Лисьи причуды

За столом стояла напряжённая тишина. Слышен был только лязг столовых приборов и посуды. Даже снующие туда-сюда черные духи чувствовали себя неловко и кидали друг другу взволнованные взгляды. Что же произошло у их хозяев? Единственный, кто чувствовал себя спокойно и даже радостно, был Сонхва. Он на Кима не злился, отнюдь, он сам винил себя в поступках рыжего парня. Посему, получив от того некое подобие шанса он, наконец, смог вздохнуть спокойно. Теперь дело за малым — получить полное доверие и сердце в придачу. В этом плане Пак чувствовал себя уверенным. Возможно, сказывается его себялюбие и слегка завышенные амбиции, но он уверен, что Ким сдастся в его объятия довольно быстро. Конечно, он и не думал пользоваться своим статусом короля и принуждать лиса. Напротив, в его планах полный контроль своей речи. Ему многие говорили следить за языком, и вот, кажется, пришло время прислушаться к советам. Сам Хонджун был раздражён. Слушать нотации ему не нравится, да и очень обидно, что другие не пытаются понять, как ему тяжело. По пути к замку Ким без конца страдал и воевал сам с собой. Порой под раздачу попадали другие жители их мира, за что он себя винит. Конечно, он знал, что его братья демоны отправятся за ним. Он ждал их, и надеялся, что те помогут ему справиться. Но они лишь молча смотрели на него, прожигая тяжёлым взглядом. — Хонджун, я так рад, что ты в порядке, — нарушил тишину Юнхо. Он понимал атмосферу и решил, что пора её разбавлять. Да и беспокоился за друга он действительно искренне, о чём желал сказать как можно быстрее. Ким благодарен ему. Юнхо тот, кто стал его защитой и поддержкой в Корее, многому научил и был действительно прекрасным другом. Однако на слова друга он не нашёл что ответить. Чувство вины сковало его. Они ведь и правда пришли за ним, а значит переживали. — Не грузись, — со вздохом сказал Минги. Этот лис прекрасно читал эмоции Кима, и мог с лёгкостью понять, что у того на душе. Пак незаметно, как ему казалось, протянул руку под столом и сжал ладонь Кима в своей. Тот на мгновение улыбнулся, а затем сделался вновь серьёзным. В конечном итоге Уён не выдержал тишины. Они разговорились. Короли стали вовсю обсуждать всё увиденное, некоторое сверяли с известными им сказками, а лисы лишь удовлетворяли их интерес новыми историями. Время близилось к вечеру. — Не хотите прогуляться по дворцу? — Предложил Хонджун. — Я тут уже всё видел, — признался Сонхва. — Хотим! — ответил за всех Уён. Лисы сопровождали экскурсию короткими рассказами о местах и событиях, которые происходили в них в далёкие времена. Так они миновали сад, в котором прошла последняя схватка, и в которой впервые погиб Ёсан, защищая своего короля. Чонхо обеспокоенно взглянул на Кана и взял того за руку. Губ лиса коснулась улыбка. Так он хотел дать понять королю, что он в порядке. Последним пунктом их маршрута оказался тронный зал. В самом его центре расположились четыре трона. — Здесь мы и заключили тот самый договор, — тихо сказал Хонджун. Воспоминания о том самом дне были такими чёткими и ясными, будто это произошло совсем недавно. Он прекрасно помнит лицо своего короля: тот выглядел почти как Сонхва, разве что на десяток лет старше и чуточку мускулистее. Да и времена тогда были иными. Лицо короля было в шрамах, грязи и крови — не всегда своей, ладони сухие и грубые, местами с потрескавшейся кожей. Киму хватило лишь одного взгляда в глаза королю, чтобы в душе всё затрепетало. Другие чувствовали то же самое. Их впечатлила не внешность королей, а их мужество, сила, то, с какой уверенностью они бились за своих людей и безопасность своих земель. Будучи простыми людьми — жалкими на фоне демонов, они горели силой. И лисы захотели подчиниться. Они предложили себя в качестве силы, способной одолеть духов и демонов, тем самым помогая выиграть эту войну. Оказавшись в людских землях, они получили человеческие тела, а так же славу и признание всего народа. В их честь возвели храм — что по сей день является их родным домом. Однако им пришлось столкнуться с реальностью — те, за кем они следовали, кому подчинялись, кого любили, уже давно имели жён и детей. Сердца демонов были разбиты, но пути назад не было. Были и счастливые моменты: некоторые потомки королей влюблялись в демонов так же сильно, как те любили их. Однако редко им удавалось прожить долгую и счастливую жизнь вместе. Хонджун помнит каждый раз, когда терял короля: когда они умирали, или когда тот отказывался от лиса. Это породило в его душе страх. Он не хочет подчиняться, его человеческая душа желает свободы. Ким ловит на себе обеспокоенный взгляд Сонхва. Тот смотрит с нежностью, трепетом. Он искренне переживает за Кима, от чего у лиса сжимается сердце. Пак ведь не плохой. Да, он бунтарь, и часто приставал к Киму, но Хонджун всё равно любит. Уже сложно разобрать, его ли это чувства. Стоит ли просто сдаться? Из мыслей его вывел громкий вскрик. Уён как всегда восторженно рассматривал всё вокруг, не забывая вслух комментировать всё. Его друзья начали дурачиться, изображая королей из сказок. Лисы на это лишь тихо посмеивались и качали головами. Всё-таки их короли всё ещё дети. Уён решил в шутку отдать приказ Сану взять его на руки, и громко закричал, когда лис повиновался. Чон закрывал красное от смущения лицо руками и просил опустить его, но в этот раз Чхве его приказ проигнорировал, продолжая прижимать к себе парня и смеяться. Лисы переглянулись между собой и хитро улыбнулись. Хонджун взял Сонхва за руку, игнорируя смущение, тоже сделали и остальные. Затем они подвели королей к тронам и попросили сесть. Те, не понимая ничего, просьбу выполнили. Это казалось им странным. Странно привычным, если быть точнее. Оба Чона сильно смущались, всё казалось им непривычным и неловким, а вот Чхве и Пак вели себя более уверенно. Но ровно до тех пор, пока лисы перед ними вдруг не опустились на колени. Демоны приняли свой полный облик: пёстрые полупрозрачные кимоно, маски, закрывающие лица и лисьи уши с хвостом. Они кланялись королям, в очередной раз, произнося клятву оберегать и любить.