Сквозь время

Княжество Валахия, зима 1457 г.

      Первые солнечные лучи ударили в глаза путников, освещая их дорогу по скалистой зимней тропе. Липкий снег хрустел под ногами, разносясь эхом по молчаливому лесу, окутанному в ледяной иней после ночи. Высокие деревья низко опускали свои ветви, покрытые морозным прикосновением, который охранял покой приближающейся деревни.       Стоило повернуть, и перед глазами раскинулся высокий белокаменный замок, словно из рассказов отца, которые Анна слушала ещё совсем малышкой. Она мечтала о дальних странствиях, умоляя батюшку взять её с собой в очередное торговое плавание, а мужчина лишь посмеивался, предрекая девочке встречу со сказками во снах. Но вот сонная пелена развеялась, и Анна вновь распахнула глаза, чуть хмурясь от отёкшего тела, и перед ней был тот самый замок. Только лишь всё вокруг слабо походило на сказку.       Девушка выпрямилась в седле, окидывая светлым взором молчаливых путников и бросая смущённый взгляд на Влада, ведущего её лошадь за поводья рядом. — Где мы? — мягко произнесла она, нагибаясь ниже к лошади и стараясь перейти на полушёпот, словно боясь разрушать тихий покой леса. — Неподалёку от замка Бран, — кивнул брюнет в сторону белокаменных сводов, стремящихся рыжими вершинами в высь нежно-голубого неба. — Здесь же проходят торговые пути, поэтому вы направляетесь туда? — Анна внимательно взглянула на князя, на лице которого пролетело мимолётное удивление.       Брюнет слегка усмехнулся, окинув девушку будто бы новым изучающим взглядом, пытаясь понять её натуру, которая словно магнитом влекла его к ней. Не ответил, лишь улыбнулся и молча окинул взором деревню, медленно просыпающуюся под лучами холодного солнца.       Лошадиные шаги зацокали по каменному мосту, покрытому тоненькой корочкой льда. Несколько стражников приветственно выпрямились при взгляде на князя Дракулу, а путники вошли в двор замка, встречающего своих гостей. Брюнет протянул руки к талии девушки, помогая ей сойти с лошади, приподнимая её словно пушинку и мягко опуская на снег.       Голубо-зелёные глаза взглянули на его лицо, а на нежной коже заалел предательский румянец. Анна как завороженная смотрела в серый омут его глаз, в котором промелькнул знакомый металлический отблеск. Её сердце трепетало в груди по неизведанным для девушки причинам, а она лишь надеялась, что он сочтёт румянец признаком морозного воздуха. Она так отчаянно билась, бежала несколько недель, чтобы вернуться домой к своей семье, но смотря на брюнета, тоска будто бы заглушалась, становилась менее болезненной и режущей. Она словно видела свой дом в его глазах, не понимая, что именно происходит с её сердцем.       Анна отвернулась, смущённая ещё более своим любопытством и поднимая голову на двух полненьких женщин, которые уже спешили к ним с широкими улыбками. — Тебя проводят в твои покои, мы останемся здесь лишь на ночь, — произнёс Влад, вновь привлекая её внимания и не отрывая взгляда от прекрасного лица, которое горело огнём от морозного ветра. — Через несколько часов я зайду за тобой, сможем сходить в деревню. Если пожелаешь.       Анна кивнула, улыбнувшись и приподнимая полы длинного платья, которое словно одеревенело от холода ночи, пошла вслед за добродушными женщинами вглубь замка.       Тело благодарно дышало, а девушка проводила согнутыми пальцами по мокрым рыжим локонам. Пар от горячей воды ванны, набранной специально для неё, будто бы кружил голову, заставляя тело наконец расслабиться и смыть с себя усталость долгой дороги. Анна тщательно мылила руки, оттирая от себя все следы прошедших кошмаров и мысленно откидывая воспоминания того кровавого утра, которое не покидало её память каждый миг. Обездвиженное, безвольное тело девушки и капли крови на снегу, падающие с хитрых ухмылок мужчин…       Анна передёрнулась, будто откидывая воспоминание и стараясь прийти в чувство, ещё сильнее натирая разгорячённую кожу. Страх снова подкрался к израненному сознанию, напоминая о своих скользких прикосновениях, которые словно душили её душу. И лишь воспоминания о сильных руках князя, уносящего её подальше от кровавого ужаса, внушали девушке ощущение защищённости, исходящее от этого брюнета.       