Тайна Белого замка (#2)

За следующие несколько дней окружающий пейзаж значительным образом преобразился. Исчезли жёлтовато-серые склоны холмов, чёрная земля под ногами и хмурые грозовые облака в небе. Всё вокруг стало белым. Ослепительным и ярким. В небе разлилась кристально чистая синева. Золотой солнечный диск завис в зените, заливая светом белоснежные сугробы. Всё так сверкало и искрилось, что путникам приходилось щуриться и периодически прикрывать рукой глаза, чтобы как следует осмотреться. — Не помню, чтобы зима вызывала у меня такой восторг, — поделилась Мэйлин, тяжело переступая по рыхлому снегу. Они шли пешком уже несколько часов, чтобы дать лошадям немного отдохнуть. Фарис решил пока что держаться подальше от торгового тракта, поэтому ни о каких протоптанных дорогах речи не шло. — Первый снег уже выпал, — сказала Сонриса, выдохнув облачко белого пара, — значит скоро наступит Перемена. В Дюньмере отмечают этот праздник? — Да, но для рабов он ничем хорошим не заканчивается, — отозвалась Адарлина. — Впрочем, как и любое другое торжество… — А в лагере мы бы устроили гулянье, — вздохнула Сонриса. — Перемена года — это единственный повод, по которому Гиган разрешала напиться. — Что уж теперь об этом говорить, — хмыкнула Адарлина. Они втроём шли чуть поодаль. Ветроход и гнедой жеребец Мэйлин плелись следом, изредка пофыркивая. Далеко впереди, как всегда, шагал Рен Варрор. Целина ехала следом, чуть позади, на серой лошади Сонрисы, и о чём-то беседовала с Фарисом. Адарлина то и дело поглядывала в их сторону, ощущая непонятную ревность. — Неужели здесь никто не живет? — удивилась Мэйлин, осматривая красоту вокруг. — Такая живописная долина, горы на горизонте… К тому же, река и лес рядом. Это место прекрасно. Я бы справила здесь свою старость. — Хочешь маленький домик на берегу, добрую собаку и пару овечек? — улыбнулась Сонриса. В её опустевших глазах стал пробиваться привычный дерзкий огонек. — Ну, да, — легко согласилась Мэйлин, а потом ласково подмигнула возлюбленной, — и может кое-кого ещё. Сонриса посмотрела на неё таким взглядом, что Адарлина почувствовала себя неловко. — Вы закончили обсуждать совместное будущее? Мы направляемся в логово врага. Не самое лучшее время для этого. — Не говори так, — улыбнулась Мэйлин, — сейчас как раз самое время подумать о том, каким ты видишь конец своего путешествия. — Я не могу думать об этом. Я даже не знаю, что ждёт меня завтра. Что ждёт впереди нас всех? У меня столько вопросов и проблем… Не верится, что когда-нибудь я смогу просто оставить всё это и жить спокойно. Мэйлин и Сонриса многозначительно переглянулись. — Ты скучаешь по нему, не так ли? — спросила Мэйлин. — Я могу представить, каково это, но тебе не стоит так сильно переживать. — Что? — не поняла Адарлина. — Не волнуйся, с Тарленом всё будет хорошо, — добавила Сонриса. — Наверняка он вместе с Гиган отправится к Центральному альянсу вслед за нами. — Да, конечно, — невпопад ответила Адарлина. — Я думаю, так и есть. Она действительно растерялась. Правда была в том, что за минувшую неделю Адарлина ни разу не вспомнила о своём сердечном друге. Возможно, расставание так сильно потрясло её, или шок от первого в жизни сражения до сих пор давал о себе знать, но Тарлен не волновал её мысли. «Мне не всё равно. Просто сейчас нужно думать о других вещах, вот и…», — попыталась она оправдаться, но вышло довольно слабо. Адарлине стало стыдно. — Я уверена, что с ним, Гиган и остальными, всё в порядке. Просто, знаете… — в животе появилось неприятное тянущее чувство. Она понимала, что говорит нечто неправильное, но очень хотела поделиться этим с подругами. — Меня сейчас больше волнует другое. Я ведь даже толком не знаю, кто я. О Тенях никому ничего неизвестно. И, по-правде, мне сложно приписывать себя к исчезнувшей расе, даже несмотря на дракона. Я не знаю, каковы возможности моей магии, и откуда она взялась. Понятия не имею, что за узы связывают меня с Даркнесом, и какое отношение ко всему этому имеет таинственный склеп в древнем замке… Взгляд Адарлины невольно метнулся к Рену Варрору. Остальные вопросы, касающиеся принцессы и остальной