Rise Up

Се Лянь внимательно наблюдал за тем, как безошибочно отыграл прошлый матч Хэ Сюань, и поэтому сейчас во что бы то ни стало должен был достойно заполучить еще одно очко в команду. У Империи было только два персонажа дальнего боя, причем один из них оказался саппортом, которого по традиции не выпускали на этап 1х1, а второй уже сыграл свой матч. Поэтому, увидев перед собой жнеца, Се Лянь подумал лишь о том, что сейчас главное не повторить участь прошлого стрелка. Управляя персонажем дальнего боя, довольно позорно проиграть ближнику. И тем не менее, астролог — класс поддержки, поэтому многие зрители, увидев его на арене на этапе 1х1, удивленно загудели. Отчасти этот гул сопровождался еще и недовольством: это было связано с недавней статьей, из-за которой у подавляющего большинства зрителей сложилось заведомо негативное отношение к Се Ляню. Игроки Империи неверяще уставились на экраны своих компьютеров. — В Бедствии что, все сумасшедшие? — саппорт был крайне удивлен, что астролога выпустили на поединок. — Дайте мне три минуты, и мы сравняем счет, — криво усмехнулся игрок на жнеце, дожидаясь, пока таймер исчезнет с экрана. В ответ на его отнюдь не беспочвенную самоуверенность сокомандники воспрянули духом, и только Цзюнь У не стал радоваться раньше времени. Если Бедствие выставляет саппорта сейчас, то они неизменно теряют исцеление и дополнительные контроли в бою 3х3, тем самым подставляя себя же. Он бы понял, если бы подобным образом поступила какая-то совсем зеленая команда, но Бедствие никогда не совершало опрометчивых поступков, и вывод напрашивался сам собой: они решили выпустить Се Ляня раньше, чтобы у него было время отдохнуть и восстановить силы перед финальным матчем, но при этом потерять три очка — в том, что астролог проиграет в этом матче, и тройка Бедствия так же уступит победу в следующем, Цзюнь У не сомневался. То, что соперники настолько уверены в победе на этапе 6х6, и злило, и веселило одновременно, но наблюдение за подобной самоуверенностью было чем-то на подобие действительно увлекательного фильма. Игрок на жнеце прекрасно знал, что саппорт ему не ровня, и потому в самом деле считал класс, где подавляющее большинство способностей ориентированы на контроли и лечение, не достойным того, чтобы лезть из кожи вон. И очень удивился, когда четко по таймеру этот самый недостойный астролог использовал телепорт, чтобы быстро добраться до него через всю арену, а затем и пиковый туз, сковав жнеца цепями и лишая всяческой возможности двигаться. Он сбросил карты, через две секунды призывая огненную тюрьму и заключая в нее соперника, и теперь жнец, прикованный к земле и сгорающий заживо, чувствовал себя бессильным младенцем. Вдобавок ко всей куче атак, вылившихся на жнеца, в него прилетел еще и дебафф тьмы, снижающий точность, перед тем, как действие цепей окончилось. Поэтому и взмах косой, посылающий в противника фиолетовый проклятый разрез, и удар тьмы, рассекающий землю точно до цели, не нанесли существенного урона, а второй и вовсе не добрался до астролога. Стоило огненной тюрьме исчезнуть, как жнец бросился вперед, максимально сокращая дистанцию и используя проклятье: персонаж вытянул руку перед собой, концентрируя на кончиках пальцев темно-фиолетовую энергию, и у астролога значительно снизился показатель защиты. Се Лянь понимал, что сейчас жнец будет наступать — ему выгодно использовать преимущество от проклятья, — но его персонаж совершенно не имел нужных умений для защиты: ни щита, ни возможности быстро отскочить куда подальше из-за использованного в самом начале телепорта. Поэтому оставалось только одно. Как и ожидалось, жнец вошел в режим духа, и персонаж с головы до ног покрылся тьмой, а сила атаки и ее скорость значительно повысились. Следом он активировал голос преисподней: за темной фигурой вырос высокий демонический дух, занося