Покинув ванну и высушив волосы, девушка успела пару часов вздремнуть и позавтракать, когда солнце уже клонилось на другую сторону горизонта, предвещая скорую морозную ночь. Анна расчёсывала медные пряди волос, блестящие от падающих лучей из окна, которые будто бы орелом короны подсвечивали золото локонов. Поправив тяжёлые складки тёмно-синего шерстяного платья, она окинула себя изучающим взглядом, ощущая острый укол чувства вины за то, что не пытается вернуться домой.       Мягкий стук в дверь вывел девушку из размышлений, и она обернулась на женщину, которая всё с той же улыбкой прошла внутрь комнаты, залитой ярким солнцем. — Мадам, сегодня первый день весны. Не желаете сплести бутоньерку в честь Мэрцишора? — произнесла она. — Мэрцишора? — непонимающе повторила Анна.       Женщина добродушно улыбнулась, протягивая девушке белую и красную нить. Анна недоверчиво взяла их, поднимая всё ещё удивлённый взор на неё. — Это праздник наступления весны, освобождения от холода и темноты, — начала объяснять женщина в ответ. — Мы плетём бутоньерки в виде цветов и дарим друг другу. — Но мне некому её подарить, — глаза Анны вновь стали грустными от колкой внутренней пустоты и острого чувства одиночества в неизвестном крае полном своих традиций, уклада, истории — таких незнакомых для неё. — Ну может есть кто-нибудь особенный, — женщина мягко накрыла полненькой ладонью тонкое запястье девушки, вновь озаряя комнату своей улыбкой и даря Анне такой нужный лучик надежды и призрачной поддержки, который словно передался через её прикосновение.       Она покинула покои, оставляя девушку одну, погружённую в свои мысли. Пальцы Анны слегка поигрались с разноцветными нитями, и, сев на кровать, она почувствовала прилив необычайного желания сделать этот цветок. Руки сами начали двигаться, заплетая один узелок за другим, вырисовывая перед девушкой первые штрихи бутоньерки.       Новый стук в дверь, уже более сильный и уверенный, и она вздрогнула, скрывая цветки между тканью платья. Влад, как и обещал, зашёл за Анной, предложив сопроводить её в деревню, где намечался праздник первого дня весны. Брюнет отдёрнул коричневый сюртук, ожидая девушку, и спустя несколько мгновений они уже вышли из замка, медленно идя по снегу в полной тишине.       Путь был недолгий, а девушка нервно теребила складки, боясь того, как отреагирует князь на её подарок, и слыша лишь стук собственного сердца, отдающийся паническим хором в голове. Анна смотрела уверенно вдаль, стараясь сохранять равнодушное лицо, а Влад с любопытством наблюдал за ней, ловя каждый её быстрый взгляд. Мужчина завёл руки за спину, слегка ухмыльнувшись, и посмотрел в сторону деревни, к которой они стремительно приближались. — Мы идём на праздник? — наконец произнесла она, смело смотря в серые глаза брюнета. — Да, — улыбнулся он в ответ. — Ты знаешь легенду? — Какую? — в голубо-зелёных глазах девушки промелькнул травянистый огонёк, выдающий её любопытство, и мужчина ещё раз усмехнулся, начиная свой рассказ. — Говорят, что однажды, в первый мартовский день, на опушку леса вышла красавица Весна, огляделась и увидела подснежник, который пробивался в зарослях шиповника. Она решила помочь цветку, расчищая землю вокруг от колючих веток, но про это прознала Зима, которая не желала отступать перед ней. Рассердившись, взмахнула она руками, призывая морозную метель, которая тут же уничтожила нежный подснежник. Но Весна не бросила цветок, желая спасти его, и прикрыла руками, уколовшись при этом об колючие ветви шиповника. Из её раны упала капля крови, которая оживила подснежник и помогла Весне победить Зиму.       Вспоминая рассказы отца, Анна как завороженная хватала каждое слово Влада, не отрывая взгляда от его лица. Брюнет спокойно шёл вперед, всё также держа руки за спиной, и любовался красотой её глаз, которые светились таким детским любопытством. — Это тебе, — произнесла девушка, неожиданно остановившись и протянув мужчине красно-белую бутоньерку.       