королевской семейки, а также деления власти и будущей войны с работорговцами, повисли в воздухе. — Я понимаю, как неправильно и эгоистично это звучит, — вздохнула Адарлина, — но раньше я не имела ничего, а теперь на меня свалилось слишком много. И мне сложно с этим справляться… — Я понимаю тебя, Адарлина, — Мэйлин участливо коснулась её плеча, — но вряд ли нам по силам тебе с этим помочь. Возможно, если бы ты поговорила с Фарисом… — Я уже, — недовольна перебила она. — Все наши разговоры сводятся к новым тайнам и недомолвкам. Я пыталась расспросить его, но он сказал, что знания должны приходить постепенно! Адарлина кратко пересказала девушкам свой недавний разговор с фэйцем. Те выслушали с выражением лёгкого недоумения на лицах, но ни разу не перебили. — В общем, мне неплохо было бы узнать побольше о своих возможностях. Фарис так и сказал, что силу нужно изучать, но тренироваться вместе мне не предложил, — закончила Адарлина. — И откуда только Фарису всё это известно? — пробормотала Сонриса. Адарлина бросила на неё понимающий взгляд, как бы говоря: «Я задаюсь тем же вопросом!». — Ты просила его об этом напрямую? — поинтересовалась Мэйлин. — Я, можно сказать, пыталась, но… Похоже ему куда интереснее обучать травкам нашу маленькую целительницу, — Адарлина снова недобро зыркнула на неразлучную парочку. — Неужели это тебя так беспокоит? — приподняла бровь Мэйлин. — Нет, я очень рада, что Целина нашла себе занятие и чувствует себя в безопасности среди нас… — Но, — вставила Сонриса. — … Фарис единственный, кто может помочь мне разобраться во всей этой ситуации, но он продолжает играть со мной в загадки. — Ну, выбор у тебя небольшой, — резюмировала Мэйлин. — Если хочешь упражняться по пути в столицу, придётся прямо попросить об этом Фариса. Если кто-то и сможет обучить тебя тёмной магии, то это он. — Да, ты права. Думаю, я знаю, с чего начать… — Они остановились, — отвлекла их Сонриса. Девушки посмотрели на фигуру Рена Варрора вдалеке. Фарис и Целина с ним поравнялись, и теперь мужчины о чём-то беседовали, указывая то в одну, то в другую сторону. — Такое ощущение, что мы для них просто обуза, — вздохнула Сонриса. — Может, так и есть, — фыркнула Адарлина. — Догоним их. Погладив Ветрохода по тёплому носу, она вставила ногу в импровизированное стремя и забралась в седло. Мэйлин последовала её примеру, оседлала своего коня и подала руку Сонрисе. Ветроход сразу тронулся галопом, словно только и ждал возможности пробежаться. Гнедому жеребцу пришлось его догонять с двумя всадницами на спине. — В чём дело? — крикнула Адарлина, когда расстояние уже прилично сократилось. После непродолжительной скачки, её лицо раскраснелась, а горло и лёгкие пощипывало от холодного воздуха. Взгляд Адарлины невольно дёрнулся к небу. Каково сейчас там: в бескрайней, безоблачной, холодной синеве? — До ближайшего города ещё несколько дней пути, — сказал Рен Варрор. — Если двигаться по торговому тракту, мы выйдем прямо к нему. — Кажется, мы уже обсуждали, что держаться главной дороги небезопасно, — напомнила Адарлина, покосившись на Фариса. — Тракт пролегает посреди долины, подальше от гор и опасных ущельев, там открытая местность и полно бандитов, жадных до наживы, — согласился Рен Варрор. — Однако, там же есть постоялые дворы и новости, которые могут нам очень пригодиться. — Нам всем не помешает нормальная еда и отдых, — добавила Мэйлин, подъехав ближе, — но просто так мы ничего не получим. — У меня ещё осталось несколько монет, — сказал Рен Варрор. — Ты потратишь на нас свои деньги? — удивилась Мэйлин. — Обойдемся без подачек, — огрызнулась Адарлина. — Это не мои деньги, — отрезал Рен Варрор, грозно зыркнув на неё в ответ. — Госпожа обеспечила меня всем необходимым для путешествия. Если распорядиться ими с умом, то можно растянуть на несколько остановок. Но на территории королевских земель нам придется быть вдвойне осторожными и не появляться в общественных местах. Гончие принца-убийцы будут повсюду. — Мы можем пройти через ущелье. Сократим путь и окажемся прямиком у Лиэнса, — сказала Мэйлин, а потом вопросительно посмотрела на Фариса: — Так