Sentence

Фиктивные отношения до добра не доводят.

      Они приземляются в аэропорту Джуно, после чего садятся в ещё один самолёт до Ситки. После часовой поездки они наконец добираются в назначенное место.       Выйдя из аэропорта, Чонгук видит дедушку и папу и радостно бежит к ним, оставив омегу одного с двумя большими чемоданами.        — Чонгук, — широко улыбаясь, произносит дедушка альфы, Чхве, обнимая его. — Я очень скучал…        — Я тоже сильно-сильно скучал по всем вам, — он обнимается с папой, а после, не увидев отца, спрашивает:        — А где отец? — дедушка и папа переглядываются и смотрят виновато.        — Ты же понимаешь, у него работа… — Чонгук криво улыбается, а Тэхён уже подходит к ним и уважительно кланяется.        — Здравствуйте!        — О, это и есть тот самый Тэхён, на которого ты нам вечно жаловался? — спрашивает Чхве, а после прикусывает язык, понимая, что сболтнул лишнее.        — Да, тот самый, — Дедушка и папа альфы подходят к омеге и крепко обнимают. А Тэхён немножко теряется, потому что он так давно не чувствовал тепло.        — Ну ладно, давайте поедем домой. Вы, наверное, устали, — они садятся в машину и уезжают.       По дороге, смотря из окна машины, Тэхён узнаёт, что большая часть бизнеса в городе принадлежит семье Чон. «Сувениры от Чон», «Фотостудия семьи Чон», «Служба доставки семьи Чон».       Омега поворачивается к альфе и шепчет:        — Чонгук… Чонгук… Почему ты не говорил, что так богат? — Чон переводит взгляд с окна на него.        — Это всё принадлежит моему отцу, а не мне, — так же тихо отвечает он, чтобы дедушка и папа не услышали.

***

      Проехав ещё час в машине, они останавливаются возле моря. Чхве и Тэмин, папа Чонгука, выходят из машины и садятся в один из катеров.        — А куда это мы направляемся? Разве нам не в гостиницу? — спрашивает Тэхён.        — Мы решили отменить вашу бронь, отель — это не по-семейному, гораздо лучше дома, — отвечает вместо Чонгука, Тэмин.        — Чудно-чудно… ЧТО? — Он поворачивается к альфе, который достаёт чемоданы из машины. Чон ничего не отвечает и, отдав ему вещи, тоже садится на катер. Тэхён взволнованно топчется на месте, не решаясь сесть.        — Чонгук, я не заберусь на борт.        — Ладно, встретимся в понедельник.        — Я не умею плавать…        — Тэхён, этого не потребуется, — омега, замешкавшись, всё же забирается на катер.

