Страшный суд

— Кх-кх. — Как только Мерлин поднялась на ноги, Мадара смог разглядеть её помятое искажённое в гримасе боли лицо. Он внимательно осмотрел девочку пристальным взглядом, но никаких признаков видимых травм и серьёзных ран не заметил. Однако это ещё не значило, что бой прошёл совсем без последствий для девочки. Яфнхар был мастером-иллюзионистом, если он того пожелал, Мерлин ни за что не смогла бы вырваться из созданной им вереницы обманных чар. Проблема заключалась в том, что несмотря на иллюзорность, всё произошедшее отражалось сейчас на самой девочке. Случайное воспоминание верховного чародея мелькнуло перед глазами Мадары. Он видел полный надежды взгляд Мерлин, обращённый на её отца. Учиха однако знал, каким отчаянием он обращался, когда чародей вновь и вновь отворачивался от неё. Фантомные боли вновь захлестнули девочку. — Кха-кха-кха! Закашлявшись, она не заметила как Мадара подошёл к ней вплотную и положил руку ей на голову. Удивлённо подняв взгляд в его сторону, она увидела, как его ладонь засветилась зелёным светом, а следом испытываемая боль испарилась словно её и не было. — Боль…ушла? — Удивлённо пробормотала она, её взгляд всё ещё был направлен на шиноби, ожидая от него чего-то. — Это ничтожество неплохо тебя потрепало. — Но никакого сочувствия от Мадары она не дождалась. Его бровь была приподнята в насмешливом выражении. — Ха-ха-ха, так и есть. — Слабо рассмеявшись подтвердила Мерлин. Горечь наполнила всё её существо, она вновь чувствовала себя так будто находилась под безразличным взглядом отца. Чтобы скрыть свои чувства, она резко отвернулась от Учихи, но Мадара заметил проскочившее на её лице выражение. — Это была твоя первая серьёзная схватка, не так ли? Настоящие битвы всегда отличаются от детских игрищ. Твоя вера в свои силы была обоснована, но твой противник обладал куда более искусными приёмами, против которых ты не сумела выставить ничего. Нехватка боевого опыта и самонадеянность определённо сыграли свою роль. — Спокойно стал рассказывать Мадара. — Иллюзии — это мощное оружие, которое при правильном владении, способно уничтожить разум противника задолго до того, как тот решит что-либо предпринять. Если желаешь, я научу тебя бороться с ними. — Я не понимаю, ты пытаешься подбодрить меня или втоптать ещё глубже в грязь? — Горький не по годам смешок слетел с губ девочки. Краем глаза Мадара заметил тоненькие ручейки слёз, текущие из её глаз. — Но, кажется, я понимаю, что ты имеешь ввиду. Она подняла свою руку к лицу и вытерла кулачком глаза, из её взгляда исчезло отчаяние. Её глаза сверкнули светом и энергией. Уголки губ Учихи дрогнули в намёке на улыбку, но его каменное грозное лицо мгновенно вернулось на своё законное место. Как бы он не обходил этот факт стороной, именно он являлся причиной смерти отца этой девочки. Не то чтобы его это беспокоило, но с учётом полученной информации, польза Мерлин в долгосрочной перспективе только возрастала. И ему необходимо было преподнести сложившуюся ситуацию в таком ключе, который умная девочка поймёт правильно. Сделать это было не так уж сложно, в её сердце уже находилась тьма, эгоистичное желание признания было отвергнуто и растоптано. Порождённая этим зависть и амбиции своими корнями уже достигли глубин её души, Мадара видел это, его глаза подмечали всё, зоркость клана Учиха совмещённая с проницательностью самого Мадары не давали ему даже при желании упустить такие детали. Но её умные глаза внимательно оглядели его, и в этот момент Мадара понял, что она уже сама догадалась о том, что произошло в Кристальной башне. Или по крайней мере поняла, что её отец погиб в бою. Но по какой-то причине даже этот факт не сумел умерить яркость её сияющих глаз. Несмотря на то, что она догадалась о произошедшем, она всё ещё смотрела на Учиху с доверчивостью, свойственной ребёнку её возраста. Но эти глаза не должны принадлежать ребёнку, родитель