Others

"Осадков не будет" - твердили синоптики по новостям. Солнечные лучи бродили по земле, прикасаясь ко многим людям, оставляя на них свои маленькие поцелуи, даря им веснушки, как напоминание о себе. По голубому небу медленно плыли пушистые облака, то сталкиваясь, то разделяясь на новые. Парк аттракционов был как всегда полон. Еще с далека можно было услышать гул людей - плачь, смех, громкие компании подростков. Феликс с нетерпением ждал в назначенном месте одного человека, с которым они познакомились совсем недавно, но уже успели стать близки друг-другу. Уайт Кристофер был странным омегой, то очень стеснительным из-за чего всегда краснел при разговоре с незнакомцами, то человеком, что не способен держать свой язык за зубами. Можно сказать, он был очень разносторонней личностью. Ли вообще было сложно с ним познакомиться — то тот постоянно опускал глаза, просто кивая в ответ, то посылал в космос за звездочкой, не желая общаться. В школе у него не было друзей и узнать, что омеге нравится не было возможности, так что просто приходилось действовать наобум. Хотя, вообще не будь Крис таким — Феликсу бы приходилось пробираться через толпы альф, что так хотят завоевать красавца. А он уж точно таким был. Точеные скулы, что обрамляли каштановые волосы, стриженые под короткое каре; миндалевидные карие глаза, в которых можно было увидеть свое отражение; красивые губы терракотового цвета с розовым оттенком; в меру подкачанное тело и высокий рост. Идеал красоты, который так старался спрятаться под маской. Ликсу понадобилось много времени, чтобы растопить сердце «сказочного принца» и открыть к нему двери. Переминаясь на затекших ногах от долгого нахождения в одной позе, юноша поднял голову, ловя глазами бегущего к нему Криса. Завидев рыжего, тот растянул улыбку до ушей, быстрее шевеля красивыми ногами. Он налетел на Ли, запрыгивая на шею и чуть ли не падая вместе с ним на землю. Феликс еле смог устоять на ногах, удерживая счастливо говорящего тихое «Я скучал» омегу на руках. — Крис, слезай давай, ты вообще-то не пушинка, — с насмешкой говорит он. Подкалывать Кристофера — одно из любимых занятий в его списке повседневных дел. На самом деле Крис был легким, пусть и немного выше самого Феликса, чем часто отвечал на приколы младшего. И ответ рыжего всегда был одинаков. «Я еще и тебя перерасту!» — заявлял он. Длинноволосый нехотя отпускает для вида возмущающегося парня, чтобы не создавать лишних проблем в виде вытаращивших глаза прохожих и указывает пальцем на один из аттракционов. Первым пунктом их прогулки были американские горки. При резких спусках омеги хватали друг друга за руки, сжимая костяшки до побеления и продолжали кричать, то ли от страха, то ли от радости. При любой возможности, когда удавалось оказаться на вершине аттракциона, они смотрели в глаза, тем самым выражая свои эмоции. После окончания аттракциона омеги вывалились из машины, в смехе удерживая животы. Только если Крис это делал в приступах тошноты, Феликс лишь заливисто смеялся с парня. Когда живот старшего успокоился они пошли прогуливаться по парку. Наткнувшись на выставку животных, омеги осмотрели сидящих в клетках лисов, редких видов кошек и собак, маленьких медведей и попугаев. Кристофер часто задерживался возле каждой из клеток, долго всматриваясь в измученных закрытым пространством животных, желая забрать всех себе и долго долго вычесывать спутанную шерстку. «Живодерство!» — все время говорил он. Феликсу же были не совсем понятны мысли парня. «Животных кормят, поят и держат в тепле, чего причитать то?» — Ты не понимаешь. Для животных главное — свобода, а не закрытые коморки. — спорил с рыжим длинноволосый, на что Ли лишь молчал, поднимая руки в воздух мол: «Хорошо-хорошо, только не убивай». Хотя, да, если бы его засунули в эту самую клетку — Ликс бы разбил свою голову о железные прутья. Рассматривая животных и в слух обдумывая как их спасти от злобного дяденьки Бена, что их там запер, парни задержались на добрых полчаса, после громко обсуждая свои впечатления и куда бы лучше отправится дальше. Сыграв в камень-ножницы-бумага, решая между Комнатой страха и Домом зеркал, ликующий Феликс потянул за собой старшего, направляясь во второе место. Помещение было маленьким, но полностью набитое