Лунные ночи замка Хогвартс

      — Ну что, милая? За нас с тобой?       — И черт с ними.       Гарри сделал глоток из кубка, откинулся в кресле, вспоминая все то, что произошло за две недели с момента их мятежа.       Победа в бою была абсолютной. Лишившись своего командира, Орден Феникса — точнее, те немногие живые его члены, что не примкнули к бунтовщикам и не были убиты в первые несколько минут мятежа — дрогнул, отступил и, как вскоре узнал Гарри, был окончательно расформирован. Конечно, Молли и Артур Уизли, не знавшие об участии в бунте Рона, Джинни и близнецов, пытались удержать рядом с собой идейных сторонников Дамблдора, но — будем честны — командовать детьми на собственной кухне и грамотно руководить взрослыми, малознакомыми людьми в масштабах целой страны — это совершенно разные уровни. Разумеется, Уизли-старшие оказались не готовы к этому, а потому уже вскоре (а точнее — через две недели) отказались от этой затеи.       Тела убитых в ту роковую ночь были использованы самыми различными способами. По большому счету, все эти люди были отчаявшимися одиночками без семьи и друзей, а потому никто их, в общем, и не искал.       По поводу Сивиллы Трелони была составлена приятная сказочка о том, что прорицательница взяла курс реабилитации с последующим увольнением по причине проблем с наркотиками. Любой, кто хоть раз посещал занятия прорицательницы, мог бы засвидетельствовать ее неполную психическую вменяемость. Так что никто не удивился тому, что в смесях, которыми покойная окуривала кабинет, внезапно нашлись следы афганской марихуаны.       Кингсли, которого хватились в Министерстве, было решено представить как человека, сотрудничавшего и шпионившего в британском правительстве в пользу немецкого «Магише Зихерайт»*. Провокацию составляли союзники Анархов из клана Носферату, у которых на Кингсли была готова целая исправленная биография. Впрочем, как выяснилось позднее, чернокожий маг и в самом деле работал на немецкие спецслужбы, но только маггловские. Собственно, он и сливал немцам информацию о происходящем в кабинете британского премьер-министра, за которым шпионил не только для Дамблдора. Поднявшегося шума хватило, чтобы поднять небольшой скандал, а потому никто не удивился, когда изувеченное тело аврора с вырванным сердцем нашли на борту одного из маггловских самолетов, летевших в Берлин. Вскоре машина Министерства, опасаясь за свою целостность, сама сделала все, чтобы об авроре Кингсли Бруствере забыли как можно скорее.       Но, разумеется, главной потерей и главным же шоком для британского правительства стала гибель Солнцеликого, Великого Светлого Чародея и Волшебника с невероятно длинным именем и не менее длинной бородой. Тело Альбуса Дамблдора нашли уже на следующий день прямо под окнами башни, в которой располагался кабинет директора. Что удивительно, в руках у трупа была его волшебная палочка и прощальная записка, написанная знакомым всем и каждому почерком с характерными завитушками.       «Я слишком много пожил на этом свете, чтобы не бояться взглянуть на тот, — цитировали эту записку газеты. — И перед смертью я хотел бы сознаться в том, что натворил за свою жизнь. Прошу никого не винить в моей смерти, ведь, прочитав записи, что лежат у меня на столе, вы сами все поймете. Я не мог больше жить с таким грузом на плечах. Простите меня, все кто сможете. Я искренне верил, что делал это ради общего блага».       Да уж… Гарри не принимал личного участия в переговорах с газетчиками, но знал, что Сириус, которому выпала нелегкая доля общения с редакторами «Пророка», «Министерского Вестника» и других важных магических изданий, очень долго ругался и жаловался, насколько дорого нынче стало подкупать «гребанных журналюг». Ну, еще бы… Ведь, помимо прочего, пришлось договариваться о публикации материалов о преступлениях Дамблдора — к слову, весьма немалых. Разведка Анархов времени зря не теряла, так что еще в ночь смерти Дамблдора в Хогвартс прибыл представитель крайне уродливых вампиров Носферату, привезший с собой сорок шесть здоровенных папок с описанием всей жизни Солнцеликого — от момента посадки его отца в Азкабан за нападение на магглов и до совсем недавних событий, включавших в себя шпионаж за двором Ее Величества.       