которого был только что убит человеком, стоящим перед ним. — Отец…напал на тебя, не так ли? — Разорвала тишину девочка. Она выдержала паузу, ей хотелось заплакать ещё сильнее, но проявлять открыто слабость в Белиаруине было опасно. Мерлин знала своего отца, но она успела познакомиться и с духом Мадары. Этот человек, если он таковым являлся, любил схватки. Хоть это и было почти незаметно, когда она рассказывала о совете мудрецов Белиаруина, в его глазах сверкнул огонёк энтузиазма. — Да. — Одно краткое слово подтверждения. Мадара выжидал, ему была интересна реакция девочки, он ожидал, что её привязанность и желания не позволят ей так просто принять произошедшее. Но похоже, что иллюзионист несмотря на свою специальность сумел развеять её иллюзии относительно отца. — Ты довольно спокойно воспринимаешь смерть своего отца. — Я…раньше мне казалось, что я разозлюсь, что даже если это сделаешь ты, я не смогу тебя простить, но сейчас внутри меня ничего нет. Ни клокочущей ярости, ни горечи потери, ничего. — Мерлин говорила почти зачарованно, оглядывая свой внутренний мир, но не находя никаких признаков злости. Её отец был мёртв, но никакого отклика это не вызывало. Будто ей рассказали какую-то скучную историю или повторили давно известный факт. — Хм. — Мадара не высказался, но его глаза с любопытством осматривали девочку. — Думаю ты и сама понимаешь, что крылось за отношением твоего отца к тебе, глубоко внутри ты всегда знала это, поэтому и сбежала, не так ли? — …— Мерлин не ответила, лишь плотно сжала губы. Она отвела глаза, больше не смотря на Мадару. — Твоя реакция только доказывает мою правоту. На самом деле ты с самого начала понимала, что для верховного чародея Мириддина не существует «дочери Мерлин». Для него ты не более чем орудие, такое же как его посох или один из других бесчисленных артефактов. Он взращивал тебя, питал твои силы и надеялся в один день воспользоваться тобой ради своих целей. — Продолжал давить Мадара, Мерлин слушала его слова наполовину зачарованная. — Но он был всего лишь жалким глупцом. Его самомнение не позволило разглядеть ему твою силу как личности и нежелание мириться со своим положением. Верховный чародей смотрел на тебя, но ни разу не видел что-то скрытое за внешностью и магической силой. Подобные ошибочные поверхностные суждения и привели его к гибели. — Всего лишь орудие. — С пустым выражением лица пробормотала Мерлин, но затем она обратила свои глаза на Мадару. Да, они были знакомы всего ничего, но этот человек перед ней спасал её уже второй раз. Она не знала, по какой причине он это делал, чтобы воспользоваться ею как отец или просто по доброте, но в данный момент, когда Яфнхар выбил почву из-под её ног, а Мадара подтвердил правдивость слов иллюзиониста, ей просто хотелось поверить в кого-то, сбежать от ада одиночества. И единственный человек, который мог как-то её поддержать находился прямо перед ней. — А ты, Мадара, что ты думаешь обо мне? Инструмент я или просто недальновидная дурочка? — Какой жалкий взгляд. Цепляться за чужое существование только чтобы подтвердить своё. С такими убеждениями ты либо умрёшь, либо тобой кто-то воспользуется. — Лишённый сострадания голос Учихи разнёсся по коридорам мрачной башни. Мадара взирал на девочку также как на любого шиноби. В её возрасте он уже участвовал в сражениях своего клана и убивал ради выживания своих близких. Он видел безжалостность этого мира, и не намеревался облегчать долю Мерлин, с теми воспоминаниями верховного чародея, что он получил, Учиха понимал лучше всех, что девочке требовалось стать сильнее не только физически, но и духовно. — В этом твоя ошибка. Когда ты каждый раз опираешься на эти узы, сможешь ли ты встать на свои ноги после этого? Если ты хочешь знать моё истинное отношение, то ты мне не дочь, не подруга и не любовница… — Л-любовница?! — Мерлин поражённо оглядела Мадару, в её тоне мелькнул лёгкий намёк