ведь? — Деспер — последний город Горнобережья, Лиэнс находится на территории Королевских земель. Дорожное сообщение станет намного оживлённее, но от Лиэнса тракт выведет нас прямиком к замку. Важно идти по дороге, иначе потратим ещё пару дней, обходя крепостную стену в поисках ворот. — А их всего трое, — добавил Рен Варрор. — Южные, Восточные и Западные. — А куда ведут те, что на западе? — полюбопытствовала Адарлина. — В Бликуэл, — ответила Сонриса. — Захирелый город. Владения какого-то графа, насколько я помню. — В последнее время король проявляет большой интерес к западным берегам, — сказал Рен Варрор. — Это озадачило мою госпожу. Насколько я знаю, она даже поручила доверенному лицу разузнать, в чём там дело. Фарис издал неоднозначный, задумчивый звук. — Ну, нам-то какая разница? Что решили, до Лиэнса по бездорожью? — переменила тему Сонриса. — Не совсем, — сказал Рен Варрор. — Дальше каждый клочок принадлежит какому-нибудь аристократу, так что земли там ухоженные. Главное, не привлекать к себе внимания. С этими словами, он покосился на Адарлину. Та, в свою очередь, встретилась обеспокоенным взглядом с Фарисом. — До границы с Королевскими землями ещё далеко, — сказал он ей, — там будет видно. — О чём речь? — спросил Рен Варрор. — Пока что, не имеет значения, — ответил ему Фарис. — До Лиэнса пойдём через горы. Одинокий путник на постоялом дворе не привлечёт внимания, но целая вооружённая команда с пегасом и двумя тёмными магами — это уже другое дело. Решение было принято, и все снова двинулись в путь. Рену Варрору хватило ума промолчать, но его, очевидно, раздражал негласный авторитет древнего фэйца. Заметив его негодование, Адарлина подъехала ближе. — Если тебя что-то не устраивает, можешь поехать своей дорогой, — невинно предложила она. — Тебя устраивает, что он раздаёт приказы? Адарлине совсем не понравилось, каким тоном был задан этот вопрос. В конце концов, речь шла не о ком-то там, а о Фарисе. — Дай подумать, — её голос наполнился приторной язвой. — С учётом того, что он, возможно, самый могущественный фэйец на всём континенте, а также старше и мудрее всех нас, вместе взятых? Да. Пожалуй, меня устраивает. — Сказать, что я разочарован, значит сделать тебе комплимент, — огрызнулся Рен Варрор. — Моя госпожа возлагает большие надежды на этот союз, а у меня нет ни малейшей возможности рассказать ей о том, как она заблуждается на твой счёт. — Так скачи вперёд и предупреди её, а я, тем временем, отправлюсь к Центральному альянсу. Пусть Её Высочество выберет копьё, на которое я насажу её голову, — разозлилась Адарлина. Рен Варрор побагровел от злости. Но, прежде чем он успел что-либо сказать, Адарлина резко развернула Ветрохода и преградила путь. — И вот ещё что… Так, дружеское предостережение. Фарис далеко не всегда такой вежливый и снисходительный. Завязывай испытывать его терпение, если хочешь ещё разочек повидаться со своей ненаглядной госпожой. Повинуясь её едва уловимой команде, Ветроход поднялся в галоп. Адарлина поскакала вслед за Фарисом и Целиной, не дав Рену Варрору сказать и слово. Внутри у неё всё клокотало от злости. Адарлина сама не понимала, чем ей так сильно не нравился этот мужчина. Радовало только то, что эта ненависть была взаимной. Подъехав ближе, Адарлина поняла, что Фарис и Целина снова увлечены беседой о каких-то растениях. Она поискала глазами Мэйлин и Сонрису — девушкам тоже было неплохо в компании друг друга. Адарлина почувствовала себя брошенной. — Ка-сима? — с трудом выговорила Целина. — Кэсме, — поправил Фарис. — У тебя в руках целительное растение, а это — смертельная отрава. Её даже голыми руками брать нельзя. Адарлина пристроила Ветрохода рядом с конём Целины. Девочка отвлеклась на секунду, почему-то засмущалась и тут же отвернулась. Растение в её руках ничем не отличалось от того, что держал Фарис: какие-то блеклые ажурные листики. — Очередной урок травологии? — поинтересовалась Адарлина. — Между прочим, это основы, которые всем не плохо бы знать, — сказал Фарис. — Ну, у нас ведь теперь есть Целина, — подмигнула она ей. Девочка покраснела, хотя, возможно, виной всему был мороз. От него её