Ассоциация по воспитанию детенышей

И Шилолин, и Гея находились в это время в одном и том же сезоне, точнее, в середине лета. В столице Шилолина первоначально все еще яркое и красивое небо постепенно покрывалось облаками. Темные и густые облака закрывали солнечный свет и делали город тусклым. Хотя дождевые капли еще не упали, по цвету неба было похоже, что будет сильный дождь. В тот момент, когда упала первая капля, в одно мгновение на город хлынул стремительный дождь, окутав завесой. Когда на улице уже стемнело, Моррисон выглянул в окно, чтобы проверить погоду. Детеныш лайли, который ковылял за ним и был рядом с его ногой, должно быть, более чувствителен к переменам погоды. Словно испугавшись, малыш расправил крылья по обе стороны тела, точно маленькие короткие ручки, и обнял ногу взрослого рядом с собой. Он намеревался сварить молоко для детеныша, но, судя по ситуации, с этим придется подождать. Моррисон наклонился, чтобы еще раз поднять его. Как только его подняли, детеныш лайли бросился в объятия держащего его взрослого и уткнулся головой в его грудь. Густой пух, покрывавший тело, начал слегка подрагивать. Когда вспышка молнии внезапно осветила небо, сопровождаемая ревом грома через несколько секунд, детеныш лайли сразу же слегка задрожал от страха в руках взрослого. — ГУ! Гу-Цзи… — крылья, которые до этого спокойно висели у него по бокам, пришли в движение. Детеныш несколько раз шлепнул взрослого, несущего его, и издал при этом нежный и резкий крик. — Не бойся. Произнеся эти слова ровным голосом, Моррисон поправил свою позу и погладил пушистую спинку детеныша. Выражение его лица не было ни капельки нежным, но можно было сказать, что человек в форме Звездного Альянса действительно терпеливо ухаживал за детенышем в своих объятиях. Если бы люди в военном департаменте увидели нынешнюю сцену, они, скорее всего, не поверили бы своим глазам. Не зная, как утешить детеныша, когда тот испугался грома, Моррисон мог только держать его вот так. Он не знал, что еще сказать, чтобы утешить детеныша. Крепче прижав к себе детеныша, Моррисон просто повторил слова: «Не бойся». Вероятно, наконец-то почувствовав чувство безопасности от успокаивающего голоса и легкого похлопывания по спине, детеныш лайли, уткнувшийся головой в чужую грудь, медленно перестал дрожать. Но он все еще не мог успокоиться окончательно. Детеныш инстинктивно продолжал хлопать своими маленькими крылышками по взрослому, чтобы человек, державший его, снова погладил его по спине, как только что. В такие дождливые дни, как этот, боль в отрубленной руке Моррисона внезапно становилась в несколько раз отчетливее. Но он не поморщился, и его лицо не изменилось, когда он перенес пронзительную боль. Вместо этого солдат, которому вскоре предстояло уйти в отставку, сделал то, что ему было приказано, и двинул правой рукой, чтобы еще раз коснуться спины детеныша, которого держал. Неудобство иметь только одну руку становилось все более очевидным. Теперь ему нужно было как-то подержать детеныша, чтобы Моррисон смог приготовить ему еду. Заявление об отставке, поданное в военное ведомство, было очень скоро одобрено. Всего через два дня соответствующий процесс был завершен, и Моррисон сразу же получил ответ от своего начальства. Когда все было сказано и сделано, это была отставка, поданная на основании физической нетрудоспособности. Даже если начальство высоко ценило его способности и хотело, чтобы он остался, они все равно собирались одобрить заявку при таких обстоятельствах. Моррисон выбрал для поездки солнечный день. Он заранее заказал билеты на звездолет до Геи для себя и детеныша, и в тот день доставил лайли в Шилолин-порт. — Гу-гу? — тихо издав звук, детеныш лайли поднял голову и посмотрел на звездолет неподалеку. В его голосе слышалось явное сомнение. Это был всего лишь второй раз, когда малыш видел такую огромную машину. В первый раз он увидел ее, когда его привезли на эту планету. Неужели его родитель собирается привести его куда-то еще? Вот о чем сейчас думал малыш. — Мы отправляемся в ассоциацию по выращиванию детенышей. Там будет много детей твоего возраста. — его голос был напряжен, когда он объяснял это. Наконец Моррисон с детенышем лайли поднялся на борт звездолета. Однако он не заставил детеныша сесть на похожее на кровать сиденье, а продолжал держать его даже после посадки. Малышу скоро должно быть уже два года. В этом возрасте нормальные семьи обычно начинают искать подходящее учреждение. Приняв это во внимание, Моррисон решил отвезти детеныша на Гею. Что же касается того, почему была выбрана Гея, то это