зеркалами, каждое из них было деформировано путём искривления, выпуклой или вогнутой формы, чтобы передавать участвующим необычное и сбивающее с толку отражение самих себя. Все выходят из этой комнаты со слезами на глазах и диким смехом. — Феликс, Феликс, это что я? — хихикая с собственного отражения, поинтересовался у еле стоячего омеги Крис. — Живот, мой животик так болит со смеху, я сейчас накачаю себе еще сорок восемь кубиков. — с отдышкой говорил Ликс, опираясь руками о собственные колени. Но стоило ему повернуть голову в сторону парня, что обращался к нему ранее, упал на колени, задыхаясь от смеха. Видеть улыбающегося кривого омегу и себя в полу сидячей позе, в зеркале походящего на какой-то комок одежды, было невероятно забавно. Их щеки расширись, появилось огромное пузо, что так плавно перетекало в тонкие ноги. «Господи, как бы я на них стоял?» — сквозь смех пролетел вопрос в голове Феликса. Переводя взгляд на другое зеркало, он увидел длинного как березовое дерево Кристофера и себя, сидящего на коленях с длиннющим туловищем и улыбкой до ушей, что походила на маньяческую на удлинённом лице. Рыжий снова свалился на пол в конвульсиях, смех остановить не получалось от слова «совсем». Остальные посетители уже начали косить на него взгляды и шипящий Кристофер пнул ржущего омегу, пытаясь успокоить. Феликс глубоко выдохнул, затихая, но снова залился смехом, когда увидел на следующем зеркале расплывчатое лицо и волнистые формы тела длинноволосого. Ли не вышел от туда, а еле выполз, придерживая руки на болящем от смеха животе. И кто придумал эти ваши Комнаты зеркал? Так и со смеху помереть не сложно после получасового нахождения в той комнате.

***

Посетители кафе были веселы и бодры, запах еды, присутствие атмосферы свободы, молодости и своеобразной романтичности, наполняли помещение в стиле Лофт. Лофт — достаточно современный стиль, что освобождал от стереотипов о красивых напыщенных ресторанах и давал свободу вдохновению этим очень сказываясь на интерьере кафе. Большие окна пропускали в помещение солнечные лучи, проливая свет на кожаные диванчики, возле деревянных столов и, не закрытые обоями или шпаклевкой, стены из красного кирпича. Любимым атрибутом посетителей были серые трубы на потолке, в которых не было никакой функции, но они хорошо вписывались в изысканную и в то же время странную атмосферу. Двоякое ощущение приносила и странная мебель — от антикварной до ультрасовременной, а нужную обстановку подчеркнули торшеры необычной формы, плакаты, абстрактные картины и даже дорожные знаки. Достоинством данного заведения был камин, облицованный натуральным камнем, как и на стенах. С горящими глазами и тихим урчанием живота, Крис почти что забежал в кафе, сдерживая себя лишь из приличия, садясь за первый свободный стол и ожидая Феликса. Феликс, остановившись возле места, где уселся нетерпеливый омега, громко фыркнув и заявил: — А получше места выбрать не мог? Пойдем возле окна присядем. — и растянул слегка губы в улыбке, слыша как парень себе под нос прошептал: «царь мне нашелся тут». — Мне и в углу хорошо, да и места возле окон все заняты — лениво, показывая своим тонном, что пересаживаться не собирается и оглядывая зал, протянул Уайт, — Слушай, Феликс, а, Феликс, а кто ты по гороскопу? — решив начать разговор первым, спросил у Ли, что присаживался на стул и по пути клал портфель на соседнее место, — У тебя все это время был с собой рюкзак, а я его даже не видел — показательно надувая губы, недовольно протянул омега, слыша тихий смешок со стороны Ли. — Дева, а что? — искренне не понимая, что от него хотят, он приподнял уголки губ в какой-то насмешке, наблюдая за сверкающим азартом в глазах напротив. — Да, вот говорят, что девы хозяйственные, а ты мне как то так белую футболку постирал, что она синий стала, можешь мне сказать почему? — злорадно ухмыляясь и играя бровями поинтересовался Крис, слыша недовольное «Я помню, не нужно» и все равно продолжил, — Ты ведь кинул мою белую, бедную футболочку, закинул в стиральную машинку со своими грязными темно-синими трусами! — воскликнул на все помещение парень, слегка хлопая рукой по столу. — Всю жизнь вспоминать будешь? — хмыкнул Феликс, понимая, что все посетители этого заведения слышали про его «темные-синие и