Kiss? Not Kiss!

Чонин, Джисон и менеджер Канн стояли у двери, ведущей в кабинет Директора Кима. Неуверенно подняв руку, Кай пару раз стукнул по полированной деревянной поверхности и, услышав короткое "Войдите", первым вплыл в кабинет, почувствовав острый укол крохотного кулачка Джисона в районе лопаток. - Какого хрена мне звонят в три часа ночи и сообщают, что из вашего номера раздаются крики и стоны явно не эротического характера? - Простите, Господин Ким! Я не хотел, вас беспокоить в столько поздний час, Господин Ким! Но у меня не было выбора, Господин Ким…,- зная характер менеджера Канна, Ёнмин коротко махнул рукой и перевёл раздражённый, заспанный взгляд на Кая, которого считал виновником этой ситуации. - Я понимаю Джисон, он постоянно такой хренью страдает, но ты…,- начал он, но был прерван, недовольным возгласом Пака "В смысле Джи…", не дав ему договорить он продолжил свою обвинительную речь,- как мог, ты, взрослый воспитанный мужчина, повестись на его дешёвые провокации… - В смысле дешёвые? Я-эксперт! Все в группе думают, что я пуська и лапочка! Даже Ренджун от меня в восторге!- мужчины дружно повернули головы в его сторону. На лице Кая застыл ужас. Он не мог понять, как этот малолетний нахал посмел мало того, что перебить Господина Кима, так ещё и столь фамильярно общаться со старшим поколением. Ёнмин же, скривился в пренебрежении и, пропустив мимо себя очередную, уже успевшую набить ему оскомину тираду, продолжил разносить мозг Кая на кусочки: - Тебе двадцать шесть лет! А ты устроил драку с малолеткой в дорогущем отеле! И ты посмотри на него! Как по-твоему он должен быть лицом нашей новой рекламной компании? Да мы разоримся на его гриме! И как раз в разгар криков, в кабинет ввалился, такой же заспанный, как и все присутствующие, Тэён. - Господин Ким, шесть утра, что такого важного в шесть утра вы хотели мне…,- его голос резко оборвался, в момент, когда взгляд упал на побитое лицо его горячо любимого макнэ. Он качнулся вперёд и подбежал к Джисону, сразу же обняв его и принявшись выспрашивать, какая мразь посмела обидеть его лапуленьку. Одного косого взгляда Пака на такого же побитого, как и он сам Чонина, хватило для Ли, чтобы понять абсолютно всё. Он мягко огладил щёки своего маленького мальчика и поцеловал в кончик носа, а затем развернувшись, отвесил опешившему Каю звонкую пощёчину. Ким застыл на месте, в очередной раз поражаясь инстинкту мамочки у Тэёна, и уже заранее переживая, что им ещё записывать совместный альбом. Директор Ким обернулся к менеджеру, задав весьма разумный вопрос, что тут делает Тэён и почему считает, что это он его вызвал. Канн слегка побледнел и срывающимся от эмоций голосом выдал: - Простите, Господин Ким! Когда мне позвонили из отеля, я так испугался! Так испугался! И позвонил всем до кого смог дозвониться! - И кому же ты, солнце, успел дозвониться? - Только вам двоим!- воскликнул Канн. - Хорошо хоть не до жёлтой прессы,- облегчённо прошептал Ёнмин. - Они не взяли трубку,- пролепетал менеджер Канн. - Ладно. Неважно, Господин Ли всё-равно был мне нужен сегодня чуть позже,- Ён оторвал взгляд от поникшего менеджера и перевёл его на обороняющегося от цепких кулачков Тэёна, Кая. - Прекратите!- крикнул на них не выспавшийся директор Ким. Те тут же прекратили свою нелепую драку и уставились в ожидании на одёрнувшего их мужчину. - Хватит рассиживаться, у вас и так мало времени, идите приводите себя в порядок и бегом в аэропорт. - В смысле в аэропорт? Куда мы полетим в таком состоянии?- удивлённо вопросил Чонин, оглядывая и себя, и покрасневшего, спрятавшегося за спиной Тэёна, Джисона. - Как куда? На прекрасный остров Кванджу! Где золотой песок и море романтики! Из-за твоего прокола, Чонин, мы не изменим наши планы. Поднял свою жопу и пошёл собираться, возможно, вы даже успеете позавтракать. Перед тем как выйти, Ёнмин попросил Тэёна задержаться, для важного разговора. Уже у двери, Чонин услышал наставления Ли для Пака. Тот вещал, что Джисон не должен бояться, его, Чонина, и ему следует защищаться от его домогательств всеми доступными способами, включая и не самые честные и гуманные. Кай, хотел было открыть рот и посвятить присутствующих в тайну личности милашки-Джисон-и, но перехватил угрожающий взгляд Директора Кима и решил, что будет благоразумнее промолчать.

