Настоящие джедаи бывшими не бывают

— Дом, милый дом! — Если быть точным, то «милая канализация». Жуткие черепахи-мутанты где-то под улицами Нью-Йорка. Асока молча стояла у раскрытых боковых дверей десантного отсека, держась за поручень, и поглощала взглядом когда-то бывший привычным для нее город, а точнее, планету-город. Все те же мириады аэроспидеров, гоняющих по выделенным трассам, все то же совершенно безоблачное небо, заполненное кораблями в строгих контролируемых армией коридорах, все тот же пейзаж тянущихся до самого горизонта разнообразных высоких зданий, уже начинающих перемигиваться тысячами огней, так как медленно надвигался вечер… Все было точно таким же, как и в прошлом. Хотя, чего удивляться, это же и есть прошлое. Без флагов Империи, без штурмовиков на постах, без повсеместных и осточертевших до тошноты алого и черного с редкими вкраплениями золотого, являвшихся официальными цветами на мероприятиях и парадах… Девушка презрительно поморщилась. Когда-то ей нравился Корусант… Ну, до того, как его оборонительные платформы начали открывать огонь без предупреждения при подозрении на нахождение внутри корабля джедаев. Хоть эта планета и была прямым антиподом того, как и где традиционно проводили свою жизнь тогруты, в том заключалась и некая романтика, некая изюминка: здесь все было иначе, и не было в галактике по-настоящему похожего на это места. Самые современные технологии, живые существа буквально практически с каждой заселенной планеты, соприкосновения десятков и сотен разных культур, политика и интриги, возможности… И джедаи. Храм Джедаев. Действительно стоящий на своем месте, внушительный, кажущийся незыблемым, как всегда… Но теперь Тано отлично знала, что это только видимость. — Спасибо, что подвез, Фокс! — Энакин махнул клону-пилоту, выходя из кабины. — Так точно, генерал! — клон привычно отдал честь. Энакин со странным взглядом ненавязчиво подхватил подвисшую в своих мыслях тогруту под руку и спрыгнул вместе с ней на каменные плиты площади перед входом в Храм Джедаев. Девушка нервно выдохнула, еще раз посмотрев на здание, но с места так и не сдвинулась. — Асока, я чувствую, что ты нервничаешь, — вздохнул парень. — И если даже такой образцовый дуб, как я, это ощущаю, то здесь явно что-то серьезное… — он помолчал пару секунд. — То твое видение? — Можно и так сказать… — протянула Тано. — С Храмом что-то случится? — последовал логичный вопрос. — Ничего хорошего уж точно, — и логичный ответ. Асока неосознанно вцепилась в руку парня, отгоняя неприятные воспоминания. А ведь она, потратив практически все, что у нее тогда было, сумела посетить Храм спустя три месяца после Приказа 66. Точнее, думала посетить… Но, к собственному шоку, обнаружила на его месте лишь обожженные пожарами и взрывами развалины, в которых размеренно возились строительные и боевые дроиды под присмотром уже штурмовиков. Обломки бетонных плит, помятые листы дюрастали, какие-то ящики… Но одну вещь Тано все-таки ночью украсть сумела: старенькую голографическую фоторамку с изображением Зала Тысячи Фонтанов. Неясно, как она вообще смогла уцелеть, но это уже не имело значения. Хотя бы какая-то память о былом… Не то чтобы тогрута правда рассчитывала найти там что-то важное… Кого-то… Но не ожидала подобного. Это было финальным аргументом в пользу того, что жизнь в галактике необратимо изменилась, и все уже никогда не будет по-старому. — Асока, видения сами по себе не значат, что… — Знаю, — она слабо кивнула. — Я знаю. Тяжело не понять это, а принять. И сделать так, чтобы эти… видения не сбылись. — Мы сделаем. — Надеюсь, что сделаем и правильно тоже. Не всякая цена может быть приемлемой… — тогрута вдруг подумала, что, возможно, Энакин, в характере явно не изменившийся за прошедшее с ее ухода время, точно так же кому-то тогда и сказал. Дорогому ему человеку не мог ответить иначе. И сделал. И заплатил цену… Но Темная Сторона едва ли вообще отпускает своих жертв из собственных мертвенно-холодных пальцев. — Раньше все было как-то попроще, — тихо продолжила Асока. — Бой, уничтожить дроидов, спасти заложников… Не говоря уж о том, как я представляла это, будучи юнлингом. Воображала о восхвалении мастера Асоки Тано в красиво расшитой робе, сидя на воспитательных отработках в Корпусе Звездочетов… — Ты выросла, — молодой джедай поднял глаза к небу. — Наверное, всем взрослым однажды хочется вернуться в беззаботное детство, когда не было всех этих сложностей, проблем, противопоставлений… — Тебе точно этого не хочется. А значит, и я туда не вернусь. Не оставлять же тебя… — тогрута прикусила губу на слове «снова». — Хм, ты и правда выросла… — серьезно кивнул Скайуокер. — Оби-Ван рассказал? — Неважно, — девушка отвела взгляд. — Просто знай, что я знаю. И я рядом. Естественно, ты никогда в жизни не позволишь себе прийти к кому-то и поплакать, — она легонько ткнула парня локтем. — Но если вдруг… — Если вдруг мне захочется послушать, как ты надо мной подшучиваешь… — продолжил тот, усмехнувшись на недовольный взгляд ученицы. — Ладно-ладно, я понял. О себе бы лучше побеспокоилась, — Энакин кивнул на ее левую руку. — Вот ты знаешь, что я чувствую твои эмоции, но на словах никогда ведь не признаешь, — вздохнула тогрута. — Чего не признаю? — джедай невинно пожал плечами. — Что ты дурак, учитель. — Это-то я как раз признавал, — усмехнулся он. — Ну да-а-а, — протянула Асока. — Обычно это звучало как «Просто готовься взбираться на стену и не спорь!». — Но ведь изучение голографических карт правда было на тебе! — И ты просто сказал мне не волноваться! — Долг падавана состоит и в том, что мягко, вежливо и уважительно указывать своему учителю на его очень редкие и совершенно случайные ошибки! — Скайуокер важно поднял палец вверх. — И как этот человек стал одним из лучших генералов республиканской армии… — Мастерство дипломатии! Парочка джедаев искренне рассмеялась, смотря друг на друга, и все же размеренной походкой двинулась ко входу в Храм. — И все же, я настаиваю, чтобы ты посетила медицинский корпус, — продолжил Энакин. — Мои-то хоть недостатки не перенимай. — Думаю, уже слишком поздно для этих слов, — коротко улыбнулась тогрута. — Ну… Я бы попросил тогда хотя б планы разрабатывать по лекалам, отличным от моих… Но сегодня ночью ты подорвала несколько десятков живых существ кустарной термоядерной бомбой… — У нас были очень неплохие шансы выжить с нашими возможностями, между прочим, — парировала Тано. — В твоих планах так получается не всегда. — Но я придумываю планы при гораздо более высоких ставках, чем