её — туристку из аэропорта. Fallire? Siediti.** Элина поджала губы. С одной стороны она абсолютно точно хотела уехать отсюда и навсегда забыть всё, связанное с этим городом, но с другой — в ней начал просыпаться страх. Да не простой, а боязнь людей. Она столько времени была одна, постоянное одиночество, без взаимодействия с людьми — это угнетает… Но пока оно мало проявлялось, но корни пущены. — С-спасибо… — Кэрроу сделала маленький шажок по направлению к такси, затем второй, пристально оглядела знакомого водителя, который в первую их встречу показался ей приятным мужчиной, которому можно доверять. Но сейчас от этого не осталось и следа. Затем вгляделась туда, откуда только что пробежала, пытаясь высмотреть очертания замка, вздрогнула, поймав себя на мысли, что время идёт, а она медлит, села в машину, игнорируя дикую, поднявшуюся бурю паники в душе. Итальянец надавил на педаль газа и машина тронулась с места. Вот и всё. Теперь дороги назад нет. Только вперёд. Всю дорогу Элина старалась не пускать в свою голову мысли о Хайди, последствиях её побега и чем это обернётся для той же Хайди. Она думала о Кае и о том, как сильно он разозлится, узнав о её побеге. Она думала о том, куда она сейчас пойдёт. Кому она нужна? Денег нет, документов нет, ничего нет. Она невольно сравнила себя с Маугли, только-только вышедшим из леса или бездомной, которых не раз можно увидеть на улицах. Такое сравнение заставило её усмехнуться горькой улыбкой. И только сейчас её осенило. — Простите! — поспешно обратилась она к таксисту — Простите, сеньор! Но… У меня нет денег, чтобы заплатить вам, остановите машину. — Не корочё, senorita! Это есть плёхо!.. Евро!.. — он крепче сжал руль, напрягаясь всем телом.э, глядя строго вперёд. Элина вздрогнула. В этот момент ей особенно хотелось выпрыгнуть из этой машины и спрятаться где-нибудь. Да хоть в канализации! — Довозить, senority до аэропорт. Non funzionerà ulteriormente, da solo.*** — Хорошо, — неуверенно ответила Элина. — Спасибо. Ей повезло, что ей попался именно такой таксист — другой бы давно уже выбросил из машины. А этот добрый и милосердный, но вместе с тем и остро чувствуется, что он очень любит и дорожит своей работой. Как и она когда-то… Была упёртой и до неописуемости любопытной, постоянно ища неприятности себе на одно место. За что и поплатилась — чуть не лишилась жизнь и пробыла чуть меньше трёх месяцев в логове наиопаснейших существ в мире. Она кличет на них, но, может, она и сама виновата? Элина перевела затуманенный взгляд в окно. Дома, здания, магазины, парки быстро сменяли друг друга, так, что их даже не удавалось как следует рассмотреть. Небо было серым и хмурым с тяжёлыми облаками-тучами. Вот-вот пойдёт дождь. Элина не любила дождь. Ей всегда казалось, что эти капельки — слёзы неба, оно плачет. А плач — это всегда печаль. Но из-за всего этого Элину неимоверно клонило в сон, да и выспаться этой ночью она нормально не смогла… Глаза сами собой закрывались, она больше ничего не соображала. Мозг отключался. Элина не поняла, как оказалась в аэропорту, не поняла, как оказалась на борту самолёта, не понимала, что происходит вокруг и что будет дальше. Мозг просто не желала работать, требуя скорейшего отдыха. Незаметно для себя, Элина закрыла глаза на минуточку, и в ближайшее время больше их так и не открыла, проваливаясь в бесконечность, в бесконечность Вселенной и космоса. Мир, в котором все равны и свободны. Ощущение лёгкости накрыло её. Мир, в котором, нет никаких ограничений, нет зла и жестокости. Только добро.

