Friday evening

— Давай просто посмотрим ужастик? — доносится голос Чонгука из гостиной, пока я копошусь на кухне, готовя закуски к традиционному просмотру кинофильма с моим лучшим другом. Каждую пятницу мы устраивали вечер кино, и эта пятница не стала исключением, так что прямо сейчас Чон Чонгук в ожидании момента, когда я присоединюсь к нему с едой и газировкой, развалился на диване гостиной квартиры, которую я снимаю вместе с подругой. Каждую пятницу она уезжает к своему парню, оставляя меня совсем одну на все выходные. Грустно проводить эти дни без нее, но в этом так же есть и плюсы, ведь так мы с Гуком можем провести побольше времени вдвоём, и никто не будет ходить мимо нас и бросать в сторону парня взгляды, переполненные надежд, что он как можно скорее уйдет. — Нет! — кричу я в ответ, даже не раздумывая над предложением друга. — Я не буду смотреть ужастик! Ну, да, ну, да, он свалит после фильма, и все нормально, а я тут одна останусь, наедине с послевкусием от просмотра ужастика. Ни поспать нормально, ни заняться каким-нибудь делом, просто ночь, полная беспокойств и напряжения. Я не то, чтобы не любила ужастики, просто не понимала, зачем смотреть такие фильмы. Ладно, я не люблю фильмы ужасов, но только если знаю, что затем останусь одна. Если бы я ночевала с кем-то, была на вечеринке или что-то еще, то я бы даже не стала возражать против просмотра такого кино. Но Чонгук не может остаться со мной на ночь, и никто больше не может ко мне прийти и скрасить мое одиночество, так что не стоит портить себе ночь ужастиками. Тем более, что я должна отдохнуть этой ночью, как следует. — Тогда взяла бы сама и выбрала… — бурчит Гук, заставляя меня закатить глаза. Даже если он опустил голос до полушепота, его все равно было прекрасно слышно. — Если ты думаешь, что я тебя не слышу, ты ошибаешься! Это твоя обязанность — выбирать фильмы, вот и выбирай! — Это твоя обязанность, вот и выбирай… — в кухне едва слышно, как Чонгук тихо бубнит мои слова, стараясь меня передразнить. Он хоть представляет, как сильно это раздражает?! — Чонгук! — Не знаю я, что смотреть… — обреченно вздыхает парень, прежде чем я оставляю свои дела незавершенными и высовываюсь в арочный проем, соединяющий кухню с небольшой гостиной, чтобы цокнуть языком, окинув своего лучшего друга недовольным взглядом. Как я и предполагала, ноутбук, подключенный к проектору, просто стоял на журнальном столике без дела, в то время как Чон Чонгук, человек, который должен был сейчас заниматься выбором кинофильма, что скрасит наш традиционный вечер пятницы, нагло залипает в свой телефон, даже не стараясь справиться с поставленной перед ним задачей. — Просто хватит залипать в телефон! Тогда выбрать фильм будет намного проще, не считаешь? Парень бросил в меня недовольный взгляд, а я лишь выгнула вопросительно брови, зная, что он ничего не может мне сказать, потому что правда на моей стороне. — И возьми зарядку, из-за тебя ноут сейчас разрядится… — бросила я, возвращаясь к своим делам. Гук вновь пробурчал что-то невнятное, но на самом деле занялся поиском кинофильма, что не заняло у него очень много времени, и не успела я перенести коробки с пиццей, попкорн и чипсы с газировкой в гостиную, как парень снова был увлечен одной из соцсетей. Обреченно вздохнув, я остановилась рядом с диваном и выложила все, что принесла, на столик, на котором стоял проектор, чьи лучи врезались прямо в огромный экран. Гук вешает его на стену каждую пятницу, уже долгое время, а в обычное время, экран и проектор стоят в кладовой, словно их не существует вовсе. Закончив с расстановкой еды, я бросила осуждающий взгляд на Чона. Не могу поверить, что он на самом деле так много времени уделяет своему телефону… как же бесит! Бросив взгляд на экран, я снова выдохнула, обнаружив, что Гук все же нашел какое-то кино и даже поставил его прогружаться. Ну, хоть на этом спасибо… — Ты можешь хоть день прожить без своего телефона? — бурчала я, присаживаясь рядом с парнем на диван и метая в него злющие взгляды. — Хотя бы десять минут? На сегодняшний вечер ты весь мой, забыл? Разве я многого прошу? Только вечер пятницы! Так трудно в этот день отвлечься от всего остального? Мы с Гуком всегда проводили вечер пятницы вместе. Это наша традиция с давних времен. Кажется, тогда мы только стали дружить, что было странно для парня из элитной школы для мальчиков в одной части небольшого городка и девочки из самой обычной школы из другого его уголка. Наверное, это началось где-то в средней школе, а может, Гук уже перешел в первый класс старшей школы? Не очень важно, когда именно это случилось, но пятница — наш день. Вечер пятницы — наше время, только наше. Мы собирались вместе каждую пятницу, даже если не виделись всю неделю или если виделись каждый день, если у нас все было хорошо, и если мы ссорились и не разговаривали друг с другом, в пятницу мы всегда были вместе, заваливались к кому-нибудь в комнату и зависали вместе. Вначале мы просто разговаривали, играли во что-то, а затем начали смотреть фильмы. По одному на каждый вечер