буквально всего лишь шесть наших жизней. — Поэтому я обычно и не слишком возражаю, — она пожала плечами. Они синхронно остановились около громадных дверей, то и дело распахивающихся для того, чтобы впустить или выпустить очередного джедая. Асока окинула неопределенным взглядом дружно шагающую внутрь видимо с какой-то поездки группу юнлингов, возглавляемую невозмутимо плывущим над землей в кристалловидной колбе мозгом с множеством щупалец. — Второй раз в жизни вижу целегианца, а удивляюсь словно в первый, — прокомментировал Скайуокер. — Они, на самом деле, довольно любопытные существа… И очень умные, — вздохнула тогрута, вспоминая о своем знакомстве с одним из них, состоявшим в рядах Сопротивления. Он погиб вместе со всей повстанческой базой на Квинтасе, которая попалась имперскому поисковому рейду. — Ну, полагаю, тебе виднее… — парень задумчиво почесал подбородок. — Но все же, если не возражаешь, то мне внешне гораздо больше нравятся люди или тогруты. — И даже такой лестью ты не уговоришь меня пройтись вместе с тобой до башни Совета и честно отрапортовать магистрам о нашей совершенно случайной авантюре. — Ощущается как-то не совсем честно… — Энакин покосился на невинно захлопавшую глазками Асоку. — Так и быть, с меня потом каф, — Тано отлично знала, какие сделки нужно предлагать. — Пять кружек, — заявил джедай. — Четыре. — Четыре с двойной порцией сахара. — Договорились. — И откуда в тебе только задатки ботанов… — вздохнул Скайуокер. — Так от тебя ведь! — Не понял? — Ты сам-то слышишь себя, когда переговариваешься с поставщиками и тыловиками? — резонно возразила девушка. — Странно, что ты до сих пор никого из них молнией посильнее не шарахнул за их стартовые условия поставок обмундирования. — И не поспоришь ведь… — парень задумчиво потер голову. — Но я ж так весь престиж звания джедая потеряю, если пойду всех этих мелких чиновников, например, Силой душить. — О, не волнуйся, Энакин, — тогрута проникновенно приложила руки к груди. — Ты всегда будешь для меня самым лучшим учителем, и неважно, скольких чиновников ты в свободное время зарежешь световым мечом! Можешь даже их из тяжелого бластера пристрелить! На их парочку с серьезными лицами синхронно покосились не менее десятка проходивших мимо рыцарей и падаванов, но, впрочем, никаких слов упрека не прозвучало — как-никак, некоторая репутация у Скайуокера существовала. Не прям уж совсем положительная… Но все же. — Ребятам нужно уметь иногда расслабляться, — хмыкнул Энакин. — А то только лишь капелька черного юмора — и уже смотрят как на умалишенного или на ситха. — Разве это не синонимы, учитель? — с тщательно изображаемым интересом выдала Тано. Энакин с Асокой вновь дружно рассмеялись, все так же сопровождаемые странными взглядами окружающих. — Да-а-а… — протянул молодой джедай. — Ладно, пойду я, так сказать, сдаваться на милость Совета. Хотел бы сказать про «не попадай в неприятности», но, скорее, «не попадай в неприятности без меня, Асока». — Мы же уже в Храме? — И что? — Скайуокер применил универсального «убийцу споров». — Резонно… Тогда удачи тебе, учитель. — И тебе! — он коротко махнул рукой в знак прощания. Девушка вновь осталась стоять одна перед дверьми Храма, и неуверенность вновь постучалась к ней в разум. Несмотря на кучу прекрасных и теплых воспоминаний об этом месте, будь то ее детство или юношество, все омрачало лишь одно, то самое: день ее ухода из Ордена. День, когда она впервые увидела здешний зал для проведения судебных заседаний… День, когда она навсегда повернулась спиной к месту, в котором выросла. Щемящее чувство тоски в сердце преследовало ее несколько лет и после того, как она увидела своими глазами горелые развалины Храма. Но даже подобная трагедия, даже все, что случилось, не могло вернуть одного — доверия. Или хотя бы желания вновь начать доверять этой… организации. Даже Сопротивлению, на ее взгляд, реже приходилось идти на сделки с собственной совестью, а ведь оно существовало по-настоящему на военном положении. Нет, конечно, нельзя говорить о совести, имея в виду джедайские традиции или Кодекс… Но для нее это часто выглядело именно так. Джедаев учили подавлять свои эмоции, привносить ясность в свои мысли, быть бесстрастными… Как будто каких-то дроидов. Даже если во имя противостояния Темной Стороне… Работало это все равно далеко не всегда. Был ли Орден честен со своими последователями? Девушка не могла судить полноценно, что и понимала сама, но считала, что точно так же — далеко не всегда. Асока на собственном примере поняла, что на самом деле джедаи не совсем тождественны слову «Орден». Она искренне желала спасти джедаев — своих бывших товарищей по учебной группе, своих нынешних товарищей по оружию, всех тех, кто сражался на этой войне ради защиты мирных планет и победы над сепаратистами… Но Орден? Таким, каков он сейчас? Это вопрос уже гораздо-гораздо сложнее… — Нет неведения — есть знание… Нет страстей — есть ясность мыслей… — начала бурчать себе под нос Тано, медленно шагая по каменным плитам. — А знаем ли мы все то, что должны… А не зря ли мы пытаемся «сохранять хладнокровие» каждую секунду своей жизни… — Гложет нечто тебя, юная Тано? — внезапно послышался сбоку прекрасно узнаваемый голос. Девушка ощутимо вздрогнула от неожиданности и, развернувшись, запоздало поклонилась задумчиво шевелящему ушами гранд-мастеру. — Гранд-мастер Йода, — без особого проявления уважения произнесла она. — Нет, не слишком сильно. — Не доверяешь, значит, — заключил магистр. — А… — осеклась тогрута. — Не знает Скайуокер юный тоже, догадаться могу, — спокойно продолжил Йода. — Видела важное настолько ты? — Я… — Асока быстро взяла себя в руки. — Я не видела ничего важного, — она отвернула голову. — Врать несвойственно тебе, юная Тано, — тяжко вздохнул зеленый гуманоид. — Важна причина того, не иначе. Асока резко помотала головой, хлестнув лекку по груди. Она никак не была уверена, что Высший Совет джедаев стоит посвятить в то, в чем она и Энакину-то признаться не может. Судя по обмолвкам Оби-Вана в прошлом, Совет и так знает, что где-то тут — в самом Сенате — сидит ситх с ниточками в руках. Но кто ей поверит, если она даже просто намекнет на что-то? Кто поверил ей тогда, один Энакин? Ей, ни разу не подводившей Орден, буквально за пару дней выдали смертный приговор, и плевать на ее репутацию, они заботились о своей, стремясь осудить предполагаемого террориста, и даже не попытались сложить концы с концами: ключ-карта, та запись с камер, такой удобный склад прямо с полным набором бочек нано-дроидов… И