Лунные ночи замка Хогвартс

      В классе на четвертом этаже собралась небольшая компания из шести человек и трех Сородичей. Впрочем, едва ли кто-то из смертных даже предположить мог, что делит сейчас комнату с вампирами. Близнецы, Рон, Джинни и Невилл на пару со Сьюзен Боунс приготовились внимательно слушать Гарри Эванса, с которым общались всего пару месяцев, но которого, казалось, знали уже не первый год.       — Сегодня у нас с вами организационная встреча. — Пояснил вампир, прохаживаясь по классу туда-сюда. — Решим некоторые основные вопросы и, если успеем, немного пообщаемся на тему магии.       — Так и знал, что сегодня ничего интересного не будет. — Проворчал Рон.       — А ты ждал, что я за первую же встречу сделаю из тебя магистра магии крови?       — Ты владеешь магией крови? — Побледнела Сьюзен Боунс. — Но это же…       — Очень темная магия? — Улыбнулся Гарри, с трудом скрывая клыки. Жажда крови снова подходила к нему, хоть и пока не очень сильно. — Согласен. Темная. И да, я ей владею, пусть и немного. Ну и что дальше? Открою тебе занимательную тайну — темная магия еще не делает мага злым.       — Но ведь темная магия раскалывает…       — Не начинай эту сказку, которую так любит Дамблдор, пожалуйста. — Попросил Гарри, поморщившись как будто от зубной боли. — Душа, я тебе скажу, на удивление прочная эфемерная субстанция. Даже смерть тела не всегда может нанести ей вред. Как ты думаешь, это под силу каким-то заклинаниям? Нет, я не отрицаю, что есть ритуалы, способные разделить душу. Крестражи, например, также хоркрусами именуемые. Но эта материя настолько темная и так требовательна к желанию и воле мага, что создать его случайно практически невозможно.       — Хочешь сказать, профессор Дамблдор врет? — Смутился Невилл.       — Он не врет, он добросовестно заблуждается. — Пояснил Гарри. — Я нисколько не отрицаю его величия и возможностей. Но в отношении некоторых разделов магии он несколько заблуждается, не понимая всей их пользы или же просто потому, что не видит разницы между злом и тьмой.       — А в чем разница? — Как-то странно скривился Рон.       — Все довольно просто. — Улыбнулась Гермиона. — Для примера: ты же не будешь утверждать, что люмос — темное заклинание?       — Не буду. — Согласился тот.       — Ну вот. А между тем, простым люмосом, который мы учили на первом курсе, можно легко и запросто выжечь человеку сетчатку — и он навсегда ослепнет. — Гермиона заметила, как побелели Уизли. — А простое заклинание для приготовления котлет, которое есть в любой книге для волшебниц-домохозяек, в состоянии перемолоть человека в серо-красный фарш. Заживо.       — Гермиона, можно без излишних подробностей? — Джинни, казалось, вот-вот стошнит.       — Нельзя. Таковы реалии. — Похлопала ее по плечу девушка. — Тебе, милая, скоро это не только слышать предстоит. Если пойдет серьезная бойня с Пожирателями Смерти — а она пойдет, можешь быть уверена — то это придется и видеть, и даже принимать во всем этом кошмаре живейшее участие.       — А вот встречный пример. — Вернул разговор в нужное русло Гарри. — Есть такое занимательное заклятие, как круциатус. Не будешь же ты возражать, что оно как раз темное? — Джинни кивнула. — Ну вот. А что будет, если я скажу тебе, что изначально оно предназначалось не для пыток?       — Пыточное заклинание — не для пыток?       — Именно. — Кивнул вампир. — Круциатус заставляет нервы работать активнее. Как говорят целители, он «стимулирует работу нервных окончаний». А изначально он использовался как средство реанимации смертельно раненых. Краткая встряска способна запустить остановившееся сердце. Чуть более длинная, но разбитая на коротенькие порции, способна восстановить расстроенную нервную систему или стимулировать парализованную мышцу… Это уже много позже какой-то умник использовал круциатус в качестве средства пыток — и его запретили, от чего все целители тех лет буквально волком выть начали.       — Кошмар, откуда ты все это знаешь?       — Книги читаю. — Отмахнулся Гарри. — Журналы разные, статьи… Больше тебе скажу, некоторые целители до сих пор имеют лицензии на применение непростительных заклятий в своей деятельности. Даже на убивающее. Есть такие случаи, когда пациента милосерднее добить, чтобы не мучился. Так что думай…       Какое-то время в классе висела гробовая тишина. Гарри прекрасно понимал, что только что сломал еще шестерым людям их мировоззрение. Ну да ничего, переживут. Это они еще про жизнь после смерти ничего не знают… И пусть не знают дальше.       — Начнем с самого банального и простого. — Продолжил Эванс. — С физической и психологической подготовки. Параллельно с этим начнем учить все то, что должен знать и уметь любой более-менее уважающий себя маг — традиции и ритуалы, от которых волшебники Британии так позорно отступили.       — Ну, традиции — ладно. — Согласился Рон. — Но зачем нам физкультура?       — Физическая активность стимулирует магическую силу, которая состоит с ней в крепкой связи. — Пояснила Полумна, которую, впрочем, при всем желании нельзя было назвать спортивной девушкой. — Твои мозгошмыги, похоже, не позволили тебе об этом подумать       — Кроме того, в бою нельзя сидеть или стоять на одном месте. — Подхватил Гарри. Полумну надо было отвлечь, а то разговор мог потихоньку свернуть на тему сумасшествия. — Жизнь «сидячей утки» крайне недолговечна. Не хочешь, чтобы по тебе пристрелялись — петляй, двигайся, активно пользуйся элементами окружения.       — Ступефай!       Гарри даже не дернулся, но откуда-то сбоку прилетела табуретка, перехватившая собой вспышку заклинания.       — Вот про это я и говорю. — Вампир обнял Гермиону, которая и применила заклинание. — Даже слабенькая материальная преграда в состоянии отразить собой большую часть неотражаемых заклятий. Ну и, может я сейчас процитирую Аластора Грюма, но… Постоянная бдительность.       — Ты сказал про неотражаемые. — Обратил его внимание Фред. Или Джордж? — Это как?       — Есть некоторые чары, которые невозможно отразить. Самое известное заклинание, которое нельзя отразить простыми магическими щитами — Авада Кедавра.       — Но твой кузен…       — Это не его заслуга. — Как-то помрачнел Гарри. Разговор зашел не в лучшую сторону. Он и сам был в шоке, когда узнал причины того, что выжил. — Видишь, Джордж…       — Я Фред.       — Прости, я вас не очень хорошо различаю. — Отмахнулся вампир. — Видишь ли, его мать, по сути, пожертвовала собой. Она применила древний ритуал жертвы. Тоже запрещенный, надо сказать. Отдала смерти себя вместо него. И поэтому сработала кровная защита… Вот вам вся разгадка мальчика-который-выжил.       — Откуда…       — Я очень много интересовался делами семьи Поттеров.       — Возвращаясь к теме. — Напомнила Полумна. — Нагрузки станет много. Очень много. Лентяйничать будет некогда. Так что если кто не хочет много-много заниматься, то мы вас не держим. Правда, Гарри?       — Истинно так. — Кивнул вампир. — Мы не держим никого. Кто не хочет — может уйти в любой момент. Вам же хуже. Обещание все равно не даст вам рассказать кому-либо, чем мы занимаемся. Другой момент — где мы с вами будем собираться? Этот класс, конечно, хорош, но он маловат для нас.       — Выручай-комната? — Предложил второй из близнецов.

