Равнодушие

На самом деле Том не чувствовал себя виноватым. Вообще. По его мнению, Билли явно совершил тактическую ошибку, наступив ему на ногу намерено, за что, собственно, и поплатился. Он ведь, как-никак, не прощал обид. Риддл считал, что, если где-то в космосе и существует карма — она родилась в его лице. Удручало одно — в приют ему возвращаться не стоило. Том не был глупым и знал, что может последовать за его поступком. Всем известно, что подобные Билли мальчишки делают с обидчиками. — Ну же, Томми, не переживай, — полушутливо тогда сказал Гарри, сжав лицо слизеринца в ладонях, — сейчас мы пойдем, заберем твои вещи и отправимся к нам. Гермиона важно закивала, не забыв слегка стукнуть Рона, который уже тянул руки к костюму Тома. — Эти магглы такие изобретательные… Вещи они собрали быстро, ведь Том даже не распаковывал чемоданы, боясь, что все школьные принадлежности растащат соседи. Гриффиндорцы были потрясены, увидев мрачную и одинокую комнату мальчика. — Это хуже, чем чулан под лестницей! — заявил тогда Гарри, проводя пальцем по трещинам в стене. Том не нашёлся что ответить. Ребята немного погуляли по улицам, поели мороженного. Рон продолжал удивляться маггловским магазинам, а Том не мог нарадоваться двойной порции шоколадного рожка. Вопрос состоял в том, как же они попадут в дом Поттеров. — Гарри, я, наверное, пойду домой, — вдруг заговорила Грейнджер, посматривая на садящееся солнце, — мама с папой, должно быть, волнуются. — О, так я тоже, — подхватил Рон, — Фред с Джорджем где-то тут хотели опробовать отцовский Фордик, он наложил на него какие-то чары, но это тайна! Поттер просто пожал плечами. — Как скажете, — он обернулся к Тому, отчего его окатило странное ощущение, — ну, что, готов к побегу из приюта? Кричер! В ту же секунду раздался хлопок, и перед ребятами появился дряхлый домой эльф. — Чего изволит юный хозяин-полукровка? — прохрипел он, а Том только с помощью силы воли удержался от обморока. Вид домовых эльфов был ему непривычен, да и шум он не любил. — Перенеси нас с Томом домой, — приказал Гарри, после чего Кричер оценивающе посмотрел на Риддла. Спустя пару секунд Кричер схватил Поттера за край свитера, и весь мир потерял четкость. Кажется, Том ощущал подобное во время аппарации с директором. Не самые приятные ощущения. Когда головокружение закончилось, а слизеринец убедил себя, что начинать стенания сейчас не самый лучший вариант, поблизости раздался голос: — С возвращением, дорогой! — в говорящей Риддл узнал плохую-хорошую миссис Поттер, которую видел однажды в Косом переулке, — О, Том, здравствуй! Ты все-таки нашел его, Гарри. Поттер закивал. В тот момент он выглядел, словно герой, спасший принцессу. Принцессой Том себя не считал, да и Билли на дракона не тянул, но было несомненно приятно. — Добрый день, миссис Поттер, — вежливо поздоровался Риддл, радуясь про себя, что мама гриффиндорца его вспомнила. — Привет, мам. Только сейчас Том смог вблизи рассмотреть маму Гарри. Было в ней что-то такое хулиганское, не принадлежащее порядочной взрослой леди. Казалось, что она в любую минуту готова хитро сверкнуть глазами и залихватски засвистеть в два пальца. «Ты в порядке?» — Риддл почувствовал, что Поттер сжал его ладонь. Лили понимающе улыбнулась. «Я в порядке» — стиснув чужую руку в ответ, пояснил мальчик. Однако кое-что Тома все-таки беспокоило. — Миссис Поттер, а что будет, если в Хогвартсе узнают, что я здесь? Женщина тряхнула головой, словно прогоняя не понравившуюся ей мысль. — Думаю, ничего страшного, милый. Гораздо сложнее уладить проблему с приютом. Гарри ведь почти похитил тебя, Том. Щеки Поттера покрылись нежным румянцем, мальчик неловко почесал