Затерянный мир. Постскриптум

Люди толпились возле наскоро сооружённого эшафота, три петли уже были перекинуты через горизонтально нависающий ствол дерева. Приговорённых вывели на площадку. Ни Макс, ни Филипп в жизни не предполагали, что когда-нибудь окажутся свидетелями подобного. Одно дело – смотреть репортаж про какого-нибудь маньяка и выказывать своё возмущение телевизору, мол, почему таких уродов не расстреливают без суда и следствия? Но совсем другое – лично присутствовать при убийстве. -Так нельзя!- сорвался Филипп, метнув взгляд на Кимберли, стоящей во главе толпы. -А как можно?- без капли жалостливости спросила Лэйтон. -Нужен настоящий суд, надо дать им возможность защищаться, необходимо обдумать приговор… Ким вскинула подбородок. Её зелёные глаза неотрывно глядели в светло-серые глаза Филиппа, девушка определённо не ощущала никакого подобия вины или сомнений. -Отлично. Пойдите и скажите об этом матери того парня, вон она стоит. А там родители девушки, с ними тоже поговорите. Если все трое согласятся с Вашими доводами, я отменю казнь. Филипп посмотрел сперва на сухонькую старушку, маленькую, сгорбившуюся, раздавленную горем; затем на двух рыдающих пожилых людей, обнимающих и из последних сил утешающих друг друга. Издатель опустил голову. Он представил себя на месте этих людей. Ким фыркнула. -Это варварство!- выпалил Макс. –Это самосуд, это… -Это справедливость,- резко оборвала его Ким. Она обернулась на тихо стоящих в стороне соплеменников приговорённых. Сородичи преступников не были в восторге, но вели себя смирно. –Даже они согласны. -Справедливость?- распалился Макс. –Справедливость – это когда проводится расследование, когда заседает суд, когда присяжные рассматривают все улики, когда у обвиняемых есть адвокат! -Который за хорошие деньги отмажет от любого греха?- голос девушки клокотал как грозовая туча. –Тут вам не Канада, и не любая другая «цивилизованная» страна, где правосудие порой доходит до маразма, тянется годами, где преступник может легально уйти от ответа. -Но у вас же нет нормальных доказательств. -Ты мне не веришь?- вскипела Мэгги. Макс замялся. -Я верю, что ты не сомневаешься в том, что рассказывала, но… -Нет никаких «но»!- перебила Кимберли. –Мы с Мэгги вместе практически с самого рождения, и она ни разу не ошибалась. Мэгги, скажи ещё раз: ты полностью уверена? -Голову даю на отсечение. Удовлетворившись, Ким обратилась к родителям жертв: -Кто-нибудь из вас хочет сделать это? Седоусый мужчина вышел вперёд, вытер слёзы со щёк. -Я. Всё-таки не женское дело… Кимберли кивнула. -Ваше право. Прошу. Мужчина побрёл к скамейке, на которой стояли три человека, чьи головы уже были «вдеты» в петли. -Вы даже не дадите им последнего слова?- ужаснулся Макс. -Перебьются,- сухо буркнула Ким. –Не заслужили. Макс и представить себе не мог, что Кимберли способна быть такой. Столько жёсткости, решимости и ни грамма жалости. Старик подошёл к приговорённым. На их лицах отразился кошмарный, всепоглощающий ужас, начались мольбы о пощаде. Седовласого это не тронуло. Он без колебаний выбил подставку из под ног троицы. Макс зажмурился. (Часом раньше) -И что же понадобилось Хранительнице в нашей деревне?- Вождь Кирэнов сложил руки. Он производил впечатление разумного и решительного человека. -Мне нужны трое из ваших. -Зачем? -Спросите лучше «за что». Вождь поднял бровь. За его спиной собралась толпа воинов, готовых напасть по первому сигналу. Впрочем, и Кимберли была не одна. С ней пришла половина племени Варкутов – ремесленников, а так же Филипп Фаулер с ружьём, Мэгги, Сошен, Макс и Орэтр, последний один стоил целого батальона. -Хорошо. За что? -За убийство. Вождь нахмурился. -Продолжай.