пятницы. Каждую неделю в наш список просмотренного прибавлялась одна кинолента. Не важно, шло ли кино по телевизору или же был куплен диск, пошли ли мы в кино, была ли кинолента скачана на телефон или просмотрена на ноутбуке, когда это стало возможным. В последнее время мы используем большущий экран и проектор. Кажется, Гук подарил их мне по случаю переезда в Сеул, а может на новоселье? Не помню уже, если честно, но это не важно. Важно лишь, что наш вечер кино по пятницам стал традицией, и мы не нарушали ее уже много лет. Даже когда Гук закончил школу и переехал, поступив в университет, по пятницам он все равно приезжал домой, чтобы провести со мной один вечер, или я приезжала к нему на выходные, пораньше сбежав из школы, чтобы родители не узнали. Пятница — уже давно наш день. Наверное, это самое прекрасное, что есть в нашей дружбе, то, что мы ни разу не нарушили эту странную, но такую важную для нас традицию. Даже когда Чонгук уезжал на пару месяцев в США в прошлом году, мы смотрели кино, созвонившись по видеосвязи, даже если часовые пояса отличались. А когда я лежала в больнице после аппендэктомии, парень пробрался в мою палату сквозь окно, потому что не мог пройти мимо строгих медсестер. Даже моя болезнь и дежурные медсестры, не пускающие никого в отделение после окончания приемного часа, не смогли разрушить наши планы на вечер пятницы. Пятница — наш день. Когда Гук переступает порог этой съемной квартиры в пятницу, он должен забывать обо всем, кроме меня, так же как и я забываю обо всем, переступая порог его местного дома. Квартира, в которой он живет вместе с Тэхеном, намного лучше этой, она намного больше, но мы не очень часто зависаем там. Точнее, раньше было все по-другому, но в конце концов Тэхен просто разбил мое сердце, найдя себе девушку совсем не в моем лице, и теперь квартира, как и Тэхен, были очень часто заняты. А, поверьте мне, вы совсем не захотите смотреть даже самый лучший фильм в вашей жизни, когда в соседней комнате влюбленная парочка «проводит время вместе». Не знаю, что расстроило меня больше: то, что красавчик-сосед Гука нашел себе девушку раньше, чем я успела обратить на себя его внимание, или то, что мы с Чоном больше не можем развалиться на шикарном кожаном диване у них в гостиной, прямо напротив которого висит просто огромная плазма. Вру, я знаю, потому что вечера на том диване были просто прекрасными… Не хочет ли Тэхен разнообразия ради освободить квартиру хотя бы на один вечер в пятницу? Нужно поговорить с ним об этом, я правда обожаю тот диван… А еще в комнате, в которой живет Гук, просто шикарная кровать, я убить готова за ночь в ней. Если прилечь на нее, уже не сможешь встать, ни за что и никогда не сможешь! Когда мы использовали проектор, устроившись на той волшебной кровати, я была самым счастливым человеком во вселенной, честное слово. Хочу снова поваляться в ней, очень хочу… Пока я мечтала о том, чтобы снова прикинуться спящей после того, как фильм закончится, чтобы Чон не пытался даже отправить меня домой, и провести в той божественной кровати хотя бы одну ночь, мой лучший друг скривился, поднимая на меня свой взгляд. — Не бурчи, становишься похожей на мою маму. — он цокнул языком, а затем вновь уставился в свой телефон. — Я просто ждал тебя, мне нечем было заняться, а теперь, когда ты здесь, я закрываю все приложения и ставлю телефон на беззвучку, видишь? — пару раз нажав что-то на экране, парень повернул его ко мне, чтобы я оценила щедрость его души, а затем отложил гаджет в сторону. — Я весь твой на этот вечер пятницы, как и на любой другой. — после его слов мой взгляд изменился, наполнившись грустью, что Чонгук «мой», всецело принадлежит мне лишь на один вечер. Этого так мало… очень мало. — И не нужно смотреть на меня так, словно это я виноват в том, что мы проводим так только один вечер. — А кто еще виноват? — надувшись, поинтересовалась я. Чонгук был очень занят в последнее время, так что я редко вижу своего лучшего друга, а это очень трудно. Я так скучаю… но что я могу поделать, если у него почти нет на меня времени? Раньше все было совсем по-другому, было так здорово проводить вместе очень много времени… хочу обратно, очень хочу! — Когда мы не жили в Сеуле, все было намного проще. Ты уделял мне намного больше внимания, а сейчас у нас есть только один вечер на неделе…. Это и правда просто ужасно. Мне очень не хватает Гука и нашей дружбы. С каждым днем парень становится все более занятым, поэтому и мне приходится находить, чем заниматься. Жизнь в Сеуле совсем не дешевое удовольствие, так что нам обоим приходится работать, а еще нельзя забывать об учебе. Второй курс намного сложнее, чем первый, или так только кажется? Что говорить о том, каково приходится третьекурснику Чонгуку…? — Не преувеличивай, мы проводим время вместе почти каждый день и часто тусим на выходных. — Чон скривился осуждающе, а я ударила его в плечо за то, что состроил такую недовольную рожицу. Да, мы на самом деле видимся в университете, потом через раз зависаем друг у друга на работе, иногда бродим по городу ночами или сбегаем в какое-нибудь необычное место. Вы когда-нибудь гуляли по ночному лесу? Это очень круто, но только немного страшно, если рядом нет Чонгука, в руку которого можно вцепиться, если раздастся какой-нибудь пугающий шорох, или к кому можно забраться на спину, если показалось, что рядом кто-то пробежал. Шатен даже бровью не повел на мое недовольство и вместо этого потянулся за куском пиццы, но я тут же ударила его по руке, за что получила обиженный взгляд. Я даже почти что почувствовала себя очень виноватой, но оказалось, что этот взгляд был лишь отвлекающим маневром, так что уже через две секунды Чонгук откусил от ломтика пиццы огромный кусок.  — Зачем так все драматизировать? — спросил он, едва прожевав еду. — И вообще-то раньше выходные тоже были нашими, пока ты не начала ходить на свидания… когда ты уже перестанешь вкладывать в эту ерунду свое время? Разве ты хоть раз пошла хоть с одним парнем на второе свидание? — он даже не дал мне ответить, а в этом и не было нужды, ведь Чонгук прекрасно знал ответ на этот вопрос, поэтому и скривился недовольно, бросая в мою сторону осуждающие взгляды, прежде чем вновь набить рот пиццей. — Лучше бы провела выходные со мной. — А я бы может и провела бы, если бы ты не пропадал весь день где-то. — скорчила рожицу я, беря пример со старшекурсника, который был старше меня на целых полтора года. Мне нужно было родиться первой, чтобы не допускать такого безобразия, что он творит в мою сторону. — Хочу домой, чтобы все было так же просто, как раньше. — Правда хочешь домой? — закончив с кусочком пиццы в мгновение ока, Гук облизнул пальцы, а затем пробежался языком по губам, глядя на меня так, словно совсем не удивился такому заявлению. Зачем спрашивал тогда, если знает, что мне не очень сильно нравится жить в Сеуле? У меня здесь есть друзья, я учусь здесь, и мне это нравится, а еще сам город совсем не плохой. Здесь есть множество вещей, которыми можно заняться, множество мест, где стоит побывать, но все же… все же в нашем родном городке было намного лучше. Быть может, я просто домашний ребенок, а может, больше всего я скучаю не столько по дому и крохотным улочкам, а по тому, какими были наши отношения с Гуком тогда, когда мы оба были еще совсем детьми. — Я всегда знал, что ты тащишься по моей комнате, тебя из нее было не вытащить. — Я бы с удовольствием поныла, потому что на самом деле обожаю твою комнату в доме твоих родителей, но знаю, что ты пытаешься отобрать время, что принадлежит мне по праву. — проговорила я, прищурившись, когда Гук щедро плеснул в стакан газировку, а затем поднес стакан к губам. Думал, я позволю ему вот так просто заговорить меня и откосить от просмотра кино? А вот и нет. — Мы обсудим это в любой другой день, не в пятницу. — Почему бы не обсудить это сегодня? — вскинул брови парень, осушив стакан и откинувшись на спинку дивана после того, как поставил стакан на место. — Мы можем начать просмотр позже… — Нет, не можем. Мне нужно рано лечь и хорошо отдохнуть этой ночью. Чонгук смотрел на меня молча целую минуту, прежде чем прищуриться недовольно и придвинуться ближе к моему лицу, осматривая его так внимательно, что я даже не заметила, как задержала дыхание. Что это он такое делает? — Не говори мне, что снова идешь на свидание. — умоляюще протянул он, а я закатила глаза опять и толкнула друга, чтобы отстранился. Так вот в чем дело? Это он высматривал на моем лице? — Не скажу, раз ты так хочешь. — Серьезно? — все еще недоверчиво переспрашивает парень, глядя на меня с такой нескрываемой надеждой, что даже чувствуешь себя немного неловко под этим взглядом. Он так смотрит только когда считает, что человек безнадежен, и его уже ничего не может спасти. — Господи, жизнь тебя совсем ничему не учит, ты такая бестолковая. — он разочарованно покачал головой из стороны в сторону, когда понял, что я не пошутила, а затем вновь бросил на меня непонимающий взгляд. — Знаешь, почему никто из тех, кто звал тебя на свидание, не подошел тебе? Вообще я не очень люблю обсуждать свою личную жизнь с кем-то. Не могу говорить о таких вещах с родителями или с подругами, да и не вижу смысла в том, чтобы обсуждать такие вещи с кем-то. Но Чонгук, конечно, не входит в перечень людей, с которыми хоть что-то можно не обсуждать. Этот человек знал обо всем, что происходит в моей жизни, даже если по началу мне этого не хотелось. Он не спрашивал на это разрешения, его не интересовало, хочется ли мне говорить о чем-то или нет, так же было и с тем, чего я не хотела бы знать или слушать. Кроме того, что Гука слишком сильно интересовало все, что происходит в моей жизни, будь то такая глупость, как головная боль или оценка по философии, или же моя личная жизнь, он так же не молчал и о том, что происходит с ним. По началу это было странно и даже немного смущающе, когда твой лучший друг, к тому же парень, делится секретами о своей первой влюбленности, или о том, как впервые позвал девочку на свидание, а в ответ хочет знать, каково это было, когда один из его одноклассников поцеловал