на иронию. Тот грозно сверкнул глазами. — Не перебивай. — Его мрачный голос отразился от стен башни чётким приказом. — Ты мне не сестра и не ученица, но всё же я взял на себя заботу о тебе при первой встрече. А это значит, что с момента, как ты решила путешествовать со мной, ты находилась под моей опекой так, будто ты являешься членом моей семьи. И твоё сражение с Яфнхаром никогда не было моим планом, но несмотря на это ты справилась замечательно и смогла задержать его на достаточно длительный срок. Да, хоть Мадара и собирался манипулировать ею, чтобы заполучить на свою сторону в будущем сильного союзника, у него всё же не было желания посылать детей вперёд на поле боя, перед его взглядом в этот миг встали картины его собственной юности. Совсем маленькие дети сражались в одних рядах со взрослыми, если он будет способен избежать этого ада вновь, он сделает всё что угодно. — …— Глаза Мерлин широко распахнулись, они засветились радостью, которая переполняла девочку. Узы, что она желала обрести хоть с кем-нибудь, желание избежать возвращение к тому ужасу одинокого существования было исполнено. Её признали. Однако в этот момент Мадара, никогда не позволявший себе расслабляться, почувствовал приближение сильнейшей магической ауры из присутствующих в городе. Но не это его беспокоило, а чудовищный объём энергии, который выделял приближающийся человек. Этот маг не просто был силён, но и уже готовился к атаке. И спустя тысячную долю секунду к Мадаре пришло осознание. Маг не готовился к атаке, он атаковал. Палящий жар, уничтожающий всё на своём пути, ворвался в башню, плавя на своём пути как стены, прочные словно неприступная крепость, так и защитные чары, которые должны были защищать обитателя этого строения. Пламя не утихало, оно разрывало на части башню, вздымаясь вверх в полёте феникса и опускаясь вниз в невероятном пике. Разрывающие взрывы и громкие словно раскаты грома атаки огненной стихии продолжались, озаряя ночной город яркими вспышками света. До тех пор, пока от жилища Яфнхара не остались только оплавленные камни. И посреди этих развалин величественного строения поднималась синяя аура, в которой можно было разглядеть очертания рёбер грудной клетки. А посреди неё стояли Мадара и Мерлин, защищённые от буйства огненной стихии самой лучшей защитой. Мадара с холодным равнодушием взирал на разрушение, которое творилось вокруг. Огонь не затухал, он продолжал взвиваться вокруг Сусаноо, пытаясь пробить его защиту, но Учиха лишь презрительно фыркнул. Подобные усилия были бесполезны, они являлись всего лишь проявлениями ярости одного человека, тогда как Мадара был готов выдержать на себе ненависть всего мира ради спасения оного. Лишь одного взгляда на атакующие заклинания было достаточно Учихе, чтобы определить природу их владельца. А самой атаки было достаточно, чтобы понять, с каким человеком он имеет дело. Кинув взгляд в бок, Мадара увидел впечатляющее зрелище сияющих глаз Мерлин. Вместо того, чтобы удивиться нападению или испугаться его, она с любопытством разглядывала технику Учихи. Осознав тщетность свои попыток, нападающий показался неподалёку от разрушенной башни. Это был высокий мужчина крепкого телосложения. Его голову закрывал капюшон его красной мантии, из-под которой выглядывала стальная кираса доспехов, а на поясе у него висели ножны с мечом. Он спрыгнул с крыши жилого дома, что располагался в полусотне метров от академии, и, разогнав себя пламенем, выстрелил собой в сторону Учихи словно ядро из пушки. Однако ни этой скорости, ни силы удара, не было достаточно, чтобы нанести хоть какой-то вред Сусаноо. Содрогнувшаяся от чудовищного удара земля и грохот, разнёсшийся на весь город, были единственными последствиями атаки. — Это же…Дрог! — Воскликнула Мерлин, узнавшая нападавшего мага. — Знаю. — Коротко ответил Мадара, когда с рук мага, стоявшего всего в десятке метров от Учихи, слетел очередной