уж тем более, какие магистры поверят ей, простому падавану? Быть может, Пло Кун ее выслушает, быть может, Оби-Ван… И все. Совет не привык считать кого-то умнее себя, тем более, в вопросе ситхов. Они с Энакином сражались с графом Дуку, с Вентресс, с Гривусом, с датомирскими ведьмами, даже с чертовыми небожителями, которые, по сути, олицетворяли собой стороны Силы, в том числе и Темную… Но как будто Совет признал бы их опыт, ведь эти Скайуокер и Тано такие самоуверенные и своенравные… Да даже если вспомнить видения Энакина о судьбе его матери, о чем также упоминал Оби-Ван, что, кого-то это разве озаботило? Послушают об ее «видениях» и отложат в долгий ящик, ведь они-то наверняка ничего такого не видели, коли допустили ту трагедию Приказа 66. Не может же ведь вчерашний юнлинг видеть дальше, чем уважаемые магистры, естественно. Спишут на волнения, психику, «ложные видения», что угодно, подобное этому, но никак не больше… — Часто ли уважаемый Совет опускается до обычных падаванов? — не удержалась от язвочки сверкнувшая своими голубыми глазами тогрута. — Энакин как раз сейчас докладывает о том, как проходило наше спасение похищенных юнлингов. Такая возможность прочесть ему очередную нотацию о неосторожности! — Говорил с юнлингами теми я, — спокойно ответил гранд-мастер. — Напуганы несколько, впечатлены, наверстать упущенное желают, к удивлению моему. — Правда молодцы, — коротко улыбнулась Асока. — Но похвалы ради делали это вы? — зеленый гуманоид склонил голову набок. — Или таков долг каждого из нас? Стоило мне исполнить танец торжественный в честь события, юная Тано, так ты считаешь? — Может, и не похвалу, но что-то я очень сомневаюсь, что даже при учете всех обстоятельств наши действия признают правильными… — мягко вздохнула она. — Магистр Йода, я понимаю, что вы заботитесь о всех джедаях вместе, иначе никак… — тогрута с трудом проглотила фразу «Только об одном из них забыли». — Но иногда совокупность маленьких картин суть нечто большее, чем просто одна большая. — Правда сие, — подтвердил Йода. — Но не вижу картины той я, что покажет мне это вместо того, чтобы лапшу вешать на уши дряхлые гранд-мастера старого. — Кхм… — смутилась девушка. — Простите, магистр Йода, я повела себя недостойно. — Извинений не требовал я, — участливо покачал головой тот. — Движим волнениями за Тано юную, тревоги скрывающую. — Обещаете меня выслушать, значит? — Обещаю я, — кивнул магистр. — Открыты двери всегда тех для, кого терзают волнения. — Тогда… — Асока неопределенно повела плечами. — Когда-нибудь я расскажу. Когда приведу мысли в порядок, — в этом она была полностью искренна. — Известно тебе, куда приводят излишние эмоции, юная Тано, — покачал головой Йода. — Тянуть не следует. Аккуратной стоит быть. — Мои эмоции — мое дело, — тихо буркнула себе под нос тогрута, скрестив руки на груди. Гранд-мастер предпочел сделать вид, что не услышал этой реплики, и задумчиво погладил прядку своих давно уже седых волос. — Уверена ты ли? — он намеренно задал столь общий вопрос. — Уверена, — девушка выдержала внимательный взгляд магистра. — И уверена в тех, с кем рядом я сражаюсь. Йода протяжно хмыкнул, мгновенно распознав намек как на Энакина, так и на то, что, по ее мнению, Совет, часто находясь в Храме, несколько отдален от реалий войны. — Простите, магистр Йода, но могу я попросить вас продолжить этот разговор позже? Я спала всего три часа за последние двое суток, — прямо высказалась Асока. — Задерживать не могу тебя, юная Тано. Заслужили отдых вы, — гранд-мастер, как и всегда, несмотря на возраст и положение, честно поклонился в ответ на уже более уважительный поклон тогруты. Тано решила не проговаривать свое стандартное пожелание о приятных снах… Ей просто не захотелось. Естественно, Йода бы точно не сказал ничего негативного по этому поводу, но… Раньше — определенно бы пожелала, но не сейчас. Не хотелось ей и просто разговаривать. Усталость действительно брала свое, плюс психическое состояние девушки с момента, как бы это не звучало, собственной смерти оставляло желать лучшего. Особенно в Храме и особенно при разговоре с не слишком близким ей инопланетянином, хоть Йода в определенной степени и считался учителем для каждого юнлинга. Вот магистр Шаак Ти ее бы поняла, так как она сама отлично понимает тогрутский язык тела, но не гранд-мастер… «Да уж…» — прошелестела у нее в голове мысль. — «Мне стало явно тяжелее контролировать свои эмоции и порывы… Гормоны играют, что ли? У меня тело-то ведь подростка, верно? Я уже успела забыть, каково это…» Асока торопливой походкой направилась к лифтам, стараясь не слишком обращать внимания на проходящих мимо джедаев: из-за условий военного времени никто, естественно, и не вспоминал о графиках со всеми сражениями, переговорами, боевыми операциями… Так что нынче Храм постоянно гудел жизнью… Или будущей смертью. И тем больнее было тогруте встречать тех, чьи лица были ей знакомы и оставались в памяти. Немного знакомые тви’лечки — тоже любительницы растений — с которыми всегда можно было полюбоваться Залом Тысячи Фонтанов, просто примелькавшиеся рыцари, день за днем отправляющиеся на задания, и, конечно, ее бывшие собратья по учебной группе, так же, как и она, по приказу бесстрашно поднявшиеся на защиту Республики… Оли Старстоун, Ферус Олин, Уи Малро… И те, кого уже настигло слияние с Силой: Зул Ксисс или Дарра Дел-Танис… Тогрута нервно задышала, тихо скрипнув зубами. Эта рана в ее душе до сих пор сочилась темно-алой кровью, и всегда будет продолжать сочиться. Тогда она переживала это гораздо тяжелее, чем даже будущую трагедию — будущую Чистку. Только год назад они вместе бегали по тренировочному залу, смеясь друг над другом и красуясь своими результатами в спаррингах… И вот война сказала им свое первое мрачное и бесконечно тяжелое слово. Опасность и смерть стали болезненной, но рутиной. А потом случилось нечто совершенно невозможное, и на ту рану в сердце легло сверху безобразными шрамами еще десять. Девушку радовала приятно бурлящая в этом месте от тысяч светлых одаренных Сила, но в то же время это и пугало ее, заставляя сердце тоскливо сжиматься. Ей уже была знакома бесконечная зияющая пустота в Силе, открывшаяся предсмертными стонами тысяч погибших джедаев… И испытать это еще раз ей совершенно не хотелось. Асока часто заморгала, пытаясь прогнать предательски заблестевшие в уголках глаз слезы. Что может быть хуже того, чтобы сидеть перед бездыханным телом товарища? Ответ очень прост. Смотреть ему еще живому в глаза и разговаривать с ним, зная, что, вероятно, в