тёмные кудряшки завились ещё сильнее, а серые глаза как будто посветлели ещё на пару тонов. Красивая девочка с необычным даром и тяжёлым прошлым. Адарлина чувствовала гордость за то, что смогла спасти ей жизнь. — Я хочу обучиться всему необходимому, чтобы не быть вам обузой, — негромко отозвалась Целина. — Я тебя понимаю. Я тоже хочу обучиться всему необходимому, — сказала Адарлина, многозначительно покосившись на Фариса. — Тебе ничего не мешает, — он пожал плечами и отшвырнул в сторону ядовитое растение. — Тренируйся. Адарлина переглянулась с Целиной и скорчила недовольную рожицу. Девочка хихикнула, после чего благодарно кивнула Фарису и натянула поводья. Её лошадь остановилась, Целина потянулась к седельной сумке, чтобы убрать новую полезную травку. Фарис и Адарлина продолжили путь. — Так ты не поможешь? — Если бы я не хотел помочь, меня бы здесь не было. Адарлине показалось, что его взгляд немного потеплел. Она отвернулась, чтобы скрыть глупую улыбку, которая сама собой появилась на губах. — Тогда, научи меня… Пожалуйста. — Чему, например? Смешинка в его голосе ей не почудилась. Фарис был в хорошем расположении духа, и у Адарлины в животе появилась радостная щекотка. — Например, как тебе удаётся исчезать и появляться в разных местах? Ты как будто сам становишься тенью и дымом. Все тёмные маги так умеют? — Нет, думаю, что не все, — расплывчато ответил Фарис, а затем усмехнулся, — и потом, мне казалось, что ты уже это освоила. — Нет, — нахмурилась Адарлина. — В тот раз… Я, в общем, не помню, как смогла это сделать… — Это сложная магия. Не думаю, что вообще возможно объяснить, как она действует. Ты должна сама понять. Но мы можем попрактиковаться на чём-то попроще. — Я согласна, — воодушевилась Адарлина. — Давно пора размяться, а то я уже приросла к этому седлу. Фарис рассмеялся, махнул рукой в сторону небольшого прилеска. Деревья закроют их от посторонних глаз. Адарлина заметила, что Мэйлин и Сонриса остановились и смотрят в их сторону. Она подняла руку, давая понять, что всё в порядке, затем указала нужное направление, мол «идите, мы вас догоним». Отыскав место поровнее, Адарлина спешилась и отпустила Ветрохода объедать ветки и мох. Фарис многозначительно размял запястья и поманил её к себе. Адарлина недовольно поджала губы, но повиновалась. — Я уже использовала магию в бою, но это не значит, что я умею ею управлять, — на всякий случай, сказала она. — Мне кажется, это происходит не по моему желанию, а только когда… ну, не знаю… сама магия этого хочет? — Тебе могло так показаться, ведь ты не пользовалась ею с рождения. Тебе кажется, что магия не часть тебя, а нечто приобретённое. — Именно, — согласилась Адарлина. — Но это не так, — продолжил Фарис. — Магия — это не только твоё оружие. Она наполняет тебя изнутри, живёт и растёт вместе с тобой. И помогает расти Даркнесу. — Так это правда?.. — изумилась Адарлина, припомнив их давний разговор в лесу. — По-твоему, я лгал? Даркнес оставался мелким ящером, пока ты не осознала свою силу и не начала ею пользоваться. Чем сильнее ты становишься, тем больше и могущественнее твой дракон. — Откуда ты всё это знаешь? — рискнула полюбопытствовать Адарлина. — Кажется, мы это уже выясняли. Я много прожил на этом свете. Знания имеют свойство накапливаться. Адарлина скорчила недоверчивую рожицу. Какую бы тайну так старательно не оберегал Фарис, она имела прямое отношение к ней. Да и его собственный секрет, о котором, очевидно, было известно только Барсу, наверняка как-то связан с исчезнувшим родом Теней. Адарлина уже давно задумывалась: не принадлежал ли Фарис к её первородной династии? Но ведь Тени были только женского пола, и они перерождались после каждой смерти, а их дети-полукровки не обладали магическим даром и связью с драконами. Взгляд Адарлины невольно переместился на левую руку Фариса. Его тайна, магия чудовищной силы, и это странное «проклятие»… Даркнес его боялся. Помнится, когда Фарис впал в ярость, увидев Адарлину с Барсом, дракон чуть ли не скулил от страха. С такой силой приходилось считаться. — Магическая сила сродни крови в твоих венах, — учил Фарис. — Она должна постоянно