- Он не любил тратить слова. -Пять лет назад они убили девушку с младенцем и парня, который попытался вступиться за несчастных. Убили просто так, чтобы почувствовать себя сильными, узнать вкус власти над чужими жизнями. Вождь и глазом не моргнул. -Первый вопрос: кто же эти обвиняемые? Второй: каковы доказательства их вины? Ким приняла его манеру речи. -Первый ответ: Шорин, Малох и Сальер. -Сальвер,- откорректировала Мэгги. -Сальвер,- быстро исправилась Ким, не потеряв ни йоты величественности. –Второй ответ: доказательства их вины – видения мой родственницы Маргарит. Вождь и воины за ним расхохотались. По рядам Варкутов прокатился недовольный рокот, но одного жеста Ким хватило, чтоб возмущение вернулось в русло. -Отсмеялись?- поинтересовалась она, когда хохот утих. –Это хорошо, смех полезен для здоровья. Я понимаю, вы не воспринимаете подобные доводы всерьёз. Позвольте вас разубедить. Мэгги. Блондинка выступила вперёд. Подошла к вождю. -У Вас была сестра, она погибла совсем ребёнком, упала в овраг и сломала шею. На Вашей левой ноге до сих пор шрам, который Вы заработали, когда стремглав спускались за ней. Вождь чуть побледнел, но на лице не шевельнулся ни мускул. -Ты могла услышать про это где-нибудь. Мэгги пожала плечами и направилась к воинам. -Твоя жена ждёт ребёнка. -Неправда! -Правда, просто Жалинна ещё не успела тебе рассказать.- Девушка впилась взглядом в других мужчин. –У тебя жила крыса, ты прозвал её Корой, в честь «любимой» тётушки. Ты родился в полнолуние. А ты однажды подавился рыбьей костью и едва не умер.- Блондинка вернулась к друзьям, по пути бросив вождю: -Между прочим, я и о Инрии знаю. Кто такая Инрия осталось загадкой, но упоминание о ней окончательно уверило вождя в способностях Мелоун, хотя выражение лица мужчины осталось непроницаемым. «Вызнаёт всю правду без слов,- с огорчением констатировал Макс. –Нет, на роль девушки-подружки Мэгги явно не годится. Зато, по-моему, отлично подходит на роль друга». -Допустим, ты убедила меня в своих силах. Но не в своей честности. Откуда мне знать, что ты не наговариваешь на моих людей? -С какой стати мне бы это понадобилось? -Она не лжёт,- твёрдо заявила Кимберли. –Даю слово Хранительницы. -Почём мне знать, чего стоит твоё слово? Кимберли не ответила. Они лишь посмотрела на вождя в упор. Макс и Филипп поразились. Это волевая, неприступная девица ничуть не походила на ту Ким, к которой они привыкли. Вождь не отвёл взгляда, но одобрительно хмыкнул. В Хранительнице он больше не сомневался. Но и выдавать своих «подданных» не спешил. Мэгги потёрла виски. Вспоминать было тяжело, но тут без повествования не обойтись. -Адиру было всего двадцать лет. Он вёз товары на обмен, когда услышал женские крики, мольбы о помощи, тщетные призывы к милосердию. Он не мог не остановиться. Оказалось, трое подонков избивают девушку, соплеменницу Адира. Не знаю, почему она оказалась в джунглях одна с ребёнком. Эти выродки не просто били её, они делали это с наслаждением, растягивая удовольствие.- Мэгги прерывисто вздохнула. –Ребёнок лежал на траве и плакал. Шорин поднял с земли камень и…- Мэгги закусила губу, чтоб не разреветься в голос. Она ведь видела то, о чём рассказывала, ощущала так, словно это происходило при ней, с ней… Остальные слушали, не смея пикнуть. –Адир набросился на Шорина, но сзади подошёл Малох с ножом. Ударил в спину. Не раз. Не два. А потом ещё долго уродовал бездыханное тело. Лирне повезло меньше – её уродовали ещё живой. Рассказать подробнее? В толпе Воркутов кто-то вскрикнул. Оказалось, мать Лирны упала в обморок. Вождь Кирэнов принял решение. Уточнил лишь: -Сможешь узнать их в лицо? Вы назвали не самые редкие наши имена. -Думаю, это они!