Уцелевшим бойцам Ордена Феникса, успевшим поучаствовать в ночных стычках — таким, как Макгонагалл, Флитвик и остальные учителя — было решено как следует промыть мозги, а потому уже на следующую после бунта ночь за ними прибыла троица вампиров, одетых в аляповатые одежды и даже с виду кажущихся кончеными сумасбродами. Что они делали с преподавательским составом Хогвартса — неизвестно, но уже через три дня учителя вернулись в школу совершенно другими людьми. И не сказать, что изменения были в дурную сторону. Нет. Скорее даже наоборот: Макгонагалл стала мягче и чувствительнее к студентам, коротышка Флитвик стал больше контролировать своих балбесов, а потому травля слабых учеников на факультете быстро сошла на нет, Вектор стала общительнее с коллегами, а у мадам Спраут добавилось твердости характера. Конечно, любви к своим студентам она не утратила, но стала ответственней и требовательней к подопечным. Словом, изменения удались на славу.       Естественно, уже вскоре встал вопрос о том, что же будет с Хогвартсом. Конечно, Министр Фадж попытался пропихнуть своего человека, но администрация, учителя и — что самое страшное — попечители еще не простили ему Амбридж, так что Фаджу пришлось отступить.       В итоге, после голосования, начисто купленного вампирами и представителями «Старой Школы», на трон взошел Северус Снейп. Конечно, слизеринцы сначала радовались и готовились к полнейшей безнаказанности под патронатом сначала Снейпа, а затем — и Темного Лорда, ведь все как минимум догадывались, что декан Слизерина — Пожиратель Смерти. Но не срослось. Снейп, заняв пост директора, начал железной рукой наводить в школе порядок.       Прежде всего он ясно дал понять всем несогласным, что на этот раз никаких срывов дисциплины и сумасбродных выходок не допустит. Это было очевидно еще с самого начала, но многие — и среди них — большая часть слизеринцев — не придавали веса догадкам, пока Снейп не ввел ряд новых правил в школьный устав.       «Организация студенческого совета… — пораженно зачитывали объявления ученики, и оглядывались на слизеринцев. — А Снейп крут!»       Слизеринцы только отмалчивались. Втайне каждый из них надеялся на некие привилегии по всевозможным причинам, но, как оказалось, на посту директора Снейп проявил какое-то совершенно неприступное хладнокровие, рациональность и полное отсутствие фаворитизма.       Что такое «студенческий совет» пришлось растолковывать во время грандиозного собрания в Большом Зале всей школе, поскольку ученики то ли не хотели принимать это правило, то ли действительно не понимали, как это работает. Всегда всем управлял только один человек: Дамблдор. Все остальные просто подстраивались под его приказы. Теперь же Снейп предложил ввести всеобщий Совет, в котором состояли представители всевозможных школьных сообществ: от квиддича и до, собственно, Старой Школы. Снейп с удовольствием отметил, что при таком раскладе его задачи очень облегчаются — уже довольно взрослые члены Совета без проблем решали все вопросы самостоятельно на ежемесячных собраниях, а ему только подносили готовые факты и предложения, которые он мог либо утвердить, либо отклонить.       На почве недавних событий выяснив, что стандартной защиты для Хогвартса будет недостаточно, Снейп, с подачи Гарри, решил учредить школьную армию. В конце концов, такое никогда не будет лишним. Придя к такому выводу, он принялся размышлять, кто же лучше других подойдет на эту роль. Определенно, профессора в школьной армии вряд ли захотят состоять, особенно после всех тех изменений, которые сотворили с ними вампиры. Оставалось еще два варианта: или предлагать работу наемникам, что было весьма рискованной затеей, или выращивать бойцов прямо в школе из студентов, что тоже было далеко не восхитительно. Поначалу Снейп даже подумывал, не пригласить ли на эту сомнительную вакансию Сородичей, но пришлось бы долго раздумывать, как преподнести это предложение, не оскорбив кривым словом. Да и вампирам, собственно, какого клана предлагать?.. Ответов было много, и все, как назло, подходили. Под конец, окончательно запутавшись, Снейп решил не заморчачиваться и вызвал к себе Полумну, как единственную свободную от дел участницу заговора.       