***

      Гермиона выдохнула. С этой комнаты начался ее путь жизни после смерти. Только раньше тут был совсем крошечный ритуальный зал, а теперь это была огромная, никак не меньше стадиона для квиддича, комната, оборудованная по последнему слову центра подготовки оперативников. Целый комплекс обычных тренажеров, полоса препятствий, манекены для отработки ударов и заклинаний. Целый арсенал холодного оружия на стенах. Эванс недобро оскалился.       — Ну что, молодые люди, начнем с разминки?       Первая тренировка началась. Сородичам в разы проще — усталости они не чувствовали, а потому несколько увлеклись, гоняя собственных однокашников на тренажерах. Гарри остановил пробежку только после того как Фред и Джордж, самые тренированные среди присутствующих, упали на пол от усталости. И то, не сразу, а только после того, как Гермиона обратила его внимание на это событие. После десятиминутного перерыва, вампир объявил, что теперь начинается обучение рукопашному бою.       — Эванс, ты, блять, двужильный, что ли? — Прохрипел Фред Уизли, хлебая из трансфигурированного кубка наколдованную воду.       — Я предупреждал, что будет трудно. — Гарри оскалился. Тот факт, что ни он, ни Гермиона, ни Полумна даже не запыхались, уже ставил остальных в неловкое положение и давал понять остальным примерное представление об их физической форме. И Эванса мало волновало, что остальные не знают о том, что эта форма продиктована вампирской нечувствительностью. — Давайте, салабоны. Разбиваемся на пары — и вперед. Фред — с Джорджем, Рон — с Невиллом, Джинни — со Сьюзен. Гермиона… Ты давай с Полумной.       Рукопашный бой. На самом деле, Гарри ничего нового не привнес, он лишь повторял курс Грюма, который им преподали в прошлом году. Но в прошлом году все были слишком сильно увлечены Турниром, чтобы как следует учиться, так что повторный курс пошел на «ура». Показывая самую простую связку ударов и блоков, Гарри мысленно пообещал себе, что попросит Сириуса научить его драться как следует. Так, в физических упражнениях, прошло больше двух часов. Ученики с ног падали, но Эванс даже не собирался заканчивать тренировку.       — Закончили плясать. Пять минут на привести себя в норму — и начинаем учить основы магии. Начнем с того, что из себя представляет магия.       — Это же первый курс! — Возмутился Рон.       — А ты помнишь все основы? — Удивился Гарри. — Вот и я думаю, что нет.       За рукопашным боем пошла длинная лекция об устройстве магии, которую он прочел в книгах по теории магии, почерпнутых из библиотек вампиров. После чего принялся гонять всех по самым примитивным боевым заклинаниям вроде оглушающих и обезоруживающих. На это ушло еще около двух часов. Уже приближался отбой, когда совершенно бодрые и свежие вампиры отпустили измученных и падающих с ног волшебников.       — Гарри, у тебя по линии крови никого среди Цимисхов нет? — Осведомилась Гермиона после того, как выпроводила всех смертных из комнаты.       — Намекаешь на то, что я изверг? — Хохотнул Гарри. — Ничего, пускай привыкают. Тебе же проще. Сил на шалости у них теперь не будет.       — Ты где вообще так научился людей тренировать?       Вампир минутку помолчал.       — Когда я был сопляком и еще не умел держать магию под контролем, Дурсли частенько меня наказывали за проявление любой «ненормальности». Так что, чтобы выжить, я брался за любую работу у разных соседей, получая за это различные сладости, сэндвичи, а иногда — и немного мелочи на карманные деньги. — Честно признался он. — И как-то раз, в десятилетнем возрасте, я набрел на один магазинчик, хозяин которого и по сей день торгует всякой военной всячиной. Добрейший дядька, надо сказать. Бывший сержант королевской морской пехоты. Я ему помогал иногда в магазинчике. Ну, знаешь там… Принеси — подай — пошел в баню — не мешай. А когда потом с ним вместе чай пили, он мне всякие истории рассказывал. В том числе — про то, как их тренировали в учебке. Вот и решил погонять их физически. А потом сразу загрузить теорией. Смена деятельности — это тоже отдых.       — Знаешь, Гарри. — К ним, весело подпрыгивая на одной ножке, подскочила малкавианка. — Уверена, ты был бы классным учителем. Все лучше этой шизанутой…       — Ну если ты и правда так считаешь… — Хохотнул Гарри, глядя, как Полумна кивает со скоростью хорошего отбойника. — Доверюсь твоему опыту в общении с психами.       — Вот ты сволочь, Поттер…       — А ты докажи обратное.