На мгновение он замер, гипнотизируя подарок в её руках, протягивая пальцы навстречу, которые соприкоснулись с её. Его теплые прикосновения отдавались резкой волной мурашек по всему телу девушки, заставляя вздрогнуть и глубоко вздохнуть. Брюнет улыбнулся, благодаря её за цветок и делая шаг навстречу, заставляя девушку замереть.       Анна словно бы не дышала, не отрывая взора от мужчины, который смотрел в мятный омут её глаз, скользя взглядом к медным локонам, на которые медленно опускались причудливые снежинки. Он протянул руку к её лицу, нежно проводя пальцами по контуру и еле-еле касаясь молочной кожи. Резко отдёрнул, вновь заводя их за спину и отводя взгляд в сторону деревни. — Есть ещё одна легенда, — начал брюнет, возвращая взор к ней и ловя её улыбку, — согласно которой Солнце спустилось на землю в облике прекрасной девушки, но злой Змей украл её, закрыв в своём замке. Тогда опустилась тьма: птицы перестали петь, люди забыли, что такое радость и смех, а мир погрузился в печаль.       Они продолжили свой путь, идя уже ближе к друг другу, а Анна улыбалась, ощущая тепло внутри, которое словно волнами раскатывалось по всему телу. — Но был один храбрый юноша, который решил спасти Солнце и вернуть людям счастье, — продолжал Влад, вновь ловя нежный взгляд Анны, а сердце мужчины почему-то забилось в удвоенном темпе. — В конце концов, Змей и юноша схлестнулись в ожесточённой схватке. И убил он Змея, освобождая Солнце, но был тяжело ранен и умирал. Весна наступила, возвращая людям радость и уничтожая тьму. А кровь юноши оросила белоснежный снег, а где он таял — вырастали подснежники. — То есть красная ленточка это кровь? — улыбнулась Анна. — Любовь и память о крови юноши, победившего тьму. А белый, — он вновь остановился, доставая похожую бутоньерку из кармана сюртука и проводя пальцами по нитям, протягивая девушке цветки, — чистота подснежника.       Анна замерла, протягивая руку навстречу ему снова, принимая ответный подарок. А сердце девушки уже вылетало из груди, разнося трепетных бабочек по всему телу, стоило ей ощутить тёплое прикосновение к своим пальцам. И только через бесконечный миг они услышали шум праздника, окружавший их и заглушаемый до этого стуком собственных сердец, которые бились в унисон даже на расстоянии вытянутой руки.       Солнце уже почти скрылось за скалистыми вершинами гор, затягивая за собой яркие цвета оранжево-розового заката, которые пугливо прятались под натиском тёмного неба. Россыпь бриллиантовых звёзд, оросившая глубокую синею пелену, становились ещё ярче. А молочная хозяйка — луна — будто бы указывала им путь, прокладывая свои жемчужные дорожки по снегу. Тут и там замигали первые огоньки будущих костров, вокруг которых собирались жители деревни, продолжая свой праздник и уносясь в весёлые танцы.       Анна приободрилась, а на её лице уже не сходила очаровательная улыбка, преображающая его. Влад провёл девушку дальше, рассказывая про уклад и традиции Валахии, и время протекало быстро и весело. Анна потянула его за сюртук, подтолкнув в танец вокруг высокого костра, и они влились в общий хоровод людей. Сердце девушки бешено колотилось, а щёки залились разгоряченным румянцем. Кто-то слегка толкнул её сзади, и она поддалась вперёд, падая прямиком в сильные руки брюнета.       Влад стремительно отреагировал, подхватывая девушку за талию и прижимая к себе. Она подняла лицо к нему, а в глазах промелькнул мятный блеск. Грудь тяжело вздымалась в квадратном вырезе платья, очерчивающем её изгибы. Залитые щёки горели предательским огнём, а они вновь не отрывали взоров, стоя в центре хоровода, прижатые друг к другу.       Но внезапно раздался леденящий душу крик девушки, повторившийся вновь через мгновение. Музыка резко замолкла, а люди остановились, недоумённо вглядываясь в темноту. Влад быстрым шагом пошёл прямо, направляясь в сторону чащи леса, граничившей с первыми домиками деревни. Молодая женщина стояла со слезами на глазах, дрожа как осиновый листик, и смотрела невидящим взором на алый снег. Андрей, поспешивший вперёд на шум, сидел перед телом девушки, приподнимаясь и поворачивая голову к князю с тяжелым взором. — Влад, она мертва! — произнёс он, а брюнет подошёл ближе, рассматривая застывшие в ужасе глаза незнакомки.       