***

— Где она?! — свирепый голос Кайуса, походивший скорее на раскатистый гром среди ясного неба, напрочь разорвал всю только-только образовавшуюся тишину замка. Сейчас он напоминал настоящего монстра, только вырвавшегося из клетки. Весь гнев и ярость, что были в нём так и сочились наружу, страшным ураганом обрушиваясь на клан Вольтури. Стоило ему только вступить в город, как он сразу почувствовал что-то неладное, но не мог понять, что именно. Но стоило только переступить порог замка, как запах смертной, а также стук её сердца, голодный страх и само присутствие… А точнее, полное отсутствие всего этого набора очень взбесило его, настолько сильно, что он даже не пожалел антикварные древние украшения замка, переворачивая всё вверх дном. Его взбесило то, что они — вампиры! Вампиры, чёрт возьми! — не смогли уследить за обычной мелкой девчонкой, которая по сравнению с ними, никто! Эта ярость бурлила в Кае словно только проснувшийся вулкан, извергая всю свою раскалённую лаву наружу. Он поклялся себе, что самолично разорвёт эту девчонку на части, медленно отрывая конечности, наслаждаясь моментом, лаская слух её криком, как только найдёт. А он обязательно найдёт! Ей не скрыться от него, не убежать. Неужели она и вправду подумала, что сможет? Глупая! Своим побегом она только всё испортила. Ну что ж, значит, и заплатит за него сполна… — Кай, — мягко, но одновременно и строго, задумчиво проговорил Аро, оглядывая каждого состоящего в клане, примечая каждое движение, каждое, хоть даже малейшее, проявление эмоций. Да, он мог бы с лёгкостью и без всяких трудностей, взять и прочесть воспоминания каждого, но он хотел сначала дать им шанс сдаться самим, непринуждённо. Правители знали, что девчонка не могла сбежать сама, — это просто немыслимо! — Следовательно, кто-то помог ей. И этот кто-то — как бы они того не отрицали — предатель. А Вольтури не терпят предателей. — Не следует читать мне морали, Аро! Кто из нас двоих упустил её?! — почерневшие от злости глаза Кайса сейчас были готовы испепелить кого угодно, но в первую очередь он желал убить предателя. Зверь внутри него просился на волю — он желал крови. Желал мучить, пытать и убивать. А ещё он желал найти беглянку. Найти и наказать за столь беспечное поведение. Да не наказать! В этот момент хотелось её просто убить! Причём, самым жестоким способом, какой Каю только был известен. — Я даю вам время, — ласково-чарующе пропел Аро, но все прекрасно знали, что он далеко не спокоен. Новость о возможном предателе взбудоражила всех, включая его. — Если он не придёт сам, я буду читать воспоминания каждого, отыскивая нужное. Я не вижу бо́льшего позора, чем этот. — вампир покачал головой, поворачиваясь к ним спиной, слаживая руки в «замок». — Вы меня расстроили. Джейн вздрогнула, словно от огня, и подняла глаза на Господина. Для неё не было бо́льшего потрясения, чем потерять расположение Аро. Это самое худшее, что могло с ней только случиться. Скрипнув зубами, она взглянула на Хайди. Та была слишком задумчивой и даже чуточку отстранённой. Глаза смотрели прямо на белоснежный, гладкий кафель под её туфлями, словно изучая каждый изгиб и узор на нём. Но только ощутив на себе полный яда взгляд, она обернулась к Джейн. Вольтури знала, что Хайди хоть даже на самую малость, но замешана во всей этой истории. Из-за неё Аро разочаровался в них, в ней! Может даже… она и есть предатель? Видимо, Хайди почувствовала в какую сторону направились мысли Джейн, но контроль над своими эмоциями терять не стала. «Никто не узнает? Пфф, ты серьёзно веришь в это? Ты уже взрослая девочка, Хайди! На что ты надеялась?» Мысленно встряхнув головой, Хайди отвела взгляд от кровавых, жаждущих мести, глаз Джейн, на других членов клана. Под руку с Джейн стоял её брат — Алек. В отличие от сестры, тот невозмутимо, точно бог, смотрел на Аро, словно пытаясь взглядом что-то донести ему. Но зная натуру Алека, Хайди моментально определила, что это всего лишь маска, а внутри он бушует не меньше Джейн, хотя на неё, Хайди, как предателя, не думает. Чуть поодаль от «Кровавых близнецов» стояли Деметрий и Феликс. Оба с подозрением оглядывали каждого, попутно разминая кулаки до хруста костей, обмениваясь друг с другом многозначительными взглядами. Хайди невольно отступила назад. Теперь она боялась всех, даже собственного клана. Её окружали сотни вампиров, но ей чудилось, что каждый глядит именно на неё, говорит именно о ней. Паранойя? Хайди взглянула на правителей. Эмоции каждого ясно читались на лице и были координально разными. Если у Кая презрение, лютое отвращение, бурлящая ярость и гнев — видно она задела его за живое, отняв Элину. — то лицо Аро было спокойным и непоколебимым, словно всё происходящее его никак не заботило, но это далеко не так. На самом деле из трёх основателей он больше всех переживал за свой клан. А вот Маркус, как всегда, был скучающим и, словно давно умершим. Живая оболочка, но давно умершая душа. Ведь никто не знает, что у него внутри, да даже не пытались узнать. Однако даже в нём Хайди заметила не́кие изменения. Вот только какие? Глаза… Они были… В них был интерес! Самая малость, крупица, частичка! Но интерес к чему? Хайди нахмурилась и вновь взглянула на Аро. Но дольше пяти минут смотреть на него не могла, опустив глаза в пол. Стыдно. — Итак? Жребий брошен. «И чего ты добилась?..»

