Rise Up

Для Се Ляня время тянулось ужасающе медленно. Он не мог найти, чем занять себя, чтобы четыре команды побыстрее доиграли, и настал черед Бедствия. Было бы куда проще, если бы формат турнира был немного другим, но из-за того, что это первое крупное пве событие со старта игры, организаторы допустили некоторые ошибки. Например, выбрали неудобный для участников способ игры, так что теперь игроки были вынуждены кое-как коротать приличное количество времени. Хорошо хоть, что все еще не побывавшие на сцене ребята находились в одном помещении, поэтому многие беседовали со своими знакомыми из других команд. Се Лянь более-менее знал только Наньгун, поэтому выбор человека, с кем бы он мог поговорить, был невелик, а учитывая, что девушка сидела с закрытыми глазами и массировала виски, так и вовсе: он решил ее не тревожить. — Се Лянь? — пока парень витал в своих мыслях, к нему неуверенно подошел совсем молодой участник какой-то команды. Се Лянь был уверен, что видел его впервые, но что-то во внешности заговорившего с ним человека заинтересовало парня: большие и добрые глаза смотрели на Се Ляня со странным благоговением, так, что тот даже растерялся на мгновение. — Да? — Я… никогда не думал, что буду стоять рядом с тобой, — залепетал он, и Се Лянь растерялся еще больше, удивленно уставившись на говорящего. Он хотел было что-то сказать, как вдруг парень низко поклонился ему, лишив Се Ляня дара речи. — Я с самого начала был твоим большим фанатом! — Ну что ты… выпрямись, пожалуйста, — Се Лянь поднялся с места и осторожно коснулся чужого плеча, показывая, что в поклонах нет никакой необходимости. К этому моменту на невысокого парня уже странно косились другие ребята: кто-то даже ухмыльнулся, видя в нем зеленого новичка, не вызывающего ничего, кроме смеха. Когда парень все-таки выпрямился, смотря на кумира блестящими от счастья глазами, Се Лянь неловко улыбнулся ему и спросил: — Как тебя зовут? — Лан Ин, — отчеканил парень, словно на службе. У Се Ляня не было практически никакого опыта общения с фанатами, поэтому он лихорадочно пытался сообразить, что сказать и сделать дальше. Подсознательно он искал глазами знакомую высокую фигуру в комнате, но Сань Лана нигде не было — видимо тот куда-то отошел, — так что поддержки ждать не приходилось. В этот момент Лан Ин незаметно, как ему казалось, протер взмокшие от волнения ладони о ткань джинсов, но это не скрылось от внимательного Се Ляня. — Присаживайся, — сказал он, сев на диван так, чтобы для Лан Ина было достаточно места. Парень плюхнулся рядом с Се Лянем, теперь смотря только на свои ноги: у него резко улетучились все мысли из головы от того, что он сидел рядом с человеком, с которого долгие годы брал пример. Лан Ин начал свой путь в игре со жреца, поэтому Се Лянь, едва появившись на про-сцене, стал для него примером для подражания и недостижимым богом. Однако впоследствии жрец для Лан Ина оказался слишком неподходящим, как и роль саппорта в целом, так что он сменил свой основной класс на механика. Но от таких перемен его уважение к Се Ляню не уменьшилось ни на миллиметр, и парень долгие годы хранил в себе это чувство, наблюдая за любимым киберспортсменом на турнирах. — Не нервничай так, — тихо сказал ему Се Лянь, и парень посмотрел на него. — Я такой же простой человек, как и все здесь, — он улыбнулся одними уголками губ, и Лан Ин не смог не вернуть ему ту же улыбку, но усиленную в стократ. — Я хотел сказать тебе огромное спасибо за то, что ты решил вернуться. Тебя очень не хватало на про-сцене, — каждое слово было наполнено искренностью, но у Се Ляня на душе резко потяжелело, пусть он и не подал виду. — Я буду с нетерпением ждать очереди Бедствия! Игроки, завершившие свою попытку, оставались в зале и могли наблюдать за тем, как последующие команды проходят подземелье, поэтому Лан Ин был вдвойне счастлив, что его команда оказалась во второй двойке. — Мы постараемся показать достойную игру, — это были дежурные слова любого про-игрока, но из уст Се Ляня они прозвучали для Лан Ина совершенно по-новому, будто он их никогда не слышал. В этот момент в комнату зашел человек, который ранее привел игроков сюда, и объявил о том, что первые две команды завершили свои попытки. — Победа и Состязание, ваша очередь, — сказал он, смотря на листок со списком, который держал в руках. Услышав это, Лан Ин стал нервничать еще сильнее и, глубоко вдохнув и выдохнув, поднялся с места, крепко сжав кулаки. — Удачи, — произнес Се Лянь, искренне ему улыбнувшись, и в сердце Лан Ина появилось что-то настолько сильное, что парень почувствовал прилив ранее никогда не испытанной силы. — Спасибо! — он снова низко поклонился, вновь заставив Се Ляня смутиться, и вышел из помещения.