Горло было перерезано, словно тоненькая нить алого ожерелья. Тело стало прозрачным и бледным, обнажая каждую венку. Вокруг разбежалось огромное пятно крови, пропитавшее белоснежный снег и окрасившее его в красный оттенок. Влад подошёл ближе, присаживаясь на корточки и замечая отблеск серебра, засиявшего под лунным светом. Протянул руку, взяв в пальцы перстень, точно такой же как был у него или у его отца, с выгравированным драконом, символом его рода и ордена. И не было сомнений у мужчины от того, чья это была месть, и что это значило. — Драгош… — произнёс брюнет, поворачивая голову к Андрею и сжимая перстень в кулаке…

Румыния. Наши дни…

— Лайя, ты проснулась? — раздался звонкий голос Милли за дверью, и блондинка вздрогнула, быстро прикрывая дневник и засовывая его под одеяло.       Девушка проснулась несколько часов назад, но, желая чуть понежиться и не вставать сразу, решила немного почитать. Тот самый дневник, тянущий её своими тайнами. И не заметила, как пролетел целый час, пока она увлечённо скользила глазами от страницы к странице, будто бы перемещаясь во времени, утягивающем её в эту историю.       Милли приоткрыла дверь, не ожидая ответа, и прошла в комнату сестры, запрыгивая прямо на кровать. — Ты же обычно встаешь рано, — хитро взглянули на Лайю карие глаза, а девушка подальше отпихнула дневник под одеялом, пряча его от сестры. — Ага, — улыбнулась она. — Все уже спустились вниз, — продолжила Милли, усаживаясь поудобнее и явно не желая уходить. — Там холодно. — Окееей, я тогда сейчас встану, умоюсь и спущусь, — ответила Лайя улыбаясь сестре, делая вид, что встаёт с кровати.       Милли нахмурилась и откинулась на подушки, наблюдая за сборами сестры. Лайя тяжело выдохнула, надеясь, что брюнетка не найдёт спрятанный дневник, и направилась в ванную, умываясь и приводя себя в порядок. Уже через полчаса девушка была готова, натянув на себя узкие чёрные джинсы и надев бежевый свитер с грубыми ботинками, предпочтя его шёлковой серебристой блузке. Мысленно отметив заметный морозный холодок, доносящийся из окна, она чуть поёжилась, укутываясь в тёплую вещь, и расчесала волосы, заплетая толстую косичку.       Сестры неспешно спустились вниз, проходя в широкую столовую, залитую ярким светом из огромного окна. Солнце скрылось за плотными серыми облаками, опустившимися с небес на вершины гор, скрывая их за туманной пеленой. Три пары обеспокоенных глаз устремились на них, и девушка тут же почувствовала наступающую тревогу. Присаживаясь за стол, Лайя подвинула себе чашку с кофе и сделала глоток. — Что-то случилось? — мягко поинтересовалась она. — Убили ещё одну девушку, — ответил Лео, хмурясь и отводя грозный взгляд в сторону окна.       По коже Лайи побежали ледяные мурашки, заставившие её поёжиться. Она осмотрела мужчин, которые синхронно смотрели на горы, погружённые в свои размышления. — Нужно найти картину быстрее, — произнёс Влад, обращаясь к Раду. — Я займусь этим, — ответил ему брюнет. — Что бы вы не искали, я могу помочь, — произнёс Лео, поворачиваясь к ним. — Какую картину и почему вы её ищите? — недоумевала Лайя, пытаясь установить связь между предметом искусства и убийствами девушек.       Несколько секунд они молчали, сверлили взглядами друг друга, наконец, Влад выпрямился, делая тяжёлый выдох, и встретил взгляд девушки, хмурясь. — Существует мнение, что на одной из тех картин изображён последователь Драгоша, который совершал все эти убийства более пятисот лет назад, — новая волна мурашек пробежалась по спине девушки от глубокого голоса брюнета, произнёсшего уже знакомое имя.       Глаза Лайи расширились и, следом, нахмурились, а девушка сжала сильнее в руках чашку кофе, ощущая тревожные волны, разрастающиеся по всему телу. Вновь взглянула на Раду, который изучал её лицо, и отвела взгляд, откидывая в голове странные мысли о слишком большом количестве совпадений с дневником. — Но вы же ищите картину пятнадцатого века, как может быть последователь здесь, в двадцать первом? — чуть удивлённо усмехнулся Лео. — Тот, кто хранит эту картину, может знать, кто убивает девушек сейчас, — начал Влад. — Просто поверьте — это связано.       