Рождественская история

-Кипарис?- Маргарит удивлённо подняла брови, глядя на деревце, которое Рокстон с Челленджером срубили и притащили в дом. –Мы будем наряжать к Рождеству кипарис?! -А что поделать? Елей мы не нашли.- Рокстон потёр нос. -На этом плато есть динозавры, есть пираты, есть испанцы, германцы и даже египтяне, но нет ёлок. Где справедливость?!- пожаловалась Маргарит шутливо. Появились Вероника и Финн, обе в обнимку со старыми коробками. -Мы всё-таки нашли украшения!- обрадовано сообщила девушка из будущего, ставя свой коробок на пол. –Хотя пришлось перерыть всю кладовку. Да, Ви? Ви, ну почему ты такая грустная? Вероника, встрепенувшись, постаралась улыбнуться. -Я просто задумалась. -О чём? Или о ком? -Финн!- профессор Челленджер грозно нахмурился, давая понять, что иногда лучше молчать, чем говорить. -А что такое?- не поняла младшая блондинка. –Мы ведь все знаем ответ. Ладно, Ви, извини, если я тебя расстроила. Улыбка Вероники стала настоящей. -Не извиняйся, Финн. Ты меня не расстроила. Но мне действительно немного тоскливо. Я вспомнила прошлое Рождество… Мы тогда не наряжали дерево, не дарили подарков, но устроили праздничный ужин. -Я помню,- Маргарит сочувственно посмотрела на хозяйку хижины. –Сели за трапезу, включили граммофон, а электричество возьми да и отрубись. Остались без музыки. Хорошо хоть в ограде ток остался. -Да,- присоединился к воспоминаниям Челленджер. –Настроение у всех сразу упало – праздник ведь и без того был небогат, а тут ещё по сути единственная радость накрылась. -А Нэд предложил читать стихи.- Лайтон тепло усмехнулась. –Любые – кто какие знает. -В общем, вечер прошёл не так уж плохо,- подытожила Маргарит, -даже я это признаю. Финн ободряюще погладила Веронику по волосам. Мерно загремел подъёмник. Жители дома удивлённо посмотрели друг на друга и направились в прихожую. -Может, Ассаи пришла в гости?- предположила Вероника, тайком надеясь, что лифт привезёт всё-таки не дочь вождя Занга, а кое-кого другого. -Или Санта-Клаус,- выдвинула свою теорию Финн. На всякий случай все приготовили оружие. Веронике казалось, что лифт поднимается убийственно медленно. «Вскарабкаться по стволу вручную – и то быстрее!»- негодовала про себя девушка. Наконец, лифт прибыл. И версия Финн почудилась всем не такой уж нелепой. Создание, стоящее в лифте, действительно напоминало Санта-Клауса, точнее – помесь этого очаровательного рождественского старичка и человека-обезьяны. Лицо гостя, заросшее бородой, обрамлялось изрядно длинными, всклокоченными лохмами, торчащими во все стороны. Ничего милого в этом облике не прогладывало – весь вид незнакомца был диким, отталкивающим, и неизбежно наводил на мысли о трогах. -Мама!- воскликнула Финн и тут же выстрелила в страшилище из арбалета. Стальная стрела только чудом не задела гостя, пролетев в нескольких миллиметрах от его левого плеча. Визитёр явно удивился такому приёму. Оглянувшись назад и посмотрев на вонзившуюся в стенку лифта стрелу, монстр ошарашенно перевёл взгляд обратно на обитателей дома. -Народ, вы чего?- спросило чудище до боли знакомым голосом. –Я-то надеялся, что вы по мне хоть немного соскучились. -Мелоун?!!!!! -Нет, Уинстон Черчилль!- косматое существо вышло из лифта. -Нэд!- Вероника бросилась было к репортёру, но он, откинув мешок, выставил вперёд руки. -Нет-нет, никаких объятий, пока не приму душ и не побреюсь! Вообще-то, я понимаю вашу реакцию. Со стороны я сейчас, наверное, похож на трога. Просто я, когда уходил, забыл бритву дома. Кстати, а кто это?