поток пламени, разбившийся о сусаноо словно волны о скалы. Мадара с нескрываемым презрением смотрел на чародея. — Такая бесполезная и жалкая демонстрация. — Ты убил его. — Процедил Дрог, его глаза, едва видимые за капюшоном, вспыхнули огненным пламенем, а из его глотки вырвался яростный крик. — Ты убил его! — И ты явился, чтобы отомстить за него. — Констатировал очевидный факт Мадара. Его риннеган видел завихрения энергии, которые концентрировал этот чародей. В отличии от Яфнхара, этот маг явно обладал боевым опытом и поэтому он не собирался давать передышки Мадаре. Но Учиха и не нуждался в чём-то подобном, он оценивающе наблюдал за действиями мага, который с яростью бросался на его сусаноо. — Ты умрёшь, от тебя не останется даже трупа, праха, даже твоя душа будет сожжена. — Дрог как безумец продолжал разжигать пламя. Огненные языки лизнув ближайшие жилые дома, перекинулись на деревянные строения. Битва привлекла внимание как магов, так и обычных жителей. Ученики академии, разбуженные сокрушающим ударом по одному из основных строений своего места учёбы, с широко распахнутыми глазами и в кое-какой одежде, убегали подальше от бушующего Дрога. Даже преподаватели опасались приближаться к месту сражения, они не меньше своих учеников боялись встревать в битву, затеянную одним из членов совета мудрецов. Они по большей части прикрывали бегство учеников, да старались удержать бушующее пламя от распространения. Но помимо них на улицы высыпали и обычные горожане, поражённые ужасающим пламенным заревом со стороны академии. Кто-то выскочил из дому с жалобно плачущими детьми, которые, ещё не понимая, что творится, уже прочувствовали на себе, какой ужас вселяет ярость одного из сильнейших магов города. Никто в городе не мог спокойно оставаться в своих домах, всех задела эта битва. — Такими темпами он уничтожит весь город. — Высказала наблюдение Мерлин. Она хмуро смотрела на горящие дома, которые оперативно тушили едва поспевавшие маги. — И правда, пора упокоить этого глупца. — Холодно произнёс Мадара. Он поднял руки и сложил пальцы в несколько печатей. Эту технику он ещё ни разу не применял, но видел её применение на полях сражений четвёртой мировой войны шиноби. И сейчас с риннеганом воспроизведение этого приёма не было для него никакой проблемой. Против огненных заклинаний даже такого масштаба эта техника была идеальна. — Суитон: Формирование Водяной Стены. Сконцентрировав чакру, Мадара создал вокруг Сусаноо водяную стену, которая при столкновении с потоками пламени, превращалась в пар, скрывая и его местоположение, и избавляя магов от необходимости отражать огонь от жилых строений. Дрог замешкался, не ожидая от своего противника использования водного заклинания. Но это была всего лишь секундная заминка, он быстро вернулся в чувства и принялся активно искать врага, используя свои небогатые сенсорные способности. Мадара же переместился шуншином за несколько кварталов от места битвы. Они с Мерлин стояли на крыше одного из домов. Мадара взирал на полуразрушенную академию, а Мерлин слегка наклонившись, опиралась на его доспехи. Мадара не планировал вовлекать Мерлин в ещё одно сражение с «мудрецом». Тем более, что она до сих пор не восстановилась после проигранной дуэли с Яфнхаром. Учиха критическим взглядом осмотрел Мерлин, которая тяжело дышала, жадно хватая ртом воздух. — Ты останешься здесь, пока я не избавлю ваш город от этого идиота. — Приказал Мадара, стальные нотки скользнувшие в его голосе, заставили Мерлин воспринять этот приказ со всей серьёзностью. — Хорошо, я никуда не уйду. — Мерлин энергично кивнула. Она понимала, что Дрог несмотря на примерно одинаковый магический потенциал с Яфнхаром, находится на совершенно другом уровне в боевом плане. Влезать в противостояние с ним с её текущими навыками было бы чистым самоубийством. — Нет, уходить-то ты как раз можешь. Но смотри, не помри в случайных стычках