будущем ты будешь сидеть перед его бездыханным телом. Смотреть в улыбающееся лицо будущего мертвеца. В десятки, сотни и тысячи таких лиц. Тано напряженно практически стукнула по сенсору лифтовой кабины, ненамеренно выражая свои эмоции. — Ну, что смотришь? — тихо обратилась она к своему же нечеткому отражению в начищенных металлических листах дверей. — Асока Тано от клятв не отступает. Если не спасу всех… — повзрослевшая девушка все же совмещала желания с реальностью. — То как минимум я попытаюсь. Хоть мне и стыдно перед тобой признавать, что я просто не сумею уберечь каждого. …И мне правда нужно поспать, чтоб больше не разговаривать с самой собой. Лифт быстро и практически бесшумно довез тогруту до одного из многих этажей, на которых располагались жилые комнаты. Выйдя в коридор, Асока в очередной раз почувствовала себя несколько неуютно из-за здешних размеров помещений, точно так же, как и при входе в Храм: после Ордена в подобных монументальных местах она особо не бывала, а уж долгие годы в Сопротивлении и работа шпионом тем более отучили ее от прежней симпатии к просторным и свободным помещениям. Утлые небольшие корабли, которые не будут выделяться и хорошо наблюдаться на радарах, секретные укрытия и ходы, укрепленные базы повстанцев, часто находящиеся под землей и, соответственно, физически не способные иметь громадных помещений, исключая, разве что, ангары… После всех пережитых событий теперь Храм выглядел для нее очень странным и красивым, но как будто памятником стилю гигантизма вместо того, чтобы быть синонимом удобного простора, как это было в ее воспоминаниях. Инстинктивно поежившись, Тано бросила быстрый взгляд на номера дверей и поспешила в левую сторону. Несмотря на все то, что с ней приключилось, тогруте не нужно было вспоминать конкретно эти мелочи: номер собственной личной комнаты, как и комнаты Энакина, она помнила всегда. В бессмысленных попытках потакать этим воспоминаниям она, при наличии выбора, выбирала в отелях, где приходилось ночевать, комнаты с похожими цифрами, а на нескольких базах Сопротивления, где она по долгу службы проводила какое-то время, девушка неизменно цепляла над дверью собственноручно сделанную табличку с кривовато выведенными цифрами «2186». Учитывая, что она была сделана из листа дюрастали, взятого с рухнувшего истребителя, это, наверно, было самым большим достижением Асоки в Силовой ковке, но у нее даже не сохранилось воспоминаний о том, как именно она ее делала. Зачем она ее вообще использовала, тогрута тоже не могла сказать даже себе, но делать это продолжала. Может быть, от ностальгии, может быть, от глупой тяги сыпать соль на свои же раны… Особенно, учитывая, что в базах данных Храма личные покои всегда отмечались и по именам текущих владельцев, чем джедаи при нужде пользовались гораздо чаще, нежели номерами. Легкое касание поверхности дверного сенсора… Такое привычное движение. И так давно забытое. Тано с печальным лицом вошла внутрь, закрыв дверь за собой. Казалось бы, чего печалиться, ведь все сохранилось точно так же, как и в ее воспоминаниях… А может, в этом и была проблема. В этих нескольких голографических фотографиях ее, Энакина и иногда Оби-Вана с другими джедаями на столе. В этих разноцветных выделанных мехах прямиком с родной Шили на постельном белье ее койки. В нескольких причудливых украшениях на полках, соседствующих с случайно найденной где-то на складах заготовкой под темно-синий кубик голокрона. В сиротливо оставленном на углу стола стареньком датападе, на экране которого виднелось изображение какого-то экзотического животного… В этой приделанной к стене подставке для световых мечей, одно из двух отделений которой теперь бесполезно… Принадлежало ли все это ей, Асоке Тано? Ей, отчаянному и неугомонному падавану генерала Энакина Скайуокера? Ей, юной девушке, любящей рассматривать фотографии природы с разнообразных планет? Или ей, обожженной жизнью шпионке Сопротивления, живущей в бесконечном цикле борьбы и выполнения миссий ради призрачной надежды на победу над Империей? Ей, потерявшей все, что у нее только было, в огне взрывов и бластерных выстрелов? Она не знала. И не знала, как ей это понять. Из безрадостных мыслей ее вывела уже во второй раз начавшая неприятно ныть пострадавшая рука. Но сейчас тогруте не хотелось никуда идти, тем более в госпиталь Медицинского корпуса. Не встречать никого… Не разговаривать ни с кем. Скинув с ног ботинки и Силой перенеся их на положенное место, Асока по старой повстанческой привычке прямо в одежде устало рухнула на небрежно заправленную кровать. Световой меч также остался на ее поясе. «Иронично…» — пришла на ум мысль. — «Я заправила свою кровать дня три назад… Но в то же время и как будто с того момента для меня прошло, наверно, лет пятнадцать… Ощущается лучше, чем я предполагала». Тогрута аккуратно провела здоровой рукой по ноющим мыщцам плеча, медленно сосредотачивая в ней Силу. Целительное искусство джедаев было одним из самых сложных занятий для одаренного даже при наличии таланта, которого у Тано не имелось. Как и учителя, естественно. Да и на тренировки времени практически не было… Только вот тех, кого нужно было вылечить, всегда было полным-полно. Но за семь лет слепых попыток и, хоть и редких, но самолично придуманных изнуряющих тренировок, действенность которых так и осталась под вопросом, Асока так и не сумела достичь уровня хотя бы полноценного ученика-целителя. Ее максимумом так и остались царапины, небольшие раны, облегчение усталости… Да и то только в основном только для нее самой. Но ускорить регенерацию собственного организма часиков на семь умения ей вполне хватало. — Я ведь была несерьезна, верно? — тихо спросила она вслух у темноты. — Все мои эмоции, раздумья, сражение… Они не стоили ничего в сравнении с Храмом. С тем, о чем я в своей глупости не задумывалась прошедшие три дня. Увлеклась тем, что было так привычно… По крайней мере, исправила хотя бы одну свою ошибку… Верно? — девушка вздохнула. Но погруженная в темноту комната ей не ответила. Тогрута осторожно вытянулась на своей койке, уложив пострадавшую руку вдоль тела, и закрыла глаза. Усталость, как физическая, так и моральная, очень быстро взяла свое у девушки, которая бессонницей и так не страдала: уже секунд через двадцать ее дыхание окончательно замедлилось и выровнялось. Против обыкновения, сегодня Асоке не приснились ни кошмары — частые ее гости — ни до боли редкие сны о лучшей жизни. Совершенно ничего, кроме бесконечно далеких ощущений наблюдающей за ней Силы.