//А: как ни странно, именно Ёнмин мой любимый персонаж, как жаль, что этот фанфик не про него, ага.//

***

Пережив издевательства визажиста и понаблюдав, как Тэён, вернувшийся слишком уж притихший и задумчивый от Ёнмина, кормит своего ненаглядного малыша Джисон-и, они с горем пополам добрались до аэропорта. Джисон при этом, замолчавший ещё при первом появлении их лидера, продолжал молчать на протяжении всего пути, вплоть до высотки в Кванджу. Первым делом они сели на, заранее заказанное, такси, которое доставило их прямо к снятому для них Директором Кимом пляжному домику. Всё ещё молчащий Джисон рассматривал специально составленный для них менеджерами и пиар-отделом план уикенда. Список включал в себя все многочисленные достопримечательности, оглядывая только названия которых Пак впадал в уныние. Они вышли из их домика спустя час и последовали строго по списку. Кай обречённо поглядывал на раздражённого и хромающего на одну ногу, после этой ночи, Джи, который так и продолжал молчать и сводить на нет все попытки Чонина превратить эту поездку в хоть сколько-либо романтическую. Хотя как сказать попытки – Чонин, откровенно говоря, боялся что-либо делать. Он никогда не испытывал страха к своим непреднамеренным партнёрам, которых навязывало агентство. И даже "разнообразие" посещаемых ими мест не могло скрасить этот ужасный и скучный день. Впрочем, совместная ночь была не лучше. Вымотанный долгими прогулками Пак, придя в их домик, даже не приняв душ, завалился на единственную кровать и раскинулся звёздочкой, вырубившись до самого утра. И как только Чонин не пытался его растолкать или подвинуть, у него ничего не вышло и пришлось спать в миниатюрном кресле, которое больше походило на инсталляцию, чем на предмет мебели. По утру у него ломило всё тело и ужасно болела голова от непрерывного бормотания Джисона во сне, которое неимоверно отвлекало. Тот бубнил о сучности своей жизни, о зверских репетициях и о чёртовом Хуане Сьюйси, который в принципе непонятно что делал в его ночных мыслях.

***

-Оу, даже грим не помогает. Выглядишь ты, откровенно говоря, слишком уставшим. Что случилось на Кванджу?- протянул Тэмин, стоило им только встретиться перед предстоящей репетицией Суперов на излюбленном местечке - крыше агентства. - Это,- Кай обвёл пальцами, наспех замазанный тоналкой синяк,- я получил ночью… Не успел он договорить, как Ли накинулся на него с обвинениями и нападками о том, что "Как ты вообще посмел?" и "Ему всего восемнадцать!", которые уже вызывали у Чонина ноющую боль в зубах. - Да ничего я с ним не делал! Мы просто… просто повздорили! - Только не говори мне, что ты ударил его. Ким вспомнил злые взгляды, недовольное шипение, хромающего Пака, и отвёл взгляд, понимая, что возможно, (но только возможно!) перегнул тем вечером палку. - О Боже, да как ты до такого опустился-то вообще? Бить детей… для таких, как ты, я уверен, в аду есть отдельный котёл. - Не драматизируй, Тэ, я не знаю, как вообще произошла та драка. - Из-за чего хоть? Кай кашлянул и отвёл взгляд в сторону. - Из-за хлопьев,- обречённо протянул он, понимая, что эта не самая веская причина для драки и, коротко глянув на Ли, обнаружил на его лице застывшее выражение "Да, ты, бро, ёбнулся в край". - Слушай, это тяжело объяснить… Да и Директор Ким … в общем, уф, я не знаю, ладно?! Всё произошло как-то само собой! - Ты говоришь, что не поцелуешь его даже за сто тысяч вон, потому как он дитя, но при этом умудрился вломить ему? Думаю, это тянет, как минимум, на пять сотен, друг, и ещё плюс моральный ущерб. Я уверен, что Тэён ему все мозги сегодня засрёт нотациями и лекциями по самозащите. - Ох, не напоминай про Тэёна. Я даже представить боюсь, что он сегодня со мной сделает! - Ну, я поддержу тебя,- просматривая что-то в телефоне, ответил Ли, но затем ненадолго задумался и добавил,- Морально. - Спасибо, очень ценю,- слегка саркастично простонал Кай, запрокидывая голову к небу. - Всегда пожалуйста. Мне пора. Надо позвонить. Чонин не успел спросить, кто такой важный появился в жизни Тэмина, раз он в последнее время не выпускает смартфон из рук, но тот уже скрылся за дверью и Ким успел услышать только негромкое: "Я скучал".