***

Се Лянь не забыл посмотреть на часы в тот момент, когда следующие участники пошли проходить подземелье, поэтому теперь ему было чем заняться: он считал время. И поэтому знал, что к тому моменту, как работник вновь открыл дверь, прошло ровно два часа, что могло означать лишь одно: какая-то из команд не смогла убить финального босса. Две команды шли на сцену, и чем больше Се Лянь делал шагов, тем сильнее нервничал. Сань Лан шел рядом и, будто интуитивно чувствуя его состояние, крепко сжал чужую ладонь в своей, не говоря ни слова. Они были замыкающими, поэтому никто не видел, как Сань Лан гладил чужую руку большим пальцем, с каждым новым прикосновением даря частицу успокоения, и Се Лянь был ему безумно благодарен, слегка сжимая широкую ладонь своей и изредка бросая короткие взгляды на парня. Перед выходом на сцену командиры команд встали впереди, и игроки начали подниматься на сцену. — Поприветствуйте последних участников сегодняшнего турнира! Бедствие и Бессмертие! «Вот оно», — подумал Се Лянь, когда шум в зале резко усилился, и крики зрителей стали слышны отовсюду: сзади и спереди, слева и справа. Се Лянь оказался в кругу родных звуков, добавляющих в кровь адреналин и заставляющих из раза в раз выкладываться на полную: ради себя, ради команды и ради всех тех, кто неотрывно смотрит на них, кто срывает горло, искренне болея за их успех. Он никогда не забудет то, с чего начинал, и навсегда сохранит в памяти маленький зал, практически лишенный зрителей. Оглядываясь назад и вспоминая прошлое, Се Лянь испытал гордость за тот путь, что сумел пройти. И пусть пришлось попрощаться с людьми, годами шедшими плечом к плечу с ним, он рад, что может вновь стоять на сцене. — Игроки могут занять свои места. Как только все будут готовы, запустится таймер и начнется прохождение подземелья, — напоследок сказал Пэй Мин, и игроки разошлись по своим кабинкам, занимая места и настраивая свое оборудование: клавиатуру и мышь. Когда все приготовления были завершены, а персонажи загрузились в игру, началось прохождение. Первым, что увидели игроки, оказалась длинная извилистая тропа у подножья горы, ведущая наверх. Они, недолго думая, побежали по ней, чтобы не терять ни минуты; рассматривали локацию в процессе бега, параллельно с этим убивая низкоранговых мобов, охраняющих тропу. В подземелье царила глубокая ночь, лишь кое-где путь освещали редкие фонари, оставленные на земле какими-то любопытными путниками, решившими подняться на гору, у которой не было видно вершины: настолько она высока. Чем дальше игроки проходили, тем больше нагнетала атмосфера: теперь рядом с фонарями лежали трупы — где-то разложившиеся, где-то еще совсем свежие. Перед первым боссом не было никаких особенно сложных испытаний, поэтому игроки добрались до него без каких-либо проблем, и теперь перед ними находилось огромное пустое пространство, заполненное туманом. Из глубины доносился животный ненормальный смех, от которого у некоторых людей в зале пробегали мурашки по телу. — Бедствие уже добралось до первого босса, — говорил комментатор, описывая ситуацию зрителям. Никто из игроков не слышал его слов, так как они сидели в звуконепроницаемой кабинке, да еще и в наушниках. — Танк и ниндзя, на 6 и 8 часов, — скомандовал Сань Лан, и Хэ Сюань с Му Цином заняли свои позиции по периметру. — Стрелок, на десять. Саппорт — на два, — сам парень поставил своего берсерка на двенадцать часов. Таким образом, все игроки их команды заняли только левую часть отведенного для битвы с боссом пространства. — Бедствие демонстрирует заранее приготовленное