или давке на улицах. — С холодной усмешкой высказался Мадара и исчез в вихре листьев, чтобы появиться за спиной не ожидавшего нападения Дрога. Но в отличии от своего коллеги Дрог, хоть и не обладал идеальной сенсорикой, имел превосходные инстинкты. Он в последний момент уклонился от удара Мадары и попытался контратаковать огненным заклинанием, которое даже не задело Учиху. — Я впечатлён. — Саркастично похвалил своего противника Мадара. — Я уже думал, что в ваш совет набирают таких же слабаков как ваш лидер и этот Яфнхар. А, оказывается, среди вас есть кто-то достаточно способный. — Не смей говорить о нём таким тоном! — Взревел словно раненый зверь маг. — Ты оскорблён? Разъярён? — Продолжал подначивать Мадара, уклоняясь от новых огненных струй, направленных точно в его сторону. — И почему же? Твой лидер был слаб. Такая слабость от правителя достойна только презрения. Не обладать ни силой, ни волей, чтобы вести вперёд свой город. Тянуть людей вниз из-за своих решений, из-за довлеющей над ним слабости. Разве это не есть самое презренное занятие? Он получил только то, что заслужил. — Заткни свою пасть! — Разъярённый маг выпустил из ног струи пламени и, разогнавшись до недоступной людям скорости, попытался одним ударом прикончить Мадару. Его кулак, на который словно перчатка был нанизан огонь, целился точно в голову Учихи. Но вместо назначенной цели сокрушающая атака попала по соседней башне, которая не выдержала атаки и рухнула как карточный домик. Обломки башни накрыли чародея, но он всё же являлся не простым магом. Такая мелочь не могла не то что убить его, но и нанести ему ран. Дрог выбрался невредимым, даже без царапин. Его пылающие глаза резво метались по сторонам, он искал своего врага, который вновь провёл его и избежал возмездия. — Твои прятки бесполезны, ты не сможешь сбежать из этого города. — Попытался спровоцировать Мадару чародей. — Ты так думаешь? — Мадара, спокойно сидящий на крыше одного из домов, с любопытством взирал на мечущегося мага. — С чего ты вообще взял, что я собираюсь сбегать от жалкого закатившего истерику ребёнка? Резко развернувшийся маг с исказившимся в гримасе ярости лицом кинулся в сторону Мадары, но Учиха лишь усмехнулся и вытянул руку в сторону чародея. И в следующий миг мчащийся маг был вдавлен в потрескавшуюся от чудовищного давления брусчатку. Крошащиеся камни вонзались в лицо чародея, пока тот безуспешно пытался подняться с земли. Мадара же без особого интереса наблюдал за происходящим. В отличии от битв с Мириддином и Яфнхаром ему не было нужды сдерживаться с этим противником, но и особого интереса этот Дрог пока что не вызывал. Мадара поймал себя на этой мысли перед тем, как весь дом, на крыше которого он сидел, не стал проваливаться под землю. Кинув взгляд вниз, Мадара увидел море лавы, поглощавшее строение. — Хо, а ты интереснее, чем я полагал. — Прошептал самому себе Учиха. Он приземлился неподалёку от дыры с появившейся лавой. Гравитационное давление, которое испытывал Дрог, исчезло, и маг воспользовался шансом, чтобы вновь встать на ноги и продолжить бой. Уже через мгновение он находился в метре от Мадары с занесённым мечом, но Учиха отвёл рукой его выпад, кулак же шиноби встретился со скулой чародея, и тот с громогласным шлепком отлетел в расплавленные руины обсидиановой башни. Своим телом маг насквозь пробил несколько стен и рухнул где-то под обломками. Но Дрог не собирался валяться, он быстро оправился от удара, и несмотря на расплывшийся синяк и текущую с царапин на лице кровь маг быстро встал на ноги. — В моих жилах течёт первобытный огонь, тебе не остановить меня ни магией, ни кулаками! — Прокричал маг и вспыхнул пламенем, а уже в следующий миг он выстрелил собой в Мадару, разрывая землю мощными порывами ветра. Учиха же после нескольких прошлых попыток видел этот приём насквозь и вместо того, чтобы уклониться, проскользнул под мага, и пнул того