***

Окончательно проснулась Тано в довольно неожиданном месте: под до безумия приятными струями горячего душа. Девушка, похлопав глазками, озадаченно оглянулась, но все было вполне обычно: все та же стандартная храмовая душевая кабинка, отделанная белоснежной плиткой, льющаяся на нее сверху вода, принадлежащая ей же самой рука, протянутая к висящей у стенки душевой лейке… — Вот это да… — выдала тогрута, немного вздрогнув от эха собственного голоса. — Вот что значит закрепленный за более чем два года рефлекс. Даже еще не проснулась сама, а уже пошла мыться. Эх, это вам не какой-то там акустический душ на базах Сопротивления… — с некоторой удовлетворенностью протянула она. Учитывая, какой редкостью в ее прошлой жизни было удовольствие почувствовать на коже самую настоящую воду, Асока без всяких зазрений совести снова и снова подставлялась под горячие струи, зажмуривая глаза от удовольствия. Тщательно вымыла от следов грязи свои монтралы и лекку, которым явно не пошли на пользу сутки, проведенные то в глухом лесу Фелуции, то в лесу уже другой неизвестной планеты, даже тихонько застонав от того, насколько приятно это ощущалось: в отличие от кожи, на акустический или ионный душ реагировали они не слишком хорошо. Затем хорошенько потерла воздушной тканью мочалки все свое тело, то и дело морщась от нескольких незамеченных ранее синяков. Со вздохом провела тонкими пальцами по своим рукам: естественно, это ощущалось прекрасно, когда на однотонной оранжевой коже нет уродливых следов от прежних шрамов… Которые теперь ни о чем не напоминают. Но в то же время это было как-то непривычно, ведь они давно стали частью ее. Как отметки о том, как долго уже она сражается… Поджав губы, тогрута аккуратно ощупала свой бок. Когда-то… в прошлой жизни именно его обжег плазмой кроваво-красный клинок Вейдера. Не слишком сильно, тем более, под воздействием адреналина Асока вообще не ощутила какой-то боли, но, судя по тому, что она помнила, рана должна была быть довольно серьезной. Правда, осознать это в тот момент ей помешала резко обвалившаяся крыша ситхского храма. Девушка, призвав на помощь всю свою силу воли, с тяжким вздохом все-таки выключила воду и достала с вешалки из стеклянного шкафчика снаружи душевой кабины обыкновенное большое полотенце из водорослевого хлопка: обсыхать под обжигающими потоками горячего воздуха ей было не слишком приятно. А вот вытираться мягкой и приятной на ощупь тканью было гораздо лучше. К тому же, вполне традиционно для ее расы. Не то чтобы Асока была очень большой любительницей традиционных ценностей… Но почему бы и нет? Отложив полотенце, тогрута немного покрутилась перед стеклянной поверхностью шкафчика, придирчиво осматривая себя. В таком виде ее тело было для нее гораздо более непривычным, чем это казалось пару дней назад… В глаза бросался и немного более яркий оттенок кожи, и несколько врожденных белых полос тогрутского «камуфляжа» на теле, еще не вытянувшихся до взрослых размеров, и ее подростковая фигура, не слишком привлекающая своей угловатостью… Тано коротко вздохнула. Не то чтобы ей было перед кем в Храме красоваться, но все же иногда голову девушки посещали и подобные мысли. Примерно пару раз в год, но все же. Внутренне подивившись самой себе и из-за того, что чистый комплект одежды ее подсознание во сне тоже скомандовало захватить, пусть и положило его не особо туда, куда надо, Асока поспешно вышла в одну из раздевалок и принялась одеваться.

***

Несмотря на довольно раннее утро и то, что тогрута выбрала одну из дальних по отношению к этажам с личными покоями джедаев столовую, она все равно была полна народом: две неизменно шумные группы юнлингов со своими дежурными учителями, джедаи из различных корпусов Храма, завтракающие перед началом работы, просто редкие рабочие не из одаренных, обслуживающие здешнюю инфраструктуру… Взгляд девушки вдруг уловил приветственный жест рукой от одной из учительниц, отвлекшейся от разговора с юнлингом — Трисс Шайне, тоже тогруты, как и она сама, и даже похожей на нее внешне, даром что возраст у нее был за сорок, хоть и выдавали это только ее лекку. Когда-то она вела некоторые уроки и у той группы, в которой обучалась сама Асока. Несмотря на оставшееся подавленным еще со вчерашнего дня настроение, Тано нашла в себе силы слабо улыбнуться и кивнуть, также в знак приветствия. Пусть далеко не всегда девушка вспоминала времена своей учебы в позитивной манере, к учителям она всегда испытывала только лишь уважение. Точно так же, как и к своему нынешнему учителю. Отстояв приятно короткую очередь, тогрута подошла ближе к… интенданту? После стольких прошедших лет она впервые задумалась, что мысленно называла всех на подобном месте именно так, как это делали, вероятно, по аналогии все молодые генералы-рыцари, как, например, Скайуокер, так и ее подруга Эйла Секура. — Мне восемь кружек с кафом. Пять с двойной порцией сахара, остальные три с молоком и сухофруктами. Молодой ботан, которых часто ставили на подобные должности, удивленно вытаращил на нее глаза, а его мех пошел волнами. Видимо, от неожиданности, так как большие заказы джедаям не были присущи даже по части еды. — Мне для мастера Скайуокера, — решила пояснить Асока. — Для рыцаря-джедая Скайуокера, — монотонно поправил ее ботан. — Да, что-то такое мне говорили. Девушка, закатив глаза, безразлично пожала плечами. — И сушеного мяса тимиаров две упаковки. — Ваш номер — восемнадцатый, — последовал столь же монотонный ответ. Спустя пару минут безмолвного наблюдения за броуновским движением мидихлориан в их мясных джедайских скафандрах Тано после сигнала на голографическом экране подхватила телекинезом большой пластиковый поднос с дымящимися кружками, и, умело лавируя между людьми, деловито потопала ко второму известному ей номеру личных покоев. Путь в другую часть Храма был довольно долог, так что у нее вполне оставалось время параллельно пожевать мясо в качестве импровизированного