***

      Через тридцать минут они останавливаются возле большого особняка. Челюсть омеги знакомится с асфальтом.       Да этот альфа чертовски богат, ещё и скрывал это.       Они заходят в дом, в котором собралось очень много людей, совершенно незнакомых Тэхёну.        — Папа, что это значит? — спрашивает Чонгук, указывая на гостей.        — Ничего, просто мы празднуем твой приезд. Это что, преступление?        — Тут всего полсотни друзей и соседей… — с улыбкой произносит дедушка. Тэхён удивляется в который раз за день.       Чонгук, встретив отца, медленно и нерешительно подходит к нему.        — Умеешь произвести впечатление.        — А чего ты ожидал?.. Вдруг ты появляешься с омегой, которого ненавидел, и оказывается, что вы встречаетесь. Как по мне, ты просто хочешь добиться повышения через постель, — как-то сухо высказывается Джун, держа в руках бокал вина.        — Вообще-то мы женимся… — отвечает ему альфа и уходит к дедушке, оставляя отца в раздумьях. Их с отцом отношения очень натянутые последние три года. А всё из-за того, что Чонгук не хотел вести дела бизнеса после отца, так как желал сам добиться всего, о чём он мечтал.        — Чонгук, расскажи нам, как ты сделал Тэхёну предложение? — неожиданно говорит Чхве, чем привлекает внимание всех присутствующих.       Чонгук и Тэхён нервно переглядываются.        — А, знаете, Тэхён просто обожает эту историю вспоминать, пусть он начнёт, а мы с удовольствием послушаем, — отвечает Чонгук, с ухмылкой смотря на омегу.        — Х-хорошо… только с чего бы мне начать, — омега пристально смотрит на альфу. — Ну… Я и Чонгук… Готовились к первой годовщине совместной жизни. Я знал, что он собирается сделать предложение, но он боялся, как маленький птенчик… Ну и стал я ему намекать и так, и сяк, поскольку было ясно, что самому духу не хватит…        — Нет, было несколько иначе… Не совсем так. Все его намёки были тонкими, но не тоньше, чем орудийный ствол. Я просто беспокоился о том, что он может найти шкатулку…        — Ах, да… Ту шкатулку, эту маленькую прелесть… Чонгук украсил её своими изображениями, вырезанными из фотографий, — заканчивает Тэхён, слыша восторженные вздохи со стороны омег. — И вот я открываю шкатулку, а там конфетти и сердечки, которые он вырезал сам своими руками. Они закружились, и глянул я под ноги, а там роскошный, огромный…        — Шиш с маслом, а не кольцо.        — Не кольцо? — удивлённо спрашивает дедушка.        — Нет… В шкатулке под всем этим мусором была записка с адресом гостиницы, даты и временем. По-мужски, — отвечает Чонгук, на что половина альф посмеялась.        — И я решил, что у него кто-то есть… — перебивает альфу Тэхён. — Но в гостиницу я всё же поехал. Поднялся и стал колотить в дверь, но было и так не заперто… Распахнул я дверь настежь, а там он…        — Стоял…        — …на коленях        — …как мужчина…        — …во фраке среди лепестков алых роз. Ваш сын содрогался от тихих нежных рыданий. А когда сумел остановить поток слёз и успокоиться, он сказал…        — …Тэхён ты выйдешь за меня?.. Конец! — заканчивают хором они. И в зале наступает тишина.        — Эй, пора бы молодым поцеловаться, — Выкрикивает кто-то из зала. А Чонгук и Тэхён снова удивлённо переглядываются.        — Да бросьте… Ладно, — Чон подносит руку омеги и целует, чем вызывает недовольные вздохи.        — В губы целуй, по-взрослому… — все начинают в нетерпении хлопать в ладоши. Тэхён и Чонгук стоят несколько секунд в молчании, смотря друг другу в глаза, а после Чон нерешительно подходит к нему вплотную, шепча тому в ухо:        — Это же не твой первый поцелуй?        — Конечно, нет, — отвечает ему омега, взволнованно теребя подол белой рубашки. Ну не может он признаться, что ни с кем не встречался, не говоря уже о поцелуе.       Чонгук ухмыляется и быстро чмокает того в губы, чем снова вызывает неудовлетворённые вздохи.        — Чонгук, целуй взасос… по-настоящему, — говорит дедушка, довольно улыбаясь и вгоняя Тэхёна в краску.        — Давай просто всё быстро сделаем, — произносит тихо альфа и притягивает омегу к себе за талию. Неожиданно для себя и Тэхёна, Чонгук трепетно касается его губ. Губы омеги оказались мягкими и нежными.       Тэхён медленно и неуверенно обвил шею альфы руками, становясь ближе некуда. Поцелуй из нежного превратился в жаркий, страстный, чуть грубый, но от этого не менее волнующий.       Чонгук издевался над его ртом, как мог — чуть оттягивал нижнюю губу, прикусывая и тут же лаская, раскрывая нежные уста омеги и без остатка погружаясь в жаркий плен его рта. Тот, в свою очередь, неловко отвечал на его поцелуй, сплетая свой язык с чужим. Это было похоже на дикий танец страсти. Оба забыли, кто они, и не вспоминали.       Но быстро опомнились, когда услышали хлопки ладоней. Они оторвались друг от друга, медленно восстанавливая учащённое сердцебиение.

