Сын врага

До Чёрного перевала Джаред добрался до конца дня. Оттуда до Волчьего логова, одной из королевских крепостей, где сейчас разместился Джеральд Падалеки, было ещё полтора дня верхом. Джаред устал, но оставаться на ночлег возле места, где два дня назад было пролито столько крови, не хотел, поэтому пришпорил лошадь и помчался дальше, поднимая столб пыли, которая от засохшей крови стала бурого оттенка. До вечера следующего дня он загнал свою лошадь почти насмерть, но всё же увидел вдали шпили Волчьего логова. Была поздняя осень, и, так как значимая часть войска врага была разбита возле Чёрного перевала, королевские войска собирались покинуть крепость и отбыть в столицу. Джаред мысленно взмолился богам, чтобы успеть прибыть до отхода гвардии. В противном случае ему пришлось бы их нагонять, на что совсем не осталось сил. Ещё Джаред молился, чтобы Дженсен Эклз был ещё жив, иначе сдержать слово и выполнить клятву было бы невозможно. Стража на въезде в крепость была настолько шокирована появлением младшего сына короля, что, открыв ворота и приклонив колено, так и осталась стоять с широко открытыми глазами и удивленными лицами, когда Джаред проскакал мимо них к замку. Он спешился и, толкнув дверь, сразу оказался в объятиях Джеффри, который выбежал ему на встречу: – Джаред, о, боги, мы уже оплакали тебя. Как тебе удалось сбежать? – Пусти, все кости мне переломаешь, – застонал Джаред, вырываясь из медвежьей хватки брата. – Ты даже не представляешь, как горевал наш отец, он был готов заплатить любой выкуп, ведь Эклз и слушать не хотел об обмене. Я готов был идти штурмом на Северный замок, но у нас почти не осталось запасов, да и сил наших после сражения на Чёрном перевале сильно поубавилось. Чертовы северяне забрали слишком много жизней наших солдат. – Кстати, об обмене, – перебил брата Джаред, – младший сын Эклза ещё жив? – Да, нам как-то было не до публичных казней, но теперь, когда ты вернулся, думаю его дни сочтены. Войско хочет мести за погибших собратьев по оружию и думаю, казнь отпрыска врага только поднимет боевой дух. А ещё больше его поднимет весть о том, что младший сын короля сумел сам сбежать из плена северян. О тебе сложат легенды, такого никому не удавалось, – веселился Джефри, хлопая Джареда по плечу. – Мне надо увидеть отца, – сказал Джаред, не обращая внимания на энтузиазм брата. Если кто и мог отдать приказ освободить младшего Эклза из-под стражи, то это был лишь король. – Конечно, он ждёт тебя в своих покоях, весть о твоём плене сильно подкосила здоровье короля, но теперь он быстро поправится, – улыбнулся Джефф. *** Если раньше Джаред и сомневался в любви отца, то увидев, как тот осунулся за несколько дней, понял как он дорог королю. – Мальчик мой! Хвала богам, что вернули тебя домой, – заключив Джареда в объятия, прошептал король. – Теперь моя победа не омрачена больше ничем. Завтра же устроим пир в честь моего сына-героя, сбежавшего из северных темниц. – Да, отец, но я не сам сбежал, – освобождаясь из объятий, Джаред решил перейти к цели своего прихода. – Мне помогли. – Что? – на лице короля отразилось непонимание. – Кто помог? У нас не осталось союзников на Севере, все мои вассалы поклялись в верности Эклзу. – Нет, отец, это не твои сторонники, это была дочь Эклза, но она взяла с меня слово сына короля, что я уговорю тебя отпустить её брата. Король расхохотался: – Глупая женщина, разве она не знает, что мы не заключаем договоров с мятежниками, тем более не даём слова глупым шлюхам. – Но отец, я дал ей слово сына короля. Я хочу сдержать клятву. Ты сам говорил, что парень бесполезен, он ничего не знает о планах отца, не поддерживает его фанатичное стремление захватить трон. Эклз не заплатит за него ни гроша, не сдаст захваченные позиции. Так пускай парень уйдёт. Это важно для меня, отец, я же дал слово… – Это неважно, – перервал пылкую речь Джареда король. – Войско считает тебя героем, сбежавшим из неприступной северной крепости. И им незачем знать, что в этом тебе помогла 15-ти летняя девчонка. К тому же, я пообещал казнить отпрыска Эклза завтра перед пиром в твою честь. Войско жаждет показательной казни, жаждет мести за погибших друзей. Джаред слушал и не верил собственным ушам. Это говорил его отец. Милостивый государь Дасалии. И чем сейчас он был лучше фанатики Алана Эклза? – Но, отец, – Джаред предпринял последнюю попытку достучаться до короля, – этот парень не предатель, он не виновен в смерти наших солдат… – Ты ещё совсем дитя, Джаред, твоя жалость и доброта неприемлемы для королевского наследника, – в словах Джеральда звенел лёд, и Джаред склонился в поклоне. – Да, милорд, как вам угодно. *** Джаред сидел на кровати и не мог успокоиться. Перед глазами стояли острые лопатки пленника, глаза Маккензи полные мольбы и ледяной взгляд