свою острую, сочащуюся проклятьями косу для атаки. Это умение попадало в противника со стопроцентным шансом, поэтому все, что оставалось астрологу, — бежать. По крайней мере, именно так думал игрок Империи. Однако недостаток опыта сражений против астрологов именно сейчас сказался на нем сильнее всего: за секунду до того, как проклятая коса порезала персонажа, тот засветился. Се Лянь использовал пиковый туз, лишив себя будущей возможности для исцеления 20% здоровья, и, пока соперник не успел среагировать на то, что его атака никак не задела саппорта, использовал туз треф, накладывая на него молчание. Как только дебафф долетел до жнеца, астролог, не дожидаясь, пока тот отбежит подальше, вновь использовал уже откатившийся телепорт, оказавшись за его спиной, и, прикоснувшись рукой с картой к чужой спине, послал импульс, отправляющий все еще покрытого тьмой жнеца в стену, которого тут же заглотила в себя ледяная клетка. Игрок Империи, наблюдая за тем, как в него выпускают одно умение атаки за другим, никак не мог понять, как это возможно: он прекрасно знал, что астролог — класс ситуативный и сильно зависимый от удачи, что перетасовка карт — дело долгое и отнюдь не всегда удачное, а игра на этом классе — дело крайне неблагодарное, так почему же сейчас какой-то астролог держал его в контроле, не позволяя из него выбраться, и полностью доминировал на арене? Стоило жнецу допустить мысль, что он выберется из-под шквала чужих атак, как астролог то подбрасывал его, играясь в воздухе как пушинкой, то опрокидывал на землю, прямиком в объятия темно-фиолетовых рук тысячи проклятий, то вновь бросал в стену. Игроку Империи только и оставалось смотреть, как вражеский персонаж периодически сбрасывает и перетасовывает карты, и он со временем понял, что слишком сильно недооценил противника, за что мгновенно поплатился. Попав в контроль, он уже не сумел из него выбраться, и умер с позором, которого не испытывал еще до этого дня, проиграв сопернику всухую. Комментаторы не знали, что сказать по поводу сложившейся ситуации. Мало того, что жнец показал не достойную финала игру, так еще и астролог был агрессивным настолько, насколько, казалось бы, в его положении быть просто невозможно. Они были уверены, что он проиграет, да что там говорить: все зрители на стадионе, едва заметив саппорта в бою 1х1, с сильным недовольством подумали, что бой окажется совершенно не зрелищным и не стоящим внимания. Однако тот, в кого никто не верил, вознесся словно феникс, уверенно ступая по пути, на котором первой жертвой лежал труп жнеца. — Астролог побеждает, умудряясь при этом сохранить полоску здоровья нетронутой. Это был крайне… необычный бой. Думаю, никто не ожидал, что он окончится именно так. В ответ на это Цюань Ичжэнь кивнул, запоздало понимая, что никто его не видит, и, опомнившись, сказал: — Се Лянь в очередной раз подтвердил свой титул. Сегодня он пишет новую историю с той же легкостью, с какой стер свое прошлое. Пока события второго поединка активно обсуждались на стадионе, виновник таких громких слов мог выдохнуть и ненадолго расслабиться. Перед боем 3х3 было немного времени, чтобы передохнуть и собраться с мыслями, но сокомандники победителя, которым еще только предстояло сражаться, даже не думали обделять его вниманием. — Это было нечто! Безумно красивая игра! — в глазах Цинсюаня плясали возбужденные искорки, и он всей душой был счастлив, что смог стать свидетелем такого боя. Фэн Синь тоже непривычно рассыпался на комплименты, с улыбкой расхваливая прошедший матч; Му Цин многого не говорил, лишь согласно кивнул и произнес дежурное «молодец». А вот Сань Лан, сидящий по левую сторону от Се Ляня, под столом накрыл своей рукой его, чуть подрагивающую от нервов, и улыбнулся, ловя на себе теплый и полный обожания взгляд. — Я и не сомневался, что ты победишь, — стоило этим словам сорваться