- он вопросительно уставился на вооружённую арбалетом блондинку. Девушка смущённо поморщилась. -Я Финн. Теперь тоже живу в этом доме. Прости, что чуть не убила… -Ничего, всякое бывает. Так, поскольку вы все здесь, я делаю вывод, что душ свободен. Увидимся через полчаса. Мелоун быстро прошёл в свою комнату, взял кое-какие вещи и отправился в душ. Все остальные стояли в прихожей, поражённо молча. Вероника долго не могла подобрать слова под те чувства, которые одолевали её. Она беспомощно жестикулировала, пытаясь выразить эмоции фразами, а получались только обрывки слогов. Но в конечном итоге у неё таки получилось произнести нечто более-менее внятное. -И это всё?!- выдохнула Лайтон. –«Никаких объятий, пока не побреюсь»?! Его не было полгода!!! -Да,- пробормотала наследница, -я тоже представляла себе эту встречу несколько по-другому.- Она посмотрела на друзей и усмехнулась. –Но он ведь вернулся, это главное. Пойдемте обратно в гостиную, нет смысла торчать в прихожей. *** Мелоун вышел из душевой – чистый и переодетый, но по-прежнему заросший практически до неузнаваемости. -Кто-нибудь поможет мне с причёской?- попросил журналист. –Боюсь, если я попытаюсь сам себя постричь, результат выйдет плачевным. -Я помогу,- вызвалась Вероника. –Идёмте в мою комнату, там есть всё, что нужно. Не прошло и пяти минут, как она усадила Нэда на кресло перед зеркалом, повязала вокруг шеи молодого человека какую-то ткань, чтобы остриженные волосы не попали за шиворот, и начала цирюльничать. Дело пошло на удивление быстро и ловко. -Вы отличный парикмахер,- улыбнулся Нэд. -Не сглазьте,- рассмеялась Вероника. Постепенно несерьёзная улыбка ушла с её лица. Жаль, Мелоун этого видеть не мог – зеркало висело не достаточно высоко. –Нэд, я хотела поговорить. О том, что я сказала, когда мы виделись в последний раз.- «Что-то совсем не торжественно получается»,- подумалось девушке, но она продолжила: -Вы ведь помните, что я сказала тогда… в палатке.? -Разумеется, помню,- мягко подтвердил Мелоун. –И благодарен Вам за это. -Что?..- Вероника едва не выронила ножницы. -Теперь-то я понимаю, что Вы были совершенно правы,- с безмятежной улыбкой проговорил репортёр. –Ни к чему хорошему бы нас более близкие отношения не привели. И я очень рад, что Вы оказались гораздо умнее меня, и предвидели это.- Он ухмыльнулся. –Ну какая из нас пара? Один смех. -Действительно,- пролепетала Вероника. –Я… я… рада, что Вы не сердитесь на меня. Нэд повернулся, подняв голову. При этом он, вообще-то, сильно рисковал лишиться уха, но Вероника вовремя среагировала. Она не только моментально «остановила» ножницы, но и молниеносно нацепила на лицо улыбку, натянутую до самых ушей. -Значит, друзья?- весело спросил Мелоун. -Конечно,- Вероника продолжала улыбаться настолько старательно, что чуть не сломала зубы. -Отлично.- Он опять отвернулся. –Это очень хорошо. -Угу,- подтвердила Вероника, чувствуя, что земля, точнее, пол уходит из-под ног. Девушка всё-таки сумела закончить стрижку. Мелоун, поблагодарив, тут же отправился бриться, оставив Лайтон. А она даже соображать не могла. За всё то время, пока Защитница находилась одна, в её голове не сформировалось ни единой полноценной мысли. Вероника скорее чувствовала, чем думала, и чувствовала, главным образом, растерянность и разочарование. Через какое-то время вернулся Нэд, уже побрившийся. На нём был его обычный костюм: светлая рубашка, почти белые штаны с подтяжками, когда-то казавшимися Веронике очень забавными, чёрные сапоги – всё, как всегда... -Наконец-то я похож на человека.- Журналист раскрыл объятия. –Иди сюда. Вероника, вновь заставив себя улыбнуться, подошла и обняла его. -Приятно снова тебя видеть,- тепло произнёс Мелоун, привлекая девушку к себе. –Всё хорошо? -Да,- пробормотала Вероника, прижимаясь к его плечу. –С возвращением. Она на секунду прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. -Можно я буду следующей в очереди на объятья?