***

Репетиция проходила в напряжении. Четыре пары глаз озлобленно следили за каждым движением Кима. Стоило ему хоть в чём-то допустить малейшую ошибку, как один из представителей NCT тут же упрекал его в этом. Чонину казалось, что ситуация просто не может стать хуже, но как оказалось он был не прав. Когда дверь в студию, скрипнув, открылась, и в помещение вошёл Джисон со стаканчиком из кофейни, Кай понял, что это и есть его конец. Пак хромал, явно старался это скрыть от следящих за ним глазами, но всё же… отчётливо прихрамывал на правую ногу и слегка кривился. - Я принёс вам кофе, Чонин-хён,- негромко произнёс он, протягивая пластиковый стакан,- Специально выбирал. Простите меня за… за всё,- сглотнув сказал он и отвёл глаза. Кай поражённо замер, вспоминая какая Пак на самом деле стервозная дрянь и восхищаясь его актёрской игре. - Ты не должен извиняться Джисон-и!- воскликнул подскочивший к ним Тэён. Ким поднёс к губам стаканчик и, сделав глоток, чуть не выплюнул напиток обратно.

Имбирно-лимонный эспрессо.

"Какой же ты злопамятный сучёныш",- восхищённо подумал он, наблюдая, как Джи лепечет, что он, Кай, не виноват и что они оба в той ситуации были неправы. Вытолкав за дверь не сильно-то и сопротивляющегося Пака, Тэён подошёл к Чонину вплотную и, сильно ткнув пальцем в солнечное сплетение, злобно прошипел: - Мой Джисон-и пострадал из-за тебя! Я не могу повлиять на договор и всё это варварство, но наш макнэ совершенно не умеет врать, и я узнаю, если ты его снова обидишь и, клянусь, Ким Чонин, я прибью тебя. - Тэён, ты не забыл, что я старше тебя?- вопросил Кай, про себя удивляясь, как же сильно Пак запудрил всем окружающим мозги. - Он мамочка NCT, а ты домахиваешься до его младшего ребёнка,- заметил подошедший Бэкхён,- Чего ты от него ожидал?