- раздался голос Орэтра. Никто и не заметил, что парень ранее отошёл. Несмотря на мощное телосложение, шатен двигался практически бесшумно. Здоровяк без особого труда удерживал сразу троих отбрыкивающихся и пытающихся отбиться Кирэнов. -Пытались незаметно улизнуть,- пояснил Орэтр, отчаянно борясь с желанием собственноручно задушить этих отморозков. (Двумя часами раньше) -Я отец Лирны,- высокий седоволосый мужчина встал впереди жены, словно пытаясь защитить её от нового наплыва боли. –Вы знаете, где она?- Он боялся надеяться. Ким, при всей своей прямоте, не сумела сказать сразу… -А где её муж? У неё ведь был муж?..- потянула время блондинка. -Он умер за месяц до рождения нашего внука.- Старик не выдержал, его губы задрожали. –Заклинаю, не мучьте нас! Если вам что-то известно, скажите, умоляю! Ким сделала глубокий вдох. (В это же время) -Вы что-то знаете об Адире? Вы нашли моего мальчика?- Руки старой женщины затряслись, глаза наполнились надеждой и слезами. В тот момент Мэгги ненавидела свой дар. (Часом раньше) Деревню посетили гости. Орэтр и Сошен привели практически всё семейство Фаулеров, за исключением Криса, также пришли Мэгги и Кимберли. За проведённые на плато недели Фаулеры загорели, и выглядели здоровее, чем когда-либо на памяти Макса. Канадцы ещё носили кое-что из своей «цивилизованной» одежды, однако подавляющую часть гардероба составляли вещи местного изготовления. -Мне сказали, Дерек здесь,- взяла быка за рога Дженни. Макс еле сдержал смех. Дерек сбежал, едва заслышал о приближении Дженни; только пыль взметнулась. -Он куда-то ушёл,- как можно серьёзнее проинформировал Макс, вытирая волосы после купания. Не он один старался не расхохотаться, Мэгги и Кимберли тоже силились не хихикать. -Здесь хорошо кормят?- вопросила Синтия, оглядывая племянника в поисках признаков недоедания. –Ты не голодаешь? Милая, славная тётя Синтия. Смотрится по-домашнему уютно даже в домодельном платье из пальмового сукна. Посмуглела, немного похудела, а глаза прежние – полные трогательного беспокойства и заботы. -Что Вы! Кормят как на убой. Ем в два раза больше, чем дома, того и гляди скоро сделаюсь похож на воздушный шар. -Это тебе не грозит, ты сжигаешь все калории физическим трудом,- Филипп похлопал парня по спине. –Вон как окреп. Пока Синтия с мужем расспрашивали Макса о его делах, а Дженни выискивала Дерека, две другие визитёрши общались с жителями деревни. Народ больше тянулся к Ким. Макс не слишком чётко представлял, что значит статус Хранительницы, да и Лэйтон не казалась парню особенно величественной или строгой – девушка как девушка, никаких лишних амбиций. Но раз даже пожилые люди разговаривают с двадцатидвухлетней девицей на равных, значит, в ней определённо что-то есть. Мэгги тоже не обделяли вниманием, к ней подходили, о чём-то советовались вполголоса. Макс присмотрелся внимательнее. А ведь ничего девчонка. Сияющие золотые локоны, хорошенькое круглое личико, в котором причудливо переплетаются европейские и индейские черты, большие глаза с поволокой, отличная фигура. Может, надо будет попробовать наладить с Мэгги более близкий контакт? Парень двинулся к Мелоун привычной непринуждённой походкой. -Привет,- сверкнул он улыбкой. -Мы ведь уже здоровались,- искренне удивилась девушка, пустив под откос годами отработанную стратегию. Солнце палило нещадно. Даже привыкшие местные жители старались чем-нибудь прикрыться. Пытаясь быть джентльменом, и по-прежнему надеясь произвести впечатление, Макс накинул на обнажённые плечи Мэгги своё полотенце. То самое, что когда-то было среди товаров Адира, после его смерти распроданных Сальвером. Девушка, вскрикнув, сбросила полотенце и отскочила от него как ошпаренная. -Что?