затылок: — Но ведь все поправимо? — Гарри выглядел так, словно Филч поймал его за изготовлением навозных бомб. — Конечно, — раздался незнакомый для Тома голос. Мальчики обернулись. Тогда Том впервые увидел Джеймса Поттера. И сразу же понял, отчего Гарри так восхищался отцом. Джеймс Поттер даже внешне был просто потрясающим. Добрые оленьи глаза, кудрявые (совсем как у Гарри!) смоляные волосы и строгая алая (Том вычел у себя балл везения) аврорская мантия. — Я направлю людей для устранения этой проблемы, — пожал плечами мужчина, а Том неосознанно повторил этот жест, — только вы, молодые люди, пообещаете мне не совершать таких необдуманных поступков, хотя, — его тон сделался заговорщицким, — я знал, что так будет. Поттеры своих не бросают. От последней фразы что-то болезненно сжалось внутри у Тома, отчего тот опустил взгляд в пол, не желая больше смотреть на мужчину. Тот оказался действительно чудесным. — Гарри, — обратилась к сыну Лили, — чего же ты стоишь? Покажи Тому свою комнату. Гарри взвизгнул и, вцепившись в чужую руку еще крепче, потащил слизеринца на второй этаж. — Ты сейчас обалдеешь! За этот день в доме Поттеров Том понял, что для проживания в нем существует всего два правила: 1. Есть всё, что приготовит миссис Поттер. 2. Не лезть в лабораторию миссис Поттер. Это было не так сложно. Тем более Том слишком устал, чтобы искать себе приключения. Ему как-то хватало. А готовила миссис Поттер чудесно, пусть Том и не решился сказать это вслух, женщина всё равно оценила его аппетит. Приближался вечер, отчего вскоре стал вопрос: где же будет ночевать юный гость? Свободных комнат в доме Поттеров хватало, но одна мысль о ночевке в незнакомом месте в одиночестве будила в Томе тревогу. Конечно, реши миссис Поттер поселить его в одной из гостевой комнат, Риддл не стал бы прекословить, ведь женщина была слишком хорошей для того, чтобы с ней ссорится, но она предложила Тому выбор, что уже несомненно радовало. — Чур Том спит со мной! — решил его душевные распри Гарри, — Па-ап, ты ведь прикажешь Кричеру перенести кровать? Меня он слушается через раз. Еле уговорил его перенести нас с Томом домой, старого чертягу! Кричера, как узнал позднее Риддл, подарил (хотя по словам Гарри «втюхал») Поттерам крёстный отец Гарри — Сириус Блэк. Домовик отличался крайне скверным характером и пренебрежением к нечистокровным магам, но приказы семейства исполнял. Когда наконец в комнате Гарри появилась вторая кровать, а Тому был выделен комплект нежно-голубой пижамы, все начали готовиться ко сну. Комната Поттера представляла собой пространство, просто-напросто забитое хламом. На стенах красовались плакаты, откуда улыбались и подмигивали игроки в квиддичной форме, а под потолком замерла в воздухе миниатюрная метла. Всё в доме Поттеров было таким волшебным, что слизеринцу даже не верилось — не спит ли он? Уже лёжа в постели Риддл медленно прокручивал в голове всё произошедшее за день. Его напугала собственная вспышка злости на Билли, вспоминая то состояние, маг раз за разом убеждался, что те чувства просто не могли принадлежать ему. Словно это кто-то чужой и безымянный вселился в его тело, лишая возможности действовать самостоятельно. Он был безымянным, а значит, стоило дать ему имя. — Эй, Том, — обратился к нему спустя полчаса Гарри, приподнимаясь на локтях в постели напротив, — ты чего не спишь? Светильник слишком яркий? — он указал на крохотную звездочку, замершую в воздухе между их кроватями, от которой едва-едва лился нежный свет. — Не могу уснуть, — честно ответил Риддл, не сводя глаз с друга. Он все еще не мог понять: почему, черт возьми, Поттер такой хороший? Он, что, был его ангелом-хранителем? — расскажи, как