Второй шанс

      Подняли меня рано, на рассвете, в лагере кипела бурная деятельность, Ярамантцы организованно, быстро укладывали на повозки сложенные шатры. Остались стоять только шатер начальницы и столовая, где люди посменно завтракали и возвращались к работе. Мне поесть не предложили, вместо этого Зен сразу повел меня к одной из еще не накрытых повозок, груженой походными принадлежностями, тут же были сложены и два мешка провианта. Ввиду явной необходимости мне этих товаров, а так же того, что больше обратиться на сто километров вокруг было не к кому, содрали за них с меня три цены, гостеприимство гостеприимством, а бизнес есть бизнес, впрочем и от вчерашнего гостеприимства Гото не осталось и следа, он говорил вежливо, но не более того, и только по делу, то ли не пожелав быть дармовой рабочей силой, я стал ему не интересен, то ли что то еще.       Пока я расставался со значительной долей своих монет, весь лагерь уже был снят и погружен в повозки, а ведь Солнце еще едва приподнялось над горизонтом, да уж оркам такая скорость не виделась и во снах.       Нагрузившись припасами я направился в сторону города, когда на перерез мне верхом на стройной пегой кобыле, выехала Юка.       – Путешественник. – Окликнула она, поравнявшись со мной. – Ты уже дал свой ответ, но я предложу еще раз, присоединяйся к нам.       – Поздно, я уже отдал деньги. – Ответил я кивнув на мешок на плече.       – Ты не выживешь в степи в одиночку.       Почему то вдруг снова очень захотелось согласиться.       – Даже не пытайся, сука.       – Я не могу контролировать свой дар, то что, он на тебя подействовал значит, что ты хотел согласиться. – Она улыбнулась. – Знаешь, за то, что ты сделал вчера я могла приказать стражникам порубить тебя на куски.       – Знаю, но ты не приказала. – Я улыбнулся в ответ.       – Чтож, прощай, Путешественник. – Сказала она после недолгой паузы. – Но на прощание позволь дать тебе совет. Не иди на север, северные племена ведут войну с королевством, они ненавидят людей запада, и даже на твой ярлык никто не посмотрит.       Если тебе суждено выбраться отсюда живым, иди на восток, к Тар-Рашаду столице степи, потом на север в Ярамант, тогда может когда-нибудь еще встретимся.       С этими словами Юка развернула лошадь и подняв столб пыли ускакала.       Через 15 минут я снова был у городского вала, вопреки опасениям моя стоянка выглядела так же как и вчера, вещи остались нетронутыми, бычок остался там, где я его и оставил, Аланка тоже не воспользовалась отличным шансом сбежать и мирно спала в палатке.       – Подъем! – Скомандовал я.       Она встрепенулась, неохотно приоткрыла глаза и тихим сонным голосом спросила:       – Хозяин, это ты?       – Ты ждала кого то другого? Собирай вещи, мы отправляемся.       Пока я занимался ремонтом повозки, Аланка успела только убрать палатку и постель, да сходить к ручью за водой, приходилось постоянно отвлекаться на то, что бы прикрикнуть на нерадивую женушку, но даже не смотря на это она проявляла нерасторопность, ранее за ней не замеченную, так что даже закрались опасения о болезни. Но как оказалось бедняжка просто перепугалась, когда я не вернулся вечером, как обещал, и прождала меня не смыкая глаз почти всю ночь.       Я даже растрогался, она ждала меня как верный питомец ждет своего хозяина, несмотря на все тяготы, которые ей пришлось перенести из-за меня, видимо за месяц путешествия успела привязаться.       Это несколько приподняло мое настроение, я почувствовал, что как бы ни был тяжел дальнейший путь, у меня по крайней мере есть надежный спутник, который пройдет его со мной, а значит шансы на успех велики.       Хоть орчиха и двигалась и выглядела как студент на экзамене в восемь утра, все приготовления удалось закончить примерно за полтора часа, и мы отправились в путь.       Аланке я позволил немного вздремнуть по дороге, чем та сразу и воспользовалась, мгновенно заснув на жестких досках трясущейся по бездорожью повозки. А сам, машинально погоняя быка, погрузился в мысли о совете караванщицы-гипнотизерши.       Судя по тому, что я узнал о местной географии за месяцы пребывания в степи, страна орков раскинулась на целый субконтинент, окруженный с трех сторон морем и горной грядой на севере, выхода по суше из нее только два, на север, как я планировал изначально, и на северо-восток, как посоветовала Юка. Кратчайший путь – первый, но это дорога через зону боевых действий, при чем по всей видимости орки побеждают, у меня конечно есть охранительный ярлык, но как показывает история моего родного мира, закон на войне это скорее рекомендация, чем строгое правило.       