- чуть оскорбился канадец. –Оно чистое, хоть и немного влажное. Блондинка затряслась как в лихорадке. -Мамочки… (Часом раньше) -Хороший улов,- радовался Макс, окидывая взглядом добычу, едва помещающуюся в лодке. -Есть чем гордиться,- поддержал Стивен. Никто из них не собирался быть иждивенцем, да вряд ли им это и позволили бы, поэтому ребята практически с первого для пребывания подключились к общим трудам деревни. Ловили рыбу, расставляли и собирали сети. Канадец быстро приноровился и сам себя в этом деле уже считал профессионалам. Новеньких не просили уплывать далеко в море, они рыбачили на лодке вблизи от берега, вместе с парой десятков других жителей деревни. Оказалось, у местных рыбаков что-то вроде договора с Морскими Ангелами: Поцелованные предупреждают сухопутных об опасности, а те снабжают подводных друзей некоторыми специями и мелкой утварью. Первое время Макс постоянно хватался за сердце, когда у бортика, ни с того ни с сего, вдруг всплывал человек и вещал: -Плезиозавр рядом. Но постепенно канадец свыкся. А его товарищ с Поцелованными Морем, можно сказать, сроднился… …В метре от лодки над поверхностью внезапно возникла рыжая голова. Хорошо, что Макс уже попривык к подобным появлениям. -Добрый день,- жизнерадостно поприветствовала Стефани. Стив просиял. -Добрый,- усмехнулся Макс. -Привет,- Стивен перегнулся через бортик, Стефани подплыла ближе. Канадец отчётливо ощутил себя лишним. -Готов?- рыжая весело посмотрела на пилота. –У нас сегодня большой заплыв, помнишь? -Помню. Не подождёшь полчаса? Нам с Максом ещё нужно выгрузить рыбу. Ответить Стефани не успела, встрял Макс: -Зачем? Стив, иди. В смысле, плыви… Я сам справлюсь. -Уверен?- Добросовестность брюнета боролась с его же желанием поскорее освободиться и побыть со Стефани. -Абсолютно. -Спасибо! С меня должок.- Лётчик с благодарностью посмотрел на друга. Стивен снял обувь и выпрямился во весь рост. -Вернусь вечером,- сообщил брюнет и прыгнул за борт. На поверхности парень больше не появился. -Пока,- прочирикала Стефани и метнулась под воду. Макс улыбнулся сам себе. Приятно помогать влюблённым. Всё-таки в этом месте, бесспорно, что-то было. Что-то, что не давало Максу выть и жаловаться на свою несчастную участь. Люди здесь хорошие. Простые, честные, трудолюбивые, таким и в голову не придёт сделать ближнему гадость ради денег или выделиться за счёт унижения другого. Местные девушки – тема отдельная, все они были прелестны, как на подбор. У Макса аж глаза разбегались. Впрочем, сему изобилию красоты он радовался недолго: вскоре Сошен прозрачно намекнул, что тут не принято пудрить мозги слабом полу и флиртовать направо-налево. Если относительно девушки нет хоть сколько-нибудь серьёзных намерений, к ней лучше не лезть. А серьёзные намеренья – не по части Макса. Это, скорее, к Крису. У того намеренья по поводу Габриэллы серьёзнели с каждым днём. -Она мне очень дорога,- как-то признался Фаулер кузену, -и с каждым днём становится всё дороже. -Ты напрашиваешься на поздравления или на жалость?- уточнил Макс. -Скорее на поздравления. -Тогда поздравляю, братец. Пожалуй, Крис легче всех переносил новую обстановку, остальные привыкали медленнее. Хотя никто, кроме Дженни, не жаловался. Она-то ежедневно причитала то по поводу отсутствия косметики, то из-за обилия насекомых. Шутка ли – ни Интернета, ни компьютера, ни клубов, ни, извините, приличного туалета. Но когда Макс, утром выходя из хижины, видел, как по сверкающему синему морю скользят лёгкие рыбацкие лодки, как солнечный свет разливается по сочной зелени джунглей, жаловаться на жизнь почему-то не хотелось.