построение. Посмотрим, насколько оно окажется эффективным, — задумчиво произнес комментатор, уже знающий, как справились с противником предыдущие команды. Он мысленно пытался посчитать шансы игроков на успех. — Начинаем, — скомандовал Сань Лан, и без лишних слов игроки бросились в бой. В эту же секунду из тумана выбежало существо, отдаленно напоминающее собаку: оно было несколько метров в высоту и еще больше — в длину, и имело длинную, грязную шерсть в кровавых пятнах. Это было первым, на что обратили внимание игроки, и больше существо не позволило себя разглядывать, начав лихорадочно метаться по арене и ломано хохотать по-человечьи. — Оглушение! — и три контроля сразили противника, на некоторое время лишив его возможности двигаться. Теперь игроки могли воочию увидеть то, что находилось перед ними. У животного были слепые глаза, наполненные кровью, два порезанных уха, множество острых, местами обломанных клыков, куча дыр в теле, сквозь которые не было видно внутренностей, лишь пустое пространство, длиннющий хвост, местами покусанный, судя по всему, самим существом, и медвежьи лапы, лишенные когтей. На лапы животное не наступало — парило в воздухе невысоко над землей. На каждый полученный удар оно все сильнее заливалось хохотом, таким образом накапливая силу. Когда босс получал определенное количество урона, туман сгущался еще сильнее, пряча в нем первого стража горы, и босс наносил несколько случайных ударов по противникам, сбивая их с ног и терзая клыками. Такая механика сохранялась до 60-и % здоровья, после чего животное входило во вторую фазу, в которой воскрешались лежащие на земле путники и вступали в бой. Если их вовремя не убить, они увеличат свою силу пока, наконец, не убьют одного из игроков за один удар. Само же существо пряталось в глубине карты, и его нельзя было вернуть обратно, если не убить всех живых мертвецов. — Собираем в одном месте, — сказал Сань Лан, и все игроки занялись тем, что выталкивали зомби в центр карты. Когда те были собраны вместе, парень продолжил: — Атаки по области, — и в ту же секунду на гору гниющих трупов посыпались самые различные заклинания. Таким образом, вторая стадия миновала. Она повторялась каждые 10% здоровья босса, пока его полоска хп не краснела, что означало начало третьей стадии и остаток в 30%. Существо резко сильно увеличилось в размерах, заняв собой всю арену, после чего игроки, угодив в дыры на теле, оказались внутри в практически кромешной тьме: все освещал лишь тусклый свет из мест, где не было кожи и шерсти. — Се Лянь, — позвал Сань Лан, и парень мгновенно ответил: — Готов, — он тасует карты и использует Червовый туз на Хэ Сюаня, тем самым мгновенно восстанавливая ему 20% здоровья и даруя пятисекундную неуязвимость. В это мгновение из ниоткуда появляется гниющая прямая кишка и обвивает танка, словно змея свою добычу. Спустя три секунды боец взрывается вместе с обвивающим его зловонием, но здоровье сохраняется на стабильной отметке. Если бы не способность астролога, кишка гарантированно бы убила того, кого обвивает, вне зависимости от остатка здоровья персонажа. — Продолжаем, — говорит Хэ Сюань, как только оказывается освобожден от пут. Урон изнутри босса разнится с уроном, наносимым снаружи, поэтому остаток здоровья оказывается снят уже спустя три минуты. Как только полоска хп сереет, босс рассыпается на мелкие песчинки, и появляется тропа, ведущая дальше. — Бедствие убило Хуньдуня без каких-либо потерь! Блестящая игра! По мере того, как игроки продолжали двигаться вперед, они испытывали все большее давление, и кто-то даже иногда вытирал