в полёте в живот, изменяя траекторию. — Гха! В уголках рта мага показалась кровь. Чародей от удара подлетел вверх на десятки метров. Однако Мадара быстро последовал за ним, оттолкнувшись от земли, и нанёс ещё один пинок, на этот раз пятка Учихи соприкоснулась с шеей противника, и тот, крутясь в воздухе, понёсся вниз. Чудовищной силы удар, поднявший в воздух завесу пыли, разнёсся громогласным грохотом на весь город. И всё же маг продолжал попытки встать. Его руки тряслись, ноги с трудом держали его тело, но он вставал. Кираса, защищавшая мага, покрылась копотью, его мантия с капюшоном сгорели, и всё же он не думал останавливаться ни на секунду. Мадара по достоинству оценил своего нового противника. В отличии от прежних двух слабаков, этот и правда имел силу. Он напоминал Мадаре о сражении с пятью каге. Сколько раз Учиха не наносил удары, маг продолжал вставать вновь и вновь. Не то чтобы Мадара бил в полную силу, но даже этого было достаточно против предыдущих магов, с которыми сражался Учиха. Однако Дрог демонстрировал выносливость, которая была сравнима с настоящими шиноби. Он стойко переносил травмы и удары вне зависимости от того, насколько сильно они вредили его телу. И всё же это было бессмысленным противостоянием. В конце концов, какая польза от стойкости, если ни одна твоя атака или контратака не увенчается успехом? — Твои бессмысленные попытки достойны восхищения. Подобную глупость я видел лишь однажды. — Насмешливо проговорил Учиха. Но в этой насмешке было несравненно больше уважения чем во всём, что он говорил прежним двум противникам. — З-заткнись. — Еле слышные слова донеслись до Мадары. Учиха усмехнулся. Его противник не собирался сдаваться. — Твоя борьба не имеет смысла. Ты лишь разрушаешь свой собственный город. Разве этого желал твой лидер? Оглянись вокруг, если ты продолжишь сражение, то всё, к чему это приведёт, только большие разрушения. — Произнёс Мадара обведя рукой дымящиеся руины академии магов. — Ты словно бешеный зверь продолжаешь яриться… — Я сказал: заткни свою пасть! — Дрог наконец сумел твёрдо встать на свои ноги. — Как будто я сдамся тому, кто убил моего друга. Я уничтожу тебя, убью эту соплячку и истреблю весь твой демонический род! — Так вот почему вы друзья. — Усмехнулся про себя Мадара. Учиха и не рассчитывал, что подобный противник сдастся только из-за пары слов. Он лучше многих знал, насколько упрямы люди, скорбящие о своих близких и желающие отомстить за них. Это было лишь внешним жестом. Мадара знал, что за их схваткой наблюдают. Не желают, нет, даже боятся вмешиваться, но наблюдают со стороны, окружив самих себя барьерами. И всё же кое-что Мадару задело. Он не любил, когда в подобные схватки вмешивают детей. — Соплячку? Ты это о ком? — Ты знаешь о ком я, про эту предательницу Мерлин, что привела тебя в этот город! Я выпотрошу эту дрянь! — Дрог несмотря на всю его импульсивность тоже не терял зря время, которое ему подарил Мадара, он потратил его на подготовку затратного заклинания. Последнего выхода для себя. В любом другом случае использовать что-то подобное даже Дрог посчитал бы безумием. Это заклинание было самым могущественным в его арсенале, используя его он всего на пару минут мог сравниться в силе даже с элитой клана демонов. Но плата за такое могущество была ужасной. Поэтому Дрог никогда не использовал ничего подобного ни в тренировочных схватках со своим другом, ни даже в затяжных сражениях в прошлом. Он старался полагаться на стандартные заклинания, приберегая этот козырь для действительно опасного противника. И в этот день он столкнулся с подобным врагом. Чудовище, спокойно убившее его друга. Монстр, который проник в их родной город и задумал уничтожить последний оплот свободных людей, истинных магов. Когда он осознал, что ни физически, ни с помощью магии этого противника не одолеть, он стал постепенно задумываться о том, что ему придётся выложить