грязные трусы», видя в ответ довольную улыбку и сияющие глаза собеседника. Рыжему кажется, что Кристофер говорит об этой попытке стать хозяйственным омегой чуть ли не при каждой возможности. Вот уже месяц, вместо приветствия, ему обязательно нужно спросить не отстирал ли Ликс его любимый предмет гардероба. Хотя да, на самом деле это была его старая грязная футболка. Феликс поднял голову на парня, уже ожидая тех же самых привычных возгласов, но встретился с погрустневшими глазами и серьезным лицом. Длинноволосый достал салфетку, нервно круты ее в пальцах и, боясь поднять голову не Ли, спросил: — Что для тебя значит любовь всей жизни? Феликс нравился ему. Давно нравился, но об этом даже не догадывался. Крис просто не мог сказать это омеге, не хватало смелости. Он всю жизнь считал себя натуралом, а тут, в его тихий закрытый мирок, пробралось веснушчатое чудо, руша все стандарты. Ему прекрасно был известен тот факт, что Феликс просто хотел с ним подружиться и ничего более, но не смог успокоить нахлынувшие чувства. Ведь Ли был таким… таким… необычным? Он всегда ярко улыбался и не сдавался после первых проваленных попыток подружиться с хмурым омегой, продолжая вмещать в себе все больше и больше хороших качеств. И Крис просто не смог устоять этому напору. — А разве такая существует? — отходя от вопроса, тихо пробубнил он. В кафе стоял гул, но только над их столиком повисла неловкая тишина. Феликс не хотел отвечать, кусая губы и исследуя глазами глазами картинки в меню, а Уайт не смог произнести больше и слова. Спустя несколько минут, дружелюбная девушка-официантка принесла им еду, немного разряжая обстановку своей улыбкой. В той же тишине омеги поели, еле пропихивая в глотку еду из-за неловкости, собрались и вышли из здания. Оказавшись на теплой улице, они обнаружили, что начинало темнеть. Как раз самое время для прогулки по набережной или безлюдному пляжу. — Ночь у моря — это всегда что-то особенное. Ночное море по-особенному красиво… — мечтательно протянул Феликс, сделав небольшую паузу. И снова тишина. Не найдя слов, которые ещё можно было добавить, Феликс потянул Кристофера в сторону пляжа. Идя прямиком по пустому берегу, под ночным небом на котором медленно появлялись такие далекие, но одновременно близкие звезды. На небе не было облаков и океан звезд виднелись прекрасно, как и белый полумесяц, что красиво отображался в тихой воде. Блики плыли по волнам и создавали ощущение свечения. Но это все не волновало Криса в этот момент. Сейчас он не мог оторвать взгляд от счастливо вглядывающегося в даль Феликса. Рядом с длинноволосым находился тот, на кого он хотел смотреть хоть всю жизнь. хотелось раствориться в нем. А Ликс думает о том же. Ему определенно нравился этот омега, что искоса поглядывает на его силуэт, думая, что рыжий этого не замечает. Он случайно дотрагивается до маленькой ладони старшего, тут же одергивая, немного покраснев и отводя взгляд. На это Кристофер лишь пожимает плечами, хватая руку Ли. Он совсем не против подержаться за руки. Точнее только за. Феликс, на это движение, смотрит на парня, который, заметив это, тепло улыбается и переплетает пальцы в замок. Парни шли босиком, держа обувь в руках. Песок был слегка теплым и при ходьбе зарываться в него стопами было чертовски приятно. Идя вперед парни ворковали, говорили о любви и своих фантазиях, скрытых и не очень. В моменты, когда они поворачивались лицом к морю, рассматривая воду и красивые дали, Кристофер обнимал со спины Ликса и, откидывая портфель в сторону, поглаживал по животу. Омега развернулся в руках, поднимая голову потянулся за поцелуем. Губы Криса всегда были мягкими и приятными. Их было круто облизывать, проходясь языком по розовой коже и ровным зубам. Уайт потянул руку к затылку рыжеволосого, притягивая к себе и углубляя поцелуй. Он вышел медленным и сладко тягучим. Феликс решил ответить на ласки парня и положил руки на длинноволосый затылок, слегка поглаживая волосы. Кристофер же прижимал его к себе за талию, опуская правую руку на ягодицу парня, слегка сжимая ее и вызывая сдавленный стон. — Хочу сейчас. — быстро проговорил, поднимая взгляд к ночному небу, ловя удивленный взгляд Ли — Тогда… раздевайся — ухмыльнулся омега, опуская руку на бедра и хватая Криса за ремень штанов.

