Он не заслуживает твоего прощения

      Когда Каллен пришел в зал командования, там была только Лелиана. До назначенного времени оставалось немного, но он не тревожился: обычно никто из советников не опаздывал без веской причины. А вот Инквизитор, бывало, задерживалась. Или, точнее сказать, задерживали ее.       Каллен знал, что сегодня она доложит о том, что увидела в Эмприз-дю-Лионе, но главное — она поднимет вопрос о Стражах. Должна была решиться их судьба в Инквизиции. Он подозревал, что у Тревельян уже давно были собственные планы на Орден Стражей. Не просто ведь так она не выгнала их из Орлея и Ферелдена?..       Он растер виски — сегодня боль в голове была сильнее обычного — и подошел к окну, чтобы глотнуть свежего воздуха. Окно выходило на запад, было видно угловую башню и стену, разделяющую внутренний двор и сад. Там, на стене, он и увидел Инквизитора рядом с каким-то Стражем. Хотя... Каллен сощурил глаза и присмотрелся. Так и есть. Это была Амелл.       Две женщины беседовали. Ему вдруг стало тревожно: а что, если они не поладят? До сих пор такую возможность он почему-то не рассматривал, как будто это было решительно, совершенно невозможно. Но если вдуматься, почему?       Тревельян временами была резка, на грани грубости, а иногда — чересчур самоуверенна. Каллен плохо знал нынешнюю Амелл, но подозревал, что помыкать собой она не даст. До обычных ссор и разборок обе, конечно, не опустятся (Каллену было смешно даже размышлять о таком), но что, если между ними возникнут разногласия? И что, если данные разногласия не получится решить обычной беседой? Это было чревато новыми неприятностями для Инквизиции.       Но, судя по их виду, разговор протекал мирно. Позы у обеих женщины были расслабленные: Тревельян, по своему обыкновению, оперлась руками о стену и покачивалась на ногах, Амелл стояла рядом и что-то объясняла; а через пару минут Каллен даже уловил отголоски смеха.       — Они договорятся, Командор, — не поднимая голову от своих отчетов, произнесла Лелиана. — Не маленькие.       Каллен смутился; у него возникло странное ощущение, что его поймали за подглядыванием чего-то такого, чего он видеть не должен. Он поспешно отошел от окна.       — У них не так много общего, как кажется, — продолжала Лелиана. — Но достаточно, чтобы они поняли друг друга.       В этот миг за дверями раздалась тяжелая поступь, а потом в зал командования вошла Кассандра.       — Надеюсь, сегодня мы решим вопрос со Стражами, — с порога заявила она. — Меня тревожит, что они стоят лагерем рядом со Скайхолдом. И меня тревожит приезд Стража-Командора.       — И это говорит человек, который еще недавно искал Героиню Ферелдена, чтобы предложить ей выступить на Конклаве и уговорить магов и храмовников сложить оружие? — мягко укорила ее Лелиана.       Кассандра нахмурилась.       — Дело не в Героине Ферелдена, — возразила она. — Я по-прежнему восхищаюсь ей и ее подвигом. Но после того, что я видела в Адаманте, мне кажется, что Стражи принесут Инквизиции больше неприятностей, чем выгоды. Каллен, скажи, разве я не права?       Каллен хорошо понимал беспокойство Кассандры. Не разделял полностью, но понимал.       — Стражи всегда были выдающимися воинами, — сказал он твердо. — А после событий Пятого Мора их Орден стал пользоваться уважением и в Ферелдене, и в Орлее. Конечно, в последние годы в Орлее все стало забываться, но в Ферелдене память о Море по-прежнему жива. Я уверен, что Инквизиция усилит свое влияние, заполучив их в союзники.       — Но... — подхватила Кассандра, зная, что за этим будет продолжение.       — Но они ослаблены, — подытожил он. — Им необходимо повысить боевой дух. И им необходим контроль.       — Как за магами? — усмехнулась Лелиана.       Каллен смешался. Такая аналогия ему в голову не приходила.       — А причем тут...       — А по-моему, не такая плохая идея, — высказалась Кассандра. — Уж храмовники-то знают, что делать с опасностями, вызываемыми магией. Дисциплина и контроль еще никому не повредили.       Прошло еще несколько минут. Вошла Тревельян, распахнув дверь одним сильным размашистым движением. За ней шла Амелл в новеньком, чистом, ладно сидящем доспехе Стражей, а за ней — что удивило Каллена — шел Алистер. Ранее он никогда не появлялся в зале командования. Процессию замыкала Жозефина.       — Мы все знаем, зачем мы здесь, — объявила Инквизитор, даже не поздоровавшись. — Инквизиция и Стражи. Стражи и Инквизиция. И так далее, и тому подобное. Очень удачно, что с нами сегодня Страж-Командор. Я уже обговорила с ней лично кое-какие детали, но теперь прошу ее рассказать обо всем подробно.       Тревельян обошла стол и встала под окнами, а Амелл, таким образом, осталась по другую сторону. Алистер же остался возле двери и оперся спиной о стену, сложив руки на груди. Он словно пытался быть как можно незаметнее. Зачем он здесь? После взятия Адаманта Стражи выбрали его временно исполняющим обязанности Стража-Командора, верно, но разве при наличии настоящего Командора он не должен он был сложить полномочия? Пока Каллен размышлял так, Алистер поймал его взгляд и чуть нахмурил брови. Каллен поспешно отвернулся.       — Командор Амелл, каковы ваши планы? — спросила Инквизитор.       Солона вздохнула, собираясь с мыслями. Подошла поближе к столу и обвела глазами всех советников. Каллен заметил, что держалась она уверенно и с достоинством. Если и нервничала, то ничто ее не выдавало.       — Мои планы таковы, — начала она медленно. — Собрать Стражей Орлея и Ферелдена в Монтсиммаре. Решить наши разногласия. Вернуть сплоченность. Воспользоваться всеми доступными средствами и ресурсами, чтобы снять с наших магов заклинания контроля над разумом.       — Насчет этого, — подал голос Каллен. — Инквизиция может отправить к вам отряд бывших храмовников.       Амелл нахмурилась.       — Храмовников?       — Это разумно. Кто еще так же хорошо умеет справляться с опасностями, которые исходят от магов? — Каллен сказал это и понял, что почти слово в слово повторил фразу, которую недавно произносила Кассандра.       — Храмовников, — повторила Амелл. Было непонятно, соглашается она или нет. — Благодарю за предложение.       Продолжила:       — Далее я распределю всех Стражей, кто готов встать в строй, на наши базы в Орлее и Ферелдене. Как и ранее.       — Стражи также могут воспользоваться крепостями и форпостами Инквизиции, — добавила Тревельян. — Это и вам удобнее, и нам: так Стражи будут быстрее получать распоряжения от Инквизиции, а значит, и быстрее выполнять их.       — То есть Стражи теперь будут заниматься не только уничтожением порождений тьмы? — внезапно подал голос Алистер.       Все посмотрели на него. Он пожал плечами, театрально взмахнул рукой и произнес преувеличенно ироничным тоном:       — Если спросите меня, то я бы не возражал. Что-то мне подсказывает, что венатори, наши прелестные друзья из Тевинтера, призовут еще много демонов. Мы бы с ними разобрались с удовольствием. И с демонами, и с венатори, я имею в виду. К последним у Стражей в данный момент... кхм... много личного. Не думаю, что кто-то из наших откажется, — последние слова были произнесены с мрачной решимостью.       Тревельян кивнула и перевела взгляд на Амелл.       — Этот вопрос решен?       