- прозвенел весёлый голос Маргарит. Наверное, она и впрямь сильно соскучилась по товарищу, раз добровольно продемонстрировала привязанность. -Разумеется,- радушно сказал Нэд, обнял Веронику покрепче и сразу же отпустил, направившись к наследнице. -Мелоун, мне придётся вызвать Вас на дуэль!- театрально воскликнул Рокстон, застукав обнимающихся Маргарет и Нэда. Но сразу же рассмеялся. –С возвращением, дружище. Мужчины пожали друг другу руки, потом усмехнулись и обнялись. С Челленджером было то же самое. -А теперь рассказывайте – что я пропустил?- Журналист прямо-таки лучился беззаботностью и энтузиазмом. –Что новенького? -Отец Ассаи послезавтра женится,- неожиданно для себя самой произнесла Вероника. «И почему это было первым, что пришло мне в голову?». -Опять? Какая это уже по счёту его свадьба? -Шестнадцатая. Или семнадцатая. -Вот же человек – не теряет времени даром! Кстати, а вас, то есть, нас пригласили? -Да, но скорее из вежливости. «Глупо, глупо, глупо!»- одно-единственное слово металось по разуму Вероники. Разговор определённо не клеился, и остальные это чувствовали. -Знаете, я немного устал.- Мелоун зевнул. –Я вздремну, если никто не возражает. Ещё успеем наговориться – у нас теперь полно времени. Молодой человек опять ушёл к себе. -Я, пожалуй, пойду на кухню,- рассеянно произнесла Вероника. –Надо что-нибудь приготовить. -А я ещё должен доделать бальзам для кипариса,- Челленджер направился в лабораторию, -чтобы наше деревце не вяло ещё минимум пару недель. Надо будет потом пропитать бальзамом полость в подставке. -А я… тоже чем-нибудь займусь,- улыбнулась Финн. Вскоре в гостиной остались только Рокстон и Маргарит. -Видимо, ёлку, то есть кипарис, придётся наряжать нам,- усмехнулся лорд. Он почти настороженно посмотрел на Маргарит, не зная, как она отнесётся к этому милому, но совершенно неприбыльному и бесполезному с точки зрения холодного расчёта занятию. Вопреки ожиданиям Рокстона, наследница весело проговорила: -Что ж, если надо, значит надо! Я ничего не имею против.- Она лукаво стрельнула глазками. –Но Вам, лорд Рокстон, придётся мне помогать. И не надейтесь, что я позволю Вам остаться без дела. *** Вероника машинально колдовала над кастрюлей с мясом и овощами. Мысли девушки витали очень далеко от кухни и готовки. В результате чего рагу едва не подгорело. Блондинка заметила опасность в последний момент и еле-еле спасла будущий обед. -Пахнет восхитительно. Вероника быстро обернулась и увидела улыбавшегося во все тридцать два зуба Мелоуна. Почему-то он был без рубашки. То есть с рубашкой, но она находилась не на нём – он держал её в руках. Проследив за взглядом Вероники, молодой человек на миг приподнял рубашку и пояснил: -Мне всё-таки нападало волос за шиворот. Теперь вся рубашка колется. Надо вытрясти. Девушка понимающе кивнула. Что-то было не так. Не так, как она привыкла. Но что? Можно подумать, она никогда раньше не видела Мелоуна, голого до пояса. Видела, конечно, не раз. И не сказать, чтобы это зрелище её сильно поражало или волновало. Просто раньше Нэд в таких случаях при ней… не то чтобы смущался, но явно ощущал себя несколько скованно. А тут – сама непринуждённость. Он подошёл к Веронике. Близко-близко… Встал рядом, прямо за её спиной. Девушка смущённо отвела взгляд. Её вдруг бросило в жар. Мелоун положил одну руку на предплечье Вероники… А другой рукой взял ложку и попробовал полуготовое рагу. -Вкуснятина,- объявил Нэд, отходя. Растерянность Вероники он принял за негодование. –Не сердись, просто я очень соскучился по домашней еде. Всё, ухожу-ухожу, не буду мешать. К обеду меня не будите, я всё-таки лучше отосплюсь. *** -Да нет же, Рокстон, вон тот, красный!