***

Их отношения непоколебимо держались в статусе «лучшие подружки» с самого начала, что конечно было заслугой Феликса, не позволявшего ни себе, ни Кристоферу пересекать установленную черту. Но да, нормальными друзьями их вряд ли можно было назвать. Они скорее друзья по сексу, которым просто не повезло найти себе пару. Ли прекрасно было известно, что он нравится старшему. Только слепой бы не заметил эти влюблённые взгляды в свою сторону, когда Феликс весело разговаривал с одноклассниками. Только мёртвый бы не почувствовал с каким трепетом старший расчесывал рыжие запутанные волосы. Только глухой бы не услышал те милые слова и комплименты, которыми Крис одарял его каждый день. И только немой не смог бы на это ответить. Не сказать бы, что Феликс испытывал глубокие чувства к Кристоферу. Его жизнь не крутилась вокруг этого омеги и Ли уж тем более не отдал ее ради старшего. Это была банальная похоть ничего более. Уайт прогибается в спине, сжимая в руках мягкий песок. Он задыхается от удовольствия, чувствуя маленькие пальчики на своем органе, которые приятно передвигаются по всей длине. Предэякулят густо стекает по члену на мошонку, создавая мокрые ощущения щекотки. Спина предательски болит от неудобного положения на твёрдой земле и иногда царапающих кожу ракушек в песке. Глаза закатываются от любого движения на члене и в голове мерцают искры. Приятные ощущения мурашками бегают по коже, вместе с горячими руками и опаляющим дыханием. Крис чувствует, как ледяной водой желания заливает всё его тело от пяток до самого сердца, что бешено забилось от осознания происходящего. Он лежит на песке на пляже, где вот-вот может появится какая-то пьяная компания, прижатый своим недодругом к этому самому песку, с ноющим членом, вставшего на этого же недодруга, с мыслями о том, как младший берёт его во всех позах, которые ему только известны. Крис находится на грани сумасшествия, понимая, что не в силах преодолеть эту тягу к парню. Он и не будет пытаться, лишь поддастся этому моменту, полному уже не потайных желаний обоих парней. — Раздвинь их — тихо выдыхая, просит Феликс, намекая на испачканные в естественной смазке ноги парня под собой и сжимает вставший член омеги. Послушно разводя ноги в стороны, Кристофер чувствует как ему в ухо довольно ухмыльнулись, опаляя чувствительное место горячим дыханием, вызывая этим приглушённые мычание. А после легкий шлепок по бедру. — Хороший мальчик — прохрипел Ли. На портфеле рядом лежат два фаллоимитатора, бутылочка смазки, пачка презервативов и одна пробка с кристаликом на конце. И когда этот ребёнок успел это купить? А главное, какой дебил повёлся на грубый голос омеги и посчитал его взрослым? Выдавив немного смазки себе на руку, Феликс вставил один палец в сфинктер омеги. Кристофер елозит, опуская задницу на песок. Он закатывает глаза от нетерпения, чувствуя как усилился запах Ликса, довольно улыбнувшись, проговорив: — Думаю, самое время для пробки, мы ведь не хотим, что бы твои естественные выделения стекали на песок, верно? Феликс, повинуясь, слегка нагибается, целуя парня под ним в шею и впихивает в себя пробку, смазанную перед этим, плотно закупорившую его. С непривычки, он выдыхает, закатывая глаза от трения внутри. Ощущения странные. Удовольствие смешанное с болью — немного пугает, но чертовски заводит. Ли снова переводит взгляд на лежащего омегу. Не прекращая двигать пальцем внутри, он начинает делать ошейник из засосов на шее Криса, постепенно добавляя еще один в растягивающийся анус. Небо, постепенно рисовало все больше, и больше звезд, дополняя картину мириад. Ветер, обдувал мокрые и горячие тела парней, пуская небольшой холодок по вспотевшим лбам и спинам, дополняя тихую мелодию волн. Крики людей в дали из города, щелканье, свист и щебетание дельфинов, были слышны в дали. Они плескались в