Лайя лишь кивнула в ответ, ловя на себе его серебристый взгляд, полный тёплой искренней надежды. Сделав ещё один глоток кофе, она посмотрела на Раду. — Кто новая жертва? — мягко поинтересовалась она, пытаясь мыслить отстранённо и продолжать как журналист. — Студентка, прибывшая в Румынию по обмену, — спокойно произнёс мужчина, разливая свой бархатный голос по столовой. — Свидетель видел…       Глаза Лайи расширились, она резко поддалась вперёд, подскакивая на месте и перебивая мужчину. — Свидетель? Был свидетель? — взволнованно заговорила блондинка. — Да, — спокойно ответил Раду, слегка приподнимая брови. — Что он видел? — девушка взглянула на Влада с примесью выжидающей надежды. — Мы пока не выяснили, я собираюсь поехать к нему… — Я с тобой, — мгновенно ответила девушка, пытаясь вложить в голос всю уверенность и дольку спокойствия.       Влад нахмурился, будто бы взвешивая решение в голове и изучая красивые глаза Лайи, через мгновение он кивнул, согласившись, и она отправилась за пальто, на ходу допивая остатки тёплого кофе. Милли и Лео остались в доме, пока Раду продолжил изучать информацию о картине, ища её по всему свету. А Лайя, быстро схватив кашемировое бежевое пальто, спустилась вниз, направляясь к выходу и целуя сестру на прощание.       Влад открыл перед ней дверь чёрного автомобиля, проходя на водительское место, и через мгновение они выехали за пределы особняка, выруливая на безлюдную горную трассу. Дорожка извилисто бежала в сторону города, а брюнет уверенно вёл машину, наблюдая через зеркало за блондинкой. — Так, куда мы едем? — раздался вопрос девушки, и она с любопытством взглянула на мужчину, внутренне радуясь его компании. — В Бухарест, встретиться со свидетелем, Сорином Ильеску, — спокойно ответил он, а Лайя внутренне затрепетала от вибрации его голоса. — Он знает, что мы приедем? — нахмурилась девушка, пытаясь отогнать от себя гипнотизирующее наваждение. — Нет, — он развернулся к ней, встречая её взгляд и продолжая уверенно вести машину одной рукой, облокотив вторую на дверцу.       Девушка замялась, не в силах оторвать глаз, а к щекам уже подбирался предательский румянец. В машине резко стало жарко и душно, будто бы весь воздух вылетел из закрытых окон, и Лайя первый раз пожалела, что не надела вещь полегче, чем свитер. — Я могу включить музыку? — она резко перевела взгляд на магнитолу, нажимая кнопки и переключая радиостанции.       Найдя знакомую песню, она остановилась, откидываясь на спинку кресла и делая глубокий вдох, погружая всё внимание на пролетающий пейзаж вокруг. Деревья, объятые туманными шарфами, сменялись яркими красками, вливаясь в общую палитру осени, а хмурое небо словно опустилось максимально низко, угрожающе нависая над горной дорогой.       Они быстро домчались до города, периодически разговаривая на отвлечённые темы, и, поворачивая в центре, Влад остановил автомобиль около высокого деревянного здания в оригинальном этническом стиле. — Гончарная мастерская? — удивлённо прочитала Лайя большую вывеску, поворачиваясь к брюнету с вопросом. — Наш свидетель работает здесь, — спокойно произнёс мужчина, выходя из автомобиля и открывая дверь здания перед девушкой.       Они прошли внутрь, ощущая необычный травяной запах. Стойка регистрации была пуста, и из дальнего кабинета послышался мужской голос. Переглянувшись, Влад прошёл вперед, а Лайя последовала за ним, приближаясь к источнику шума. — Вы должны чувствовать глину… — голос мужчины был прерван, а брюнет застыл на пороге, окидывая взором заполненное пространство.       Несколько пар сидели вместе, красиво и любовно переплетя руки, лепя свои глиняные фигурки. Лайя удивлённо оглядела всех, ловя недовольный взгляд мужчины, которого они прервали свои визитом. — Вы на урок? — раздался вопрос в кромешной тишине, девушка взглянула на брюнета, который нахмурил брови и ещё раз осмотрел людей вокруг. — Если не на урок, то выйдите, пожалуйста. — Мы на урок, да… Извините за опоздание, — быстро произнесла блондинка, потянув Влада за руку вперёд.       