отца. Как бы Джаред не старался, ему его не переубедить и завтра Дженсену Эклзу отрубят голову под восторженные крики толпы. Джаред не мог этого допустить, надо было что-то сделать. Решение пришло само собой и, не успев толком обдумать план, Джаред опомнился на лестнице ведущей в подземелье под крепостью, где содержали пленника. Увидев его стража ничуть не удивилась, весть о возвращении младшего Падалеки облетела весь замок, поэтому, когда Джаред велел охране открыть камеру, где содержали пленника, те даже не задали вопросов. Очутившись в тёмном маленьком помещении, Джаред испытал чувство де жа вю. Всего четыре дня назад он очнулся в такой же камере, только в другой крепости и другой части страны. Когда свет от факела ворвался в царящую в темнице темноту, Джареду показалось, что она пустая, и, только присмотревшись, он увидел лежащее в углу тело. Пленник лежал спиной к двери, подтянув колени к животу и, в свете факела, было чётко видно выжженный рисунок у него на спине. Джаред подошёл ближе, опустился на колени и провел пальцами по красным линиям на спине пленника, отчего тот вздрогнул и резко повернул голову. На Джареда уставились большие глаза, невозможно яркого зелёного цвета, в которых плескался такой ужас, что Джаред невольно отпрянул назад. Несмотря на бледность и побои, парень был просто нереально красив: точёное лицо, идеальной формы нос, пухлые губи и просто нереальные глаза, обрамлённые длинными и густыми ресницами. – Не бойся, – успокаивающе заговорил Джаред, поднимая руки ладонями вверх, чтобы показать, что пленнику ничего не угрожает. – Я не причиню тебе вреда. Я хочу помочь. Я обещал твоей сестре и хочу сдержать слово. При упоминании о сестре глаза парня расширились ещё больше, а пересохшие губы зашевелись. – Сейчас, – заторопился Джареда и поднёс к губам пленника фляжку с водой. Парень жадно припал губами к воде и пил так, что у Джареда появилась мысль, что его, скорее всего, не поили с момента поимки. После того как парень утолил жажду, Джаред спрятал фляжку и помог пленнику сесть. По тому как его шатало, было понятно, что он истощён и, вряд ли, сумеет сам сбежать. Но выхода не было. Как и времени, чтобы он окреп тоже. Уходить надо было сейчас. – Мак, – прошептал Дженсен, – как она? – Она-то в порядке. Сбежала со своим любовником. Они будут ждать тебя возле Болотного тракта. Главное туда добраться. Ты-то, как, идти сможешь? Дженсен слабо кивнул, отчего уверенности у Джареда в его силах не прибавилось. Плевать, главное выйти из темницы, а дальше как-нибудь справятся. Джаред подошел к двери и постучал, давая знак охраннику открыть. – Я беру пленника на допрос. Будучи в плену у его отца, я узнал интересные сведения и хочу их уточнить, прежде чем оповестить короля. – О, да, конечно, – залепетал стражник. – Прикажете позвать дознавателя. – О, нет, я справлюсь сам. Думаю, у меня есть несколько идей как развязать ему язык, – подмигнул Джаред солдату. Позже Джаред признался себе, что не волновался так, даже когда шёл по подземным переходам в северной темнице. Но, теперь, ведя перед собой еле державшегося на ногах Дженсена, он боялся, что их могут поймать в любой момент, и тогда всё будет потеряно. Он немного успокоился только тогда, когда они спокойно прошли мимо пыточных камер в тюремный двор и подошли к городским воротам, где спали стражники, которым Джаред, по дороге в темницу, вручил кувшин вина с подмешанным сонным зельем и приказал выпить за его возвращение. Совсем рядом, фыркая, гарцевал оседланный конь, и Джаред, ловко запрыгнув на него, протянул руку пленнику. Парень, стиснув зубы, забрался на лошадь и сел позади Джареда. Он хрипло дышал и, казалось, каждое движение приносит ему боль. Но медлить было нельзя, и Джаред, пришпорив коня, понесся прочь от замка. *** Неладное Джаред заподозрил, едва они успели отъехать на милю. Сначала ослабла хватка рук на его животе, а потом Дженсен начал заваливаться на бок. Джаред вовремя остановил коня и успел подхватить потерявшего сознание парня. После этого Падалеки подумал, что сумасшедшая езда верхом могла потревожить внутренние повреждения, которые были нанесены пленнику во время допроса. Привозить Маккензи мёртвого брата в планы Джареда не входило. Да и вообще всё шло не по плану, но надо было постараться найти выход из сложившейся ситуации и приют, чтобы Дженсен смог поправиться и набраться сил для дальнейшего путешествия. Отпустить парня прямо сейчас, даже если бы он был в сознании, означало бы отправить его на верную смерть: если его не поймают гвардейцы, то раздерут в лесах дикие звери. Джаред немного подумал и, усадив парня, пребывавшего в бессознательном состоянии, впереди себя, развернулся, и медленно, чтобы не навредить пленнику ещё больше, поехал на юг, туда, где их точно не будут искать.