с губ, как Се Лянь, и без того настроенный выигрывать, воспрянул духом с новой силой, будто засветившись от счастья. — Без тебя ничего бы не вышло, — тихо ответил парень, намекая на вчерашнюю поддержку, на что Сань Лан лишь отрицательно покачал головой. Он был уверен, что сегодняшний успех Се Ляня — целиком и полностью его заслуга, а его поддержка — лишь приятное дополнение, немного прибавляющее любимому сил. — Удачи, — тихо говорит ему Се Лянь, нехотя убирая свою руку от приятной теплоты и неторопливо проводя подушечками пальцев по тыльной стороне чужой ладони. Локация для этапа 3х3 была достаточно необычной по сравнению со всеми остальными: на с виду бескрайней песчаной земле лежали скелеты древних чудовищ, и полное отсутствие растительности разбавляли лишь редкие сухие стволы деревьев. По сюжету, давным-давно это место являлось райским оазисом для мифических созданий, но после нападения на него дракона все живое растворилось, оставив после себя лишь мертвую землю. Именно об этом сейчас рассказывали зрителям комментаторы, пока персонажи прогружались на арену. — От Бедствия в этом сражении выступят берсерк, ниндзя и маг. Их противниками станут мечник, ниндзя и жрец. — Бедствие избрало крайне необычную стратегию, выпустив своего игрока поддержки на этапе поединков. Посмотрим, смогут ли они одержать победу с текущим составом. Шестеро появились на песке, и еще до исхода таймера каждый знал, что бой будет агрессивным: прятаться негде, да и невыгодно для обеих сторон, а в особенности для той, у которой нет исцеления. А вот у Империи этого самого исцеления было в избытке: большая часть умений жреца именно для того и приспособлена. — Вперед, изведем их! — Цинсюаню было весело, и он точно по таймеру на опережение стал кастовать языки пламени максимально далеко от себя. Парень хорошо изучил все прошлые игры Империи, и потому знал, что в бою 3х3 они всегда стремятся как можно раньше заработать преимущество над соперниками, без промедлений начиная вести агрессивную игру. В языки пламени угодил мечник, который, использовав ускорение и выпад, вырвался вперед и тем самым попал в чужое заклинание. Теперь его спутником на ближайшие пять секунд станут языки пламени, поддерживающие эффект ожога. Мечник проигнорировал чужую атаку, продолжая быстро бежать вперед, на ходу вынимая клинок из ножен и замечая, что противников не три: ниндзя уже успел использовать невидимость, скрываясь из чужого поля зрения еще до того, как персонаж Цзюнь У показался на горизонте. Однако это не было поводом для прекращения атаки: в конце концов, на их стороне тоже есть ниндзя, который в случае чего сможет прикрыть их незащищенные спины. Только он все еще был видимым, оставаясь рядом со жрецом до того момента, пока тот не наберет необходимое количество эссенций света для более действенного исцеления. Цзюнь У хотел первым делом схлестнуться с берсерком: раз уж у Бедствия нет исцеления и, следовательно, самой слабой цели, то лучшим решением будет как можно быстрее избавиться от сильного соперника, а тех, что полегче, оставить на потом. Но в тот момент, когда они с берсерком, казалось бы, должны были скрестить клинки, мечника сначала поразил яд, а затем и пронзающий укол повесил оглушение на персонажа, и Цзюнь У лишь смотрел, как берсерк пробегает рядом с ним, направляясь точно к жрецу и ниндзя. Персонаж перед ним сложил печать и создал клонов, и, пока мечник стоял в контроле, начал наносить порез за порезом, однако серьезного урона не оставил: жрец на опережение кастовал исцеление, поэтому вылечил персонажа сразу после получения основных ранений. — Цинсюань! — Сань Лан видел, как чужой ниндзя собирается использовать невидимость, и хотел во что бы то ни стало предотвратить это. — Понял, — маг бросил огненный снаряд в ассасина, и тот, только войдя в режим невидимости, сразу же вышел из нее: тик