меня, проводив до дома… Но со временем мы привыкли к такому типу общения, привыкли к тому, что есть человек, которому ты не просто можешь рассказать обо всем, нет. Мы привыкли к тому, что есть человек, кому ты рассказать обо всем должен, обязан. Иначе нельзя. По-другому — неправильно. Так что нет в мире человека, который знал бы меня лучше Чонгука, кто знал бы обо мне все то, что знает он. И в мире нет человека, знающего о Гуке больше, чем знаю я. Это трудно, в это слабо верится, ведь мы разные по характерам, не совсем одного возраста, разные по знаку зодиака и различаемся по полу. Для парня и девушки найти такой баланс, достигнуть такого взаимопонимания очень трудно… и мы не то чтобы хорошо справляемся с этим, нет. Мы все еще временами друг друга не можем понять, даже если очень стараемся, порой это очень трудно — не понимать друг друга. Мы много ссоримся и часто бурчим друг на друга, злимся друг на друга, если другой не может понять наши мысли и чувства или поступки, но все равно пытаемся понять. Даже если не получается, стараемся еще усерднее, говорим и слушаем, слушаем и говорим… Мы совсем не идеальны в своем понимании друг друга, но разве важна степень несуществующей идеальности? Есть вещи намного важнее этого, вещи, которые ценятся намного больше. Конечно, Чонгук знает о том, как часто, с кем и куда я хожу на свидания. Он только не понимает, зачем я это делаю. Сколько бы ни говорила, не понимает, даже если соглашается… забавно, не правда ли? А на свидания я хожу, потому что так принято. Девушка в моем возрасте и без парня — как минимум странно. Не могу сказать, что в моей жизни чего-то не хватает, намного лучше быть без отношений, чем с отношениями хоть какими-нибудь, в этом у меня уже есть опыт. Мои первые и последние серьезные отношения закончились грустно. Меня обвинили в вещах, в которых я не была виновата, смешали с грязью, скомкали и выбросили. Помню тот день, я была так разбита… нет, не потому что очень любила, не было никакой любви, как оказалось позже. Просто это никогда не бывает просто, я думаю. А если конец отношений выглядит вот так, как предстал передо мной, ничего забавного в этом нет. Я пролила много слез в тот вечер, мне было очень обидно, я думала, что задыхалась от боли, но, к счастью, поняла в итоге, что не было боли вовсе. Если нет любви, то и боли не будет огромной. Чонгук в тот вечер решил поиграть в старшего брата, поэтому сломал моему бывшему нос, а это и правда было забавно. Очень мило, это даже заставило меня улыбнуться, хоть я и узнала обо всем не сразу, а время спустя, когда встретила того идиота с уже новой девушкой и огромной гематомой на половину лица. Тогда и я поняла, что это не было любовью, ведь если бы была, я не смогла бы усмехнуться и пошутить насчет того, как прекрасно он выглядит. Скорее всего, я была бы еще более расстроена, узнав, что у него так быстро появилась девушка, а может, она уже была, пока он был со мной? Я не испытывала ревности или грусти, совсем нет. Именно так я и поняла свои настоящие чувства на этот счет и смогла все забыть и оставить в прошлом. Через полгода после разрыва подруга насильно приволокла меня на свидание вслепую, а затем устроила еще одно и еще одно… с тех пор примерно раз или два раза в месяц я ходила на такие свидания. Начиналось все ради галочки, но затем я подумала: «а почему бы и нет?». Вероятность того, что я встречу на таком свидании кого-то, кто мне правда может понравиться, не очень высока, но все же она есть. Тогда, почему бы не попытать судьбу? Но Чонгук прав, уже целый год я принимаю приглашения сходить на свидание от парней из университета или тех, кто подошел ко мне на улице или в кафе, а так же хожу на свидания вслепую, но ни разу еще не была на втором свидании. Нет, все не так грустно, как может показаться, некоторые парни меня звали на повторное свидание, звали не один раз, но я не могла принять это приглашение почему-то. Иногда мне не хотелось, иногда я просто не видела в этом смысла, потому что уже знала, что человек, сидящий напротив, — не мой человек. Однако Гук считал, вероятно, что причина кроется во мне, и что никто меня не приглашал, раз я еще ни разу на повторное свидание не сходила. Сколько бы ни говорила, без толку… — И почему же? — устало вздохнула я, уже зная, что он ответит. Конечно же, все дело во мне… — Ну же, просвяти меня, раз ты у нас такой умник. — Кроме того, что тебе трудно угодить? — парень смело вздернул брови, так что те скрылись под уложенной на лоб челкой, и хихикнул, посчитав ситуацию смешной. — Причина кроется в том, что подходящий тебе человек не станет заниматься такой ерундой, как свидания в слепую, и ты это знаешь. — продолжил он, потянувшись за миской с чипсами, и вот уже чипсинка пропадает у него во рту, и на всю квартиру раздается громкий хруст. — Тебе тоже не стоит тратить выходные на такую чепуху, лучше сходим в парк или съездим домой. Да лучше весь день не вылезать из пижамы и есть всякую гадость, чем заниматься тем, чем занимаешься ты. — он снова жует чипсы, а я хмурюсь, забирая