имело какое-то отношение к слухам, которые не так давно распространились в штаб-квартире Звездного Альянса. Коммерческий звездолет, вылетевший из Шилолина, прибыл на Гею двумя днями позже. В тот день Зарад, как обычно, обучил детенышей основам боя. Вернувшись в гостиную вместе с детенышами со двора, Зарад по-настоящему испугался, когда вдруг увидел в комнате знакомое лицо. — Ты его знаешь. Нетрудно было понять выражение лица Зарада, Се Луань не использовал вопросительный тон, когда произносил эту фразу. Се Луань только что поприветствовал гостей и еще не успел поговорить с ними, когда вошел Зарад. Услышав слова Се Луаня, Зарад утвердительно кивнул. Удивление на его лице еще не исчезло, было видно, что он действительно не ожидал увидеть это знакомое лицо в филиале Юньбао. Особенно когда он увидел отсутствующую левую руку другого, Зарад был потрясен еще больше, не говоря уже о том, что тот держал детеныша… — Давно не виделись, генерал. — спокойно произнес Моррисон, встретившись с изумленным взглядом собеседника. Именно потому, что он слышал, что бывший генерал был в этом интернате, Моррисон выбрал филиал Юньбао, не глядя на другие альтернативы. — Откуда у тебя столько времени, чтобы проделать весь этот путь с Шилолина? Сейчас еще рабочий день. Неужели у военного ведомства хватило совести дать тебе отпуск? — Зарад спросил об этом, но не смог удержаться и тут же добавил. — Твоя рука, что случилось? Зарад с трудом представлял себе, насколько опасной должна была быть миссия, чтобы другой потерял руку. В дополнение к регулярным войскам в военном департаменте Звездного Альянса, некоторые солдаты спецназа с выдающимися способностями были назначены в специальные силы под названием «X». Это подразделение часто появлялось на поле боя в качестве штурмовой группы, иногда его также посылали военным ведомством для выполнения каких-то специальных заданий. Моррисон был в этом спецназе, он всегда занимал либо первое, либо второе место. — Я подал заявление об отставке, они его уже одобрили, рука… — честно ответил Моррисон. Он немного помолчал, прежде чем произнести последнее слово, — …несчастный случай. Может ли несчастный случай действительно отсечь руку? Слова собеседника прозвучали слишком легко, глаза Зарада почти сразу наполнились недоверием. Другой не был обычным человеком, который мог случайно получить травму в результате несчастного случая. Однако они были недостаточно близки, чтобы он мог добраться до сути дела. На этот раз Зарад просто кивнул и больше не стал допытываться. Пока они разговаривали, Се Луань не беспокоил их. Его взгляд был направлен на детеныша, которого держал стоявший перед ним человек. Согласно энциклопедии детенышей, это должен быть лайли. Се Луань знал это, так как, прочитав книгу, он увидел, что детеныши лайли похожи на пухлых маленьких пингвинов. Так как форма детеныша была покрыта маленькими пушистыми перьями, Се Луань мог видеть, что этот детеныш был здоров. Живот у детеныша тоже был немного круглый и слегка выпуклый, следовательно детеныша лайли хорошо кормили и ухаживали. В конце разговора со своим старым знакомым Моррисон наклонился, чтобы осторожно поставить детеныша на пол, он намеревался позволить ему самому исследовать новую обстановку. Но план Моррисона не сработал. Се Луань увидел, как детеныш лайли широко раскрыл свои маленькие крылья после того, как его поставили на землю, затем он заковылял по кругу вокруг человека, прежде чем, наконец, обернул свои крылья вокруг его ноги. — У этого детеныша нет родителей, и я надеюсь, что ваш интернат сможет принять его и позаботиться о нем. Не то чтобы он должен был остаться здесь бесплатно, я могу заплатить ежегодную плату за детеныша. Такова была цель поездки Моррисона. Се Луань, с легкой улыбкой на лице, наблюдал, как малыш обнимает ногу другого. Теперь, услышав, что человек перед ним говорит это, он не мог не сделать небольшую паузу на секунду и спросить: — Вы не его родитель? На самом деле, он не узнал расу человека перед ним, но когда он увидел, как близко лайли был с другим, он подсознательно подумал, что это был родитель, который желал оставить детеныша в их клубе. — Нет. — ответил Моррисон, и отчетливый шрам в уголке его глаз придавал ему вид скорее свирепый, чем нежный. Как опытный солдат, повидавший много сражений, естественное гнетущее чувство другого легко могло заставить людей чувствовать себя неловко. Се Луань не был затронут этим чувством. Но когда человек сказал, что он не был родителем, он увидел, как детеныш лайли, обхвативший ногу другого своими маленькими крыльями, опустил голову.