***

       — Вот, пожалуйста… Это ваша спальня, — Чонгук и Тэхён проходят в комнату вместе с Чхве и Тэмином.        — Тут так красиво… А где комната Чонгука?        — Тэхён, мы взрослые люди и понимаем, что вы спите вместе, — отвечает омеге Тэмин. А у Тэхёна чуть ли глаз не начал дёргаться. — Уже поздно. Мы оставим вас, спокойной ночи…        — Добрых снов.        — Так, Чонгук, я буду спать на кровати, а ты сам думай о себе. Твои родственники достаточно помучили меня сегодня. Слава Богу, что они не попросили нас ещё рассказать, как мы занимаемся сексом, — ворчит Тэхён и идёт в ванную.        — Удивительный омега, — говорит самому себе Чон и стелет себе на полу. В собственном доме спать на полу.        — Не смотри, ладно? — слышится из приоткрытой двери ванны голос омеги после десятиминутного нахождения в ванной.        — Хорошо.        — А ты глаза закрыл?        — Зажмурил, — отвечает альфа, лёжа с открытыми глазами.        — Ты уверен?        — Да, абсолютно, — Минуту постояв за дверьми, Тэхён всё же выходит в шёлковом коротком халатике голубого цвета, который еле прикрывал пышные бедра, и быстро ложится в кровать. — Это особая пижамка специально для Аляски? — Спрашивает ехидно Чонгук.        — Ну да… Ведь мне полагалось быть в отеле одному, забыл?        — Ладно-ладно… кстати, Тэхён почему я твой запах не чувствую? Если во время собеседования меня спросят, как пахнет мой омега, а я знать этого не знаю, будет плохо, — омега открывает глаза и решает, говорить ему или нет.        — Дело в том, что я… Пью блокаторы запаха.        — Почему?.. Если это связано с твоим печальным прошлым, то не надо.        — Нет, ничего такого, просто когда я только занял свой пост, пошло много слухов о том, что я добился этого через постель, так как я омега. А роль омеги в этом мире только раздвигать ноги перед альфой.        — Тэхён, я думал, тебе всё равно на мнение окружающих.        — Знаешь, Чонгук, как говорят, «Внешность бывает обманчива». Ты никогда не думал об этом?        — Если честно, нет. Ты всё время вёл себя, как последняя стерва, без обид, конечно. И думать о том, что это всё маска, мне как-то в голову не пришло… Да и вообще я даже не помню, из-за чего мы едва ли не возненавидели друг друга…        — Зато я помню… — перебивает альфу Тэхён, принимая сидячее положение. — В день моего 20-летия я был в офисе, так как праздновать этот день вообще желания не было. И вот мне приносит курьер коробку. Открываю я, значит, а там всякие игрушки из серии восемнадцать плюс, в числе которых были анальные пробки разных цветов, наручники, кляп и смазки с запахами ягод. Тогда я был, мягко говоря, в шоке, но что больше всего меня удивило, так эта записка. В которой было написано:       «Дорогой Тэхён, прими этот замечательный подарок от меня. Я знаю, что ты одинокий омега и во время течки тебе тяжело. Хотя ты же бета, но всё равно они тебе пригодятся. Поиграй с собой, когда тебе особенно одиноко.

Любимый Чон Чонгук"

       — После этого я начал мучить тебя, так как было чертовски обидно.       Вспоминая тот злосчастный день, когда, увидев всё это, он залился краской до ушей и после несколько дней не мог отходить от этого, Тэхён слегка злится. Он тогда плакал по ночам от обиды, заглушая свою боль подушкой.        — Что? Да я только сейчас узнаю об этом. Честно, Тэхён, я бы никогда так не поступил с тобой. Я подумал, что ты просто невзлюбил меня. Кто-то просто подставил меня, поверь мне.        — Ты не верил этим слухам? — С некой надеждой спрашивает омега.        — Я знал, что это всё — чушь чистой воды.        — Почему?        — Потому что я знаю тебя достаточно хорошо. Ты бы никогда так не сделал… Как бы ты ни относился к людям, работу ты делал всегда прекрасно. И мне это в тебе нравится… — последнее предложение он произносит тихо.        — Красные розы.        — Что?        — Мой естественный запах — красные розы.        — Вау, а мне всегда нравился запах роз, честно. Я советую тебе прекратить пить таблетки. Ты же в курсе, что от них может быть бесплодие?        — Да…        — Тогда зачем лишать себя этого? Ведь дети — это так круто. И твоему будущему альфе это не понравится, подумай.        — Хорошо, спасибо.        — Пожалуйста, давай уже спать.        — Согласен, твоя семья выжала из меня все соки, — тихо произносит Тэхён и закрывает глаза.       Чонгук, тяжело вздохнув, тоже следует его примеру.       Но они долго не засыпают, думая о том, что впервые так поговорили по душам, и что очень уж странно отреагировали их сердца на поцелуй.