находится в движении. Чем чаще ты будешь использовать её, тем проще она будет подчиняться. Готова попробовать? — Давно уже, — отозвалась Адарлина, заняв атакующую позицию. — Что мне сделать? — Попробуй атаковать меня. — Мне что, превратить тебя в горстку пепла? — нервно усмехнулась она, припомнив эффект своей магии на поле боя. — У тебя не выйдет, — успокоил её Фарис. — Это во-первых, а во-вторых, тот приём, что мы использовали, подвластен далеко не всем тёмным магам. Я был весьма удивлён, что ты овладела им без предварительной тренировки. Это довольно грубая магия, и она могла навредить тебе. — Ясно, а что по поводу умения обращаться дымом и перемещаться в пространстве? Фарис вздохнул, раздражённо отведя взгляд. — Это ещё сложнее, но я не назову тебя талантливой. Не надейся. Это была случайность. — Даже не спорю, — вздохнула Адарлина. — Итак, попробуй атаковать. Используй энергию, вместо настоящего оружия. Представь, какую форму она обретёт в твоей руке, и нападай. Адарлина воодушевилась. Постаралась сосредоточиться и почувствовать, как закипает магическая сила в её теле. Ощущение знакомое, но неподвластное. Заставить энергию обрести форму и нанести удар, когда нет ярости и жизни ничего не угрожает, оказалось довольно сложно. «Вот, сейчас!», — подумала Адарлина, когда ощутила момент полного контроля. Вокруг заклубился чёрный дым. Кончики пальцев покалывало от напряжения, сухожилия напряглись, словно она держала огромный двуручный меч. Стоило ей сделать шаг вперёд и замахнуться, как Фарис поднял перед собой левую руку, и в ту же секунду мощный порыв ветра сбил Адарлину с ног. Она мигом растеряла всю свою концентрацию, упала, больно ударившись о мёрзлую землю. — Вот тебе наглядная демонстрация, — сказал Фарис. — До этого момента ты действовала бездумно и импульсивно. Чтобы сосредоточиться и подчинить себе магию, тебе понадобилось больше минуты. Надо ли говорить, что враги не станут ждать так долго? Эта сила — часть тебя. Управлять ею, всё равно, что дышать. Адарлина молча поднялась на ноги и кивнула. Она внемлила его словам и была настроена более чем серьёзно. В будущем эти навыки могут спасти жизнь не только ей, но и всем, кого она возьмётся защищать. Она снова заняла позицию для атаки. Фарис довольно улыбнулся. — Продолжим… Следующие несколько дней Адарлина упорно осваивала новые знания. Фарис поставил перед ней задачу: нанести хотя бы один удар. Адарлина выбивалась из сил, но обойти его совершенную защиту не могла. Фарис наблюдал за её попытками с интересом, но ничего не подсказывал. По-видимому, он был убеждён, что она должна дойти до всего своим умом. Его вера в неё злила и вдохновляла одновременно. Адарлина знала, что такое обучение. Надеялась, что прошла через все тяготы, но, очевидно, самые сложные испытания ждали её впереди.

* * *

— Нападай, — велел Фарис. Адарлина в сотый раз постаралась сосредоточиться на движении магии внутри себя. После недели тренировок она научилась ощущать потоки энергии, вплоть до осязаемого меча или щита, которые формировал чёрный дым в зависимости от её желания. Управлять энергией — то же самое, что управлять собственными руками. Только если бы они стали на пару десятков килограмм тяжелее. Сейчас, в спокойной обстановке и без бешенного адреналина в крови, делать это было гораздо сложнее. Стиснув кулак, Адарлина ринулась вперёд и ударила им воздух. Чёрный смертоносный сгусток метнулся в сторону Фариса и тут же разлетелся вдребезги о невидимую преграду. Адарлина была готова застонать от отчаяния. — Что ты делаешь? — поинтересовался фэйец, даже не сдвинувшись с места. — Нападаю, как ты и велел, — раздраженно бросила Адарлина. — Предыдущие восемь попыток тебя ничему не научили? — А чему они должны были меня научить? Что ты сильнее? Знаешь какой-то фокус? Но ты ведь не хочешь объяснять мне, в чём дело! Какое же это, к чертям, обучение? — Враги на поле боя вряд ли снизошли бы до пояснений, — невозмутимо отозвался Фарис. — Врагам на поле боя я бы не позволила так безмятежно стоять на месте! — Ты ни на шаг не смогла ко мне приблизиться. — На такого, как ты, я бы и не пошла в