***

Лукас никого не ждал этим вечером. Изматывающие репетиции, тяжёлые отношения в группе, бесконечное нытье Тэёна по поводу скотского отношения Кая к их макнэ, да ещё и Джисон, который половину прошлой ночи вещал, какая же Чонин мразота и самодовольная тварина. Оказавшись между двух огней из злобно настроенного Пака и не знающего, какой на самом деле у них младшенький, Ли – Хуан практически умирал от их давления. Он лежал на кровати, бездумно пялясь в потолок, пытаясь прийти в себя после длинного, суматошного дня, размышляя, что долго не протянет в подобном темпе, когда дверь, без стука и даже малейшего на него намёка, распахнулась и явила обеспокоенного чем-то Джисона. - Сьюйси, мне срочно нужна помощь, без тебя никак!- громогласно объявил Пак, будто не он ещё полчаса назад изображал перед всей группой умирающую лань с подбитым, злобным разбойником, копытом. - Какого хрена?- зарываясь пальцами в спутанные волосы, простонал Лукас,- И хватит уже так меня называть, ты же знаешь, я это ненавижу! - Так вот, Сьюйси, мне нужна твоя помощь, - снова повторил Джи, пакостливо растягивая губы в злорадной усмешке. Он закинул на кровать чемодан, до отказа забитый брендовым шмотьём и, выпрямившись и уперев руки в боки, будто его здесь ждали, будто ему тут рады, возвестил: - У меня сегодня, как ты знаешь, свидание в самом дорогом ресторане, с самым "потрясающим" мужчиной. Лукас невольно скривил лицо, представляя, какое шоу сегодня устроит эта маленькая мстительная пакость для "самого потрясающего мужчины". Пак открыл чемодан и вывалил на всю ту же разнесчастную кровать гору одежды и косметики, напизженой у Тэёна. Хуан оглядел все эти богатства скептическим взглядом и приподнял брови. - А я тут причём?- уточнил он, уже заранее догадываясь, что Джисон в любом случае, так или иначе, заставит его помогать,- Ты же у нас самый умный и "надёжный" в NCT,- процитировал макнэ Лукас. Тот заявил эту потрясающую новость на прошлом собрании группы и, откровенно говоря, не смеялся тогда только сам Джи и Ренджун, который вообще души в этой мелкой мразоте не чаял. Джисон, к счастью и спокойствию нервных клеток Хуана, не обратил на эту фразу внимания. - Как ты, наверное, знаешь, отношения у нас с Чонином немного не задались,- намекая на драку, сказал Пак. Сьюйси, разумеется, был в курсе событий и, по подозрениям Джисона, узнал обо всех подробностях даже раньше менеджера Канна. Если уж на то пошло, Хуан не был удивлён произошедшему, ведь знал какая на самом деле сучка его маленькая подружка-Джи, даже лучше, чем Директор Ким, с которым тот хоть немного, но сдерживал себя. - Да и последнее свидание вышло не очень,- продолжил Пак, начиная расхаживать по комнате,- Ни одной пристойной фотки, которую можно было бы слить в прессу. Ёнмин был в ярости. Теперь мы должны отыграть все вдвойне. Джисон замялся и явно нехотя выдавил: - К тому же, в том провале свидания была и часть моей вины тоже. - Постой - ты … признаёшь свою вину?- недоверчиво протянул Лукас, вглядываясь в лицо слегка смущенного собственным откровением парня. - Ну, я был расстроен. И к тому же, этот моральный урод меня покалечил! Смотри, что он сделал с моей ногой!- ткнув пальцем в конечность, воскликнул Пак и показательно скривил лицо. Хуан скептически оглядел его совершенно здоровую ногу, припоминая, как тот вчера весело прыгал на его кровати, словно пятилетняя девчушка. - Что бы ты там не хотел – справишься самостоятельно,- Сьюйси лёг обратно, зарылся в подушки и закрыл глаза,- Я в тебя верю, друг мой,- пробормотал он, в надежде, что сегодня Пак над ним сжалится и уберётся донимать кого-нибудь ещё. Но Хуану сегодня явно не везло, потому как, не успел он расслабиться, Джи схватил его за воротник и прошипел прямо в губы: - Если ты мне не поможешь, я сделаю так, что Читтапон даже не посмотрит в твою сторону. Не смотря на то, что Лукас знал этого маленького шантажиста слишком хорошо, чтобы гордо заявить: "Ты не посмеешь! Это всего лишь жестокая шутка!", он понимал так же и то, что Пак вполне может быть способен вытворить такое. Он посмотрел в чужие глаза и неуверенно кивнул. «Я слишком устал для споров»,- подумал Сьюйси и сказал: - Хорошо, давай без прелюдий, что ты от меня хочешь? Джисон нагло ухмыльнулся и отпустил его воротник. Тяжёлое тело тут же упало на кровать и слегка спружинило. - Я хочу, чтобы ты помог мне придумать такой образ, из-за которого Чонин сойдёт с ума! Лукас не в первый, но и не в последний раз за этот вечер, простонал и поднялся с кровати, раздумывая сильно ли ему влетит, если он сейчас вышвырнет этого поганца из окна и завалится спать.