завтрака. Спустя десяток минут Асока, аккуратно удерживая поднос у стены, ткнула в сенсор двери, как обычно, без всякого стука, и заглянула внутрь. Как она и ожидала, Энакин уже не спал и в данный момент сидел в одних трусах на своей незаправленной койке, держа Силой светящийся датапад около лица и ковыряясь отверткой в какой-то непонятной детали. К его чести, уже через секунду он отреагировал на вторжение: — Асока! — он всплеснул все еще занятыми руками. — Ладно я тоже не стучусь, но хотя бы не таким ранним утром прихожу! — тогрута, к своему удивлению, заметила, что он слегка порозовел. — Я даже не одет вообще-то! — Хм… — Тано провела по нему нарочито заинтересованным донельзя взглядом, но уже через несколько секунд не удержалась от хихиканья. — Я тебя умоляю, Энакин! Мы в госпитале несколько раз уже вместе лежали, чего ж я там не видела? — несмотря на правдивость ее слов, девушка все же несколько кривила душой: фигура у ее учителя была очень даже привлекательной, а вкупе с его красивыми волосами и голубыми глазами так и вообще можно было засмотреться. Впрочем, тогрута очень быстро прогнала предательскую мыслишку. — Вот отговариваться ты всегда умела, — покачал головой парень. — Чем обязан-то в такое время? Ты еще часа два точно должна сладко спать. — Пришла сказать «доброе утро»? — Асока улыбнулась уголками губ. — Да и не хочется что-то спать. — Да-а-а… — протянул джедай. — Асока, прекращай удивлять меня каждый день, я тебе серьезно говорю. Ну ладно ионный двигатель, ну ладно встаешь теперь рано, но дальше-то что? Ты секретным агентом окажешься? — Конечно, — поддержала она игру, — слежу тут за джедаями и составляю распорядок дня каждого. Точно тебе говорю! — Ты вот шутишь, а это ведь действительно может оказаться довольно-таки важной информацией при случае, — заметил Скайуокер. — И да, доброе утро. — А вот после правильного ответа вы заслужили приз, — Тано пролевитировала внутрь комнаты до сих пор не видный парню поднос с кафом. — Ого! — Энакин серьезно обрадовался. — С нашего разговора прошло не больше восьми часов, а она уже и каф принесла! Это даже серьезнее какого-то там шпионажа. — Знаешь, — девушка аккуратно поставила поднос на стол, отодвинув многочисленные детали и прочие непонятные предметы, — мне иногда кажется, что ты радуешься кафу больше, чем своей ученице. — Тебя я не могу выпить, — резонно заявил парень, засмеявшись. — Что стоишь-то, проходи, — он похлопал рукой по свободному месту на его койке. — Пить каф стоя, если можно иначе — неуважение к столь прекрасному напитку. — Интересно, что тебе может нравиться сильнее него, — тогрута безропотно села на свернутое кулем одеяло, прекрасно зная, что неаккуратность в этом была ей присуща даже в ее взрослые годы, и точно не ей учителя упрекать. — Пожалуй, разве что смерти всех лидеров сепаратистов в один день, — спокойно отозвался парень. — Хоть это и тяжелый выбор, но все же я выберу нашу Галактику вместо кафа. — Сказал бы ты про «тяжелый выбор» при Совете… — усмехнулась Асока. — А, десятком нотаций больше, десятком меньше… — он махнул рукой, притягивая со стола уже вторую кружку. — Так вот, Энакин… — Тано все же начала говорить после того, как прикончила собственную кружку. — Удиви-ка. — …Слетаешь со мной на Илум? — девушка тревожно взглянула на него, ожидая реакции. — Илум? — джедай удивленно поднял бровь. — Э-э-э… Ах да, твой шото, точно. Ну… — Скайуокер задумчиво почесал голову. — Я могу, конечно, но по традиции вроде как все джедаи должны сами разыскивать свои кайбер-кристаллы, потому как дело это очень тонкое и важное, личное, доверие лишь своим чувствам и Силе, все такое. Юнлингам стараются не докучать присмотром даже просто на экскурсиях в пещеры, чтоб привыкали, насколько я помню. — Это правда, — кивнула Асока, помнившая собственные поиски кристалла для первого меча. — Но, генерал Скайуокер, мне кажется, что ваш коммандер прямо сказала, что хочет видеть вас рядом во время поисков кристалла, — она важно скрестила руки на груди. — Уверяю, это не была изящная фигура речи, ты такие все равно не любишь. — Ну, если уж ты так ставишь вопрос… — Энакин, поначалу удивленный ответом, широко улыбнулся. — То буду рад помочь, Асока. — Если б мы были в книжке, то мне стоило бы сказать что-то типа: «Ну конечно же будешь!», — усмехнулась Тано. — Но мы явно в реальном мире. Поэтому я скажу только «спасибо». — А первой была мысль о полете или каф? — шутливо сощурился джедай, глядя на девушку. — Эй! — она легонько ткнула парня в плечо. — Каф, конечно! — произнесла она не слишком выразительно, зная, что Энакин почувствует искренность ее слов через их связь. — Вон даже одну лишнюю взяла чисто из щедрости! — О, простите меня, пожалуйста, великая Асока, я очень-очень сильно раскаиваюсь, и… — дальше донеслось тихое бульканье, так как Скайуокер не посчитал нужным прерывать отточенный годами ритуал выпивания кафа какими-то там словами. — Манеры — не самая сильная твоя сторона… — Кто бы говорил, ну, — хмыкнул Энакин. — Вот лучше деталей себе возьми для светового меча, пока время есть. — Так мы… Ну… Не пойдем к складам вместе? — удивилась тогрута. — Зачем? У меня ж все при себе! — парень указал свободной рукой на один из небольших ящиков у стены в противоположном углу. — Хватит мечей на пять так точно… Ну, на четыре точно… Что? — он поймал взгляд своей ученицы. — У меня ведь сейчас уже не первый мой световой меч. Давно еще решил заранее запастись вот, на войне ведь всякое бывает. — Ладно, буду честной, это в твоем стиле, — Асока похлопала его по плечу. — Но весь ящик я не возьму. — У меня есть разные металлы, которые подходят к разным цветам клинка, — парировал Скайуокер. — Вдруг ты найдешь кристалл желтого цвета, который не будет выглядеть стильно с обычными материалами? — Ты же шутишь, верно? — покосилась на него Тано, прочитавшая за жизнь примерно два журнала о моде, и то только из чисто научного интереса. Энакин лишь улыбнулся.