у него из рук миску с чипсами, чтобы отправить один слайс в рот. Да я бы с удовольствием с тобой в парк сходила или домой съездила, но так я себе парня не найду, разве не очевидно? А было бы совсем не плохо, если бы в моей жизни появился человек, который любил бы меня и оберегал, кто заботился бы обо мне так же… так же, как ты заботишься, только кто не считал бы меня хорошим, или даже лучшим другом, а любил бы меня по-настоящему, и кого я могла бы любить сильно-сильно, совсем не по-дружески… Наверное, каждая девушка имеет в голове какой-то идеал отношений, фантазию на этот счет, мечту… у меня такая тоже была, я мечтала о красивых и честных отношениях полных любви и заботы. В эту мою смелую фантазию так часто и так нахально проникал один человек, что сейчас уже казалось, что она без него не имеет смысла и не будет иметь, даже если сбудется. Чонгук и наши отношения были воплощением моих грез, но не хватало в них одной маленькой детали, детали самой важной. Чонгук меня не любил. Он не видел во мне девушку, не рассматривал меня, как кандидатуру на место той, кто пленит его сердце и разум, и с кем он захочет начать отношения. Я не нравилась Гуку в этом плане, и это было очевидным фактом, ведь Чонгук не умеет скрывать от меня что-то. По нему слишком хорошо видно, если он врет или собирается соврать, а в своих чувствах ко мне он искренен. Он любит меня как друга, как младшую сестренку, но не больше, а значит, мне нужно перестать жить смелыми красивыми мечтами и поскорее отпустить свои чувства, заставить свое сердце увидеть кого-то кроме него, кого-то, кто смог бы полюбить меня по-настоящему. А для этого мне нужно ходить на свидания, даже если сердце все так же бешено колотится, когда Гук оказывается ко мне слишком близко, если глаза видят его в человеке, сидящем напротив за столиком уютного кафе, мне нельзя останавливаться и прекращать надеяться на то, чтобы заметить кого-то еще. Те парни — не Гук, по этой причине я еще ни разу не была на свидании хоть с одним из них второй раз. Чонгук прав, даже если я недовольно закатываю глаза каждый раз, когда он говорит о том, что проблема во мне. Проблема и правда только во мне, ни в ком другом. Просто я не могу чувствовать ничего даже близко похожего на любовь или влюбленность, пока мое сердце замирает от мыслей о моем лучшем друге, парне, которого я знаю с детства, и который каждую пятницу принадлежит только мне. — То, что ты так думаешь, оправдывает то, почему у тебя все еще нет постоянной девушки. — состроив недовольную рожицу, проговорила я, отправляя в рот еще одну порцию чипсов. — А с чего ты взяла, что ее нет? — удивленно смотрит на меня Чонгук, а я просто… просто чуть не подавилась, закашлявшись. Я уставилась на Чона широко распахнутыми глазами, несколько раз моргнула, прокашлявшись, а Гук подал мне стакан газировки, чтобы мне стало получше. Моему возмущению не было предела, пока я осматривала невозмутимое выражение его лица, отставляя миску с чипсами на стол. — Что ты сейчас сказал? — недоверчиво переспросила я, все стараясь найти в его глазах подтверждение тому, что он соврал. — У тебя есть девушка, и ты мне не сказал? Мне?! Скрыл это от меня?! Я кричала на него и пиналась ногами, била руками там, где доставала, и не могла остановиться, потому что он меня разозлил. Я не столько расстроилась, что парень, к которому я испытываю не только дружеские чувства, но и нечто большее, начал отношения с другой девушкой, сколько меня разбило то, что я об этом не знала. Мы же лучшие друзья, как он мог не сказать мне?! Чонгук всеми силами старался спастись от моего гнева, хотя смех мешал ему делать это хорошо, так что парню знатно досталось за то время, что он старался прийти в себя и увернуться от ударов руками, схватив меня за лодыжки, чтобы не дергалась. — Я что, похож на самоубийцу? — перекричав мои возмущения, спросил он, заставляя меня немного притихнуть, чтобы взглянуть в его глаза и вдохнуть шумно от того, что только что дыхание сбилось с ритма. — Конечно, нет! Нет у меня девушки, просто я знал, что ты смешно отреагируешь. Гук улыбнулся мне широко, радостно, глядя на меня с забавой во взгляде и не отпуская моих ног на случай, если я вновь решу его пихнуть посильнее, чтобы мозги стали на место. — Придурок. — бросила я, освобождая свои конечности от его рук, и отсела подальше, бросив в сторону парня обиженный взгляд. Не могу поверить, что он посмел так жестоко шутить надо мной! — Это еще одна причина, почему ее нет. — Ты редко ошибаешься, но в этот раз ошиблась. — хмыкнул Гук и покачал головой, снимая блокировку со своего телефона. — Причина только одна, если по правде. Мне было очень интересно узнать, что же это за причина такая, ведь девушки у Гука не было намного дольше, чем у меня не было парня. Если подумать… кажется, его серьезные отношения закончились еще до того, как он выпустился из школы. Интересно, в чем же кроется эта причина, по которой он не вступил в отношения за все это время? Меня правда волновал этот вопрос, и я умирала от любопытства, но вместо того, чтобы