лоб, — усмехнулась Адарлина. — Подкралась бы сзади, пока ты был занят другими противниками, и перерезала бы горло. — Как низко, — холодно сказал Фарис. — Многому же ты научилась у Барса. — Верно, — согласилась Адарлина. — Но если ты собрался меня учить по той же методике, то я лучше сама позанимаюсь. — И как же он тебя учил? — вдруг поинтересовался Фарис. — Ты мне не рассказывала. — А тебе это интересно? Фарис мирно сложил руки на груди, давая понять, что готов послушать эту историю. Не то, чтобы до этого он выглядел сильно напряжённым. Адарлина почувствовала укол раздражения. С неё ведь уже семь потов сошло. Дабы продлить эту передышку, она поведала ему о своей первой позорной охоте на шпионов и о том, как Барс бесчеловечно бросил её прямо им под ноги. В пылу своего рассказа Адарлина даже не сразу заметила, что на лице Фариса появилась улыбка. — Что смешного? — резко переменила тон она. Фарис покачал головой, а потом вдруг выдал: — Изобретательно. Адарлина чуть не задохнулась от злости. Благо, с позорными воспоминаниями на ум пришли и другие, куда более интересные. — Да, Барс вообще полон сюрпризов, как и его прошлое, — в её голосе прозвучал вызов, который Фарис тут же распознал и нахмурился. — Он мне кое-что рассказал в первый день. Больше мы этой темы не касались: он не говорил, а я не хотела расспрашивать. Боялась узнать лишнего. — И что же он тебе сказал? От его интонации по спине Адарлины пробежали мурашки. Она помедлила, сглотнула. Даже успела пожалеть, что затеяла этот разговор. — Он был рабом… В Публичном доме. Фарис помрачнел ещё больше. Адарлине стало не по себе. — Ты стал его первым хозяином. — Что ещё? — Это всё. Ему было тяжело, но мне показалось, он хотел этим поделиться. Фарис выдохнул, почти облегчённо, но в его глазах вспыхнула такая леденящая ненависть, что даже зима показалась Адарлине тёплой. Ей вдруг стало мерзко и тоскливо на душе. — Фарис… — Что?.. — Скажи, ты поэтому с ним так… Ну, потому что он твой… раб?.. Фарис посмотрел на неё удивленно, будто ожидал совсем других слов, а потом до него дошёл их смысл, и фэйец обозлился ещё больше. На этот раз, уже на саму Адарлину. — Проклятье бездны, что ты несёшь? Конечно нет. Адарлина ни на секунду не усомнилась в его словах. Почувствовала такое облегчение, что земля едва не ушла из-под ног. Этот вопрос мучал её с тех пор, как Барс рискнул ей открыться. — Я освободил его в ту же ночь, когда выкупил, — продолжил Фарис. — Предложил стать оруженосцем. Обучил всему. Он никогда не был моим рабом. — Слава Богам, — выдохнула Адарлина, не сдержавшись. — Да ты издеваешься? Думала, я такой тиран? — зарычал Фарис. — Мне стало плохо от одной мысли, что придётся тебя ненавидеть, — призналась она. Фарис как-то переменился в лице. Адарлина это заметила, тут же смутилась собственных слов и отвела взгляд. Она вроде говорила то, что думала, но теперь ей самой почудился в этих словах какой-то скрытый подтекст. — Тебе никогда не придется меня ненавидеть, — сказал Фарис. — Я приложу к этому все усилия. Адарлине стало неловко. Казалось бы, это идеальный момент, чтобы поблагодарить древнего фэйца за всё, что он сделал, но слова застряли в горле. Её отношения с Фарисом были ещё сложнее и запутаннее, чем его с Барсом. Похоже, Фарис иначе просто не умеет. В голове Адарлины, словно вспышка пламени, мелькнул образ Целины. Она ухватилась за него, желая спастись от неловкого момента молчания. — Не сомневаюсь, ты умеешь расположить к себе, когда хочешь. Почему ты нянчишься с Целиной? — А почему нет? — удивился Фарис. Его плечи слегка расслабились, голос смягчился. — Детям в её возрасте ещё нужна опека. Он провёл левой рукой по воздуху. Вокруг плотной перчатки тут же сгустились тени. Шелковистая дымка заискивающе извивалась, окутала его плечо и начала расползаться во все стороны. Адарлина заворожено наблюдала за его магией, но от темы не отвлекалась. — У тебя неплохо выходит. — Это не сложно. Практикуйся. — Нет, я о Целине. Ты хорошо справляешься. Она тебя не боится. С её прошлым, это просто удивительно. — Она сильная. К тому же, ты наделила её уникальным даром. Благодаря этому, она больше не