***

Тьма окутала тело Элины. Она была такой липкой и чудовищно пугающей, но в то же время, невероятно блаженной. С одной стороны хотелось как можно скорее вырваться из неё, но с другой — закутаться, словно в махровое одеяльце. Но даже через такую непроглядную, сырую и пустынную «бесконечность» до ушей Элины внезапно донёсся голосок. Совсем тоненький, но в то же время детский, он слышался где-то очень далеко, но вместе с тем и неприлично близко. — Мама!.. Папа!.. — в этом голосе отчётливо улавливалась тревога и даже паника. — Тут девушка… Позже к нему добавились ещё два — женский и мужской. Но Элина не смогла понять, о чём они говорят и кто это вообще такие. В голове всё смешалось, а вокруг сплошная тьма. Из неё нет выхода и в неё нет входа. Ты либо здесь, либо тебя нет вовсе. Веки потяжелели и ресницы сами собой опустились, а Тьма вновь окутала её тело, приглашая Элину в свои чёрные объятия…

***

Глаза Элины резко распахнулись. Но потребовалось несколько секунд, прежде чем окружение перед глазами перестало иметь мутные очертания и приобрело более чёткие. Её взору представилась просторная, светлая комната, выполненная на современный лад. Первой мыслью, что посетила её голову, была: «Где я? Что это за место?» Огромные панорамные окна открывали чудесный вид на зелёный густой, но сейчас такой, увы, мрачный лес. Кто вообще строит дом посреди густого леса, где нет людей и хоть какой-то цивилизации? Элина приподнялась на локтях, пытаясь привести в порядок свои мысли. Но все как назло возвращались к одному: «Откуда я здесь? Почему я здесь? Где я вообще? Как я здесь оказалась?» — столько вопросов, верно? Но где же ответы? — новый вопрос. В голове невольно начали роиться неприятные мысли, а воспоминания вновь жечь разум, вскрывая ещё не затянувшуюся рану. Джеймс… Джесс… Эти две жизни навсегда останутся на её совести. В их смерти не виноват никто, кроме неё. Даже Кай. Если б она знала… То не была бы такой упёртой… Попыталась встать. Но всё тело пронзила новая адская боль. Да что же это такое?! Её жизнь — сплошная боль! Поморщившись, Элина вновь откинулась на подушку, крепко сжимая в кулаках ткань белоснежной простыни. «Да где же я?!» — Я ведь была в… Аэропорту? — в истерике спросила она в пустоту, бегло оглядывая комнату, не надеялась получить ответа. Но получила. — Мы нашли тебя на границе Орегона, — в сию же секунду дверь распахнулась, пропуская в комнату… Сколько? Их было очень много, но с численностью Вольтури они всё равно не сравнятся. Их было где-то около десяти человек. Стоп! Человек? «Уверена ли ты, Элина, что это люди?» Тогда почему так задрожали руки, загрохотало сердце в груди, сбилось дыхание? Почему, стоило двери только открыться, как Кэрроу сразу почувствовала дуновение уже настолько знакомого могильного холода, какой всегда чувствовала в замке Вольтерры. Его стены были словно пропитаны им, в перемешку с кровью и загубленными людскими жизнями. Может, они до сих пор там? Заперты, как и она когда-то, не имея возможности выбраться? Привидения… Тауэр… Это холод вампира. — Кто вы? Где я? Отпустите меня, — взмолилась Элина, бегло и испуганно оглядывая комнату, ища выход. Окно? Какой тут этаж? Второй? Если упасть на мягкую траву, то есть шанс, что она не разобьётся. Один из них — светловолосый — посмотрел на Элину каким-то непонятным взглядом. Одновременно мудрым и… каким-то еще. Понимающим? Жалостливым? — Не бойся, мы не сделаем тебе больно, — добродушно и спокойно отозвался он, сделав шаг по направлению к ней. — Поверь мне. Его странные желтые глаза светились такой искренностью, что Элина невольно залюбовалась ими. Они были такими же пугающими и отталкивающими, как и у Вольтури. Но одновременно с тем завораживали и притягивали. Они не были полны жестокости и злости, в них не было садизма и чувства превосходства. Таких глаз, как у них, она не видела ни у кого и никогда. Но это были глаза вампира. — Девочка, — чуть поодаль от светловолосого стояла желтоглазая женщина с вьющимися каштановыми волосами. Её лица коснулась мирная, добродушная улыбка. С