Цена желания - 3. Цена жизни.

      Нурико поправила ремень и поморщилась от запаха, стоящего на дне обрыва. После осмотра Титири накрыл место происшествия защитным пологом, который сохранил его в неприкосновенности, но с разложением ничего не мог поделать и теперь приходилось ходить в сладковатом облаке вони. По опыту Нурико знала, что отделаться от этой мерзости будет непросто, и она непрошеным гостем еще очень долго будет сидеть в носу.       Об этом девушка и размышляла, насильно заставляя себя абстрагироваться от всего прочего, чтобы сохранить спокойствие. Она бродила среди каши камней, алого смерзшегося снега и плохо опознаваемых клочков плоти уже почти час. Титири пытался убедить её оставить грязную часть работы на него, но Нурико несколько обидно для мага заметила, что один раз он уже всё осматривал и что в итоге? Поэтому она хочет видеть всё своими глазами!       Девушка подняла очередную кость с кусками мяса и бросила в кучу таких же. Клок коричневой кожи полетел в другую стопку, как и несколько обрывков ткани. Сделав еще пару кругов, Нурико обратилась к Титири:        — Кажется, всё собрали. Поделишься мыслями?        — Давай ты первая, но да, — предложил маг.        — Ладно, — девушка задумалась: — Моё мнение остается прежним — это подстава. Кости только лошадиные, ошметки тоже по большей части от седла и попоны. От Таски ни следа — ни человеческих костей, ни остатков одежды. Нет ни оружия, ни украшений. Лично я думаю, что лошадь убилась, упав с обрыва. Что меня смущает, это то, что я не вижу человеческих следов, одни волчьи.        — Волки могли прийти позже и пока рвали лошадь, всё тут перевернули, — внес свой вклад в рассуждения Титири.        — Может быть, — не стала спорить Нурико. — Это не проверишь. Мне только непонятно — зачем? У Таски много врагов. И старых и новых. Но если кто-то решил с ним разобраться, то зачем прятать тело? Если это похищение, то почему нет никаких требований?        — Слишком много вариантов, чтобы гадать, — Титири искоса посмотрел на отрешенную Нурико. — Например, бандиты напали не конкретно на Таски, а просто на одинокого спутника…        — Они бы не бросили плащ, — перебила его девушка.        — Охотились действительно именно на Таски, но не для получения выкупа, — Титири немного поколебался, но договорил: — А прикончить сразу им было мало.       Пальцы Нурико дернулись на перевязи, словно собираясь впиться в неё, но девушка заставила себя их расслабить. Сохраняя всё тоже отсутствующее выражение лица, она сказала:        — Действительно, чего гадать. Но ты согласен, что на момент падения с горы Таски был жив? И, скорей всего, оставался в живых, когда его отсюда забрали?       Титири кивнул.        — Значит, мы его найдем. ***       Титири ехал за девушкой и думал на довольно странную для данной ситуации тему. Он размышлял о том, что Нурико командует потому, что Таски ей позволяет или он ей уступает, потому что, как убедился маг на своём опыте, удержу девушка не знает, а перечить ей не много дураков найдется.        — Нурико, почему мы поехали в деревню, а не в гарнизон или опорный пункт? Мне кажется, надо развернуть широкий поиск…        — Нет.        — Почему? — Титири был уверен, что если бы он не спросил, Нурико не посчитала бы нужным объяснить своё решение, а так она соизволила пояснить:        — Пусть о том, что Таски пропал, узнают как можно позже. Что случилось, сейчас знаем только мы, вот и пусть это остается так. Ситуация слишком непонятная, чтобы трубить о ней.        — Подожди, но разве его люди не забеспокоиться, если он не появится?        — Не-а. Во всяком случае, не сразу. Пара недель у нас есть. Таски уже выделывал такой фортель — просто исчезал без предупреждения. Он сказал, что не хочет, чтобы всё работало, только если он всех непрерывно по задницам пинает! Его слова, не мои. Первый раз, когда он такое выкинул, его люди носились, как курицы с отрубленными головами. Ох, и скандал же был по возвращении босса!        — А, я помню! — оживился Титири.        — После этого он нашел себе зама.        — Это тогда ему ребро сломали?        — Ага, в ходе «кастинга»! — хмыкнула Нурико. — Услыхал про какого-то разбойника, который вместо того, чтобы, как все нормальные бандиты, грабить, помогал отрезанной селем деревушке и поперся его нанимать. Мол, если я тебя победю, ты станешь моим человеком, а если ты меня победишь, то… — Нурико смолкла.        — Что «то»? — Титири был заинтригован.        — Вот и я о том же спросила, — вздохнула девушка. — Как думаешь, что мне заявили? «Тц, женщина, ты за кого меня держишь?!» Вот хоть бы раз так дома сказал!        — Ужас, тебе не достался домашний тиран! — Титири сказал это со смешком, но Нурико уныло подтвердила:        — Угу. ***       Деревня встретила путников еще более настороженно, чем при первом визите Титири. Жители делали вид, что в упор не видят посторонних, не понимают, о чём те их спрашивают и вообще, страдают коллективной амнезией. В последнем особенно старался старейшина и довел Нурико до бешенства просто в рекордные сроки.        — Вы хоть что-то помните?! — заорала девушка.        — Ась? — совершенно по стариковски, хоть сам был крепким еще мужиком, приставил ладонь к уху горец.       Нурико скрипнула зубами и повторила вопрос, который, с разными вариациями, уже задавала раз двадцать:        — Несколько дней назад за раненным офицером приезжали два человека. Этот, — она кивнула на мага, который всё время разговора молчал, прячась за маской, — забрал больного. Второй уехал от вас верхом. До долины он не добрался. Вы что-нибудь об этом слышали?       Нурико могла бы поклясться, что глазам старейшины отчаянно хотелось забегать, но он удержал их на месте и, преданно глядя на девушку, опять начал нести бессмысленную пургу, из которой становилось понятно одно — они ничего не знают. Вообще ничего! Совсем ничего!       Именно это упорное отрицание и наводило Нурико на мысль, что горцы ЗНАЮТ. Если даже сами в этом не замешаны.        — Если это вы… решили поживиться, то лучше сразу признавайтесь! Вы даже не представляете, в какого уровня неприятности влипли! Сейчас между императорскими войсками, которые входят в вашу долбаную деревушку и разносят её по камушку, и вашей прежней жизнью стоим только мы! И мы хотим услышать ОТВЕТЫ на наши вопросы! — надавила Нурико. Титири по прежнему молчал.        — Да не знаем мы ничего! — с искренним отчаянием в голосе выкрикнул староста.       Нурико глубоко вдохнула, закрыла глаза и сжала ладонь на рукояти тессена. ***       Горцы врали. Титири видел это отчетливо. Боялись и врали. Врали и боялись. Но боялись не их, а чего-то другого, о чём не осмаливались даже думать, и что мелькало лишь на периферии их мыслей.        — Да какое, на хрен, войско! Я сейчас сама вашу деревушку с землей сровняю!       Маг вздрогнул и вернулся в реальность. Нурико тянула веер из петель.       Титири поспешно придержал её за локоть:        — Не надо!        — Да пошел ты! — интересно, сама девушка осознавала, что её голос сейчас очень напоминает голос Таски в минуты ярости — такой же низкий, хриплый и злой.        — Нурико, дай мне с ними поговорить. Пожалуйста! — попросил Титири.        — Поздно уже говорить! — проскрежетала Нурико.        — Выйди! — потребовал маг.        — Сам иди! — огрызнулась Нурико.        — Немедленно прекрати и выйди! — очень жестко гаркнул Титири.        — Что? — сбилась с боевого настроя опешившая девушка. Она заморгала и встретилась взглядом с магом:       «Ты хотела властного мужчину, который тобой командует? Получи!»       «Ах, ты… Ты не тот… Я сейчас… Никогда тебя… Тьфу на тебя!»       Нурико всхлипнула и выскочила из хижины. ***        — Женщины! — с преувеличенной скорбью выговорил Титири, покачивая головой. Он снял маску и обезоруживающе улыбнулся собеседнику: — Без них намного проще!        — Да, уж! — с полной внутренней убежденностью, прорвавшейся в этих двух коротких словцах, подтвердил староста.        — Тогда, раз уж мы остались наедине, может, поговорим? — предложил маг.       Горец мгновенно замкнулся. Всякая приязнь, которую он испытывал к Титири за избавление от психованной бабы, сошла с его лица, и оно приобрело обреченную угрюмость.        — Я… не… могу, — выдавил мужчина с натугой, а потом уже свободней добавил: — Я бы с радостью, но, поймите, у нас тут семьи, дома, хозяйство! — он отчаянно уставился на мага.       Титири постучал пальцами по лежащей на столе маске.        — А знаете, не надо ничего говорить! И кивать не надо. И даже моргать! Вы просто думайте, а я так, вслух рассуждать буду. Хорошо? — проникновенно предложил он. — Только… позволите? — он потянулся и положил пальцы на запястье горца. — И так, прибыв в ваше замечательное селение, я заметил, что жители его чего то бояться… Гм. Или кого-то? Ага! Кого-то. Этот кто-то для них страшней всей армии Конана. Ничего себе! Кто же это такой? О, нет, о нём, разумеется, нельзя говорить! Хорошо… ***       Голос Титири мерно журчал за дверью. Нурико не понимала, с какой стати магу потребовалось самому с собой разговаривать, но она всё еще на него злилась. Понимала, что сама виновата и, на самом деле, должна быть благодарна, но смириться с тем, что её выставили, не могла.       Девушка оглядела деревушку и вздохнула. А ведь не притормози её Титири, она, пожалуй, и в самом деле, сожгла бы тут всё. Даже не по злобе, а просто потому, что с тессеном обращаться не умела, а вот бушующий внутри огонь, требующий выхода, чувствовала до сих пор. Она просто наяву видела, как слова заклинания срываются с её губ, и неконтролируемое пламя сносит одну лачугу за другой, как выбегают из них и загораются женщины, дети.        Нурико зазнобило. Она обхватила себя за плечи и присела на порог, чувствуя, как давит на спину тяжесть стальных пластин. ***       Титири вышел почти через час. Посмотрел на сидящую Нурико, прислонившуюся головой к стене, сел рядом и попросил:        — Не обижайся, но да. Знаешь, когда мы искали Ван Лю, я выгнал Таски из комнаты и он потом сидел почти так же, как ты сейчас.       — У меня похмелья нет, — вяло отозвалась девушка, не открывая глаз, и поэтому не увидев, как вздрогнул маг. — Ладно, ты что-нибудь выяснил?       — Да, конечно! — вернулся из своих размышлений Титири. — Поехали отсюда, по дороге расскажу. ***       Монах выглядел усталым. Он то и дело снимал маску, потирал шрам, потом виновато улыбался Нурико, надевал личину, вздыхал, собираясь начать рассказ, но сбивался и всё повторялось.       — Так плохо? — нейтральным голосом спросила девушка, не глядя на спутника.       — А? Что? Нет, нет! — Титири наконец понял, какое впечатление производят его действия. — Прости, если напугал! Ничего страшного! То есть… э-э-э-э… — он запнулся, а потом признался: — Это было нелегко. Сам задаешь вопросы, сам отслеживаешь состояние собеседника, сам корректируешь беседу. До этого мы таким обычно вдвоем с Тирико занимались. У него очень хорошо получается вести допросы, и он очень чутко реагирует на мои посылы и вовремя перестраивается.       — Он тоже маг? — Нурико не это интересовала, но она давала собеседнику прийти в себя.       — Да, — кивнул Титири. — Не очень сильный, но вот он очень хочет учиться, и я ему в этом помогаю, — он чуть виновато посмотрел на девушку, но та отмахнулась:       — Ну, и хорошо! Расслабься, я на мелкого с самого начала не особо злилась, а сейчас и вообще простила.       — А вот Таски до сих пор с ним не разговаривает, — тихо напомнил Титири.       — Я язык себе намозолила, повторяя, что этот оглоед непредсказуем. Ведь совершенно не злопамятный! Может завтра пить с тем, с кем сегодня насмерть сцепился, но иногда его просто клинит! — фыркнула Нурико. — Ладно, отошел немного? Рассказывай, но да! ***        — Горцы ни при чём. Они замешаны в куче всего криминального от контрабанды до угона скота, но именно здесь они не виноваты. Но они знают, кто это сделал. Или подозревают этого человека с очень большой вероятностью. Но нам о том, кто это, не скажут. Даже под угрозой армии и поджога. Нурико, старейшина крепкий мужик, но его мысли, когда они касались этого человека… это просто животный ужас. Ощущение полной беспомощности и обреченности. Словно они сотрудничают с ним не по своей, а по его воле, а когда пытались от него отделаться, он преподал им такой урок, что они до сих пор его помнят. Пойми, я рассказываю тебе не слова, и даже не мысли, а ощущения в ответ на МОИ вопросы, поэтому всё неопределенно. Но кое что конкретное я выловил. Первое — Таски здесь нет, второе — вариант с юго-востоком был не настолько бредов.       — Почему?       — Потому что тот отзвук, который я уловил с того направления, и тот, который мешал нашим поискам — я, наконец, понял, в чём его особенность. Благодаря старосте понял. Его мысли, когда он думал об этом их таинственном страшном «партнере» имели специфический оттенок. Я не могу тебе это объяснить, тут очень тонкие нюансы, просто поверь мне — здесь замешана женщина!       Нурико широко раскрытыми глазами посмотрела на Титири, хихикнула, потом засмеялась, громко и истерично, пытаясь остановиться, но каждый раз срываясь на новый приступ хохота.       — Что такое, но да?!       — Таски через бабу влип! — прохрипела девушка.