чувствует себя пустой и никчёмной. Думаю, она предана тебе, как никто другой. — Не ты ли помог ей принять себя и найти цель в жизни? — Мне не привыкать, — просто пожал плечами Фарис. И тут Адарлину осенила очевидная мысль. Ведь Барс попал на Аукцион, когда ему было всего десять. Фарис вырастил его, обучил. Возможно, Барс искренне ему предан. Откуда же тогда у Фариса такая ненависть? Что могло произойти между ними? — Так ты собираешься что-то делать? — прервал её размышления Фарис. — Если нет, то давай догонять остальных. Мы и так уже изрядно отстали. — Я делаю. Только всё впустую! Объясни мне, Фарис, я не понимаю, — взмолилась Адарлина. — Ты воспринимаешь магию, как обретённое оружие. Наверняка относишься к ней, как к отдельной сущности. Это не так. Магия — это ты сама. К тому же, ты — Тень. Ваш род — прародители тёмных магов. — Если тёмная магия — не оружие, то как же ещё её использовать? — Постарайся мыслить шире. Твои возможности практически безграничны. Прояви фантазию. — Вот уж, да, — Адарлина закатила глаза. — Ты — великий учитель. Знаешь об этом? Глаза Фариса гневно сверкнули, он отвернулся и направился прочь. Рассматривая его удаляющуюся фигуру, Адарлина раздражённо вздохнула и опустила взгляд. Она задумалась на секунду, глядя себе под ноги, а затем злорадно улыбнулась. Сконцентрировав магию, Адарлина направила её к земле. Чёрный дым разворошил рыхлый снег и поднял в воздух уплотнённый ком. Тогда она махнула рукой, и снежок врезался прямо в затылок древнему фэйцу. Адарлина испуганно ахнула. Она же была уверена, что Фарис почувствует и остановит его, или успеет увернуться. Но нет! Он возмущённо обернулся, снег с головы посыпался на плечи и, скорее всего, за ворот дублета. Его лицо приобрело совсем не радостное выражение. Адарлина прыснула. Захлопнула рот руками, но всё равно не сдержалась и расхохоталась во всё горло. — Смешно тебе? — недобро поинтересовался Фарис. — Прости, пожалуйста, я не думала, что… — она даже договорить не смогла, от смеха на глаза выступили слёзы. Мокрые ресницы моментально заледенели и начали слипаться. Адарлина заморгала, как новорожденный олененок. Попыталась отереть глаза, всё ещё хихикая себе под нос. Фарис улыбнулся уголком губ, взмахнул рукой, и на Адарлину обрушился целый сугроб. Она вскрикнула от неожиданности. Волна снесла её с ног и закопала в снег почти по самую макушку. Адарлина нелепо забарахталась, даже не поняв сперва, что произошло. — Вот это смешно, — усмехнулся Фарис, наблюдая за её попытками выбраться из рыхлого снега. Когда у Адарлины это получилось, она окатила Фариса гневным взглядом и бросилась в атаку. Фарис молниеносно отскочил в сторону, но она на это и рассчитывала. Снег под его ногами обернулся чёрным льдом, и фэйец неловко поскользнулся. Выражение его лица в тот момент заставило Адарлину злорадно улыбнуться. «Так вот, что он имел в виду, говоря мыслить шире», — наконец-то, на неё снизошло озарение. Магия забурлила под кожей. Новые комья снега взмыли в воздух, окружив Адарлину, а затем с хрустом обратились в ледяные пики, нацеленные на Фариса, точно копья. — Неплохо, — одобрительно кивнул он. Адарлина махнула рукой, и ледяные стрелы со свистом ударили по цели. Только, конечно, не оставили на Фарисе ни царапины. Потому что в сантиметре от его тела обратились в безобидные брызги. И даже ни одна капля влаги не попала на его одежду. Адарлина почувствовала жуткую обиду. — Хватит с тебя и одного подлого снежка, — строго сказал Фарис, но его глаза улыбались. — Это воспоминание будет греть меня по ночам. На этом они посчитали нужным закончить. Адарлина боялась испортить хорошее настроение очередным провалом, а Фарис не хотел сильно отставать от товарищей и бросать их одних в этих неспокойных местах. К тому моменту, когда они выбрали место для ночлега, уже опустились сумерки. Небо было совершенно чёрным и безоблачным. Ни луны, ни звёзд не видно. Снежные сугробы слабо мерцали в полумраке, отражая блики от костра. Все путники собрались вокруг него, расправляясь со скудным ужином, который удалось поймать незадолго до захода солнца. — Сегодня такая тёмная ночь, — негромко