Восточный же путь минимум в два раза длиннее и пролегает практически через самый центр субконтинента, как известно, чем больше удаление от моря, тем засушливее климат, и мои наблюдения пока показывали, что это правило работает и здесь, учитывая редкость осадков даже вблизи океана, дальше вглубь суши должна начинаться полупустыня, а может и пустыня.       С Юкой мы расстались вроде бы на положительной ноте, но главное что я узнал о торговцах из Яраманта, это что они могут быть крайне коварны и лицемерны, вполне вероятно она решила отправить меня на верную смерть, повод я ей дал, а это удобный способ отомстить, не потеряв при этом лица перед подчиненными. К вечеру мы прошли почти тридцать километров на север и в лагере, после привычного вечернего секса, по которому Аланка успела изголодаться сего за сутки, я обсудил с ней дальнейшие планы. Все мои подозрения оказались верны: на севере война, на востоке пустыня…       Утро вечера мудренее, на рассвете мы двинулись в дорогу, выбрав промежуточный вариант – северо-восток, планируя держаться как можно южнее и избегать любых встреч с орками, но и не углубляться в пустыню, таким образом обойдя её достичь Тар-Рашада.       Далее десять дней путешествие протекало своим чередом, спокойно, рутинно.       Повозка медленно ползла по плоской как стол степи, оставляя за собой след примятой пожелтевшей травы, который один только нарушал бессменный минималистичный пейзаж: желто-зеленая земля и серо-голубое небо от горизонта на все четыре стороны каждый день, на этих бескрайних просторах как нигде человек способен ощутить себя крошечным и незначительным как муравей.       Осень, с каждым днем небо становилось все мутнее, закат раньше, а ночи холоднее. По утрам на землю опускались такие туманы, что только по оставленной телегой колее удавалось определить стороны света.       На одинадцатый день запас продовольствия, полученный от торговой миссии, подошел к концу и мне пришлось выйти на охоту. Стрелять по отъевшимся к зиме, неповоротливым тушкам одно удовольствие, не охота, а тир. За день я добыл почти полный мешок мелкой дичи, а под вечер даже встретил наконец степного волка, которого раньше лишь слышал издали по ночам. Молодой самец видно покинул свою стаю в поисках лучшей жизни, но нашел только пару моих стрел. Волчье мясо слишком жестко для употребления в пищу, зато из волчьей шкуры выйдет стильная накидка. В общем к стоянке я вернулся нагруженный трофеями, и в прекрасном настроении принялся снимать шкуры и разделывать туши, Аланка тут же коптила свежее мясо над костерком.       За этим занятием мы и не заметили прихода незваных гостей.       – Эй вы! – Окрикнул меня со спины зычный голос.       От неожиданности я подпрыгнул и обернулся на звук. Их было трое: высокий жилистый орк лет сорока и двое на одно с ним лицо и такие же вытянутые молодые, видимо его сыновья, первый лет двадцати, второй вовсе еще подросток, одеты легко, за поясами длинные ножи, у одного лук, у старшего короткое с широким наконечником, младший с связкой шкур. Старший сразу начал наезжать.       – Вы откуда взялись? Это наша территория, кто вам разрешил тут… - только сейчас, когда я повернулся лицом он пригляделся и осекся на середине фразы. – Человек? Ха!       Орк скривился, обнажая клыки, скорее удивленно чем агрессивно.       – Я освобожденный пленник, у меня при себе ярлык вождя Дишбада. – Поспешил сказать я во избежание неминуемого недопонимания.       – Давай сюда. – Я выполнил его требование и орк с важным видом, принялся разглядывать табличку, явно прикидываясь, будто умеет читать, начитавшись, он небрежно бросил ярлык под ноги. – Плевал я на этого вождя, здесь земля моего племени и охотиться тут нельзя ни этому вождю, ни уж тем более его человечишке.       – Я уеду завтра на рассвете…       – Это мы еще посмотрим. – Перебил он, через плечо крикнул молодым. – Ребята, а он неплохо устроился, а? Посмотрите ка чего у него есть.       Двое незамедлительно разбрелись по лагерю и принялись потрошить мешки и шарить в телеге и палатке.       – Всё что добыто на нашей территории наше, мы возьмем это и еще что нибудь, хе-хе, в качестве компенсации, и если меня всё устроит сегодня уйдешь отсюда подобру-поздорову на своих двоих.       Я осторожно покосился на оставшийся лежать на земле возле ноги меч, потом на наконечник копья, оценивая дистанцию.       – Ты еще откуда?! – Вскрикнул один из молодых.       Это не вовремя вернулась Аланка, отошедшая за хворостом за минуту до прихода гостей.       – Оо! У тебя еще и баба есть. Да еще какая сочная. – Заулыбался старший оценивающе осматривая мою женщину. – Сынок, как она тебе?       Аланка так и стояла с хворостом в руках и ужасом в глазах.       – После человека она мне не сдалась. – Ответил младший.       Оба неприятно засмеялись. Старший сын между тем о чем то задумался. Подошел к отцу и что то прошептал ему в ухо. Теперь смеялся только младший.       – Из Дишбада говоришь? И баба с тобой… - Сказал отец.       Повисла тяжелая пауза, все взгляды приковались ко мне, орки напряглись.       – Вот что, человек, пойдешь с нами. – Серьезно заявил он по удобнее перехватывая копье. – Свяжите ка его.       Сыновья с двух сторон направились ко мне. Я отступил в сторону, так что бы старший сын оказался между мной и отцом. Адреналин забурлил в крови, тело напряглось, мозг начал быстро составлять план боя.       Над костром торчал длинный сучок, с нанизанными на него кусками мяса, он был первым что оказалось под рукой, обугленным концом я ткнул приближающегося орка в глаз и тут же с силой ударил ногой в грудь, тот истошно заорал и отлетел, сбив с ног, не успевшего среагировать отца. Младший достал нож и бросился на меня, я увернулся, отпрыгнув в сторону, и подобрал с земли меч, отец уже встал и теперь уворачиваться пришлось уже от копья, постоянно отступая, что бы не оказаться между противниками.       Отец атаковал спокойно, методично, пользуясь преимуществом длинны копья, сынок напротив действовал импульсивно, шустро, пытался зайти за спину и резко сократить дистанцию и так же резко её разрывал, уходя от меча. Первым подловил младшего, поймав его темп, я дождался очередной попытки подскочить ко мне сбоку но вместо отступления уклонился нырком под его правую руку и рубанул снизу вверх. Горячая кровь струей полилась на траву, кисть, по прежнему сжимая нож, отлетела на пару метров.       От такого зрелища и отец наконец то потерял самообладание и бросился в слепую атаку, слишком сильно сократив дистанцию, я перехватил левой рукой древко и рванул его в сторону и на себя, одновременно подставив острие меча навстречу. Клинок вошел чуть пониже желудка и вышел прямо по середине спины. Орк издал то ли рык, то ли хрип и повалился на землю.       Я огляделся. Отец лежал у моих ног с мечом в животе, младший сын сидел на коленях в паре метров и пытался как то зажать кровоточащую рану, а старший…       «Проклятье!»       На том месте куда он упал его не было. Пока я сражался с его родней он успел оклематься и броситься наутек. Когда мне наконец удалось найти его взглядом он уже превратился в крошечный темный силуэт. Далеко ушел, да и я слишком устал для погони.       – Старший то твой трусом оказался. – Прокомментировал я лежавшему рядом орку.       – Предки хррр покарают тебя кххе, - прохрипел тот, сплевывая кровью при каждом слове.       – Значит так, слушай меня, не теряй сознание, слышишь? – Я похлопал его по щеке. – Ты уже точно не жилец, но сыну твоему я могу сохранить жизнь.       Он с трудом поднял на меня взгляд полный ненависти.       – Далеко отсюда до вашего племени?       – Ты покойник. – Прорычал он сквозь стиснутые зубы.       – Неправильный ответ, это ты покойник. – Я чуть повернул рукоять меча. – Отвечай.       Он не ответил.       «Ну зачем эти сложности?»       Я отошел от него и вернулся спустя минуту, волоча за шиворот бессознательное тело младшего.       – Себя не жалко, хоть его пожалей, молодой еще, ему жить да жить. – С этими словами я бросил тело лицом напротив него.       – Два дня. – Тихо ответил орк.       – Уже хорошо. Что тебе сказал другой сын, перед тем как вы напали?       – Что ты, ыыых, тот самый… человек… - глаза его закатились.       – Договаривай, как самый? – Я приложил ладонь к ране и использовал исцеление.       – Ты у меня не сдохнешь, пока всё не расскажешь.       Орк немного пришел в себя.       – Помоги… ему… - он указал взглядом на сына.       – Я помогу, а ты рассказывай. – Я перевязал остаток руки, останавливая кровь.       – Неделю назад… тут проезжал торговец… с юга… изгнанный… - каждое слово давалось ему всё тяжелее, - назначил награду… за человека… с орчихой… и быком.       Он снова закатил глаза и захрипел.       – Куда едет торговец?!       – В… Тар… Ра… – Эти слова были его последним выдохом, после них его челюсти сжались, а всё тело начало неестественно вздрагивать. – Тар-Рашад. – Закончил я за него.       Пульс у второго орка едва прощупывался и периодически прерывался, сдержать слово спаси его я был не в силах, он потерял слишком много крови и слишком давно был без сознания. Я подобрал с тела отца копье и нож, в сумке у него на поясе нашлось немного денег, их я тоже забрал, немого поискав, нашел отрубленную руку, забрал нож и из нее, и побрел обратно на свет костра.       Вернувшись к лагерю я обнаружил Аланку плачущей сидящей на голой земле и беззвучно шевелящей губами глядя в огонь. На миг мне показалось что пламя слегка колебалась будто бы улавливая ее не произнесенные вслух слова, и какое то едва заметное, но знакомое чувство коснулось меня. Но значения этому я не придал, а просто сел рядом и крепко прижал девушку к себе.