Ассоциация по воспитанию детенышей

К тому времени, когда Се Луань вернулся в филиал Юньбао, вопрос о семье Гуди уже вызвал небольшое возмущение в звездной сети, и на этот раз общественное мнение, казалось, было почти полностью единодушным. После раскопок информации о потере семьи Гуди и конкретных событиях стало совершенно ясно, что семья Гуди была неправа. Из того, что люди узнали, многие сразу же ассоциировали интернат Юньбао с определенной ролью в этой почти фантастической драме. «Идти против такой большой семьи ради детеныша… Этот интернат действительно не прост.» «Я думаю, семья Гуди не ожидала, что у другой стороны будет так много улик и даже свидетели. Эта самонадеянность привела к потоплению их корабля. Но в любом случае, я не испытываю к ним ни малейшего сочувствия.» «Возможно, у меня не хватит смелости сменить интернат. Но даже если мой детеныш не поступил в этот филиал Юньбао, я все равно хотела бы выразить им свою поддержку. Я надеюсь, что в будущем он станет еще лучше.» В отличие от полного осуждения семьи Гуди, были также люди, которые в разгар беседы также хвалили Юньбао. Просто взглянув на количество посетителей на сайте филиала Юньбао, было ясно, что интернат привлекал все больше и больше внимания в последние несколько дней. — Официальный аккаунт нашего учреждения насчитывает десятки тысяч подписчиков. Глядя на растущее число подписчиков, Ся Ци, которая отвечала за управление сайтом, естественно, была очень довольна. Учитывая межзвездное население, а также количество поклонников других известных интернатов, этого количества было недостаточно. Но они добирались туда, шаг за шагом. Они выиграли суд, и тем самым они также случайно сделали себя более знаменитыми. Однако после того, как Се Луань вернулся в филиал Юньбао, у него все еще было что-то, что он не мог выбросить из головы. Речь шла о русалочьих детенышах. В расе русалок после рождения детеныша родители брали его с собой, чтобы получить благословение от Бога моря. Это была традиция русалочьей расы. На Хайлумите, перед статуей морского бога в центре города, находился святой источник, в который помещен кристалл мистического темно-синего цвета. Камень рождения. Это называлось благословением морского бога, но правильнее было бы назвать его благословением рождения. Все родители, которые приходили к камню рождения, чтобы их детеныши получили благословение, несомненно, имели сердца, полные прекрасных желаний для детеныша. Но русалочка в их интернате был совсем один. Отец давно погиб, а мать умерла вскоре после рождения детеныша. Поэтому Се Луань подумал, что малыш, возможно, не получил этого благословения. В отсутствие родителей другие члены семьи зашли так далеко, что бросили детеныша на далекой планете. Независимо от того, как он смотрел на это, Се Луань не мог избавиться от ноющего чувства, что это, вероятно, так. Поначалу это была лишь мимолетная мысль, когда он узнал, что ни один из родителей детеныша не был жив. Однако чем больше Се Луань думал об этом, тем больше эта идея укоренялась в его сердце. — Папа? — Почувствовав, что юноша отвлекся, русалочка, плававший у самого края, осторожно схватил юношу за штаны. Однако детеныш не стал суетиться и просто спокойно держался за своего родителя. Услышав голос Гейла, Се Луань пришел в себя. В этот момент он также принял решение. Русалочьему детенышу очень повезло, что он выжил. Хотя было уже немного поздно, Се Луань хотел, чтобы русалочка получил благословение, как и другие малыши его расы. После обсуждения с другими сотрудниками и получения единодушного одобрения, Се Луань немедленно начал планировать поездку. Путешествуя на Хайлумит, Се Луань даже не подумал о семье Гуди, проживающей на этой планете. Они находились сейчас в центре бури. Этого уже было достаточно, чтобы привести их в ужасное состояние. Более того, это было на столичной планете расы русалок, и на этот раз другая сторона не могла решиться на какие-либо действия. Снова отправившись в дальнее путешествие, Се Луань заранее успокоил других детенышей в интернате и на следующий день, держа двух малышей на руках, поднялся на борт звездолета. Один из них, конечно же, был русалочьим детенышем, а другой — пушистым комочком с двумя маленькими рожками на голове. Камень рождения был довольно хорошо известен в межзвездном пространстве. Се Луань пожелал, чтобы детеныш нокса также получил благословение, надеясь, что это может противодействовать некоторой злобе, с которой он встретится в будущем. Когда звездолет приблизился к Хайлумиту, Се Луань смог разглядеть очертания планеты через боковое окно. Темно-синяя планета — таково было первое впечатление Се Луаня. На этой планете океанская часть занимала почти всю поверхность, и поэтому она выглядела так из космоса. — Гейл, если тебе неудобно, ты ведь скажешь мне, правда? — сказал Се Луань теплым голосом, спускаясь со звездолета. На корабле существовали особые условия для отдыха детенышей водных рас. Се Луань запомнил время, когда Гейл вышел из воды. Русалочка послушно кивнул. Малыш тихо устроился в объятиях юноши, плавник его мягко покачивался. Казалось, он