***

      Следующим утром омега просыпается от настойчивого стука в дверь. Он, всё еще не отходя ото сна, приоткрывает веки и слышит голос Тэмина по ту сторону двери:        — Служба доставки, завтрак для счастливой парочки… — радостно говорит он, а Тэхён в спешке встаёт и начинает будить Чонгука, который спит крепким сном.        — Чонгук… Чонгук… — шепчет он и, не дожидаясь никакой реакции, бросает в лицо альфы подушку, на что тот распахивает глаза.        — Что за чёрт? — злобно произносит он.        — Твой папа стучится в дверь, давай быстро вставай и дуй сюда… — тихо шипя, говорит омега. — Секундочку, — уже громче отвечает он папе альфы.       Быстро накинув на себя одеяло и приведя волосы в порядок, Тэхён для более правдоподобной позы немного откидывается на альфу, случайно задев рукой внушительный бугорок. — О Боже, ч-что это?        — Извини… это утро.        — Какое ещё утро? — задаёт вопрос омега, а после поняв, густо краснеет и отворачивается, чтобы тот ничего не заметил.        — Вы проснулись?        — Да, да, уже можно, — дверь открывается, и в комнату заходят Тэмин и Джун с подносом в руках.        — Мы пришли к вам с предложением, — начинает отец, как только Тэмин ставит поднос на тумбочку и становится рядом с ним. — И, на мой взгляд, эта прекрасная идея…        — Мы хотим, чтобы вы поженились завтра, тут, — заканчивает за него папа.        — Ч-ч-что? К-как?        — Вы всё равно поженитесь, так что обручитесь здесь среди всех своих, чтобы дедушка тоже поучаствовал.        — Оу… нет… нет… это же… — лепечет Тэхён, переведя взволнованный взгляд на Чонгука. — Завтра ведь у дедушки юбилей, и мы же не хотим испортить его…        — У меня было восемьдесят девять дней рождения, хорошего понемножку, — в комнату заходит Чхве. — Моя главная мечта — это увидеть свадьбу моего внука. Правда главная мечта. Так вы согласны?        — Эээ…        — Пока я жив.        — Хорошо-хорошо, мы согласны, — отвечает Чонгук.        — Славно, мы всё подготовим за день. Вы поженитесь в амбаре.        — Вау… блеск. Всегда мечтал выйти замуж в амбаре.        — Это же знак… знак свыше, вам суждено быть вместе, — воодушевлённо произносит дедушка.        — Вы позавтракаете, а мы начнём подготовку, — говорит Тэмин, и они втроём выходят из комнаты.        — О Господи…        — Что?        — Когда папа узнает, что всё было не по-настоящему, он с ума сойдёт. А дедушка вообще умрёт…        — Чонгук, они не узнают…расслабься, всё хорошо, — Тэхён начинает гладить альфу по спине. — Это ненадолго, всё это на время. Не успеешь опомниться, как мы разведёмся.

***

      После завтрака Тэмин, Чхве и Тэхён уезжают на примерку костюма. Сама дорога занимала полчаса. Не тратя время впустую, они начали примерку. Примерив почти что двадцать костюмов, они наконец останавливают выбор на белом костюме.        — Ещё один штрих, и всё готово, — говорит дедушка и подходит к Тэхёну, надевая на его шею цепочку. — Её хранят в семье более полутораста лет.        — Это очень красиво, но я не думаю, что…        — Я не закончил.        — Простите…        — Мой прадедушка подарил эту цепочку моей прабабушке, она передаётся из поколения в поколение. И теперь ты её хранитель…        — Спасибо большое, дедушка, — тихо произносит Тэхён, рассматривая цепочку.       Кажется, вся эта затея была не такой уж и хорошей…