***

Вечер выдался прохладным и, на удивление, приятным, несмотря на то, что всё тело ломило от зверств Тэёна на репетиции, Чонин неспешно собирался на свидание. Все его мысли летали вокруг предстоящего вечера и вероятного опоздания Джисона, который ещё ни разу не пришёл в срок ни на одну встречу. Выйдя из квартиры, Кай глянул на часы и удовлетворённо кивнул – до назначенного времени оставалось не больше пяти минут, но он был уверен, что при опоздании даже на добрые полтора часа, всё равно прибудет к ресторану первым. Пройдя сквозь широкие стеклянные двери, он остановился у ресепшна и, обведя взглядом ресторан, не поверил своим глазам - Пак Джисон уже сидел за их столиком, потягивая шампанское с таким видом, будто он не больше не меньше королева Англии, ожидающая своего нерадивого внука, в очередной раз пустившегося в загул. Его стройные ноги обтягивали до яростной, вспыхивающей и тут же угасающей под тяжестью морали, искры желания, чёрные брюки. Рубашка, или скорее уж то, что её заменяло, насыщенного винного оттенка с "V" образным вырезом, множеством ленточек и кусочков ткани, сходившихся воедино на его шее, словно чокер, скрывающая его тонкое тело, но при этом весьма удачно открывающая вид на его выпирающие до странности трогательные ключицы (из-за вида которых Чонин испытал желание сейчас же переслать Тэмину деньги и нарушить собственное обещание). Он сглотнул заполнившие рот слюни, отогнал воспоминания о тонких пальцах блуждающих по его груди тем самым злополучным вечером, когда раскрылась истинная сучность этого миловидного демона, и шагнул навстречу безумию, что ожидало его этим вечером за этим самым столиком, с этим самым парнем. Подойдя ближе и поймав слегка заинтересованный взгляд, Ким сбился с шага, но тут же выровнял небольшую заминку и двинулся дальше (как старая развалина), совершенно неграциозно плюхнулся на стул и уставился на картину, что представляло собой лицо напротив. Нежный макияж, дерзкие алые губы и идеально ровные стрелки. Пак Джисон был воплощением страсти, эроса, секса - всем чего жаждало горячее сердце Чонина, но никак не могло получить. Истинно распутный образ на миловидном лице ангела, который таковым не являлся. Волк в овечьей шкуре. Змей искуситель в саду обещаний и условностей. «Никаких поцелуев»!- напомнил себе Кай, наконец, присаживаясь напротив спокойно следящего за ним Джисона.- «Ни одного поцелуя». Пак молчал, продолжая потягивать шампанское, стрелял глазами и нежно улыбался. На его лице не расцветала краска смущения, он не отводил взгляд и выглядел настолько уверенным в себе, что сам Чонин подумал, что это не ему тут скоро тридцатник, а этому пакостнику, заигравшемуся во взрослые игры. Кай в очередной раз бросил восхищённый взгляд на макияж, будто выполненный самим божеством визажистов-гримёров, и моргнул, так и не сказав задуманного "давно ждёшь?". Джисон, которого Лукас "создавал" добрых два часа, которые состояли в основном из стенаний, криков и моря одежды, облизнул губы и приподнял тёмные брови. Идеальные брови. Хуан постарался на славу, когда красил своего малыша-Джи, словно Елену для Париса. Откуда у Сьюйси такие специфические увлечения и взгляды на жизнь, позволяющие творить порой действительно странные вещи и заключать неразумные сделки, а заодно навыки макияжа, Пак не знал, да и не сильно-то его это и волновало, пока другие участники об этой его чудо-способности не ведали, а сам Лукас сотворял из него Афродиту и Баст в одном прекрасном, словно ясный свет, лике.

// А: Да, знаю, это пиздец, но как уж есть!//

Джисон, несомненно гордый произведённым эффектом, но которого при этом явно уже начинало раздражать это восхищённое молчание, растянул губы в провокационной улыбке, качнул бокалом и негромко протянул: - Добрый вечер, Чонин-хён. У вас очень уставший вид, как прошла репетиция? Тэён-хён не сильно вас загонял?