вы нашли меня и почему так долго не писали? Гарри вздохнул и согнул ноги, занимая полусидящее положение. — Это Гермиона тебя нашла, она умница, на самом деле. Просто еë родители взяли её с собой на благотворительную постановку, а там ты. А письма мы писали. Наверное, совы тебя не нашли. Мы не знали твоего точного адреса, а Дамблдору сейчас не до того, сам понимаешь. Том понимал. На самом деле он понимал даже намного больше, чем казалось, просто не зная, как на это реагировать. — Хорошо, что вы меня нашли, — проронил Риддл, на этот раз рассматривая узор на одеяле, — хорошо. — Да, хорошо, — согласился Гарри, зевнув. — Как ты считаешь, это плохо, что я избил Билли? Том пытливо посмотрел на Гарри, пытаясь раскусить его эмоции. В тот момент Риддлу показалось, что от ответа мальчика зависела его жизнь. Гарри закинул руки за голову, опускаясь на подушку. — Ну, как сказать. Процитирую Гермиону: «Насилие — это не выход!». Но на самом деле на твоем месте я поступил бы так же. Это дело гордости. Ты молодец, что смог остановиться, — он сделал паузу, — но больше так не делай! Пообещай. Риддл обещать не торопился. Повисла тишина. Гарри взглянул на часы, потом перевел взгляд на Тома и зевнул еще раз. — Уже поздно. Всё еще не спится? Том не ответил. Он просто посмотрел гриффиндорцу прямо в глаза. Все пространство вокруг освещала одна единственная звездочка-светильник, но Риддл сумел разглядеть румянец на чужих щеках. Гарри вздохнул. — Ладно, — Поттер соскочил с кровати, приподнял подушку, доставая из-под нее что-то пестрое и мягкое, и прошлепал босыми ногами к постели Тома. — Что ты делаешь? Гарри присел рядом с лежащим магом и торжественно протянул ему мягкую игрушку. — Та-да! Это мистер Леон. Я спал с ним, когда… э, когда был маленьким, верно. Тебе тоже должно помочь. Мистером Леоном оказался плюшевый лев. Иного от Поттера, в целом, не ожидалось. Гарри полулег рядом, закинув ноги поверх ног слизеринца. Том даже сквозь одеяло чувствовал тепло чужого тела. — Я не знаю, что тебя беспокоит, Том, но тогда на сцене ты выглядел таким спокойным. Словно ты ничего не чувствовал, знаешь, в лице было такое чистое равнодушие. Том вспомнил свои чувства. На равнодушие не походило. — Знаешь, — продолжил Гарри, — когда я плохо засыпаю, мама обнимает меня и поет мне колыбельную. Но, к твоему счастью, петь я не умею, поэтому, — Том не успел среагировать, когда горячие сухие губы коснулись его лба, посылая разряд электричества по всему телу, — сладких снов. Гарри прошлепал назад к своей постели, а Том изо всех сил стиснул игрушку, утыкаясь в неё носом, чтобы скрыть румянец. Львёнок пах Гарри. Звёзды пели. Впоследствии Риддлом было принято решение приватизировать мистера Леона. Ему он был нужнее. Даже стоя на вокзале, маг думал о том, что ни за что не отдаст Поттеру льва, тщательно спрятанного на дне замызганного чемодана, даже если Гарри вдруг попросит. Лето в доме Поттеров пролетело незаметно, в какой-то момент Том даже начал ощущать себя частью чего-то доброго многорукого и многоногого, с одним большим сердцем на всех. Частью семьи. От этого чувства кружилась голова и замирали гири на сердце. Он не был один. Когда они сели на поезд, Том заметил, что им махала миссис Поттер. Поймав взгляд мальчика, женщина улыбнулась. Она махала не только Гарри. Она махала им обоим. — Волнуешься? — спросил Тома Рон, когда поезд уже приближался к Хогвартсу, — Фред и Джордж говорили мне, что с этого года мы поедем на карете. Еще моя сестра Джинни идет на первый курс. — Так ты теперь не самый младший Уизли в Хогвартсе? — улыбнулась Гермиона, — Как думаешь, куда она поступит? Сомнений почему-то ни у кого не