сказала Целина. Она, как всегда, старалась сидеть поближе к Фарису. — Конечно, завтра же Перемена, — ответила ей Мэйлин. Девочка смутилась, ведь эти слова ничего не объясняли, а уточнить она побоялась. — Раньше в зимнюю Перемену случался звёздный дождь, — пояснила Сонриса, прежде чем передать Мэйлин остатки своей порции. — Вот, съешь, я не хочу. — Риса, — вздохнула та, но спорить не стала. Сонриса и так держалась прекрасно, не позволяла себе закрываться, хотя ей было очень сложно. Корить её за то, что у неё не было аппетита, было просто жестоко. — Небо чернеет до сих пор, но звёзд в эту ночь не видели уже тысячу лет, — продолжила она, доставая свой меч — меч Бранриса — из ножен. Чистка оружия стала излюбленным вечерним занятием не только для неё, но и для Адарлины. Кажется, обеим девушкам было тяжело просто уснуть под грузом всех мыслей, что гуляли в головах. Поскольку специальной мази и суконец у них не было, сталь начищалась о лоскуты одежды. Адарлина даже не пожалела срезать рукав кофты, подаренной Броном. Благо её Безымянный был непривередлив. — А ты когда-нибудь видел Звездопад, Фарис? — осторожно спросила Адарлина, подражая Сонрисе, достала свой меч и принялась натирать лезвие. На этот раз даже Рен Варрор, который до этого безразлично отсиживался в стороне, с любопытством повернулся в сторону фэйца. Фарис помолчал, но всеобщий интерес всё же выдавил у него признание: — Видел. В детстве. — Каково это? — робко полюбопытствовала Целина. Фарис ей улыбнулся, но вздохнул как-то печально. — Невозможно описать. Тысячи звёзд проносятся по небу, исчезают за горизонтом. Невероятное зрелище. — Хотела бы я это увидеть, — прошептала Целина. — Возможно, увидишь, — так же тихо ответил Фарис. Никто, кроме Целины и Адарлины, его не услышал. Адарлина попыталась поймать его взгляд, но Фарис, видимо, задумался о чём-то, ничего не замечая вокруг. Адарлина вернулась к своему занятию, пока её не отвлёк голос Сонрисы. — Спасибо. Адарлина почувствовала на себе её взгляд, вскинула голову и вопросительно выгнула бровь. — За меч, — пояснила Сонриса. Помолчав секунду, она продолжила, будто через силу. — Бранрис… Он ведь остался там… Что они сделали с его телом? С нашим лагерем и всеми вещами? Я тогда… мало что соображала, так что… Если бы не ты, у меня бы ничего не осталось. Сонриса ещё раз бережно провела сукном по лезвию братского меча и повторила: — Спасибо. — Пожалуйста, — улыбнулась Адарлина. Мэйлин осторожно протянула руку, словно Сонриса могла испугаться резкого движения, и заправила ей за ухо рыжую прядь. Этот жест был полон любви и бесконечной нежности. Сонриса прижалась щекой к руке любимой и прикрыла глаза. Мэйлин стала её спасением. Если бы не она, Сонриса ушла бы вслед за братом. Близнецы были всем друг для друга, частичками одного целого. Мэйлин не могла заменить Бранриса. Она и не пыталась… Но благодаря ей у Сонрисы осталась любовь и желание жить. Адарлина наблюдала за ними краем глаза, с радостью и легкой тоской в сердце. Интересно, будь здесь Тарлен, она бы чувствовала себя иначе? Смогла так же открыто доверить ему свою тревогу и печаль? «Нет, не смогла бы», — подсказывал внутренний голос. Адарлина даже не вспоминала о нём, будто и не было того интереса и страсти. Время разлуки дало ей возможность подумать и понять, что она совершенно не нуждалась в близости с ним. Пока он был рядом, её тянуло к нему, но теперь не осталось даже уголька того желания. Большую часть времени Адарлина ощущала растерянность и страх перед неизвестностью. Что-то влекло её вперёд, может, упрямство или инстинкт. А может, это действительно был «зов судьбы». Так или иначе, повернуть назад она не могла. Поэтому их путешествие продолжалось. Адарлина упорно скрывала свои чувства от спутников. Только проницательная Целина подмечала каждый её тяжёлый вздох, но держала все мысли при себе, за что Адарлина была ей очень благодарна. Зимняя Перемена подступала всё ближе. Адарлина впервые могла встретить её свободным человеком, не содрогаясь в ожидании расправы под пьяный хохот господ. Почему-то ей казалось, что в эту ночь должно случиться нечто необыкновенное.