все свои карты, включая собственную жизнь. — Похоже на этот раз ты хочешь сразиться по-настоящему, а не яриться и бросаться по сторонам как какой-то дикий зверь. — Насмешливо высказался Мадара. От его противника стало исходить чудовищное давление, куда большее, чем то, что тот демонстрировал прежде. Вместе с тем кожа мага стала медленно загораться всё ярче и ярче, казалось, что его изнутри пожирает яркое пламя. Мадара с любопытством наблюдал за этим преображением. Кожа Дрога быстро истончалась, плавилась, его глаза превратились в два пылающих шара, похожих на солнце. В конце концов от мага не осталось даже одежды. На его месте находилось живое пламя, облечённое в человеческую форму. — Вот как. Это любопытно. — Р-р-р-а!! — Оглушительный треск и рёв, который не мог издать ни один человек, разнёсся по всему городу. Это было громким предупреждением всем, кто ещё мог вмешаться, чтобы они сидели на месте. Место одного из правителей города заняло воплощение огненной стихии. В нём осталась только тень сознания, запечатлённая в душе мага, всё остальное место принадлежало пламени. А стихии не склонны к милосердию. — Суицидальное заклинание? — Интерес Мадары теперь был ещё более заметным. — Интересно, сможешь ли ты приблизиться к тому шиноби? Но эти слова уже не достигли ничьих ушей, маг исчез в огненном вихре, а тому, что появилось на его месте, было плевать на людские слова, оно видело перед собой лишь объект для разрушения. Пламя взметнулось вверх ярким столбом, которым можно было увидеть почти из любой точки города. Излучение магической энергии на порядок превысило всё, что показывал прежде маг. Но это вызвало лишь хищный оскал на лице Мадары. Он ожидал многого от членов совета мудрецов, и пока что ни один из них не оправдал своего звания. Возможно это было и неразумно с его стороны, думать, что они могут сравниться в физическом бою, без подготовки, с пятёрой каге, но всё же Учиха жаждал настоящей битвы, и он наконец получил своё. Огонь ударил прямиком в него, и на этот раз Мадара принял удар полностью. Пламя жгло и жгло, его плотный горячий поток не уменьшался ни на миг. Противник вознамерился зажарить Учиха заживо в его собственных доспехах. Однако всё, что испытал Мадара, было разочарованием. Техники подобной силы юные Учихи учили ещё в детстве. — Если это всё, чего стоит твоя жертва, то ты не приблизился ни на шаг к победе надо мной. — Голос Учихи становился всё громче по мере того, как поток пламени исчезал, оставляя после себя лишь небольшой дымок. Мадара стоял посреди крупного кратера, камень под его ногами расплавился в непонятную серую жижу. Несмотря на то что существо, оставшееся от мага, не могло понимать речь, оно взъярилось ещё сильнее, услышав голос ненавистного человека. На чистых инстинктах оно метнулось в сторону Мадары, но в итоге только зависло на половине пути. На выставленной в этом направлении руке Учихи дёрнулся только один палец, и существо с чудовищной скоростью рухнуло вниз. И в тот же миг поднялось обратно в воздух. — Хм, на это много чакры не понадобится. Чибаку Тенсей! В обычном случае эта техника требовала невероятных затрат чакры и даже сильному шиноби пришлось напрячься. Но Мадара за годы сражений, путешествий и отшельничества мастерски отточил свой контроль чакры. И поэтому вместо создания гигантского, сравнимого по размерам с горой, шара, состоящего из многочисленных вырванных из земли валунов, он создал его уменьшенную версию, использовав в качестве ядра огненное существо. Обломки башен и задетых зданий первыми взметнулись в небо и одно за другим сталкивались с существом. Постепенно слой нарастал всё больше и больше. Как бы не был силён элементаль ему было не вырваться, огонь не мог побороть саму силу гравитации, восставшую против него. — Дрог… проиграл. — Первым же голосом, который разнёсся по округе, когда схватка закончилась, был женский, сорванный, с хрипотцой.