возникало. До школы они добрались вполне мирно, если не считать шуточной потасовки Гарри с Малфоем, закончившаяся тем, что Драко оказался выкинут из кареты к огромному облегчению для всех. Том заподозрил, что что-то не так, когда за преподавательским столом увидел незнакомого светловолосого мужчину. Тот приветливо улыбался и время от времени помахивал краснеющим ученицам рукой. — Быть не может! — вздохнула Гермиона, — Это же Златопуст Локонс! На её возглас Том обернулся со слизеринского стола. Он ничего не знал про этого мага. — Я читала все его книги! — поддержала девочка с Хаффлпаффа, прижимая ладошки к пунцовым щекам, — Он просто потрясающий. Том повернулся к Гарри, замечая, что тот не выглядел слишком радостным: — Как по мне, он простой зазнайка. Мама сказала, что его романы годятся только для растопки камина. И я с ней согласен! Все его книги — пустая болтовня. Поттер хотел сказать что-то еще, но директор Дамблдор поднялся со своего места и начал речь. Том не вслушивался в напоминания о соблюдении дисциплины и комендантского часа, продолжая смотреть на нового преподавателя. Локонс не выглядел как человек, совершивший множество подвигов, об этом говорил его уж слишком ухоженный вид. Благодаря мистеру Поттеру Тому теперь было с кем сравнивать. И нежные светлые руки Локонса ничуть не походили на грубые и большие ладони Джеймса. — Все мы помним об инциденте с профессором Грином, который был вынужден экстренно покинуть свой пост в прошлом году, — заговорил директор, а Гарри за столом захихикал, — к сожалению, он так и не смог вернуться к нам, поэтому поприветствуйте нового преподавателя Защиты От Темных Искусств — Златопуста Локонса. Многие в зале зааплодировали, отчего у Тома начала кружиться голова. Риддл с трудом переждал речь нового профессора и принялся за ужин, думая о том, что теперь он понимал, почему Гарри так сильно скучал по материнской стряпне. Ночью Риддл с ужасом осознал, что настолько привык ночевать в комнате с Гарри, что его собственная комната теперь казалась ему какой-то пустой и безличной. От бессонницы Тома спас мистер Леон, сохранивший на себе аромат детского мыла и свежести. Да, всё-таки Поттер был прав, игрушка была действительно отличным средством. Том только собирался заснуть, когда вдруг откуда-то снизу раздался голос: — Еда… Нужна еда… Мальчик счел это за галлюцинацию от недосыпа и покрепче обнял львёнка, рассудив, что слышать голоса из-под кровати для него уже слишком. Утром же Том и не вспомнил про случившееся. Первой парой у второго курса уже традиционно стояла Трансфигурация. Риддл был рад вновь встретиться с профессором-красавицей, поэтому заранее сделал конспекты к первым нескольким главам учебника. За завтраком Том почти ничего не ел, на удачу лишь перекусив двумя зелеными яблоками. Баллов везения у него хватило бы даже на полет в космос на одной метле, но нужно было перестраховаться. — Вот бы уже наконец начался урок Локонса, хочу посмотреть на это позорище, — пробубнил Рон, когда квартет уже медленно брел к кабинету Трансфигурации. — А сам-то ты много умеешь? — мгновенно ответила Гермиона, почему-то стойко защищавшая нового профессора. Почти все девочки и многие мальчики знали поцитатно романы нового профессора. — Побольше некоторых! — возмутился Уизли, а Гарри, заметив, как дрогнул слизеринец от громкого выкрика, сжал руку Риддла. «Всё в порядке?» Том не ответил. Он прислушался. Где-то совсем рядом, казалось, в стене раздался голос: - Молодой нас-следник должен мне помочь… Источник звука передвигался, это Том понял точно. Не понял он лишь всего остального. Откуда исходил звук? — Ты слышишь? — спросил он у взволнованного Поттера, который