пот со лба. Путь ко второму боссу преграждали два красных великана, которых обязательно нужно было убить одновременно, иначе они взрывались, сбрасывая волной игроков с горы. Игроки, вместо того, чтобы делиться поровну и атаковать по одному великану, свели стражей вместе и залили их уроном, так что для них это не составило никакой сложности. Локация с новым боссом была особенно бедной на разную растительность: она напоминала небольшую равнину, парадоксально расположенную на горе. Второй противник тоже был животным и сейчас стоял спиной к игрокам, низко опустив голову в поисках еды. Животное это походило на быка, но его туловище было красного цвета, а ноги — лошадиными. Оно издавало слабый звук, похожий на плач ребенка. — Фэн Синь, на три часа, Хэ Сюань — на девять. — Судя по всему, против этого босса Бедствие решило использовать тактику двух танков: ближнего и дальнего боя. Интересно, — комментировал поглощенный процессом мужчина. Когда все игроки были готовы, Фэн Синь выстрелил, тем самым привлекая внимание босса. Животное подняло голову, показав игрокам свое человеческое лицо, залитое слезами, и бросилось в атаку. Чем ближе оно находилось к танку, тем громче звучал пронзительный плач, своим звуком нанося урон персонажам. Задача игроков состояла в том, чтобы не дать боссу разбудить своим плачем спящих неподалеку великанов, потому что если с двумя справиться было не сложно, то с пятнадцатью и боссом одновременно — практически невозможно и очень затратно по времени. На самом деле, Бедствие решило использовать тактику не двух, а трех танков, последним из которых стал Хуа Чэн, задачей которого было в момент смены стадий нанести больше всего урона по боссу. Бык метался из стороны в сторону, пока игроки наносили ему урон, и довольно скоро полоска здоровья упала до 70%. — Стоп! — прокричал Сань Лан, и никто не посмел наносить урон. В этот момент берсерк засветился красным и начал бить босса с утроенной силой, в то время как астролог продолжал вешать на него баффы на урон и скорость атаки. Довольно скоро бык сконцентрировал все свое внимание на Хуа Чэне, и теперь игроки должны были придерживаться примерно равного количества урона у трех танков, что было гораздо более сложной задачей, чем казалось на первый взгляд. Чем меньше оставалось здоровья, тем громче плакал бык, заливаясь слезами, словно младенец, увидевший свою любимую игрушку поломанной. В какой-то момент Се Лянь почувствовал, что что-то пошло не так, но прежде, чем он успел сказать, босс заревел особенно громко, и земля затрещала. Пятнадцать стражей, одетых в тяжелую броню и вооруженных длинными мечами, разом поднялись с земли. — Не отвлекайтесь! Макс урон по боссу! — скомандовал капитан, и никто не осмелился ослушаться. Когда у босса осталось 20%, великаны подошли вплотную к персонажам и наверняка начали бы атаковать их, если бы не астролог, решивший взять их танкование на себя. — Я отведу, — произнес Се Лянь, и с этого момента он ни на секунду не оставался на одном месте, водя великанов по арене за собой и при этом излечивая других персонажей. Пальцы игрока порхали над клавиатурой, совершая бесчисленное количество действий за секунду, а клики мышки раздавались с ужасающей скоростью. Наблюдатель, чьей задачей было следить за чистотой игры киберспортсменов, неверяще уставился на это: он не думал, что человек способен развить настолько высокий апм! Всеобщими стараниями босс пал, и вслед за ним автоматически пали стражи, но у игроков не было времени на передышку, и они сразу же бросились вперед. Лишь Се Лянь, когда выпадала свободная