Амелл задумалась, бессознательно проводя указательным пальцем по губам. Затем сказала:       — В Ферелдене я управляла эрлингом, и Стражам приходилось заниматься... разным. Так что беды в этом не вижу. В данный момент Стражи и Инквизиция объединены общей целью. В конце концов, Корифей тоже порождение тьмы, а значит, любые задачи, которые помогут ослабить его силы, это задачи и для Серых Стражей тоже.       — А еще Корифей, боюсь, скоро устроит нам новый Мор, — сказала Кассандра. — Его дракон выглядел как архидемон.       — Его дракон не архидемон, — возразил Алистер. — Стражи могут отличить это, и, уверяю вас, он не более чем высший дракон. Хотя скверны в той твари было прилично.       — То есть перед нами летал дракон-вурдалак, — мрачно подытожила Кассандра. — Что ж, спасибо и на том.       — Но кто знает, что еще у Корифея припрятано в рукаве? — встревоженно спросила Жозефина. — Если он способен заразить дракона скверной и заставить выполнять свои приказы, то кто помешает ему поднять орду порождений тьмы или других чудовищ? Кто знает, на что еще он способен?       — Согласен, — сказал Каллен. — Мы ослабили Корифея — предотвратили переворот в Орлее, лишили его армии демонов. Но недооценивать его опасно. Противник, потерявший оружие и загнанный в угол, порой опаснее, чем тот же противник в начале боя, вооруженный до зубов.       — Размышлять о том, чего мы не знаем, все равно бессмысленно, — подала голос Лелиана. — Но мы знаем, какие силы у Корифея есть точно: это венатори и красные храмовники.       — С венатори мы поможем, — мрачно пообещала Амелл.       — Значит, решено, — отрезала Тревельян. — Чтобы не усложнять внутреннюю иерархию, Орден Серых Стражей будет подчиняться Каллену.       — Стражи? Будут подчиняться Командору Каллену? — холодно уточнила Амелл. — Инквизитор, вы уверены в этом?       Каллен нашел это вполне разумным.       — Я командую армией Инквизиции, — сказал он. — Стражи — часть этой армии. Приказ Инквизитора логичен.       Амелл снова посмотрела на Тревельян.       — Простите меня, Инквизитор, но у меня есть определенные сомнения в верности принятого решения.       Каллена прошиб холодный пот. Почему она сомневается в нем? Что она знает? У Каллена было достаточно грехов за душой, чтобы постоянно, каждую секунду, бояться разоблачения. Что, если Солона знает о нем что-то, что заставит Инквизитора сомневаться в его способностях? Если она скажет что-то, что принизит его в глазах Эвелины, он не вынесет.       И он ринулся в бой первым.       — Если ты сомневаешься во мне, скажи это прямо, — сказал он, надеясь, что голос не выдал его волнения.       Амелл вперила в него взгляд — непонятный, нечитаемый, неприятный. У Каллена появилось гадкое ощущение, что она видит его насквозь. Или ему так кажется? Потом улыбнулась — натянуто, напряженно, одними уголками губ; это была скорее издевательская ухмылка, чем улыбка. Сделала шаг к Каллену.       — Скажи, Каллен, — начала она скучающим голосом, будто интересовалась, что он съел на завтрак, — чем занимаются рядовые солдаты твоей армии, если находятся не на поле боя или не готовятся непосредственно к драке или к штурму?       — Маршируют. Тренируются. Дерутся — кто на мечах, кто с луками. Бегают.       — И зачем они это делают?       — Странный вопрос. Чтобы отточить навыки.       — Какие навыки?       К чему она ведет? Каллен начинал терять терпение.       — Боевые.       — То есть твои солдаты тренируются, чтобы отточить боевые навыки, — тоном, каким объясняют что-то трехлетнему ребенку, продолжила она. — А оттачивать боевые навыки нужно, чтобы... что?       — Чтобы в реальном бою они не раздумывали, — сказал он раздраженно. — Если месяцами машешь щитом и мечом, то первым делом хватаешься за них, когда видишь, что на тебя идет враг, а не задумываешься, что делать.       — Вот именно, — кивнула Амелл. — Рядовым солдатам нужно уметь выполнять приказы. Офицеры и командование — это те, кто придумывает план наступления или обороны, а вот солдатам ни о чем задумываться не нужно, только выполнять приказы, которые идут сверху. Такова их функция.       — К чему ты клонишь? — Тревельян возвысила голос. Должно быть, тоже не понимала.       Солона повернулась к ней.       — А к тому, что ни один Серый Страж — не рядовой. Там, внизу, на Глубинных Тропах, вас не ждут соперники, которых можно победить, разработав план штурма в соответствии с учебниками по стратегии. Там нет соперников, с которыми можно вести хитроумную Игру, как в Орлее, или подкупить, или договориться. Они не люди, не эльфы, не гномы и не кунари. Порождения тьмы имеют коллективный разум, но они похожи даже не на диких животных, а скорее, на насекомых.       Жозефина ахнула и чуть не выронила свой планшет.       — Насекомых?       — Именно. Пчел или муравьев. Скажите, умеет ли кто-то из вас сражаться с организованным роем пчел? Только эти пчелы с вас ростом, неплохо вооружены, неплохо защищены, некоторые из них еще и владеют магией, а некоторые — ростом с трехэтажный дом.       В комнате повисла тишина. Тревельян буравила взглядом Амелл, Кассандра нахмурилась и сжала руки в кулаки. Лелиана оставалась бесстрастной.       — Но это что касается порождений тьмы, — продолжала Солона. — А ведь на Глубинных Тропах встречаются и другие твари. Глубинные охотники, например.       Алистер за спиной Амелл издал громкий «хм», словно в подтверждение ее слов.       — Выглядят как нечто среднее между детенышем дракона и червем, — тихо, почти мечтательно протянула Амелл, и ласкающий тон ее голоса сам по себе наводил жути. — У них нет глаз, по сути, даже нет морды, только круглый зубастый рот, который заглатывает все, до чего дотянется. Охотятся стаями. Отлично прячутся. Милейшие создания.       Жозефина побелела и поднесла руку ко рту; кажется, ее тошнило. Тревельян молчала и слушала. Всем в комнате стало не по себе, даже Каллену, хотя тот видел и демонов, и малефикаров, и разъяренных кунари, и даже кое-кого похуже. Но Амелл не собиралась останавливаться. Она обвела глазами всех за столом и растянула губы в притворной улыбке, от которой у Каллена побежали мурашки по позвоночнику.       — Или, например, пауки. Гигантские пауки, конечно, водятся по всему Тедасу, но те, что на Глубинных Тропах, те особые, — Солона выделила это слово. — Их яд сначала парализует, а затем вызывает сильнейшие галлюцинации. Ты объят страхом настолько, что все твое тело трясется в припадке. Ты видишь и слышишь вещи, от которых можно тронуться рассудком.       Если раньше тишина в зале была звенящей и хрупкой, то теперь она стала мертвой. Все застыли, словно зачарованные неведомым заклятием.       — И это только те чудовища, о которых мы хоть что-то знаем, — продолжала Амелл уже спокойнее, явно довольная произведенным эффектом. — А ведь недра земли таят в себе и другие секреты. Однажды, забравшись очень глубоко в заброшенный тейг, я возле подземного озера своими глазами видела существо, которое по всем законам Создателя не должно было жить. Но жило. В тот день нас спасло только то, что оно оказалось не полностью слепо и с трудом переносило свет.       — Достаточно, — хрипло сказала Тревельян и прокашлялась. Ее голос разогнал наваждение. — Достаточно. Благодарю за пополнение моего личного бестиария. Думаю, засыпать я сегодня буду долго. Могу я узнать, к чему ты ведешь? Как это связано с Калленом?       — Я всего лишь привела несколько примеров того, с чем Стражам приходится иметь дело. И это не совсем похоже на то, как ведутся войны на поверхности.       — А иногда даже совсем не похоже, — мрачно добавил Алистер.       — Стражам порой приходится выполнять задачи, которые не найдешь ни в одном учебнике или трактате по военной стратегии, — продолжала Солона. — И последнее, что нужно Стражу, — это не задумываться. Да, мы военный орден, и, естественно, у нас тоже есть субординация, есть рядовые и офицеры. Но каждый из нас способен принимать непростые решения, если придется. Серые Стражи никогда не были обычными солдатами. Каждый, взятый в наши ряды... как бы это объяснить?.. За каждым из нас стоит своя, непростая история. Чтобы тебя взяли в Стражи, нужно сделать что-то выдающееся. И каждый из нас в чем-то талантлив. А Командор Каллен...       Амелл замолчала и посмотрела на Каллена. Ее глаза потемнели.       — У сера Резерфорда, вероятно, тоже много талантов. — Ему показалось, или в ее словах действительно сквозила издевка? Но почему? Он не понимал. — Но, в конце концов, за его плечами — только служба в Ордене храмовников. А храмовники — это те, кто неукоснительно выполняют правила и предписания. Ты, Каллен, умеешь управлять регулярной армией. Но сумеешь ли ты управлять армией, каждый солдат которой уникален?       Каллен так сильно стиснул челюсти, что скрипнули зубы. Его это возмутило до глубины души. Да, возможно, он не лучший командующий на свете, но Амелл сильно переоценивает уникальность Стражей. Армия есть армия. Военный орден есть военный орден. Различия между ними несущественны.       — Смогу, — просто сказал он.       Кассандра ударила по столу кулаком.       — Правила и предписания придумали не просто так, — ее слова ударили резко, как хлыст. — А потому, что они помогают предотвратить ужасные ошибки! Где были твои уникальные Стражи, принимающие решения, когда Кларель приказала использовать магию крови?!       — Это была не их вина! — горячо возразил Алистер. — Магами управляли! Они не понимали, что делали!       — Довольно! — закричала Тревельян. — Замолчите оба!       Амелл стояла, молча ожидая решения Инквизитора. Каллен тоже ждал. Инквизитор должна внять голосу разума. Она не должна поддаваться страху.       — В словах Стража-Командора есть здравое зерно, — наконец сказала Тревельян. — Признаюсь: я мало знаю о Стражах и о том, с чем им приходится иметь дело, но помню, что они всегда стояли несколько особняком. Однако не всегда непохожесть — это хорошо. Возможно, сейчас вам нужно, напротив, что-то более традиционное. Те самые правила и предписания. Потому я и ставлю над вами командующего Каллена, чтобы уберечь от новых ошибок.       Она посмотрела на Алистера.       — Страж Алистер заставил меня поверить, что Стражи заслужили второй шанс. Я поверила ему. И тебе, Амелл, я тоже верю, сама уж не знаю почему. Спаси нас Создатель, если я ошибаюсь.       — Я понимаю, что вы не доверяете Стражам, Инквизитор, — уточнила Амелл. — Я бы на вашем месте тоже не доверяла. Я всего лишь предупреждаю, с чем придется столкнуться командующему Резерфорду.       — Благодарю за предупреждение, Страж-Командор, — сухо поблагодарил Каллен. — Но всем силам Инквизиции необходимо встать плечом к плечу, позабыв о распрях. Корифей не будет ждать, пока мы решим наши проблемы. Красные храмовники тоже ждать не будут. Венатори ждать не будут. И тот дракон-вурдалак.       В глазах Амелл мелькнул холод. Она сжала зубы так, что заиграли желваки.       — По поводу Корифея можете не волноваться, Командор. Не думаю, что в нашем Ордене есть хоть один Страж, который бы не мечтал уничтожить эту тварь.