спросить об этом, придала голосу издевательский оттенок. — Ты прав. И она в том, что все свое время и всю свою бескрайнюю любовь ты отдаешь своему телефону. Убери его подальше, пока не разбила. — пригрозила я, но когда со стороны на эти слова не последовало реакции, выхватила телефон из его рук, вновь начиная возмущаться в ответ на его возмущенный взгляд. — Сегодня мой день, мой! — заныла я, хмурясь. — Никакого телефона, все как в старые добрые времена, ясно? Сегодня только мы и фильм, как раньше! — Да, да, я все понял. — протянул Чон, смирившись с тем, что не увидит свой телефон до того момента, как соберется покинуть эту квартиру. — Прошу прощения, моя госпожа, что посмел дерзить… Запамятовал я, что на сегодня я у Вас в плену, и мне не выбраться, как бы ни манила свобода… — Ты сейчас договоришься, Чонгук, и я не посмотрю на то, как мы близки, и прикончу тебя. Или хочешь, чтобы я освободила тебя? — парень, конечно же, ничего не ответил, только взглянул на меня устало, говоря своими глазами: «ты знаешь, что я не это имел ввиду», что я, конечно же, не приняла к сведению, согласно кивая. — Окей, валяй. Проваливай, Добби теперь свободен. Дать тебе носок, или так дверь найдешь? Проводи вечер пятницы как-нибудь по-другому, больше не нужно проводить его со мной. Телефон парня оказывается рядом с ним лежащим на диване, а мои руки складываются в замок на груди. Гук отвел взгляд вперед, а затем поднял глаза на потолок, сделал глубокий вдох и поджал в непонимающем жесте губы, округляя глаза еще больше, чем раньше, прежде чем посмотреть на меня, отложив телефон на журнальный столик. — Для меня и правда остается загадкой, как ты умудряешься сама себе испортить настроение. — произносит он и тянет руку, укладывая ладонь на мою макушку, чтобы заставить взглянуть ему в глаза. — Откуда в твоей милой головушке берется весь этот бред? Я правда не понимаю, как это работает… — Это ты портишь мне настроение, ты! — бурчу я, сбрасывая его руку и поправляя волосы, чтобы тут же отвернуться, не желая видеть его. — Идиотина, как можно было испортить мне настроение в пятницу?! — бурчу я себе под нос, прежде чем бросить в сторону друга еще один обиженный взгляд и забыть о том, что только что прогоняла его. — Это же наш день! Даже не думай, что хоть одну пятницу сможешь провести без меня. — С чего мне думать о таком? Это ты не рассчитывай, что сможешь избавиться от меня хоть когда-нибудь. — прыснул парень, притягивая меня ближе к себе за плечи, чтобы заключить в не очень удобные объятия. — Даже если у тебя будет самый строгий в мире муж и двадцать пять детей, в пятницу ты моя.  — И это мне говорит человек, который не мог оторваться от телефона, чтобы выбрать фильм для сегодняшнего просмотра… — пробурчала я, стараясь освободиться от рук шатена, который не позволил мне этого сделать, крепче сжимая в объятиях. Воздух, мне нужен воздух и пространство, иначе мое сердце просто остановится раз и навсегда прямо сейчас… — Это все клевета! Я выбрал самый лучший фильм! Если бы ты не копошилась на кухне так долго, мы бы уже посмотрели как минимум его половину! — слишком энергично заявляет Гук, наконец отпуская меня на свободу. — Ну, конечно, это я во всем виновата… Парень просто покачал головой на мой комментарий, вероятно недоумевая в своей голове, как все могло снова свестись к моим надутым губам и обиженному тону голоса, и потянулся к ноутбуку. — Я включаю, пока все не стало еще хуже. Какое-то время прошло, фильм, кажется, и правда не плох. Затянул практически с первых минут, поэтому мы с Гуком внимательно следили за всем, происходящим на экране, поедая пиццу вместе с чипсами. Фильм был забавным, смешным в какие-то моменты, в какие-то милым. Главными героями кинокартины оказалась парочка лучших друзей, которые в какой-то степени напоминали нас с Гуком. — Ахаха, смотри, она точь-в-точь, как ты! — не сдерживает эмоции Чонгук, ударяя меня по бедру, чтобы привлечь мое внимание, словно я вовсе не сижу совсем рядом с ним и не смотрю тот же фильм, что смотрит он. — Посмотри, ты посмотри, что она творит! Разве нормальный человек стал бы так делать, вот скажи мне? — он во всю хохочет, когда девушка на экране поедает фисташковое мороженое так, словно это самый вкусный десерт во всем мире. Чонгук никогда не понимал, почему фисташковое мороженое существует в принципе, и никогда не принимал того факта, что это «нечто» считается десертом, и есть люди, которые его едят и даже получают от этого удовольствие. — Слушай, ты уверена, что не знаешь ни одного сценариста? Разве этот персонаж написан не с тебя? Нормальный человек не стал бы есть эту гадость. Я лишь закатила глаза на приступ счастья своего лучшего друга, который думал, что это забавно. Что поделать, в этом мы с героиней данного фильма похожи. Многое в кино и правда имело поразительное сходство с нами, лучший друг главной героини очень напоминал Гука, так что я тоже не держала язык за зубами, когда сходство между ними было особенно явным. — Эй, он говорит в точности как ты! Боже, это точно ты, посмотри на него! Вот