Vulpecula

      Прямыми и извилистыми линиями на карте, дорога казалась намного проще, чем на самом деле. Уже четыре часа они пробирались по таким местам, по каким если и ступала нога человека, то очень давно и не слишком уверенно, стремясь не проложить новый путь, а пройти как можно незаметнее. Они и сами лишний раз старались идти там, где следы хоть и мимолетного, но все же пребывания человека, были бы наименее явными. Конечно, лучшим поисковиком-преследователем в Конохе был Какаши, но и другие специалисты ему уступали не слишком сильно, тем более сейчас, когда его пора неуклонно уходила в прошлое, а новички подавали большие надежды.       На удивление, никто не жаловался на тернистый путь. Ветки били по лицу, колючки цеплялись за одежду, а ноги то и дело попадали в какую-нибудь ямку или цеплялись за пень. Наруто трижды чуть не упал, Сакура лишь однажды. По странному совпадению она в этот момент шла очень близко к Саске. Впрочем, поймал ее все равно Наруто.       Какаши время от времени нервно оглядывался. С одной стороны, под его опекой было три ребенка, совершеннолетних, но все же ребенка, а с другой, он оставил в Конохе одно большое беззащитное дитя. Так он и знал, что не нужно было идти на поводу и съезжаться. И вдруг Какаши осенило. Он достал из сумки до смешного маленький телефон. Тот выглядел совсем миниатюрным в сравнении с бандурами, которые выдавали на службе для внутренней связи на не слишком больших расстояниях. Нужна была достаточная сноровка, чтобы ловко управляться с мелкими клавишами. В Конохе примитивные мобильные телефоны являлись очень большой редкостью по той простой причине, что их наличие считалось преступлением и приравнивалось к таким вещам как разглашение государственной тайны и шпионаж. Пользоваться было разрешено либо телефонами на улице, либо служебными инвалидами. Эта маленькая деталь развеяла подозрения Саске окончательно. Наруто же с удивлением смотрел на чудо техники, слышал он о котором только в посредственной передаче, демонизирующей подобные приспособления. Впрочем, телевизор в доме Хокаге, где он изредка бывал, так быстро сломался, что Узумаки не успел узнать, чем же плоха возможность в любой момент позвонить другу и спросить, где он. Сакура тактично отвела взгляд и сделала вид, что любуется своими ногтями, превратившимися после их путешествия в маленькую кладовую грязи.       Как ни странно, сигнал в этом месте ловил отлично. Это настораживало, ведь Какаши уже планировал, на какое дерево будет залезать.       — Алло, Гай, да, — Какаши убрал телефон от уха, так как голос в динамике был слишком громким. — Я совсем забыл, что ты сегодня вернулся. Ты можешь, пожалуйста, присмотреть за Ирукой. Код пэ-три-восемь. Потом расскажу. Или ты сам узнаешь. Спасибо.       И Какаши снова убрал телефон.       — Не могу я вас бросить.       Еще минут через пятнадцать идти стало легче. Рыхлая земля сменилась камнями. Но потом они уперлись в едва ли не отвесные скалы. Внезапно пройденный путь показался легкой школьной экскурсией в ознакомительных целях. Конечно, заниматься скалолазанием им не пришлось, с этим они бы и не справились при всем желании, но подниматься в гору по узкой дорожке под палящим солнцем дело все равно не из приятных. Однако долго идти не пришлось. За одним из резких поворотов показался вход в пещеру с небольшим выцветшим гербом Учиха над ним. Саске с горечью отметил, что такая сложная конспирация могла быть разрушена случайным путешественником, а все из-за высокомерного желания отметить свою причастность к чему-то таким банальным способом. Было что-то от животного мира в желании людей оставлять везде свой след, будто более социально приемлемый аналог задирания задней ноги с целью пометить территорию своим запахом. Остальные участники туристической вылазки о подобных глубоких метафорах не задумывались, а мечтали лишь о том, чтобы поскорее скрыться в прохладной пещере. Для них это не было чем-то личным. Хотя Наруто, вытирая завязанной на поясе спортивной курткой лоб, все же заметил изменения на лице Саске и решил, что позже спросит, о чем же Учиха думал в тот момент. Если не забудет. Впрочем, в следующую секунду он отвлекся на пролетающего сокола и уже никогда не вспоминал об этом.       