Мужчина выдохнул и указал им на свободное место, призывая снять верхнюю одежду у входа и присесть. Влад галантно забрал пальто у Лайи, и девушка прошла к гончарному кругу, закатывая рукава свитера и вновь отмечая нехватку воздуха, только теперь от общей духоты в помещении. — Садитесь за девушкой, — указал мужчина Владу. — На нашем уроке пары должны почувствовать момент слияния и создания чего-то единого…       Учитель продолжал, а Лайя нервно гипнотизировала гончарный круг, ощущая присутствие Влада сзади. Вот, она намочила руки, протянув их к глине и запуская аппарат. Её пальцы сжали замок на влажном материале, а брюнет спокойно сидел сзади, не смея прикасаться к ней. — Положите свои руки на её, — раздался голос учителя в адрес Влада, брюнет нахмурился, и брови мужчины выразительно взлетели вверх.       Лайя обернулась, чуть улыбнувшись ему и перевела косу вперед, позволяя приблизиться к себе ближе. Сильные холодные ладони накрыли её пальцы, надавливая на мягкую глину. А девушка глубоко вдохнула воздух, ощущая широкую грудь мужчины своей спиной. Сердце замерло, а по позвоночнику, прямо от шеи, побежала стайка мурашек, проснувшихся от дыхания брюнета.       Влад глубоко вдохнул, ощущая тонкий аромат роз, исходивший от медовых локонов. Её руки вздрогнули под его, и, двигаясь по глине в унисон, их пальцы слегка сплелись в единый замок, вылепливая небольшую чашу.       Лайя сглотнула подбежавший ком, всем телом ощущая жар и проклиная всех известных ей богов за то, что надела тёплый свитер. Перед глазами стремительно бежал гончарный круг, а в глазах девушки начало рябить от этого круговорота и нехватки воздуха вокруг. Она глубоко вдохнула, невольно опустив голову вбок и назад, чуть падая на плечо брюнета и ощущая его близость ещё чётче. Его холодные прикосновения обжигали, дыхание сводило с ума, будоража каждый нерв, каждую клеточку её тела. Дышать было сложно, невозможно. Она горела, она сходила с ума, желая ещё ближе прижаться к мужской груди. Перед глазами начало темнеть, и Лайя закрыла их, погружаясь в небытие.       Влад быстро словил её, смотря на прекрасное лицо девушки, голова которой расслабленно упала на его плечо. Слегка потеребил, пытаясь привести в чувство, а учитель уже подскочил к ним, подставляя под нос блондинки какие-то травы. Влад резко встал, ловко подхватывая её на руки, и направился в сторону дивана, мягко опуская на подушки. Присел на колено рядом, проводя рукой по тонкому контуру лица и произнося полушёпотом: — Лайя… — раздался знакомый, глубокий голос, и девушка моргнула, пытаясь различить силуэты перед собой.       Образ красивого брюнета возник прямо перед ней, и она улыбнулась, встречая его обеспокоенный взгляд и совершенно ничего не соображая. Ощущая гул в голове, который усиливался с каждым мгновением, она нахмурилась и медленно приподнялась, делая глоток воды, протянутой мужчиной.       Ученики уже расходились, и пара осталась лишь с учителем, который убирал остатки глины с аппаратов. Чуть придя в себя, девушка встала, взглянув в глаза Влада и ощущая новую волну смущения от всей получившейся сцены. — Ты в порядке? — полушёпотом произнёс брюнет, прикасаясь пальцами к её лицу и заставляя кровь мгновенно прилить к щекам блондинки.       Она несколько раз кивнула, переведя взгляд на мужчину и делая знак брюнету, что пора начинать. — Ты напугала меня, — произнёс он, не отворачивая от неё своих глаз и не отдёргивая руки, проводя большим пальцем по контуру лица. — Я… — девушка сглотнула новый подбежавший ком. — Просто за несколько дней много навалилось, и я переволновалась.       