так ты выглядишь со стороны, разве это не стремно? — Да что ты вообще понимаешь? — наигранно обиделся Чон, считая, что я совсем неправа. Ну, да, ну да, конечно, неправа, ага… Наверное прошло чуть меньше половины после начала фильма, что нас уже заинтересовал, когда неожиданно выяснилось, что его герои испытывают друг к другу чувства не только дружеские, что немного выбило нас из колеи, ведь никаких намеков на это не было. В один момент они просто набросились друг на друга с поцелуями, заставив нас с Гуком замолкнуть и удивленно уставиться на экран. В один момент все перестало казаться таким забавным и стало немного смущающим, потому что только что мы смеялись громко и говорили, как эти люди похожи на нас, а сейчас они едва сдерживаются, чтобы не сорвать друг с друга одежду, оказавшись в квартире парня, и ситуация перестала быть смешной. Но до этого нужно было еще дойти, потому что мы просто не могли принять факт того, что видели. Не понятно, почему это нас так шокировало, потому ли, что мы говорили только что о схожестях между ними и нами, или просто этот поворот сюжета кажется неожиданным, потому что ни разу за все это время мы даже намека на то, что они не просто друзья, не получили. — Так они встречаются что ли? — почесав затылок, спросил Чон, когда мы оба поняли, что картинка на экране — не плод нашего воображения. Если они и правда встречаются, многое здесь теряет смысл… — Не знаю… я думала, они просто… — заговорила я, все еще надеясь, что все не так, как кажется, когда парень углубил поцелуй, приподнимая подругу над землей, от чего девушка обвила ногами его талию, а он тут же подхватил ее под бедра и пробрался пальцами под ее юбку, так что я запнулась, немного нервно сглотнув. — … похоже на то. С каждой минутой становилось все более неловко, при чем не только мне, но и Гуку, сидящему рядом. Не совсем понятно, почему такие чувства наполняли нас, если это совсем не мы целуемся уже шестую эфирную минуту так, словно если перестанем это делать — погибнем. Сейчас было очевидно, что ребята из фильма — встречаются. Кажется, они испытывают друг к другу очень сильные чувства, а кроме того потребность друг в друге, но зачем тогда было притворяться всего лишь друзьями? И как у них получилось это? То есть, если они так сильно нуждаются в близости и физическом контакте, как персонажи этой киноленты могли так долго держать себя в руках и даже виду не подавать на то, как нуждаются друг в друге? Разве в реальной жизни такое возможно? Я правда поверила, что они просто друзья, очень близкие, лучшие, но друзья. А теперь получается…. Почему это так странно? Кроме того, что я продолжала думать о судьбах героев фильма, который мы смотрели, я продолжала чувствовать себя не в своей тарелке, пока ребята с экрана проявляли друг к другу интерес. Особенно смущали все эти поцелуи и откровенные прикосновения. Слава небесам, сцена сменилась другой, когда обнажился торс главного героя, а на губах девушки растянулась широкая улыбка. Я была просто счастлива, что мы не узнали о том, что случилось дальше… Мое сердце наконец успокоилось через пару минут демонстрации зрителю других героев, мест, ситуаций. «Лучшие друзья» снова вели себя не как влюбленные, из чего стало понятно, что свои отношения они зачем-то скрывают и от друзей и от семьи. Очень странная ситуация, если честно… Только мой румянец сошел с кожи щек, а сердцебиение успокоилось, как настал час для постельной сцены, которая оказалась подозрительным образом подробной. Бывали времена, когда в тех фильмах, что мы смотрели, случались постельные сцены. Это никогда не было чем-то странным или смущающим, обычно постельные сцены короткие и грамотно оформлены, от чего кажутся эстетически привлекательными, но не доходят до грани пошлости, просто слегка раздразнивая зрителя. Обычно все сводится к намекам на интимную близость героев или короткого экскурса, где показывают в целом привлекательные кадры того, как пальцы сжимают простыни, губы распахиваются в восторженных вздохах, тела, прикрытые простынями, движутся друг другу навстречу… и нет в этом ничего аморального или пошлого. Но в этом фильме все совсем не так. Здесь очень много внимания уделяется таким интимным вещам, как прикосновения губ к чужой коже и томные вздохи, ни одно движение пальцев не упускается из виду, так что зритель словно в режиме реального времени наблюдает за тем, как неспешно руки героев избавляют друг друга от одежды, как внимательны к ласкам, и как сильно им нравится то, что они делают. Понятия не имею, насколько смущающим было для актеров снимать эту сцену, потому что я чувствовала очень много смущения просто глядя на это со стороны, но каково было им, когда вокруг ходят посторонние люди, когда каждое движение и каждый вздох запечатлевается кинокамерой, а режиссер прерывает в один момент и говорит что-то изменить…? Смотреть на очень подробную постельную сцену было совсем не просто. В горле пересохло именно в тот момент, когда Гук прочистил свое, в котором, кажется, тоже образовалась пустыня, сердце бешено колотилось