Тем не менее, расположение пещеры было настолько удачным, что даже никаких дополнительных преград не было создано. Разве что можно было предположить, что кто-то раньше охранял вход в пещеру. Сейчас же, видимо, не осталось тех, кто был озабочен сокрытием тайн, лежащих внутри, чем бы они ни были. Едва ли такие сложности были созданы, чтобы никто не помешал им отмечать очередные именины.       Впрочем, вскоре все пожалели о том, что попасть внутрь оказалось так просто. Быть сильно избитым и отправленным в дальнейшие путешествие вне этих мест — прекраснейшая перспектива, в отличие от перспективы оказаться внутри и удовлетворить свое любопытство. Удовлетворение желаний узнать что-то вообще в значительной степени переоценено. Многие забывают о том, что любое знание всегда идет в паре с ответственностью, которую приходится нести, обладая им. Фантазии в этом плане намного удобнее, ведь цветные картинки, подбрасываемые сознанием, ни к чему не обязывают и соответствуют вашему мировоззрению, а не меняют его. Но сможет ли возвыситься над самой собой личность, все время ищущая лишь моральные комфорт и спокойствие?       Сакура закричала и начала плакать почти сразу. Какаши быстро закрыл ей глаза рукой, прижимая к себе, пока она пыталась собраться с силами, чтобы вновь посмотреть на то, что выхватил из темноты свет фонаря. Её всегда называли обузой, получается, что и сейчас так выходило. От страха подкашивались ноги, но она заставила себя посмотреть снова. Саске с Наруто просто застыли, думая о том, кому больше нужна поддержка. Наруто сам по себе был более впечатлительным, но увиденное сейчас касалось непосредственно Саске.       — Выходите все! — агрессивнее, чем это было нужно, произнес Какаши, но никто не двинулся с места.       — Мы уже не дети и мы сами на это подписались.       Саске говорил за всех, но остальные и правда были не против того, чтобы выйти. И только легкий, только зарождающийся между ними командный дух и панический ужас, сковывающий движения, удерживал всех внутри этой... Лаборатории.       За каждым их вздохом наблюдали десятки пар глаз из банок с желтоватой жидкостью. Они были аккуратно расставлены на полках у одной из стен пещеры неестественно квадратной формы. Зрачки у каждой пары были маняще черными, и Наруто приблизился к Саске с подсознательным желанием защитить его.       В середине своеобразной комнаты стоял большой металлический стол, похожий, нет, точно такой же, какие стоят в морге и являются для покойников последней кроватью выше уровня земли. На столе справа были навалены разные книги, среди которых возвышалась странная конструкция из фонарей, видимо, заменявшая лампу.       Первая с места сдвинулась Сакура. Основная волна страха прошла, и она смогла убедить себя, что все, что она видит, лишь такие же препараты в формалине, какие стоят у них в медицинском корпусе академии, куда и поступила Сакура после школы. Она уже видела кости, свежие и потертые от частых прикосновений студентов и преподавателей, видела мышцы, напоминающие вареные куски говядины и один раз даже была на вскрытии. Но ведь там были люди, которые умерли по каким-то своим причинам. Насчет того, что те, чьи глаза тут были, умерли без чужого вмешательства, были большие сомнения.       Сакура подошла к полкам в глубине пещеры и, направив на них фонарь, снова чуть не закричала, но на этот раз взяла себя в руки. В больших запаянных банках плавали трупы младенцев. С огромной головой, с маленькими атрофированными ручками, с двумя телами, сращенными в области маленьких сердечек. Но были тут и совершенно здоровые на первый взгляд экземпляры. Все остальные тоже подошли к Сакуре. Саске нахмурился и потер переносицу. Этот растянутый почерк, похожие на клубки змей иероглифы он видел почти каждый день последние два года. Сомнений в том, кто подписывал банки с младенцами не было. Но это совсем не приближало их к разгадке. Возникало только больше вопросов.       — В поисках спокойствия, единый бог разделился на инь и ян, и действуя вместе, эти две противоположности порождают всё сущее, — Наруто первый не выдержал и отошёл от полок, а теперь читал то, что было написано на каком-то явно очень древнем свитке со стола. Что угодно, лишь бы отвлечься от увиденного и унять дрожь в пальцах. Какаши был опытным бойцом, побывавшим на многих сражениях, Сакура готовилась стать медиком, Саске стал свидетелем массовой резни в очень юном возрасте. Наруто же даже никогда не видел мертвых людей вблизи, только мимолетом, когда в деревню возвращали очередного погибшего шиноби, прикрытого светлой тканью. И он всегда отводил взгляд. Теперь же он стоял тут, в месте, которое можно было вполне справедливо назвать одним из филиалов смерти на земле. На секунду Наруто ощутил, что даже его второй личности, этому оплоту ненависти, тут не комфортно. Вот он и цеплялся за любые мелочи, на которых можно было сконцентрироваться и абстрагироваться от ситуации в целом. Благодаря многолетним попыткам справиться с внутренними демоном, не таким эфемерным, как у большинства людей, а вполне конкретным, у него это получилось весьма неплохо. Свою роль сыграл и тот факт, что увиденная жестокость казалась такой непостижимой, что сильные эмоции гасились запредельным торможением.       — Тут печать нашей библиотеки. Мифология. Запрещенная литература.       Все с удивлением посмотрели на Наруто, а тот неловко почесал затылок и пожал плечами, мол, ну знаю и знаю, случайность, и ничего я оттуда не воровал.       Сакура тоже подошла к столу и взяла себе очевидно медицинские свитки, содержащие, помимо текста, рисунки внутренних органов и огромное количество изображений глаз, вполне анатомично-правильных, в отличие от художественных рисунков странных зрачков на других свитках. Хоть она и занималась только год, ее руководительница была одной самых талантливых медиков Конохи. Она могла излечить даже тех, кто казался совсем безнадежным. Только благодаря этому ей прощали постоянные грубость, неповиновение и злоупотребление спиртным.       Остальные свитки было решено разделить на троих. Может, в них содержались ответы хотя бы на какие-то вопросы.       Саске сначала не хотел отдавать Наруто его часть, но потом передумал.       — Ладно, со сказками и он должен справиться.       Конечно, Наруто сразу же вспыхнул и, если бы Какаши не схватил его за шиворот, то точно набросился бы на Учиху. Саске хотел сказать что-то еще, на что Наруто бы не остался в долгу, но Какаши выступил первым, раздраженным тоном пресекая ссору по поводу умственных способностей Наруто, начало которой было положено еще в школе. Сейчас эту ругань можно было отнести скорее к традиции, но слишком много стресса испытали оба, чтобы перевести все в шутку. Да и говорил Саске вполне искренне, оправдывая себя тем, что он пытается поступать рационально.       — Наруто, ты единственный человек, которого Саске нравится доводить. Подумайте оба над этим.       Наруто был готов поклясться, что на лице Саске мелькнула тень смущения. А сам Саске, понимая, что был пойман с поличным, только сильнее разозлился, пытаясь так скрыть все остальные чувства.       — Он просто удобная мишень для битья.       Фраза была хуже пощечины. Наруто не ответил ничего. Взгляд Какаши стал уничтожающим. Даже Сакура, всегда принимавшая сторону Саске, сейчас стояла абсолютно растерянная. Наруто часто заморгал, взял свои свитки и сел на каменный пол прямо там, где и стоял, разворачивая первый. Отвлечься. Отвлечься. Отвлечься. Не думать. Не вспоминать. Не воспринимать всерьез. Отвлечься.       — Давайте быстрее, — с совершенно несвойственной ему серьезностью произнес Наруто и на секунду крепко зажмурился.       Слова извинения застряли у Саске в горле, но выдавить их из себя он так и не смог.       Через несколько часов, после краткого пересказа всего прочитанного было выяснено несколько вещей:       1. Наруто был очень голоден.       2. У Сакуры был целый запас питательных батончиков, которые она приготовила самостоятельно и которые оказались на удивление вкусными в отличие от её предыдущих попыток.       3. Кто-то в семье Учиха был помешан на мифологии и верил в то, что в глазах тех, у кого течёт их кровь, сокрыта великая сила, которая позволит заставить все страны преклонить головы перед несколькими людьми.       3. Из преданий было ясно, что силу должен пробуждать сильный стресс. Сакура сделала вывод, что у подопытных вызывали выделение гормонов стресса самыми разными способами, а у тех, кто не выдерживал или оказывался "бесперспективным", вырезали глаза для дальнейшего изучения и попыток разгадать тайну пробуждения загадочных "шаринганов"       4. Как долго это все проводилось не было ясно, но самые первые медицинские заметки датировались двадцатью пятью годами ранее настоящей даты.       5. Роль Итачи все еще не была ясна, но его ореол абсолютного зла резко пошатнулся. Его почерка не было ни в одном свитке.       — Если он хотел спасти, то зачем убивал, — вслух произнес Саске, все еще избегая смотреть на Наруто. — Или... Он сам поверил в этот бред и думал, что так сможет получить эту силу?       Наруто вздохнул и положил руку Саске на плечо. Ему все еще было неприятно от сказанного, но желание поддержать Саске и забрать его боль было сильнее.       — Не мог он, — внезапно заговорил Какаши более эмоционально, чем можно было ожидать. — Он читал очень много, с уважением относился к людям религиозным, но всегда говорил, что он тут, в реальном мире. Особенно последний год. Он однажды даже позволил себе насмехнуться над теми, кто верит в легенды. Это было случайно, вроде кто-то рядом упомянул какую-то легенду, и он что-то сказал. Резко, жестко и колко. Я не помню, что именно, но момент запомнил хорошо. Просто... Итачи был самым мягким, добрым и принимающим человеком из всех, кого я знал. Такое от него услышать. Мне нужно было насторожиться, но мы никогда не общались слишком близко, поэтому я думал, что просто слишком плохо его знаю. И мне нужно рассказать вам кое-что еще.       Так стало известно, что год назад Итачи видели на одной из конференций Акацки, главного поставщика оружия в мире. Джирайя на тот момент уже давным давно отошел от дел и был известен всем лишь как писатель, прославившийся за счет чтива для людей с нереализованной сексуальной энергией. Он часто ездил по миру, говоря, что собирает материал для книги, поэтому его и послали в маленькую страну Дождя, чтобы выяснить хоть что-то про Итачи. Официально Итачи был нужен лишь из-за того, что он был убийцей, совершившим преступление на территории Конохи. Но Какаши отметил, что некто, дававший это задание, был чрезмерно заинтересован им, намного сильнее, чем просто убийцей. Потом Джирайя не вернулся, а его спутник был крайне напуган, но когда он пытался что-то рассказать людям, то скоропостижно скончался. И говорил он о Мировой войне.       — Я, если честно, думал, — закончил свой рассказ Какаши, — что мы с вами тут поиграем немного в шпионов, а я пока придумаю, как нам лучше обставить ваш побег. В Конохе сейчас у вас нет будущего, а я бы вернулся и, быть может, пошел бы под трибунал, но с мыслью о том, что я дал вам шанс жить спокойно... Я бы очень хотел отправиться один, но это касается каждого из вас. Это ваше будущее, и кто, если не вы, должны бороться за него. Вы уже даже не дети, а я постоянно об этом забываю. Мы закончим путь Джирайи-сана и всех остальных, кто, открыто или тайно, пытался понять, как страна Огня превратилась в очаг тирании. Первый Хокаге дал нам свободу и мир, а Второй мудрость, и мы должны были нести эти дары, а мы их спрятали в самые темные углы. Эра третьего ознаменовала начало темных времен. А потом пришел Четвертый Хокаге, мой учитель и... — Какаши хотел что-то сказать, но передумал, — и он хотел сделать мир лучше, но был убит и снова пост занимает Третий, который, скажу вам честно, уже давно не сам принимает решения. Но это ведь только маленький винтик в механизме, который я не могу увидеть целиком. Либо он слишком громаден, либо слишком хорошо спрятан. И мне кажется, что если мы найдем Итачи, то найдем и ключ.       Троица притихла. Речь Какаши разожгла в их душах пламя стремления найти правду и вернуть утерянную свободу, о которой их поколение знало уже только из мимолетных упоминаний от взрослых. Саске ведь хотел отомстить брату, Наруто быть признанным своим единственным другом, а Сакура просто решила, что такой поход будет идеальным, чтобы они с Саске сблизились. Но сейчас все стало иным. Даже их взгляды стали взрослее и осознаннее.       Какаши никогда не был оратором, поэтому чувствовал себя немного глупо и постарался как можно быстрее увести тему в другую сторону.       — Давайте сейчас дойдем до ближайшего города, а там будет видно. Нужно где-то поесть нормально и переночевать, а еще переодеться. У всех есть поддельные документы?       Саске кивнул, а Наруто и Сакура растерянно переглянулись.