ожога считался за урон, поэтому даже такая безобидная атака была серьезной помехой для входа в мир теней. Цинсюань сменил магическую сферу с тьмы — по умолчанию — на свет, использовал на себя щит, выдерживающий пять атак, и начал кастовать ослепление по ниндзя. Цзюнь У, видя это краем глаза, выйдя из контроля сразу ринулся к магу, для дополнительного эффекта бросая в него меч: едва тот вернется к хозяину, персонаж сумеет использовать небесную длань, мгновенно переместившись к сопернику и нанося еще четыре разреза. Но его брошенный меч угодил в неожиданно выросшего из чужой тени ниндзя, а небесная длань поделилась по двум разрезам на каждого соперника. В итоге ослепление было активировано, и когда ассасин, словно слепой котенок, потерял ориентацию в пространстве, берсерк добрался до жреца, выпадом оглушая цель и взмахивая саблей. Пока еще саппорт стоял в контроле, Сань Лан использовал тысячу порезов, и она, ничем не останавливаемая и непрерываемая, продлила эффект контроля, вновь лишая жреца возможности избежать атаки. Цзюнь У заметил, что остался единственным, кто мог хоть как-то повлиять на ситуацию, и это было парадоксально: без саппорта, без умений поддержки эти трое вытворяли то, на что бы ни за что не решились остальные, ни секунды не мешкаясь и принимая дополнительный урон, который вполне возможно избежать, на себя. Однако у них был лишь один персонаж дальнего боя, чьи снаряды, даже будучи обычными умениями на левую и правую кнопку мыши, могли долететь до любого соперника, и Цзюнь У все осознал. К тому моменту, как он добрался до мага, к ниндзя уже вернулась способность видеть, и по тому, как громко в голосовом чате звучал голос их лидера, он понял, кто их приоритетная цель. Цзюнь У использовал подсечку, роняя волшебника и игнорируя тот факт, что их жреца свободно избивают — тот в состоянии исцелить себя и продержаться достаточно долго, — всеми силами постарался вывести мага из боя: он использовал и все умения атаки, и контроли, дожидаясь помощи своего сокомандника. Ниндзя добрался до волшебника достаточно скоро, но стоило ему близко подойти, как тот использовал ледяной покров, заморозив себя и на несколько секунд лишив соперников возможности для полноценной атаки. Цинсюань лучше других понимал, какой занозой в заднице является для чужого ниндзя — ни в невидимость войти, ни полноценно атаковать, — поэтому еще с самого начала матча знал, что его постараются убить первым, а потому и был полностью готов защищаться и тянуть время изо всех сил. В конце концов, Бедствие прекрасно осознавало свое положение и примерные шансы на победу в этом бою, а потому и ставило приоритетной целью не заработок очков, а максимальное изнурение противника: игроки Империи были самыми старшими из всей профессиональной лиги, поэтому было бы крайне глупо не воспользоваться этой информацией. Му Цин с Сань Ланом активно атаковали жреца, не выпуская из контролей, в то время как мечник и ниндзя всеми силами бились с магом. У последнего большинство умений требовали времени подготовки, поэтому он толком не мог отбиться от чужого нападения, лишь разрывая дистанцию и закидывая соперников самыми простыми сферами. Цзюнь У использовал подсечку, уронив персонажа Цинсюаня, и вместе с ниндзя, обработавшим свои клинки ядом, принялся быстро срезать чужое здоровье. К тому моменту, как маг был мертв, умер также и жрец, напоследок успев использовать несколько слабых умений на восстановление здоровья сокомандников: на поле боя осталось всего четыре игрока, и хп одной команды весьма значительно превосходило хп другой. Каждая мелкая атака, полученная Бедствием, не могла быть нивелирована, и потому у каждого из них уже было меньше половины здоровья. Теперь они могли разработать тактику, но проблема заключалась в том, что времени на это совершенно не было, а потому каждый из игроков просто выбрал для