в груди, то ли от стыда, то ли от непонятного волнения, а дыхание участилось вместе с тем, как повысилась температура моего тела, а где-то внизу живота стала накапливаться приятная тягота, образовывая узел, что с каждой новой деталью, показанной на экране, затягивался все туже и туже. Совсем скоро я буквально ощущала, как пылает кожа, а дышать становилось все труднее, особенно когда Чонгук изменил положение, слегка сдвинувшись с места. Быть может все дело в том, что сцены на экране были чересчур откровенными, а может в моем состоянии не последнюю роль сыграло то, что герои фильма теперь слишком сильно ассоциировались со мной и Гуком, а от этого наблюдать за чем-то подобным становилось более волнующим. Нельзя сказать, что я слишком скромная или стеснительная, совсем нет. Да и опыт в вещах интимного характера у меня тоже был, не большой, но был. И нормальный человек вряд ли отреагировал бы на то, что сейчас происходило в самом обычном фильме, так, как я, но мой организм не мог игнорировать яркие кадры, и с каждой минутой возбуждение, а вместе с ним и стыд от всего этого, наполняли меня все больше и больше, от чего я крепче впивалась пальчиками в подушку, которую половину фильма обнимала, уложив на живот, и как можно тише сглатывала, стараясь не привлекать к своей персоне внимание Гука. Парень точно понял бы, что происходит, если бы бросил на меня хотя бы секундный взгляд. Но Чонгук, слава Богу, на меня не смотрел, но и на экран старался не смотреть, как и я старалась, однако проблема заключалась не только в картинках, но еще и в звуковом сопровождении откровенных сцен. И почему в этот раз мы не забыли подключить колонки? На всю квартиру были слышны мелодичные стоны и тяжелые вздохи героев фильма, периодические звуки прочищения горла Гуком и наше ерзание на диване. Почему это так неловко? Бросив быстрый взгляд на лучшего друга, который, к слову, как и я обнял подушку, точнее впился в нее пальцами руки, я поняла, что он напряжен еще больше меня, и так же смущен. Кажется, не одной мне неловко… но никто из нас не мог предложить выключить фильм, хотя неловко всем, и именно об этом мы оба думаем снова и снова, на это молимся, но никто не говорит, потому что я предложить это — значит признать, что стало неудобно. Слишком смущающе говорить о таких вещах… Нам повезло, однако, наконец-то, вновь показали что-то другое, и не важно, что я не особенно внимательно следила за тем, что происходит на экране, стараясь успокоиться и прийти в себя. Фильм еще совсем недолгое время был вновь вполне сносным, за это время мы с Гуком выпили много газировки, хотя ничего не ели. По правде, мы выпили все и даже полграфина воды, за которым я ходила намеренно долго, чтобы хоть немного проветрить мысли. Но, кажется, Чонгуку стоило большее внимание уделять описанию кино, которое он выбрал, потому что то, что заставило мой организм заработать неправильно какие-то двадцать минут назад, было совсем детским лепетом по сравнению с тем, что происходило на огромном экране перед нами прямо сейчас. — Убавим немного звук? — в очередной раз прочистив горло, немного нервно предложил Гук и потянулся к колонке, намереваясь убавить громкость не очень приличных звуков, наполнивших комнату. — Твои соседи могут не так понять… — Да, давай убавим. — согласно кивнула я, будучи благодарной за то, что он сам предложил это. — Или вообще выключим? — предложила я, прикусив губу, чувствуя, что не случится ничего хорошего, если мы досмотрим этот странный фильм до конца. Ничего плохого, конечно, не случится тоже, но все же…я чувствую себя слишком неловко, а еще слишком возбужденно, чтобы продолжить. — Можем посмотреть другой фильм, как тебе идея? — Можем посмотреть другой, этот не совсем интересный, да? — поддержал меня Гук, соглашаясь слишком энергично. Он никогда в жизни еще не соглашался со мной так охотно, что это с ним? — Сюжет совсем не захватывает. — Актерская игра тоже хромает. — поддержала я, бросая быстрый взгляд на экран. — Так переигрывают… — Переигрывают? С чего ты решила, что они переигрывают? — Ну… — как ему сказать? И почему он смотрит на меня так заинтересованно? — Разве… — я снова запнулась, возвращая взгляд на экран, где парочка «друзей» были слишком увлечены друг другом, чтобы на это можно было спокойно смотреть. Кажется, они и правда не очень хороши в исполнении этих сцен, потому что все кажется не очень натуральным. Стоны слишком громкие и даже показушные, тела выгибаются не очень естественно… — То есть… — я опять не смогла произнести вслух то, чем думала, так что глубоко вздохнула, собираясь с силами, чтобы не дать Гуку повода обратить внимание на мое странное состояние. — Посмотри на них. Разве может быть настолько хорошо? Они слишком явно переигрывают. — Думаешь? — удивленно переспросил парень и вернул взгляд на экран, где тот пробыл около полуминуты, прежде чем губы Гука распахнулись, выпуская наружу тихое. — А хочешь… — друг запнулся и сглотнул, облизнув губы. Взгляд его глаз нашел мой в темноте комнаты, и он нервно продолжил. — …хочешь так же?