виду и не скажешь, что она — безжалостный убийца, монстр, только и жаждущий крови. — Мы тебя не тронем, — сказала она мягкии и ласковым голосом. Элина поймала себя на мысли, что чуть не поверила ей. Отгородившись от таких мыслей, она осознала, что до сих пор дрожит, словно осиновый лист, и ещё больше вжалась в стену, игнорируя позывы боли в спине, стоило тем только сдвинуться с места В мыслях была полная каша. Они — вампиры. Безжалостные демоны, чья цель и утеха — убивать. Кровь, кровь, кровь… Тогда чего же они медлят? Они хотят убить её? Или… нет? Бред! Все вампиры монстры! Тогда почему Хайди спасла её? Зачем подарила шанс снова захотеть жить? Тут вперёд вышла молодая девушка. На вид ей было не больше семнадцати лет. Тёмные пряди шелковистыми кудрями опускались на плечи, обрамляя красивое лицо. Карие — стоп! Почему карие? Она что… Человек? Но… Как? — глаза смотрели также приветливо и радушно. Элина подметила, что оттенок кожи у неё гораздо темнее, чем у желтоглазых. Девушка медленно подошла к Элине. Но стоило ей подойти слишком близко, как та пискнула, вновь вжавшись в стену, а на глазах выступили слёзы страха. Незнакомка улыбнулась, протягивая свою ладонь к лицу Элины. Та взглянула на её руку, как на огромную бензопилу. Она хотела знать, почему, зачем и как она сюда попала? Почему опять в логово вампиров? Стоило ей сбежать, как она снова оказалась в плену. Но все вокруг молчали. Только ладонь девушки коснулась щеки Элины, как ту внезапно окутало вселенское тепло, точно она сидела у горящего костра. Перед глазами внезапно пронеслись отчётливые картинки, будто она смотрела телевизор. Глаза невольно расширились, а дыхание в разы участилось. Она — та самая незнакомая девушка, но которая всё же внушала не́кое доверие — стояла посреди опушки леса. Лучики солнца неисправно игрались с прядями её волос, но внезапно она прикрыла лицо ладонями, а на лице замерла гримаса ужаса, смешанная с паникой. У ног девушки Элина смогла рассмотреть маленькое, хрупкое тельце, которого почему-то не заметила раньше. Оно могло принадлежать, разве что, юному подростку. Однако её глаза округлились, когда она узнала в нём себя… Но как это возможно? Неужели она на самом деле… такая? Множество новых царапин на лице, руках и ногах, старые синяки и раны. Но что произошло? Как она очутилась там? Над её телом склонился молодой, смуглый парень. Пощупав пульс, он медленно, будто нехотя, но с долей горечи, кивнул той девушке. — Мама!.. Папа!.. — её голос казался таким хриплым и будто даже не своим. — Тут девушка… Она внезапно подорвалась с места и рванула наутёк, огибая стволы высоких деревьев. Затем картинка мгновенно сменилась другой, проворачивая Элину словно в водовороте. Явные очертания дома, комнаты… Той комнаты, в которой она и очнулась. Элина видела себя, лежащую, словно уже неживую, на кровати, возле которой суетились Каллены. Трубки, намертво подсоединённые к телу, шприцы, кровь, шорохи, шум, гул, голоса, звучащие словно издалека — всё это не могло не создавать какой-то не заполненый промежуток в памяти. Словно ты забыл что-то очень важное, но никак не можешь вспомнить, что именно. Как бы ты не старался заполнить этот промежуток, он всё равно напоминает о себе. И сколько бы у тебя не скопилось вопросов, как бы ты их не сформировал, ты всё равно не получишь ответы. А потом вдруг всё померкло. Наступила полная темнота, сознание вновь начало возвращаться в реальность. Элина несколько раз моргнула, дабы наконец избавиться от мутной пелены перед глазами. Сфокусировав взгляд, она заметила всю ту же добродушную улыбку и совсем не опасные карие глаза девушки. Что это только что было? — Меня зовут Ренесми, — представилась та и убрала ладонь со щеки Элины. И тут она снова почувствовала вязкий холод, что меткой стрелой пронзил её тело до самых костей. — Я Карлайл, — указал на себя тот самый светловолосый мужчина. Он был здесь явно самым главным. — Это моя жена Эсми, — глаза темноволосой женщины, которая стояла под руку с Карлайлом, загорелись его большей теплотой и любовью. Нет, они совсем