//Б: а какого хрена в предыдущей главе Чонин рвался отбирать у Джисона алкоголь (тип он малолетка), а щас спокойно за ним наблюдает, б**ть // //А: Да потому что он, б**ть, непоследовательный еблан!//

Чонин был и в правду сильно уставший, а весь предстоящий разговор уже сейчас вводил его в уныние и недоумение. И даже столь прелестный вид этой маленькой пакости не мог скрасить весь тот яд, что в любой момент мог вылиться из этих соблазнительных губ. Кай молчал. Не потому что не хотел вести этот лицемерный разговор, а потому, что не знал, как правильно отвечать, чтобы в очередной раз не нарваться на ту отчаянно-озлобленную и дерзкую сторону Джисона, которая перехватывала бразды правления и подчиняла новым правилам даже лучше Ёнмина, который на этом собаку съел.

//А: мы ж про Корейцев пишем, ну а хули нет то?// //Б: я смотрю без расистских замашек мы никуда?))//

Резкий контраст в поведении Пака с момента их расставания в аэропорту Инчхон; перепады его настроения, частые встречи на репетициях, когда эта маленькая мстительная тварь прибегала, чмокала в щёку, приобнимала, впихивала в руки мерзотную жижу (которую нельзя назвать кофе) и сваливала; злые взгляды, когда они в редких случаях оставались наедине; небрежные касания, неприятные острые удары в районе лопаток - всё это разрывало на части и вводило в ступор. Не давало понять, как себя вести и надо ли что-то предпринимать самому. Или же просто отдаться этому бурному течению и ждать пока волны тебя потопят? Кай не знал. И именно поэтому он сейчас молчал. «Я больше не буду играть»,- подумал он и, наконец, заговорил: - Я не представляю, как вы работаете с Тэёном. Он перфекционист и думает, что все должны быть на том же уровне что и он сам. Я конечно тоже неплох в танцах и весьма популярен, но скакать по сцене, как бешенный сурикат на протяжении нескольких часов в блестючих шмотках без перерыва, не могу. И у него постоянно претензии по любому поводу. То нога не там, то бедро слишком игриво вильнуло. Ещё несколько таких репетиций - и я просто вобью его лицо в стену. Джисон не повёл и бровью на эти совсем не лестные слова в сторону своего обожаемого Тэён-хёна. Он явно размышлял о чём-то отстранённом, разглядывая самого Кая, одетого, словно на вручение Оскара или очень уж стильные похороны. Чёрный костюм, чёрная рубашка, тонкий чёрный галстук. - Я думаю, вы слишком строги к хёну. Если вас что-то не устраивает, то необходимо подойти и поговорить с ним. Решить все претензии сейчас, чтобы потом это не привело к конфликту,- юноша протянул руку и мягко коснулся пальцев Кая, нежно улыбнулся и глянул точно в объектив одной из камер, заставляя тем самым вспомнить и самого Чонина, для чего они вообще сюда пришли. «Решить всё сейчас, чтобы потом это не привело к конфликту»,- повторил про себя Ким и невольно вспомнил все их "конфликты".- «Это всё так глупо и неправильно». - Я так понимаю, Джисон, вести себя с тобой как с маленьким школьником не попрёт. Тебе хоть всего восемнадцать, но ты уже сформировавшаяся личность и довольно умён для своего возраста. Да и как бы это прискорбно не было, ты ориентируешься в сложившейся ситуации лучше меня,- взвешивая каждое слово, пересиливая собственную гордость и понимая, что поступает как "настоящий" взрослый, нехотя произнёс Кай, переплетая их пальцы и склоняя голову набок. Он не мог забыть о камерах, и он не мог допустить очередного выговора Ёнмина. - Я удивлён, что вы это признаёте, хён,- тихо, мило, романтично и с поистине издевательской улыбкой (которая на камерах наверняка будет смотреться потрясающе трогательной) ответил Пак, протягивая к нему и вторую руку. Чонин, как взрослый и зрелый мужчина, решил пропустить это мимо ушей и продолжил: - Как ты мне и сказал, лучше решить все наши разногласия сейчас и хотя бы попытаться стать друзьями. Так сказать, узнать друг друга получше, раз нам предстоит проводить много времени вместе. - Мне нравится ваша идея, хён, как и вы сами,- улыбка Джисона приобрела невиданный ранее эмоциональный оттенок. Рассматривая позже это фото, Чонин будет не в силах оторвать взгляда добрые пятнадцать минут и будет проклинать себя, поглаживая свой член, испытывая болезненное чувство вины и удовлетворения разом.