себя противника, параллельно с сокомандником ведя бой 1х1. — Зеркальное сражение все-таки состоялось, пусть и в самый неожиданный момент! — активно описывал ситуацию комментатор, наблюдая за быстрыми действиями на пустынном пространстве. — Ниндзя дерется против ниндзя, а неподалеку от них два очень похожих класса — мечник и берсерк — ведут свою битву. У Му Цина было небольшое преимущество: своих клонов и невидимость он активировал значительно раньше, чем соперник, а потому уже мог вновь использовать их, и, не сомневаясь, сложил печать, перед этим бросив во врага сюрикен, чтобы тот не сумел быстро сократить дистанцию. Он решил идти ва-банк, не думая о том, что будет потом, потому и активировал на сопернике свои самые сильные умения, и совсем скоро чужое здоровье начало резко снижаться под воздействием ядов, клонов и способностей контроля, сравнявшись с полоской хп Му Цина. Сань Лан то и дело использовал парирование, блокируя клинок мечника своей саблей, и ловил редкие моменты для контратаки: Цзюнь У сражался самоотверженно и невероятно агрессивно, практически не открываясь и не получая урон, но и Сань Лан не был слабым новичком. Он вполне мог видеть, когда можно использовать контроль, когда лучше отступить, а когда — атаковать, и спустя некоторое время такой момент все-таки появился. Берсерк попытался уронить соперника, но сабля не смогла до него достать — тот вовремя отошел, — и тогда Сань Лан, ожидая контратаки, активировал ярость, сбрасывая откат всех своих умений, и, дождавшись ответного контроля, также отошел, сразу после этого сближаясь и все-таки опрокидывая мечника, тем самым получая идеальный шанс для реализации атакующего потенциала. Вокруг его персонажа появилась темно-красная аура, и он стал агрессивно втаптывать соперника в песок, ослабляя его, и, пока тот все еще не имел возможности встать, активировал казнь, перерезая лежачему горло и лишая львиной доли здоровья. Если бы жрец перед своей смертью не использовал умение посильнее для исцеления мечника, то сейчас его хп было бы примерно на уровне берсерка, однако из-за предусмотрительности саппорта оно все еще находилось на отметке выше. В игровой кабинке Бедствия ситуация была крайне стабильной: оба игрока, находясь в живых, лихорадочно стучали по клавишам, но Му Цин делал это чуть быстрее Сань Лана. Его агрессивность сыграла на руку Бедствию: совсем скоро они оказались в большинстве, зарабатывая значительное преимущество, только вот Цзюнь У, заскрежетав зубами, отказывался отдавать соперникам победу. Как только на него налетел второй персонаж, он будто пробудил скрытый потенциал, блестяще блокируя всевозможные атаки и ловя идеальные моменты для нападения. Цзюнь У не видел угрозы в почти безобидном ниндзя, а потому, используя подсечку на берсерке и тем самым на короткое время выведя того из игры, вновь использовал небесную длань, на этот раз всеми четырьмя порезами попадая по ассасину и добивая того тройным разрезом. У него, как и у Сань Лана, толком не осталось сильных атакующих способностей, а потому оставалось лишь пользоваться чем-нибудь послабее, и сейчас все зависело лишь от быстроты отката способностей. Они разменивались бросками оружий и порезами, но у берсерка стал доступен взмах саблей, наносящий достаточно высокий урон, и он незамедлительно использовал его: подобный скилл пробивал даже блок, но в этом случае его опасность чуть снижалась. Именно блок помог Цзюнь У выжить, оставляя мечнику немногим больше 5% здоровья, в то время как состояние соперника было совсем плачевным. У его персонажа вновь стала доступна «искра», и мастер меча, орудуя собственным клинком с такой скоростью, что тот слегка начал светиться, сумел добить свою цель, оставаясь при этом на последнем издыхании. Счет стал равным, и теперь каждый отчетливо осознавал тяжесть груза на своих плечах: все решится в бою 6х6.