тёплой воде звонко щелкая устами. Они пели песню, песню о своей любви. Сбитое горячие дыхание опаляло щеку Феликса, пока он продолжал двигать пальцами внутри омеги. С каждым разом меняя углы он ускорял темп, вырывая из искусанных губ несдержанные стоны. Темные волосы Уайта взмокли и прилипли к коже, которые Ликс бережно убирал пальцами, выцеловывая покрасневшие щеки. Он опускался по лицу к губам, мокро целуя и отвлекая, пока добавлял третий палец. Рыжий спустился губами к шее и мазнул языком. Не сильно прикусил кожу и тут же поцеловал ранку. Уайт, издал разочарованый стон, когда пальцы Феликса покинули его нутро. Естественная смазка капала с пальцев на землю и впитывалась в песок. Ли размазал ее по внутренней стороне бедра Криса и потянулся к рюкзаку. Послышался звук открывающийся пачки презервативов. Ликс плавно раскатывает его по длине фаллоимитатора, чтобы избежать занесения инфекции. Смазывает еще одним слоем лубриканта, пристраивая резиновый член возле отверстия парня. Плавно толкая его в проход, вырывая хриплое мычание о том, чтобы парень не останавливался. Кристофер прогибается в спине, насаживаясь на инструмент. Феликс поднес ладонь к лицу омеги. «Соси » Просовывая два пальца в рот нижнему. Крис кивнул и принялся тщательно вылизывать пальцы. С подбородка начала стекать слюна от глубоких толчков в полость рта. Феликс сделал два резких толчка фаллоиметатором, наплевав на сложности в дыхании омеги. Он продолжал водить пальцами во рту, обводя мягкий язык и ровные зубы. — Неужели это так хорошо? — задал риторический вопрос Ли, слыша блаженные стоны. Инстинктивно двинув ягодицами назад из-за зуда, который бывает во время течки. Ухмыльнувшись, он завел свою руку за спину, опуская к истекающему смазкой проходу, доставая и после снова вставляя пробку в свою задницу. Прошипев тихое «Черт» от удовольствия, снова двинул пробкой. Кристофер цеплялся руками за плечи Ликса, оставляя на шее и ключицах того алые засосы, пытаясь пометить свое. Он трогал руками каждый кусочек тела, до которого мог дотянуться, прося большего. Разведя ноги шире, Крис стал помогать рукой Ли двигать в себе резиновым членом, смотря на то как Феликс доставляет себе удовольствие. — Я люблю тебя — выдыхая проговорил он, чувствуя как Ликс остановился и, усмехнувшись, проговорил: — Психологи утверждают, что если человек говорит «я люблю тебя», то это совсем не так и они лгут. Но если человек произнес «я тебя люблю» это правда. Интересно, не так ли? — Малыш, прекрати дразнить меня… я уже на пределе. — Кристофер откинул голову назад, в нетерпении простонав. Он стал быстро двигать рукой по своему и члену Феликса, доводя обоих до разрядки, слыша совместные стоны и сбитое дыхание. Подобное, было не впервые. Они часто помогали друг-другу, успокаивая желания во время течки или же просто так, потому что хочется. Никто из них не признавался в бесконечной любви и не просил нормальных отношений. Феликса все устраивало, а Крису просто хотелось быть с ним. Он не думал о себе и старался забыть о эмоциях, прикрываясь похотью. Эти чувства давно сожрали его изнутри, сделав безвольной собственность одного милого омеги с прекрасными веснушками.

***

— Красивый… — тихий шепот, слился с шумом волн. Парень аккуратно гладил Кристофера по щеке костяшками пальцев, очерчивая контуры лица. — Как жаль, что это последняя встреча… — в тишине ночи, безмолвно говорил губами, пытаясь не разбудить омегу. Встав и одевшись, Феликс поднял свой взор на небо, прикрывая мечтательно глаза, прислушиваясь к окружающим звукам. Мелодия волн, колыхание ветра, редкие крики чаек, всплески воды, ночное небо, звезды, коими оно было усыпано, слышали его последние слова, в которых он просил извинения. Он наклонился, чтобы поцеловать хёна в последний раз. — Как печально, что наша история закончится именно так.