секунда, разминал запястье, пытаясь хоть как-то снизить напряжение. — Только что мы увидели еще один способ убийства Яюя, — только и мог говорить комментатор, выводя статистику на экран. — Подождите, это же невероятно! Посмотрите на апм астролога! Здесь не может быть ошибки и ваши глаза вас не подводят: Се Лянь действительно настолько развил свое апм! Путь к третьему боссу преграждали огромные булыжники, катящиеся с верхушки горы: одно неверное движение — и персонаж летит вниз, гарантированно умирая. Поэтому было решено не спешить, пусть игроки и потеряли бы какую-то часть своего времени: в случае чьей-то смерти ждать, пока игрок вновь с низов поднимется кверху, было бы куда затратнее. Третьей локацией, как ни странно, оказался большой водоем, у которого не было видно дна. Рядом с ним были установлены старинные часы, где время определяли двенадцать животных китайского зодиака. Стрелка часов показывала на змею, и необходимо было переставить ее так, чтобы босс появился из укрытия. — Все остальные животные не могут жить под водой, — произнес Цинсюань, подходя к часам и рассматривая их. В информации, которую организаторы дали игрокам, не было сказано, как вызвать босса, равно как и о том, как он выглядит. — У нас есть три попытки. — Попробуй обезьяну, — предложил Му Цин, и Цинсюань мгновенно переставил часы на нужный знак, но ничего не произошло. — Хм… — Дракон? — предположил Фэн Синь, но и это оказалось неверным. У них осталась одна попытка, в случае провала которой их бы перенесло на место убийства второго босса, что заставило бы вновь проходить препятствия, на которые и так было затрачено приличное количество времени. — Все животные, которые нам попались, были… необычными, — констатировал Цинсюань, и парни принялись думать. Некоторое время царила тишина, которую ко всеобщему удивлению нарушил Хэ Сюань. — Бык или пес. — Почему? — спросил Се Лянь, и Хэ Сюань объяснил: — Предыдущие боссы напоминали кого-то из китайского фольклора или мифологии. А из тех, кто был в воде, я помню только Няня. Полубык-полулев-полупес. Пса у нас нет. — Бык или лев? — озадаченно произнес Фэн Синь. — Бык, — подал голос молчащий ранее Хуа Чэн. — У Няня больше бычьего. — Была ни была, — сказал Цинсюань и, глубоко вдохнув и выдохнув, переставил стрелку на быка. В эту секунду воды разошлись, и к игрокам вышел третий босс. Он был именно таким, как его описывал Хэ Сюань: львиная морда, песье тело и бычьи копыта. По мере того, как он проходил, под ним гибло все живое. Когда Нянь топал, от него нужно было отходить, потому что одно подобное движение снимало у игрока 50% здоровья. Для игроков дальнего боя босс представлял куда меньшую опасность, чем для ближников, поэтому Цинсюань, Се Лянь и Фэн Синь были более спокойными. А вот остальным придется изворачиваться. Если кто-то попадал под удар рогами, то он оказывался сброшен в воду и мгновенно умирал, так что в бою с этим боссом нельзя расслабляться ни на секунду. — Начали, — скомандовал Сань Лан. Для боя с Нянем Бедствие не имело специального построения, потому что особой механики у босса не было: от игроков требовались лишь внимательность, хорошая реакция и изворотливость. Все игроки негласно посчитали третьего босса самым простым и назвали его «промежуточным», разделяющим первых простых боссов и последующих сложных, в сражении с которыми никто не мог гарантировать, что обойдется без потерь. Когда Нянь был повержен, ночь в локации сменилась на огненно-красное закатное марево, и теперь всем игрокам стало понятно, что над убийством следующих боссов придется изрядно постараться.