Та, непривычно счастливая и довольная жизнью, явилась четко в назначенное время и с живым интересом выслушала предложение Снейпа.       — Школьная армия? — переспросила она, задумавшись. — Звучит интересно, в самом деле.       — Так что, принимаешь предложение? — уточнил Снейп, любивший во всем точность.       — Смотря что нам за это будет и чего не будет, — Полумна весело сверкнула глазами. — Хогвартс мы, в случае надобности, хоть как-то сумеем защитить. Думаю, Гарри против не будет.       — Тогда сообщишь мне точный ответ до завтра, — кивнул Снейп. — Передай Гарри, что медлить нельзя.       — Обязательно.       Таким образом уже на следующий день, благодаря активным проискам Полумны, ученики и преподаватели уже читали объявление о создании официальной армии Хогвартса.       Конечно, создание при Хогвартсе пусть и небольшой, но армии, было встречено на ура. Людям — даже если они волшебники — очень нравится чувствовать себя в безопасности или, как минимум, под защитой небольшой группы опытных людей. А «Старая Школа», как показала практика, умеют защищать себя и остальных. Мало того, после официального соглашения между Гарри — как руководителем «Школы» — и Снейпом, штат пришлось расширять. Десять человек — это хорошо. Десять хорошо обученных человек — это очень хорошо и круто. Но, в масштабах целого замка и окрестностей, очень мало.       Так что, поговорив с новым директором Хогвартса, Гарри получил в свои руки официальное разрешение на использование и без того имевшегося в руках бонуса — теперь «Старая Школа» могла использовать многочисленные рыцарские латы и статуи-големы в своих целях. И это было круто. Очень круто. Потому как появилась возможность если не наладить полноценный караул во всех доступных и недоступных местах, то, как минимум, наладить нормальное патрулирование, а не тот бардак и имитацию бурной деятельности в виде патрулей старост и учителей, что были раньше.       Основной состав «Старой Школы», в компании примкнувших к ним шестикурсников, за два дня обошел весь Хогвартс, на каждом комплекте рыцарских доспехов были выведены необходимые руны, заранее составленные профессором Бабблинг — преподавателем руноведения, с которой у Гарри Эванса были превосходные взаимоотношения и даже некоторые совместные дела на рынке рунических артефактов магической Британии. Так что теперь любой первокурсник мог подойти к такому вот «патрульному», попросить о помощи — например, указать дорогу куда-либо — или доложить о нарушении правил. Конечно, Гарри сомневался в надобности последнего — стукачей никто не любит, хотя и он сам, и многие учителя активно пользовались доносчиками всех мастей. Кто-то «стучал» из мести, кто-то — ради выгоды и чувства превосходства, а кто-то — просто из любви к искусству. Тем не менее, примитивный интеллект, которым были наделены големы, позволял полуразумным статуям не только указывать путь глухим механическим голосом, но и принимать некоторые простейшие решения — разнимать драки, применять простые заклинания вроде паралича, восстанавливать базовую картину происшествия — скажем, определять зачинщика драки по свидетельствам и следам — снимать баллы и вызывать преподавателей, старост или членов «Старой Школы». В принципе, большего от них и не требовалось. Разве что пришлось несколько потратиться на закупку «вечного масла» — никогда не высыхающей смазки, которой и обработали «патрульных», чтобы не скрипели и не грохотали, как жестяная бочка.       