***

      Постепенно закончился октябрь, уже приближалась середина ноября. За чуть больше, чем месяц, члены «Старой Школы» стали значительно превосходить своих однокурсников. Все, кроме, пожалуй, близнецов. Там отставание от остальных было не просто катастрофическим — между ними и остальными была настоящая пропасть в знаниях. Близнецы не были идиотами, просто их знания были направлены немного в иное русло. Например, они превосходно разбирались в отвлекающих чарах и в разных обманках, а также хорошо знали свойства некоторых компонентов для зелий, ведь сами готовили разную гадость для своих «забастовочных завтраков». Сначала Гермиона, кстати, пыталась их прищучить за это, но Эванс настоял, чтобы творческий порыв не давили.       — Ты пойми, Миона, близнецы — гениальные ребята, но раздолбаи страшные. — Пояснял он. — Потому что в их головах нет четкого вектора к тому, как можно применить знания для пользы дела. Я могу дать им этот вектор. Поверь мне, забастовочные завтраки нам еще помогут. Сейчас они развлекаются обморочными орешками, например. Но что если подкинуть эти орешки недругу? Плохо разве, что противник не пришел на стычку по причине того, что объелся сладостей, от которых потерял сознание?       — А ты жестокий.       — Спасибо за комплимент. Словом, оставь близнецов. Пусть занимаются.       На этом разговор и свернулся. Постепенно Рон, Джинни, Невилл и Сьюзен крепли. У полноватой парочки начали сходить некоторые излишки веса, чему те были необычайно рады и от чего занимались только усерднее. Постепенно работа спорилась. Гарри буквально чувствовал разницу. В качестве эксперимента, он в один день пошел на хитрость.       — Как-то мало сегодня. — Даже удивилась Джинни, пробежавшая полосу препятствий почти не запыхавшись. Ее поддержал дружный гул остальных.       — Это — максимальная дистанция, которую вы пробежали в первое занятие. — Улыбнулся Гарри. — Ну как, чувствуете разницу?       Разница, разумеется, была огромная. Впрочем, головокружения от успехов Гарри не схватил, не спешил увеличивать отряд, как не спешил и с особой подготовкой уже имеющихся членов группы. Он не рвал жилы, не вытягивал всех — ребята сами тянулись. В конце октября, его, правда, вызвала к себе профессор Макгонагалл. Сначала вампир даже испугался, что где-то крупно накосячил, но, как оказалось, декан вызвала его по очень простой причине. Перед ней лежали две стопки контрольных работ.       — Эванс, потрудитесь объясниться!       — Не понимаю ваших претензий, профессор. — Гарри взглянул на ту пачку работ, что была поменьше и совершенно не удивился, увидев оценку «превосходно» напротив собственной фамилии. — Мои ребята что-то начудили?       — Нет, мистер Эванс. Но мне просто интересно — это вы их так научили списывать или они серьезно так взялись за ум?       — А есть великая разница? — Молодой маг посмеялся. — Шучу-шучу. На самом деле, я взял своих ребят в активный оборот. А если вы думаете про то, почему у близнецов работы не такие хорошие, как должны…       — У них за контрольную две единственных «превосходно» на всем седьмом курсе. — Шокировала его Макгонагалл. — Мистер Эванс, вы точно уверены, что и дальше хотите скромничать? Может, расширите список подопечных?       — Нет, мэм. Я и так уже на пределе. — Покачал головой Гарри. — Кто бы что ни говорил. Лучше меньшее количество, но более качественная подготовка. А на тот год — посмотрим по результатам. И у меня к вам будет маленькая просьба.       — Все, что угодно, мистер Эванс. — Улыбнулась Макгонагалл. — В рамках разумного, разумеется.       — Как вы знаете, мы с Гермионой хотим после окончания Хогвартса стать ликвидаторами проклятий. — Осторожно начал вампир. — И мой опекун, сэр Дэниэл Родригез, готов пригласить частных специалистов, которые берутся за год вырастить из нас младших специалистов-ликвидаторов. Но для того, чтобы взять нас на обучение, они должны получить на руки сертификаты СОВ и дипломы ЖАБА. Понимаете, к чему я клоню?       — Вы хотите сдать экзамены ускоренным порядком. — Кивнула профессор Макгонагалл. — Вынуждена вас разочаровать, мистер Эванс. Вы за год так хорошо не подготовитесь.       — Если вы дадите нам с Гермионой право на свободное посещение занятий — подготовимся.       — Это невозможно, Гарри. — Взглянула ему в глаза профессор трансфигурации. — Я могу вам дать такое разрешение, но вы сами себя этим зароете в землю.       — Я готов с вами поспорить на двести галеонов, профессор. — Вампир улыбнулся, узрев, как расширились от шока глаза декана. — Прошу вас, профессор. Под мою собственную ответственность. Вы же видите, как мы подтянули остальных. А ведь это мы собирались три раза в неделю, да еще и в свободное от занятий время.       