***

Два джедая, наглухо запакованные в белоснежную теплую одежду, а также по всем правилам натянувшие на головы капюшоны, медленно продвигались по постепенно сужающейся ледяной пещере. — И все-таки хорошо, что здесь не было мастера Йоды, — подала голос девушка. — Уж этой-то традиции лет наверняка не меньше, чем ему самому. — Я люблю воду, конечно… — Скайуокер пожал плечами. — Но корячиться с кристаллом и лучики света ловить, чтоб лед расплавить — уж увольте, я так, по старинке, мечом обойдусь. — Да я и не спорю… Асока с непонятным хмыком провела пальцем по кромке громадного ледяного выступа, почти наполовину перекрывшего дорогу, мимоходом порадовавшись, что на ее руках перчатки. Давно она не посещала это место… Успела позабыть, как же оно ко всем ситхам продирает морозом до костей. Конечно, им немного не повезло с бушующим около здешнего храма циклоном, но все же. По крайней мере, лучше уж циклон, чем снующие туда-сюда AT-ST и штабеля имперских штурмовиков, преградившие ей путь в пещеры Илума в последний раз… — Сколько там держится заряд на подогреве наших курток? — обратилась она к учителю. — Часов восемь, насколько я помню, — махнул тот рукой. — Полно времени. Да и к тому же, зря я тебя, что ли, обучал технике Стихийного покрова? Примерно до минус шестидесяти можем хоть танцевать тут. — Ты ненавидишь танцы, — улыбнулась тогрута. — Но я согласна, не зря, это точно одна из моих любимых техник. Можно носить удобную одежду и не мучаться из-за холодного ветра или жары в пустыне. — Вот бы ты так боевым техникам радовалась… — вздохнул Энакин. — Я буду, — серьезно ответила Тано. — Неужели? — Скайуокер задал скорее риторический вопрос, ощутив, что его спутница не шутит. — Я тебя, наверное, скоро совсем узнавать перестану. — Было бы обидно лечить своего учителя от склероза, — отшутилась девушка. — Но, догадываюсь, это был уникальный скайуокеровский стиль комплиментов. — Да бывало и хуже, что ты так… Парочка джедаев медленно, но верно уходили все глубже и глубже в пещеры, пропуская мимо целые заросли ярко сверкающих кайбер-кристаллов, на которых, впрочем, взгляд Асоки даже не задерживался. Мягкие отсветы внутри их, казалось бы, бесцветных граней безошибочно сообщали одаренной, какого цвета скорее всего из них получится клинок: синие, зеленые, пару раз даже попадались желтые и серо-зеленые… Но ни к одному из них ее не тянула ниточка Силы. Девушка ощущала какое-то неопределенное давление… Но ничего действительно серьезного. Впрочем, как и всегда это бывает с Силой. Невероятно редко она направляла своих одаренных напрямую. Через пару минут ходьбы и несколько по-простому прорубленных в толще льда проходов джедаи вышли к небольшому ущелью, сбоку от которого вверх тянулась почти что отвесная скала. Довольно высокий потолок пещеры в этом месте обнадеживал тем, что позволял разглядеть стоящее в зените солнце, а значит, день был в самом разгаре. — Ну что, вниз, вперед или вверх? — захмыкал Скайуокер, осматриваясь вокруг. — А хрен его знает, — абсолютно честно ответила Асока. — Можем последовать нашей карме и пойти по самому сложному пути. — Я бы оскорбился на слово «наша», но поспорить с этим трудно… — вздохнул парень. — Значит, полезли? — Пока в нас не стреляют, не кидаются взрывчаткой, и нам не нужно быть до жути скрытными, я предлагаю просто пролеветировать друг друга наверх. — Слишком просто. — Тогда эти двадцать килограмм деталей в процессе карабканья по льду вверх тащишь на спине ты, — тогрута с готовностью стянула лямку рюкзака со своего плеча. — Кто уговаривает… — А я сразу говорил, что левитация удобнее будет, — джедай невинно пожал плечами и потопал к скале. Несмотря на некоторые трудности, связанные как с отсутствием у парочки опыта по покорению именно ледяных стен, так и с личными силами Асоки, которой было не так уж и легко преодолевать пассивную Силовую ауру своего учителя для воздействия на него телекинезом — уж что-что, а дурной силы в нем было немерено — через несколько минут они оба уже преспокойно отряхивали куртки от инея, то и дело странно поглядывая на оставшееся в пятидесяти метрах внизу ущелье. — Видимо, мы заходим дальше под горы, — парень оглянулся. — Становится темнее, — он зажег свой световой меч и поднял его повыше. — Мой желто-зеленый даст больше света, — заметила Тано. — Говорят, что уже связанный с твоей Силой кайбер-кристалл может помочь направить тебя на своих, хм, сородичей… — неуверенно ответил Энакин. — А тогда, наверное, нужно, чтобы он не был активированным. Попробуй прислушаться к нему. Асока молча взяла в руку рукоять своего клинка и прикрыла глаза, медленно проведя им перед собой. К ее удивлению, она действительно уловила еле заметный ветерок, зовущий ее вперед. Причем совершенно не холодный, а значит, не относящийся к здешним погодным явлениям. Едва заметно кивнув своему учителю, она аккуратно двинулась вперед, пытаясь не потерять ощущение. Еще минут десять джедаи шли в совершеннейшем молчании: даже на них — личностей, не слишком склонных к созерцанию — начинала действовать особая атмосфера этого места, а была она очень даже богатой. Не были даже так важны сильный мороз, метели и уникальные ледяные пейзажи, как то, что происходило тут ранее. Илум дважды становился настоящим полем боя между джедаями и ситхами, что неизменно оставляло свои следы в ауре планеты, тем более, при наличии тут громадных залежей кайбер-кристаллов, также некоторым образом связанных с Силой. Само собой, чувства это проецировало далеко не самые позитивные. — Хм… — тогрута резко остановилась около гладкой ледяной стенки, тускло заблестевшей от света меча. — Мне кажется, тут. Не откажете в услуге, учитель? — И когда я отказывался порубить что-нибудь на кусочки… — усмехнулся парень, разминая немного затекшую руку. Как и ожидалось от мастера Джем Со, победа над двухметровой толщей льда была одержана очень быстро, буквально в пару десятков мощных выпадов и Силовых ударов. Немного пригнувшись, оба джедая прошли в небольшую комнатку, образованную из сталактитов и сталагмитов, пока что еще не доросших друг до друга. На кончике одного из сталактитов, прямо на потолке, как раз и висел искомый кристалл. Энакин вежливо уступил своей ученице место, позволяя ей самостоятельно дотянуться до ее находки. Девушка, прощупав его Силой и только лишь уверившись в правильности своих ощущений, предельно осторожно коснулась его, буквально вырезая сердцевидный кристалл, наполовину утопленный в толще льда, телекинезом. На секунду качнувшись в воздухе, он бесшумно упал в подставленные «лодочкой» руки тогруты. — Красивый… — парочка синхронно покивала друг другу. Асока взяла его своими пальчиками, пытаясь рассмотреть получше… И вдруг, сама не осознавая своего же порыва, потянула руки в стороны. К их обоюдному удивлению, кайбер-кристалл мгновенно поддался усилию и остался в обеих ее руках — распался на две одинаковые половинки. — А… — парень не нашел слов, чтобы выразить удивление. — Сама не знаю… — Тано похлопала глазами. — Как будто… Интуиция. — Чтобы такая прочная штуковина, как кайбер-кристалл, так просто разделилась… — протянул парень. — Посмотри вон, какой