Ответила она чуть смущённо, пытаясь правильно подобрать слова. Влад наконец кивнул и повернулся в сторону учителя, направляясь к нему. — Сорин Ильеску? — произнёс он, привлекая его внимание. — Я вас слушаю, — повернул голову мужчина, и Лайя внимательнее разглядела его: невысокий и средних лет, со светлыми, чуть кучерявыми волосами и карими, шоколадными глазами, в глубине которых закрался раздражённый огонёк. — Меня зовут Влад Басараб, я знаю, что вчера вы стали свидетелем убийства… — начал он. — Вы не из полиции, я им уже всё рассказал. Уходите, — раздражённо начал мужчина, но брюнет спокойно стоял, ровно глядя на него. — Назовите сумму, — произнёс Влад властным тоном. — Какую сумму? — всё ещё раздражённо, но с долей любопытства мужчина замялся. — Любую. Сколько стоит ваша информация? — продолжал брюнет.       Лайя удивлённо взглянула на Влада, вновь ощущая эту силу и власть, исходившие от его фигуры. Сорин, поразмыслив лишь миг, взял бумажку и ручку, написав на них сумму, от количества нулей которых Лайя слегка округлила глаза. Мужчина протянул листок Владу, а тот, даже не взглянув на сумму, произнёс: — Согласен, можете начинать, — он оперся на стол, скрещивая руки на груди, и устремил взор на Сорина.       Лайя и учитель удивлённо приподняли брови, синхронно взглянув на брюнета, а в карих глазах промелькнул жадный блеск. — Я шёл домой, — начал он. — Когда вокруг сгущался туман, и улица была совершенно пустынна. Завернув за угол, я увидел тёмную тень и какой-то отблеск типа кинжала… — мужчина активно жестикулировал руками, ведая свою историю. — И потом девушка перед этой тенью, высокой, упала на землю. А кожа её была бледная словно мел.       Он нахмурился, вспоминая неприятные события. А Лайя поёжилась, припоминая тот сон, который был сразу после похожих событий у неё. И того человека с кинжалом, которого она тоже видела. — Потом я закричал и позвал на помощь, а когда обернулся, этот высокий человек уже исчез. Я подошёл к девушке ближе, но она была мертва, а горло было перерезано, — закончил он. — Крови было много? — внимательно взглянул на него Влад. — Её не было вообще, — ответил он. — Затем я вызвал полицию, дал показания и уехал домой. Правда поспать даже не получилось. — Послушайте меня, — Влад привстал, подходя ближе и заглядывая в глаза мужчине. — Возьмите этот чек и уезжайте из города, желательно в другую страну. Если вам дорога жизнь.       От его голоса, угрожающим эхом разносившегося в просторном помещении, у Лайи задрожали руки. Она вновь ощутило то склизкое чувство опасности и страха, которое пропадало рядом с Владом. Но угроза и смерть были так близки и будто бы окружали вокруг, что девушка невольно поддалась ближе к брюнету, кладя руку на его локоть.       Они вышли из здания в тишине, молча садясь в автомобиль и возвращаясь в особняк. Как только машина выехала за пределы города, и мужчина увеличил допустимую скорость, Лайя взглянула на строгий профиль, неотрывно смотрящий в горизонт. — Кажется, я видела его, — произнесла она, привлекая внимание мужчины.       Влад нахмурился и взглянул на блондинку, перехватывая её взволнованный взгляд. — Я тоже видела фигуру в плаще и кинжал, на конце которого была роза, — продолжила она, а брюнет неожиданно начал сбавлять скорость, останавливая автомобиль на обочине.       Лайя удивлённо взглянула на него, а он развернулся полностью, заглядывая в её лицо. — Расскажи мне всё, — произнёс он спокойно.       Девушка нервно закусила губу, сжимая рукава свитера, и начала рассказывать тот сон, который так был похож на показания свидетеля. — Но когда я нашла ту девушку, там было очень много крови, — закончила она.       Брюнет молчал, вновь переведя взгляд на горизонт, а на красивом лице заходили желваки, очерчивая скулы мужчины. — Ты должна быть со мной, я смогу защитить тебя, — произнёс он. — Но от чего? — она непонимающе взглянула на него. — Просто поверь, — ответил он, вновь взглянув в её глаза. — Я верю, — наконец произнесла Лайя, ощущая новую тёплую волну безопасности, которая окутывала всё её тело и приносила такой необходимый душевный покой. — Через пару дней мой приятель устраивает благотворительный вечер, на котором я должен присутствовать, — произнёс он, вновь заводя двигатель и выезжая на трассу. — Не окажешь ли ты честь, сопровождать меня? — Хорошо, — улыбнулась Лайя в ответ, а автомобиль вновь мчался по широкой трассе, возвращая их домой.