Минерва Макгонагалл изучающе осмотрела своего ученика. Молодой, очень сильный и перспективный маг. Учить его по программе Хогвартса — только портить. Но и отпустить просто так его было нельзя. Тем более, в паре с мисс Грейнджер. Ведь это создаст прецедент, остальные тоже захотят посещать занятия свободно!       — Предлагаю вам такой вариант. — Эванс словно прочитал ее мысли. — Мы подадим вам официальные заявки на досрочную сдачу экзаменов. Тайно, разумеется. И, скажем, в декабре, перед каникулами, мы отправимся в департамент образования. А по поводу того, что будет прецедент… Придумаем что-нибудь. Можно даже правду сказать. Мол, так и так, мисс Грейнджер и мистеру Эвансу предложены ученические контракты. Кто тоже хочет не ходить на занятия — всегда пожалуйста, ищите учителей, которые за вас поручатся и оформят над вами дальнейшее обучение — и вперед, никто не держит. Да я и не думаю, на самом деле, что будет так уж много желающих к нам присоединиться, если мы скажем, что нам в декабре сдавать СОВ, а в июне — ЖАБА.       — Мистер Эванс, вам никто не говорил, что вы ведете себя, как Мефистофель?       — Я часть той силы, что желает зла, но вечно совершает благо. — Склонился вампир.       И положил ей на стол четыре оформленных по всем пунктам и правилам прошения — два на СОВ, два — на ЖАБА. Макгонагалл тяжело вздохнула, потянула из ящика стола два гербовых пергамента с эмблемами школы Хогвартс, извлекла из шкафчика большую печать — и спустя несколько минут улыбающийся до ушей Гарри вышел из кабинета декана, держа в подрагивающих от волнения руках два распоряжения заместителя директора, скрепленных печатью школы. Все, Добби свободен! Ой, то есть… Гарри свободен! И Гермиона тоже! По крайней мере, свободны от занятий. Девушку следовало обрадовать, а потому вампир поспешил искать возлюбленную, которая наверняка ждала его в Большом Зале.

***

      Через неделю после разговора об освобождении от уроков, Сириус написал Гарри, что отправляется в Хогсмид для встречи с ним. Была пятница, так что вампир с трудом досидел до конца занятий. И уже ранним утром, пока все еще спали, на всей своей стремительности рванули в сторону деревни. И если смертному понадобилось бы около часа, чтобы добраться до трактира, то они, пользуясь тем, что на них никто не смотрит и даже теоретически смотреть не может, гнали по тропе на скорости хорошего автомобиля. Мчали, пока едва ли не лицом к лицу столкнулись с благостным господином, который внезапно материализовался прямо на тропе.       Гарри едва не лишился чувств, когда понял, кто перед ними. Мраморно-белая, как у вампира, кожа, грива прямых черных волос разбавлена седой прядью, как у Беллатрисы Лестрейндж. Одеяние с гербом Блэков. Да и сам он как будто помолодел лет на десять, стал больше похож на того самого Сириуса Блэка со школьных фотографий. Навскидку ему теперь можно было бы дать лет двадцать пять-тридцать. Он избавился от усов, которые его очень сильно упрощали, делали похожим на наивного простака-шалопая — и теперь лицо наследника семейства Блэк буквально дышало благородством и отвагой.       — Сириус!       — Как ты там говорил? «Возьми с полки пирожок»? — Засмеялся волшебник, обнимая и крестника, и его девушку. — Привет, ребята.       — Ты как здесь…       — Вчера вечером был небольшой закрытый процесс. — Объяснил Сириус. — С допросом сывороткой правды и клятвами на крови. Неприятная вещь, должен сказать, но результат налицо. Завтра выйдет газета с рассказом о моем освобождении и восстановлении в правах. Так что теперь для общественности я не просто Сириус — изгой, убийца и предатель чистой крови, а очень даже Ваше Темнейшество.       — Но так же обращались только к… — Подхватилась Гермиона.       — К тем, в чьих жилах есть демоническая кровь. — Кивнул тот. — Уверен, для тебя будет сюрпризом, что первые Блэки были еще теми демоноборцами. Поглощали сущности демонов и духов, превращая их в жизненную силу и использовали для своих нужд. Моя кузина, Беллатриса, сошла с ума не потому что творила много зла. Когда-то она была совершенно обычной девчонкой, пока не попыталась подчинить себе одного из падших. В итоге, падший дал ей силы, но она не справилась с контролем — и тот лишил ее разума. Я прошел нечто похожее, но мне, в отличие от Беллы, сил хватило.       — Это же темнейшая магия! — Удивился Гарри.       — И это мне говорит вампир? — Захохотал Сириус. — Пошли, выпьем по стакану, заодно поговорим. Расскажу, что со мной произошло.