так и не отпустил чужую руку. — Слышу… что? — Голос. Звук отдалялся всё быстрее. Тому стало тревожно. Гарри встряхнул головой. — Рон Уизли! — вскрикнула впереди разгневанная Гермиона. — Ты сейчас говоришь, как моя мама! Поттер засмеялся. — Сейчас я слышу только этих двоих, честно. Ты хорошо спал? Сейчас поттеровская забота начинала раздражать. Верить в собственное безумие не хотелось. — Вполне. — Значит, ты, наверное, разволновался перед первым днём, так? — Том в ответ промолчал, — Ты только Гермионе не говори, а то у нее помимо родителей-стоматологов еще какой-нибудь дедушка-психиатр и бабушка-отоларинголог найдутся. Шутка гриффиндорца позабавила Тома. Ребята добрались до класса и заняли свои места. Профессора Макгонагалл в классе еще не было. Том посмотрел по сторонам. Драко сидел в окружении других слизеринцев. — А я, между прочим, — слишком громко заговорил Малфой, — в этом году буду пробоваться в команду по квиддичу. В глазах Гарри загорелся азартный огонек. — А я тоже! — Том был уверен, что полминуты назад Поттер и не думал об этом, — Прямо после занятий подойду к Оливеру и попрошу погонять меня. Кровь — не вода. Драко фыркнул и задрал голову, загоревшись спором. — Ты на своем Чистомете далеко не улетишь, Поттер. Боюсь, Вуду придется после первой же игры искать тебя по всем кустам. Гарри зарычал и было кинулся на противника, но в общем гаме класса раздался скрип двери. Профессор Макгонагалл вошла в класс, расправила складки на изумрудном платье и посмотрела прямо Тому в глаза. — И почему я не удивлена? — произнесла одними губами профессор, переводя взгляд на сцепившихся мальчиков. Том вспомнил, что на риторические вопросы не отвечают, поэтому просто пожал плечами, как это часто делал Рон. Профессор отвернулась, словно давая время занять свои места и прошла к своему столу. Только тогда Том заметил, что женщина была не с пустыми руками. Она несла корзину. — Внимание, второкурсники, — серьезно начала профессор, — в прошлом году вы отлично справились с экзаменами, — в классе раздались согласные возгласы, — и я пообещала вам сюрприз в новом году. В учебной программе второго курса впервые появляется работа с живыми существами. С жизнью. Гарри взволнованно вздохнул. — И я хочу, чтобы вы поняли, что жизнь ценна, любая, — грозно уточнила Минерва, — поэтому каждый из вас на протяжении месяца, используя все свои знания Трансфигурации, постарается эту жизнь получить. Макгонагалл взмахнула палочкой, сбрасывая плотную ткань с корзины. В ту же минуту по всему классу поплыли небольшие свертки. — Вау, — где-то воскликнул Рон. Том дождался, когда сверток доберется до него и быстро расправился с упаковкой. На дне свёртка оказалось… яйцо. Только какое-то неправильное. Скорлупа была очень мягкой и почти проминалась под пальцами. — Думаю, это змеиное, Том, — шепнула Гермиона с соседнего места. У нее самой на парте лежало крохотное, размером с перепелиное, яичко. У Невилла же вообще к всеобщему смеху в свертке оказалась баночка с икрой. — Хэй, смотри, — Гарри погладил Тома по предплечью, — у нас дома такие совы несут. Всё происходящее казалось Тому очередной серией несмешной комедии. Слишком сюрреалистично всё выглядело. Насладившись восторгом учеников, Минерва улыбнулась, но тут же вернула на лицо былую строгость. — Не забывайте, что ваши будущие питомцы уже нуждаются во внимании и тепле. Постарайтесь создать им подходящие условия. По окончанию эксперимента каждый получит оценку за проделанную работу. Кажется, мало кто в классе обратил внимание на услышанное, будучи в восторге от новых питомцев. Том внимательно посмотрел на яйцо. Кажется, он начинал понимать все прелести материнства.