Без «живого» пополнения тоже не обошлось. В первую очередь, это были члены расформированного Ордена Феникса, которые примкнули к Гарри и его людям еще в ночь бунта и до нее — Люпин, Сириус, Снейп и дети членов Ордена времени зря не теряли и проводили весьма активную «политинформацию» в стане Дамблдора. Сириус активно «обрабатывал» Тонкс, ее родителей и их друзей, Снейп действовал на уровне школьного персонала, незаметно подкидывая топлива в огонь сомнений в решениях Дамблдора, Люпин, будучи, с точки зрения Дамблдора, самым «благонадежным», занимался самыми «неблагонадежными» делами — обрабатывал и подтачивал уверенность Грюма, Подмора, Дедалуса Дингла и остальных людей, которые были самыми верными союзниками Дамблдора. По итогу, удалось убедить почти всех. Какими бы верными сторонниками ни были члены Ордена Феникса, но против документов, талантливо подброшенных в нужные моменты времени, против воспоминаний и записей, против всевозможных железных доказательств не попрешь. Разжечь «огонь революции» оказалось даже проще, чем Гарри планировал изначально — Орден и без того держался на одном только авторитете Дамблдора, а уж подобное вмешательство только добавило этому огню яркости.       Во вторую очередь, это были отряды добровольцев из числа старших курсов. Как выяснилось, очень многие обедневшие чистокровные и полукровки умели себя защищать хотя бы минимально и при этом не желали присоединяться ни к одной из сторон конфликта — ни к Волан-де-Морту, ни к Дамблдору. Так что их вполне устроила альтернатива работы на Хогвартс, тем более, что казна Хогвартса оказалась не такой уж и пустой, как Гарри думал и вполне могла позволить себе содержание не только нормальных учителей, но и целую роту регулярной армии. В мире волшебников, да еще и в условиях столь мощного магического контура, подкрепленного высокими крепкими стенами, подобная армия могла оборонять Хогвартс годами. Нужно было только набрать штат, подготовить его и нормально вооружить.       — Пусть каждый из вас подберет себе небольшой отряд из числа наиболее выдающихся учеников, — предложил Гарри на ближайшей встрече «Старой Школы». — Скажем, для начала, человек по пять-семь. Выберите — и дрессируйте их по своему профилю так, чтобы они могли, при необходимости, заменить вас собой. Джинни — набирай себе команду координаторов, будете следить за перемещениями по картам замка. Нужно, чтобы твои бойцы смогли найти нужного человека в замке не более, чем за минуту.       — Сделаем, но…       — Копии Карты Мародеров уже сделаны, ждут твоих людей у Сириуса, — предугадал ее вопрос Гарри. — Кроме того, ты занимаешься связью между группами, передаешь приказы и все такое. Дальше… У кого какие-то предложения будут? Невилл!       — Я подберу тяжелую пехоту, — предложил тот. — Нужно будет заказать хорошие противомагические доспехи вроде тех, что использовались во времена войны с Грин-де-Вальдом. Легкие саронитовые латы или ламеллярные доспехи. Наверное даже лучше, если будут ламеллярные, в них не так стесняются движения. Посохи, магические клинки, какое-нибудь тяжелое маггловское оружие… Как их там? Пулеметы, кажется?       — Не знал, что ты предпочитаешь быть живым танком, — удивился Гарри. — Нет, ну это понятно, что у тебя стили грубые и все такое, но…       — Не удивляйся, — хмыкнул Лонгботтом, пожимая могучими плечищами. — Это, так сказать, козырь из рукава. Меня с малолетства учили всевозможным трюкам, направленным на сохранение собственной жизни и жизни близких. Ну, ты понимаешь… Пример родителей и все такое… Кроме того, я беру на себя разговор с Финниганом. Нам нужен талантливый инженер-сапер, а у Симуса отец служит в инженерных войсках Ее Величества, да и сам наш пироман…       — Хорошо, тогда действуй, но за его поступки отвечаешь головой. — Гарри сделал в голове заметку, что надо бы показать родителей Невилла малкавианам или еще кому-то из Сородичей с опытом мозгоправства. Мало ли, вдруг они помогут там, где специалисты Мунго не справились. — Так, дальше… Сьюзен?       — Я уже два года посещаю практику у мадам Помфри, — чуть смутилась девушка Невилла. — И со мной туда ходят еще несколько девчонок и мальчишек с третьего по пятый курс. Так что, наверное, я смогла бы подготовить полноценный отряд первой помощи. Если, конечно, будет нормальное обеспечение.       — Будет, — кивнул Гарри. — Дальше… Фред, Джордж… Сами сообразите или вам помочь определиться, кто из вас двоих берется подготовить диверсантов, а кто займется поставками снаряжения для всей нашей небольшой армии?       — Не бойся, наш потерянный третий брат, — шмыгнул носом Фред. — Мы так гордимся… Так все дрожим… Все будет сделано.       — Луна, за тобой — отряды поддержки. Я жду от тебя мозгоправов и бойцов общего профиля. Справишься?       — Справлюсь.       — Уже есть план?       — Есть ли у нас план, мистер Фикс? — хихикнула впавшая ненадолго в сумасшествие Полумна. — Есть ли у меня план? Я разделаюсь с этим…       — Луна…       — Ты скучный, — надулась блондинка.       — Ну-ну, — чуть усмехнулся Гарри. — Я тебе вечером перед сном напомню эти слова.       — А я добавлю, — включилась Гермиона.       — Кстати, о тебе… — Гарри повернулся к девушке. — Ты возьмешь на себя особый отряд, — он выдохнул. — Людей, которых мы будем применять там, где будет работа не для молота, а для скальпеля. Людей, которые…       — Короче, взять на себя руководителей звеньев и основной состав, — перебила его Гермиона. — Я поняла.       — И не только их. Ты — моя правая рука. Если меня все же каким-то образом убьют — ты принимаешь руководство. После тебя — Луна, после нее — Драко, после него — в алфавитном порядке.       — Эй, а почему это наш слизеринский принц должен командовать? — удивился Рон.       — Хотя бы потому, что у него больше опыта планирования тактических операций, — пожал плечами Гарри. — И у него, без малого, была целая своя небольшая команда на факультете, которой он как-то управлял. Без обид, Рон, но он реально куда более опытный в плане операций.       — Да я и не обижаюсь, — пожал плечами староста Гриффиндора. — Знаешь, мне как-то и не прет командовать. Побыл старостой… Спасибо, не хочу еще всякое на себя брать, мне бы за факультетом уследить…       — И не только за факультетом. За тобой — големы. Это несложно, как играть в шахматы, где все фигуры — ферзи. — Гарри повернулся к Малфою: — Возьмешь на себя летунов?       — Возьму, — согласился блондин. — Чего не взять…       — Только не команду Слизерина, — поморщился Гарри. — Лучше набери сборную со всех факультетов. Так сказать, во избежание. За тобой будет разведка, налеты с воздуха, атака с недостижимой для противника высоты.       — Сделаю. Только вот…       — Лаванда, за тобой — контроль информационного пространства, — не дал ему закончить Гарри, поскольку уже знал, что у него спросит слизеринец. — Школьная газета, которую так мечтают выпустить братья Криви, беседы с издателями, если потребуется. Слухи, сплетни, всевозможная информация и дезинформация… Все, что только можно. Кто будет замечен в причастности к деятельности сторонников Дамблдора или Волан-де-Морта — на контроль. Подлить сыворотку правды, допросить под запись — и сдать Снейпу. Тот знает, что с ними делать.       — Один вопрос… — насторожился Рон. — А золото на это все где взять? Ну, на снаряжение, на метлы те же, на масла, на компоненты для эликсиров? Ты, конечно, богат, но…       — А за это не бойся, — усмехнулся Гарри. — Контора, а точнее — Хогвартс — платит. В худшем случае, у замка есть аварийный запас золота.       — Да ну? — удивился Невилл. — И где же?       — Часы факультетов, — улыбнулся Гарри. — Настоящие драгоценные камни на сумму в шесть миллиардов золотых. Примерно, конечно.       — Так нам их и позволят взять…       — Ну, как вам сказать…       А сказать Гарри и правда было что. Вот только он никак не мог придумать, как бы это преподнести, чтобы свои же не побили, если что. А суть была в том, что со следующего года планировалось отменить соревнование факультетов, существовавшее несколько столетий и успешно отжившее свое. Да и сами факультеты планировалось реструктурировать. Теперь это должны были быть не четыре группы учеников с различием по поведению, а четыре учебных направления, на которые направлялись ученики с разными склонностями. Мастера боевых чар и защиты — Гриффиндору, алхимики, травники и лекари — Слизерину, трансфигураторы, руноведы и изобретатели — Равенкло, мастера чар, поддержки, астрономии, нумерологии и прочих общих наук — Хаффлпаффу. Все как в нормальных, современных университетах. Никакого психологического деления, никакого деления по чистоте крови или предпочтениям преподавателей. Только склонности к тем или иным наукам.       