идеальный срез. Не иначе как это и должно было произойти. — Словно знак… — Асока погладила грани обоих кристаллов. — А знаками Силы пренебрегать обычно черевато последствиями, — серьезно закончил Скайуокер. — Значит, я уйду с двумя обновками вместо одной, — девушка с улыбкой пожала плечами. — Ну, я тогда подожду снаружи, — джедай махнул рукой. — Теперь — точно. А то я сам прекрасно знаю, как это бесит, когда кто-то мешает при сборке какого-нибудь механизма… А мне жить еще хочется, — он многозначительно улыбнулся уголком рта. Тогрута лишь благодарно кивнула, стягивая с плеч уже поднадоевший рюкзак. Потянувшись и немного разогнав по венам кровь, она уселась в стандартную позу для медитации и раскрыла перед собой предусмотрительно захваченный с собой раскладной столик, положив на него заодно и свой световой меч. Проблем с собственным не возникло: всего лишь Силой разобрать нижнюю часть рукояти и заменить прежний кристалл в энергоячейке на новый, затем собрать обратно. Но вот новый… Тано задумчиво перебирала всю ту кучу деталей и металлических слитков, что имелись у нее с легкой подачи Энакина. Элементы питания на диатиуме, проводки, магнитные кольца… А уж металлов-то: от обычной стали и алюминия до дюралия и даже небольшого слитка электрума. Девушка тихо усмехнулась. Воистину, страшен был внутренний зверь — он же хомяк — Избранного, прям под стать его Силе. Она еще раз осмотрела новенькие кайбер-кристаллы. Судя по тому, что она могла уловить, их цвет наверняка не будет какого-то светлого оттенка, в лучшем случае синего. А значит, хорошо смотреться будут более темные металлы… Из тех, которые она сначала оценит как самые прочные и удобные, естественно. Впрочем, в целом с внешним видом меча Асока успела определиться еще по пути на Илум — делать в довольно долгом полете сквозь гиперпространство все равно особо нечего. Медитировать, спать да вести разговоры с Энакином ни о чем разве что. Но и было это не обдумывание идей, а скорее нечто моральное: девушка приняла решение создать почти полную копию того светового меча, пару которых она носила во времена Империи. Это было и просто привычнее для нее, и удобнее, так как она уже делала подобное, а во время войны ей будет непозволительно провести несколько дней за созданием какого-то уникального корпуса. Хотя, конечно, основная причина была в том, чтобы оставить это как напоминание для самой себя. О том, что было… Что может быть… И чего никак нельзя допустить. И о чем нельзя забыть даже во сне, ибо Асока не собиралась отказываться от приобретенной в Сопротивлении привычки спать вместе со своим оружием. Жаль верно служившую ей несколько лет подставку для мечей, но увы. К тому же, в ящике ее учителя как раз нашлись нестандартные сенсоры: большинство световых мечей джедаев имели сенсоры, деактивирующие лезвие, если на рукоятку не оказывалось давления от держащей ее руки. А с найденными можно сделать и блокирующий деактивацию механизм, и сделать его хорошо отзывающимся на телекинетическую хватку, так как создавать видимость именно обхватывающей рукоять руки было несколько сложнее. Глубоко вздохнув и придав себе необходимое спокойствие, Тано тщательно размяла пальцы и медленно принялась за работу, так как спешки и даже малейшей неаккуратности световые мечи никак не терпели. А рядом с кучкой деталей ожидали своей очереди два слитка: серебристый из ультрахрома и более темный, с фиолетовым отблеском, из лантанида.

***

Осторожно выглянув из пробитого Скайуокером прохода, который уже начинал вновь зарастать льдом, тогрута с удивлением уставилась на своего учителя, неподвижно замершего в паре метров от нее и явно медитирующего, что ему явно было несвойственно. Пожав плечами, Асока несколько раз постучала костяшками пальцев по ледяной стенке. — Наконец-то, — парень резко открыл глаза. — Я аж чуть не уснул тут. Силой просканировать успел все на километры вокруг… Ты знаешь, тут есть очень даже интересные отпечатки былых сражен… — он осекся, уставившись взглядом на гордо показанные ему девушкой световые мечи. — Я старалась быть быстрее, — улыбнулась Тано. — Хм-м-м… — Энакин резко вскочил на ноги и подошел к ней, разглядывая ее новое оружие. — Фиолетовый и серебряный… Довольно уникальное сочетание, между прочим, даже я не так выпендрился со своим, — усмехнулся он. — М-м, а почему они… настолько разные? — Я подумала, это будет уместно, — серьезно ответила тогрута. — В одном из них я-юнлинг… — она качнула в руке свой старый меч, тоже приобретший фиолетовые металлические полосы. — А во втором — сегодняшняя я, — она подняла на уровень глаз уже новый меч. — Я должна помнить, кем я была… И должна учитывать, что происходит в данный момент. Должен быть баланс. «И баланс в том, чтобы волноваться не только о тех трагедиях, что мне известны…» — прозвучало у нее в голове. — Прозвучало удивительно по-джедайски, — оценил Скайуокер. — Учитывая, что у меня получаются такие речи даже реже, чем у тебя… — девушка покачала головой. — То спасибо! — Пока ты, при всем моем уважении, не ведешь речи как наши магистры, я буду рад такое слышать, — улыбнулся джедай. — А опробовала уже? — Сначала — похвастаться… Асока аккуратно развела руки в стороны, повернув рукояти эмиттерами вверх, и нажала кнопки активации. Повинуясь ее движениям… и ее Силе, в первый раз всерьез объединившейся с кайбер-кристаллами, лезвия зажглись факелами темно-фиолетового цвета. — Ого… — от обоих джедаев донесся синхронный вздох восхищения. — Сама не ожидала… — Ну и ну, не видел еще такого оттенка… — одобрительно хмыкнул Энакин. — Даже у магистра Винду фиолетовый посветлее будет. Выпендрилась ты конкретно, Асока, это уж точно. — На все воля Силы! Ничего не знаю! — засмеялась она. — Ну да, хорошо хоть, что Сила тебе красный не подсунула, а то ты б про эту «волю» Совету бы распиналась… — Эй! — коротко возмутилась Тано, но тут же вернула улыбку на лицо. — И еще одно… — Ты все же нашла красный кристалл, да? — Да нет! Ты знаешь о старых джедайских обычаях, связанных с мечами? — Читаю обычно о кораблях и сражениях, уж прости, — парень пожал плечами. — Я немного интересовалась историей нашего Ордена, — Тано полезла рукой в карман. — Был вот такой обычай пару тысяч лет назад: джедай, обучавший сразу несколько учеников, в конце обучения дарил самому лучшему и способному из них свой световой меч. Я, конечно, не учитель, да и лишнего меча у меня, увы, нет… Но хотя бы так, — тогрута протянула своему учителю желто-зеленый кайбер-кристалл, оставшийся не у дел после сборки новых световых мечей. — Я бы не преувеличивал свои способности как учителя… — хмыкнул он. — Но если уж сама Асока говорит мне о традиции, кто я такой, чтобы противиться, верно? — Энакин… Ну ты бы еще лицо недовольное скорчил. — А вот и не скорчу! — он с усмешкой подхватил кристалл с ее ладони и неожиданно резким движением приобнял свою ученицу. Слегка опешив, девушка, улыбнувшись собственным мыслям, точно так же приобняла парня, искренне радуясь, что он принял такой необычный, да и в общем-то, совершенно непрактичный подарок. Не то чтобы она сильно сомневалась… Но все-таки почувствовать такой ответ было приятно.