- Маргарит в нетерпении махала рукой и безмятежно улыбалась. –Вон, видите, такой крупный, с блестками. Давайте его сюда! Женщина стояла на лесенке рядом с рождественским кипарисом и с помощью Рокстона украшала дерево. Они занимались этим необходимейшим делом уже около часа, и Маргарит, похоже, была в восторге от происходящего. Она просила принести ей то один шар, то другой, вертела их в руках, оценивая, что-то мило бормотала себе под нос, «примеряла» шар к кипарису, затем хмурилась и требовала новый или радостно улыбалась и вешала его на ветку, приговаривая что-нибудь из серии «Вот тут он будет в самый раз!». Охотник просто поражался ей: сколько в Маргарит появилось детской непосредственности и веселья! Она обернула вокруг шеи серебристые гирлянды, которые по каким-то причинам пока не подходили для украшения кипариса, и, кажется, была не менее счастлива, чем в те моменты, когда надевала самые дорогие украшения. Рокстон удивлялся, как он еще может глядеть на неё, не щурясь: Маргарит вся светилась, как будто сама была изящнейшей, хрупкой и блестящей новогодней игрушкой. Она вертелась на своей лесенке с такой скоростью, что невозможно было не вздрагивать, пугаясь, что она вот-вот упадет, но сама она ничего не боялась и, болтая, хохоча, жестикулируя, крутилась на своей высоте, посылая сияние глаз то в одну сторону, то в другую. Если бы Рокстон знал, что она так любит Рождество, он готов бы был приносить ей каждый день по кипарису, лишь бы слышать, как она смеется, наряжая дерево. Он подал ей очередной шар. Маргарит ловко пристроила его ближе к вершине, и немного отпрянула, чтобы оценить эффект. -То, что нужно, да?– она взглянула на Рокстона своими огромными изумрудными глазами, в которых плясали чёртики. -Бесподобно, Маргарит! Как и всё, что Вы делаете!– шутливо произнёс лорд, хотя в глубине души он именно так и думал. -Вы сегодня до безобразия вежливы, лорд Рокстон!– погрозила пальцем Маргарит, улыбнувшись ещё шире. – И обворожительны тоже до безобразия,- лукаво добавила она, накидывая на шею Рокстона одну из рождественских гирлянд. -Попались, Маргарит! И не смейте потом говорить, что Вы сказали это в бреду или под наркозом!– воскликнул охотник, и, расхохотавшись вслед за наследницей, схватил её в охапку и закружил по комнате. Как раз в этот момент вошли Финн и Вероника, явно не разделявшие веселья пары. -Я так хотела вздремнуть, но тут разве поспишь,- пробурчала Финн. -И Мелоуна наверняка разбудили! А ведь ему так нужно отдохнуть с дороги!– выразила свой праведный гнев и Вероника. -А что, мы очень громко???– одновременно и одинаково искренне изумились Маргарит и Рокстон. Финн и Вероника так же одновременно скрестили руки на груди и улыбнулись улыбками №46 под кодовым названием «догадайтесь!» Из комнаты Челленджера донеслось: -Лично я, конечно, ничего не имею против, но мои экспериментальные мыши получат невроз, если это будет продолжаться и дальше! Рокстон и Маргарит прыснули, пытаясь сдержать новый приступ смеха. Наследница даже уткнулась в плечо охотника и затряслась от беззвучного хохота. Но это не помогло: едва она подняла голову, и они посмотрели друг на друга… -О нет!!!– три пары глаз одновременно поднялись к небу, а Маргарит и Рокстон, схватившись за руки, бросилась вон из комнаты. -Ну вот, гостиная свободна, - Финн плюхнулась на диван и с удовольствием растянулась на нем, положив одну подушку под голову, а другую подбрасывая над собой. – Ви, может, сказать им, что мы пошутили? Или они не обидятся? -Не обидятся,- заверила её Вероника. –Вряд ли они вообще будут помнить об этом через пару минут. -А ёлка вышла отличная, да, Ви? Маргарит всё-таки неплохо постаралась! Выходит, её талант состоит не только в том, чтобы влипать в разные неприятные истории! Эй, Ви! Ви? Вероника не слушала. Она задумалась…обо всём сразу. О том, что Мелоун наконец вернулся. О том, как странно прошла их встреча, которую она столько раз представляла себе. О