Никакого межфакультетского соревнования. Его планировалось заменить личным рейтингом учеников. Лучшие из лучших на каждом курсе могли получать стипендию — для старта, Гарри со Снейпом договорились премировать трех самых лучших учеников каждого курса. Это и вызывало дух соперничества, и стимулировало студентов учиться — все же, тридцать галлеонов есть тридцать галлеонов, для студентов (особенно младших курсов) совсем не маленькая ежемесячная прибавка на карманные расходы. Плюс премии за научные труды, разработки, идеи и стоящие предложения, плюс право на отдельную комнату отличникам… Словом, делалось все, чтобы сидеть на жопе ровно и равнодушно постигать науки стало невыгодно и вообще позорно. Но все это будет только с сентября, поскольку требовалось время, чтобы все правильно организовать, разрешить переводиться между факультетами, организовать фонд стипендий, провести целую кучу бумажной работы — и только потом уже «осчастливливать» студентов. Если, конечно, кто-то выживет…       Впрочем, планировалось реформировать все не только в пользу лучших учеников. Отстающим, вечным лентяям, баламутам, раздолбаям и вообще «разложенцам» тоже готовились отсыпать «бонусов» по самое «не балуй». Пряник был отдан отличникам, а вот кнут достался двоечникам. Никакого снятия баллов, никакого написания строчек. Первое серьезное нарушение — предупреждение, второе нарушение — выговор с занесением в личное дело, третье — на хрен из школы, невзирая на статус крови, золото родителей и все такое.       Кстати, о золоте… Ребята из студенческого совета в компании со Снейпом, прочитав финансовые документы Хогвартса, за голову схватились. Школа почти целиком и полностью жила на дотациях от Министерства, Попечителей и совсем незначительно — на мелких заказах учителей, с трудом окупавших материалы для занятий. Это никуда не годилось. Вообще, это было чудом, что Дамблдор и администрация школы умудрялись — при прочих равных — еще и откладывать какие-то деньги в резервный фонд школы. Конечно, все понимали, что в казне лежит немалая сумма денег бывшего главы Ордена Феникса, но… покойным золото уже не нужно.       В любом случае, следовало как-то преодолеть зависимость Хогвартса от денег Министерства. А для этого был всего один вариант — начать разворачивать на базе школы собственное производство. Хоть какое-то. Контракты от различных производителей и реализаторов, производство на локальное обеспечение школы всякими полезными ресурсами. Пустые поля возле Хогвартса планировалось засадить полезными культурами, в озеро напустить рыбы разного вида, развести в загонах животных для мяса… Домовики клялись и божились, что справятся с обязанностью поддержки всего этого хозяйства. А ведь еще были пустующие площади для мастерских по производству артефактов, была возможность развернуть алхимические производства. Да, пока не очень большие, но много ли надо крошечной магической Британии? И всем выгодно. Студенты и выпускники получают практику, оплату золотом за свой труд и гарантированное трудоустройство после школы либо на местное производство, либо в бизнесе, с которым полагалось вести переговоры при помощи администрации. Разные фабрики, цеха и гильдии в магическом мире — специалистов с хорошей практикой. Школа — известность и лишние деньги, которые, как известно, совсем никогда не бывают лишними.       Но все это будет позже. Требовалось время, чтобы развернуть полноценные производства и научные комплексы, чтобы подготовить все необходимые документы и расчеты, чтобы морально подготовить студентов и преподавателей… Все требовало времени, денег и нереальных физических и ментальных усилий, вложенных в реформацию Хогвартса. Пока что же у новой администрации Хогвартса была совсем другая проблема.       Им нужно было покончить с войной. И они были к этому готовы.