полностью доверяет своему родителю. Место, куда они прибыли, было сухопутным городом под названием Сайлоу. По местному времени еще не наступила ночь. Се Луань следовал по маршруту, который он заранее наметил от аэропорта до объекта. Огромная статуя Бога моря находилась в центре города Сайлоу, и Се Луань увидел ее, как только поднял голову. Чем ближе юноша подходил к центру города, тем больше Се Луань ощущал чистую праздничную атмосферу, наполняющую улицы. Но поскольку он мало что понимал в русалочьих праздниках, то и не знал, на какой именно праздник ему довелось попасть. Хотя ему было немного любопытно, Се Луань хотел воспользоваться тем фактом, что небо еще не совсем потемнело. Вскоре он подошел к подножию гигантской статуи с двумя детенышами на руках. Бог моря, которому поклонялись русалки, был очень величественным и суровым на вид, со скипетром в правой руке и короной на голове, как символами власти. В отличие от гигантской статуи, источник перед ними сразу показался маленьким. Когда Се Луань прибыл, там было семь родителей, ожидающих очереди, держа своих детенышей на руках. Человек пришел в это место с детенышем русалки и детенышем, чье появление они не могли ясно видеть. Присутствующие родители русалок были несколько удивлены этим. Дело было не только в том, что родители других рас редко приходили со своими детенышами, чтобы помолиться о благословении, но и в том, что они никогда раньше не сталкивались с семьей, которая бы состояла из разных рас. Вечером, когда свет был тусклым, светлую золотую отметину на лбу русалочки было трудно разглядеть. Если бы они увидели метку, то, возможно, нынешние родители отреагировали бы еще более резко. Как только детеныши перед ними получили свое благословение, Се Луань пошел вперед со своими двумя. Безупречный темно-синий камень был брошен прямо в родник. Се Луань сделал молитвенный жест в соответствии с действиями других родителей, затем протянул палец и коснулся поверхности источника. Святая родниковая вода представляла собой холодную жидкость цвета океана. Прикоснувшись, Се Луань поднял руку и нежно провел пальцем по лбу русалочки, лежащего у него на руках. В расе русалок было священной традицией для детенышей получать благословение Бога моря. — Папа, — юноша в ответ кивнул, и русалочка тотчас же легонько шевельнул своим хвостиком. Но Се Луань крепко держал детеныша и не позволял ему двигаться, боясь уронить его. Когда малыш немного успокоился, Се Луань протянул руку и так же, как он сделал это с русалочьим детенышем, слегка коснулся пушистого лба нокса. В результате, как только он убрал палец, маленький клочок белого пушистого меха на голове детеныша на время стал светло-голубым. Увидев это, Се Луань отвел взгляд и слегка кашлянул. Но обладатель этого пушистого голубого лба только тихо пискнул в ответ и слегка коснулся хвостом тыльной стороны ладони юноши. Таким образом, оба малыша теперь были благословлены. Заплатив определенную сумму, Се Луань наполнил маленькую бутылочку, которую он приготовил утром, родниковой водой, желая отнести ее другим детенышам в интернате. Как только Се Луань закончил все это, небо уже потемнело. Первоначально Се Луань хотел сначала найти место для ночлега, но после нескольких минут ходьбы он несколько заразился оживленной атмосферой улицы. Се Луань в настоящее время находился в самом центре города, который был самым процветающим районом. Естественного освещения не было, в это время ночи единственным источником света были «волшебные огоньки», теплые светящиеся шары, танцующие на ветру, рассыпанные по ночному небу. Это была чрезвычайно красивая сцена. На самом деле это было специально организовано городом Сайлоу для праздников. Глядя на русалочку в своих объятиях, малыш, казалось, очень заинтересовался этими летающими легкими шарами. Голубые глаза сверкали, когда они следили за движением одного шара, а затем быстро переключились на другой. Се Луань тоже было любопытно все это, поэтому он просто остановился и спросил прохожего, какой сегодня праздник. — Сегодня День Неселы. Будет много событий, таких как пение детенышей своим родителям или пение родителей своим детенышам, будут также признания в любви и так далее… Короче говоря, это праздник для поощрения выражения добрых чувств к своим близким. — объяснила юная русалка, которую спросил Се Луань. В основе всего этого лежал принцип, что положительные чувства должны передаваться важным людям, особенно во время этого праздника. — Если вы пройдете еще двести метров, то увидите Лайлочи. Это публичная сцена. Некоторые храбрые детеныши поднимаются, чтобы спеть своим родителям. Там сейчас должно быть очень оживленно. Это было сказано с некоторым удовольствием. Се Луань кивнул русалке, а затем, держа двух детенышей на руках, направился к месту, которое та упомянула. Пение детенышей… Глядя вниз на русалочку, уютно устроившегося в его объятиях, Се Луань слегка скосил глаза в улыбке, а затем привычно поднял руку, чтобы коснуться мягких золотистых локонов детеныша. Русалочий детеныш уже научился говорить, он верил, что скоро сможет и петь.