не казались страшными, ужасными и жестокими. Но было ли это только маской? — Джаспер, Элис, — медоволосый парень и маленькая девушка, больше похожая на эльфа, также улыбнулись. — Розали, Эмметт, — желтоглазый громила, однако с очень милой улыбкой кивнул, в отличие от своей спутницы, что холодным взглядом одарила незваную гостью. Элина поёжилась. Кажется, не все ей здесь рады. А в прочем, кто она, чтобы ей здесь ещё и были рады? Она здесь на птичьих правах. Эти… «люди» заботились о ней всё то время, что она была в отключке, она даже не «съели» её, хотя могли! Не стоит злоупотреблять гостеприимством. Да и… это всё же вампиры. А для них обычный человек — всего лишь еда и ничего больше. Согласившись с этой мыслью, Элина вновь обратила внимание на Карлайла. -… Белла, Эдвард, ну и Ренесми ты уже знаешь, — в завершении вампир указал на бронзоволосового парня, который стоял в самом дальнем углу, обнимая за талию темноволосую девушку. Они все выглядели так молодо, однако Элина понимала, что живут они не первую сотню лет. Внешность обманчива. Кто бы знал, что внешне такие прекрасные женщины и мужчины, как Вольтури, на самом деле окажутся поистине адскими существами, а эти — те, что сейчас стоят перед ней — прекрасны как внешне, так и внутри. Хотя откуда ей знать, какие они внутри? Может, они сейчас такие хорошенькие, а потом, когда она им доверится, возьмут и нападут, убьют. Но почему она тогда до сих пор жива? — Мы не собираемся убивать тебя, — послышался голос, кажется, Эдварда. Элина неуверенно кивнула, а потом вдруг осознала: она не говорила своих мыслей вслух! Заметив на сыне полный недоумения и даже опасения взгляд Элины, Карлайл пояснил: — Есть вампиры — при упоминании их расы, Карлайл мельком взглянул на Элину, а затем продолжил: — которые после обращения — да и при жизни — имели не́кие уникальные способности, именуемые как дары. Например, Эдвард умеет читать мысли, Элис — видит будущеее, Джаспер — манипулирует эмоциями, Белла — ментальный щит, Эмметт — супер сильный. Ренесми — общение через прикосновение. Но не у всех вампиров есть дары. — Не бойся нас, деточка, — Эсми медленно, дабы не спугнуть, подошла к Элине и осторожно обняла её. Та вздрогнула от вновь поступившего холода и резко отстранилась. Страх смерти, вампиров, да и вообще жизни, всё ещё давил на неё. Именно он останавливает её, заставляя дрожать от ужаса. Заключение, плен, тюрьма, насилие — всё это очень сильно подействовало на неё и отразилось в будущем. Теперь она стала другой. Совсем другой. Начала ценить жизнь. А здравый смысл говорил ей сейчас убираться отсюда, как можно дальше. Однако встретившись взглядом с Ренесми, Элина про себя отметила: «Она ведь не вампир. Человек? Так почему её до сих пор не убили? Или это всё же добрые вампиры? А такие бывают?» Эсми поджала губы, но солнечная улыбка всё также играла на её лице. Она мягко кивнула в знак понимая и отошла. Элина сейчас чувствовала себя героиней какой-нибудь сказки. Вот только если той по сюжету всегда везёт, а в конце ждёт самый настоящий Happy end, то с ней такого не будет… Она обычный человек. И только. Она хочет нормальной, обычной жизни, не хочет всего этого. Жаль люди ещё не изобрели машину времени и нельзя вернуться в прошлое, только теперь не повторяя старых ошибок. Авось всё сложилось бы по-другому… Она никто против них — вампиров. Но почему тогда до сих пор жива? Почему Кай не убил её? Почему остальные Вольтури не сделали этого? Почему эти вампиры — Каллены — тоже отказались от своей естественной потребности? Нет, она ни коем разом не хотела бы обратного, просто очень интересен ответ. Но и его не будет. Вселенная словно издевалась над ней. — Мне… — неуверенно начала Элина, настороженно оглядывая каждого вампира из-под отпущенных ресниц, нервно сминая ткань белоснежного лёгкого платьица, которое буквально только что заметила на себе. Видно, её переодели, когда она была без сознания. — Я не могу здесь… — в её голове кружилось столько мыслей, столько слов, но не одно она не могла подобрать и произнести вслух. — Останься.