том, что же ожидать в дальнейшем. И ещё…нет, она ни в коей мере не завидовала, но ей стало чуть-чуть печально, когда она вошла в комнату и увидела этих двоих: Рокстон кружит Маргарит на руках, она делает вид, что колотит его и требует её отпустить, оба хохочут, и оба не думают больше ни о чём на свете в этот момент… А как забавно они пытались распутать гирлянду, затянувшуюся на их шеях, причем оба заметно старались растянуть этот процесс, а как трогательно Рокстон смахивал с носика Маргарит блёстки, а она как зачарованная смотрела на него… Нет, решительно тряхнула головой Вероника, это была не зависть, а просто…просто она видела, как всё должно быть. Она помнила знаменитую фразу о том, что можно прожить всю жизнь под одной крышей, говорить друг с другом, даже быть уверенными в любви друг к другу, но только общие занятия ерундой указывают на истинную душевную близость. Дурачились ли они когда-нибудь с Мелоуном? Или каждый был только занят тем, какое впечатление он производит на другого? А знают ли они друг о друге столько, сколько нужно, чтобы понять? И что он успел передумать и перечувствовать за эти полгода, что странствовал? Вероника покачала головой. Слишком сумбурные мысли. Никакого порядка. О чём же она хотела подумать? В чём разобраться? В чём? -Ви!– почти крикнула ей в ухо Финн. -Скоро же РОЖДЕСТВО! Грусть отменяется! *** [Запись в зелёной тетради, почерк Вероники] Саммерли, он сказал, что я была абсолютно права, когда предложила остаться друзьями, и что он теперь и сам этого хочет! А я – хоть стой, хоть падай! Нет, я, конечно, сдержалась, состроила восторженную физиономию, мол, как замечательно, что мы друг друга поняли. Но на деле я не хочу, чтобы он был мне другом, по крайней мере, просто другом! Друзей у меня и так полно, мне нужен… Нэд. Мой Нэд. А он почему-то здорово вдохновился идеей дружбы. Представляете, теперь при мне даже преспокойно без рубашки расхаживает! Что дальше? Будем вместе пить пиво и обсуждать бейсбол?! Нет, нет, нет! Не хочу, не могу! А ведь придётся. Я понимаю, что сама виновата. Не знаю, о чём думала, когда предлагала ему дружбу. Это уже потом, во время путешествия на воздушном шаре, до меня дошло: если человек тебе снится каждую ночь, это неспроста! В общем, я вся растеряна, и пока не понимаю, кто виноват и что делать. Жаль, что Вас нет рядом. Вы бы обязательно что-нибудь посоветовали. Или хотя бы успокоили. Очень скучаю по Вас, Саммерли. [Конец записи] [Запись в зелёной тетради, почерк Мелоуна] Я снова дома! Очень по всем соскучился! И, смею думать, это чувство взаимно. Познакомился с Финн. Забавная девчонка. Наконец-то я встретил человека, который больший ребёнок, чем я. А Вероника стала ещё красивее. Я не удивлён. Я сказал, что теперь понимаю: нам и впрямь надо быть только друзьями, не больше. Видели бы Вы, как она обрадовалась! У неё, наверное, гора с плеч свалилась. Один солдат когда-то посоветовал мне: «Живи как человек. И не мешай жить другим». Именно это я и собираюсь делать. Не хочу, чтоб Вероника ощущала неловкость и тяготилась моей любовью. Какой смысл признаваться в своих чувствах, смотреть на неё щенячьими глазками, если её это только смутит, и никаких ответных порывов я не дождусь? Нет, пусть она живёт спокойно и ни о чём не волнуется. Давным-давно я читал о правителе, который носил особый перстень. Когда монарх печалился, он смотрел на свой перстень и веселел. А в минуты радости, опять же взглянув на перстень, начинал грустить. На перстне было выгравировано: «И это пройдёт». Жаль, что у меня такого перстня нет. Я бы на него часто смотрел. Смотрел и читал. Перечитывал бы снова и снова. Потому что говорить это себе, и вслух, и мысленно, уже надоело. Пойду что ли хоть дров нарублю, чтоб отвлечься от этих мыслей. [Конец записи]