Останусь, когда уйдут другие

Глава 20 Саша Фельдшеры второй бригады скорой помощи, приехавшие на вызов, удивились описанной ситуации и без промедлений решили везти Веронику в больницу. Она с широко раскрытыми глазами и тихим голосом спросила у одного из врачей можно ли нам с Ульяной сопроводить. Тот, хотя и недовольно, согласился. Ульяна забрала у меня пакет и вышла следом за врачами. Ника вцепилась ледяными пальцами в мою руку. Мы вышли из подъезда проблесковый маячок создал вокруг купол синеватого цвета. Дверь желтой машины реанимации распахнута. Молодой парень водитель помог нам взобраться вовнутрь. Мне было страшно с того самого момента, как открыла комнату и столкнулась с бледной и перепуганной Никой. Но мой страх не шел в никакое сравнение с тем, что переживала она. Какой бы она сильной не казалась для других, даже меня порой поражал ее цинизм и грубоватость на грани с стервозностью, хотя она уже во многом открылась, складывалось ощущение, что все это как дежавю. Сейчас она была просто в ужасе и полностью беспомощна, перед лицом нагрянувшего кошмара. Обычная женщина в страхе за своего ребенка. В приемном покое наше появление потревожило сонную медсестру и следом дежурного врача. Пока одна оформляла документы, врач увела Нику в кабинет. - Меня кладут, - выговорила Ника, когда спустя десять минут ожидания вышла с осмотра. - Значит, так надо! - Саш… - ее глаза наполнились слезами. Отчасти мне не понять ее чувства, потому что сама не мама, но не имеющая покрова боль, как открытая рана, забивала меня на прямую в душу. - Вероник, - шагнув к ней, заключила в объятья. – Послушай, мы пройдем через все вместе! – тяжело сглотнув ком в горле, добавила я. – Чтобы не случилось, ты не одна. Кажется, мы это уже уяснили! Ты поразительной силы человек, пройдя, сколько преград, сможешь сейчас сдаться?! Нет, Ник! Теперь иди и делай, что говорят врачи. Завтра позвони, как только все проясниться! Прикусив нижнюю губу, она кивнула. Забрав пакет с вещами, последовала за врачом. Оказавшись на улице, из меня словно выпустили весть воздух. Перешагнув через ворота, присела к бетонному основанию забора. Порывшись в сумке, отыскала помятую пачку сигарет. Выудив одну, глубоко затянулась горьковатым дымом. - Поехали домой, - сказала Ульяна, когда я растаптывала окурок, все это время молчавшая, стоя рядом. - Хорошо. Проворочавшись в постели ночь, плохо спала и думаю, что и Ульяна тоже, хотя не показывала виду. Утром мы обе ждали известий от Вероники. Телефон лежал на видном месте, пока мы пытались отвлекать себя от тревожных мыслей. И обе подпрыгнули при звонке. - Да! - Привет, - голос Ники был бодрее и спокойней, значит, печальных новостей не будет. – Только с УЗИ. Сердце бьется, с ребенком все в порядке. – Я установила громкую связь, и наши резкие выдохи от накрывшего облегчения позабавили Веронику. – Но придется лежать в больнице, пока неизвестно на какой срок, - добавила она. - Славу Богу! Лежать, так лежать, - с улыбкой переглянулась с Ульяной, которая ответила мне тем же. - Я уже позвонила на работу и сказала о том, что ухожу на больничный, - продолжила Ника, которая не забыла и об этом. – Ой, ну, и будут же трепаться! - Херня! - Когда они узнают, что я беременна. Думаю, к тебе возникнут вопросы, - засмеялась она. – Вы не привезете мне что-нибудь из еды? - Без проблем! – мигом отозвалась Ульяна, крепко сжав мою руку. - Спасибо, тогда до встречи! Позже днем Ульяна ушла к себе, чтобы принять душ и переодеться. Меня же не отпускали мысли. Да, увидеть Нику уже пришедшую в себя, было отрадно, но затравленный взгляд от затаившегося страха четко читался в ней. - Алло! – после долгих гудков, наконец, мне ответили. - Привет, Крис! – позвонить ей не было спонтанным решением, что-то не дало мне сделать это ночью или ранее утром. Мысли об этом крутились с того момента, как выкинула окурок у ворот больницы. – Ты успокоилась? - А ты пересмотрела свое мнение? - недружелюбно парировала Кристина. - Считаешь, надо? - Зачем ты мне звонишь? Вчера мы, кажется, проясни некоторые моменты, - холодно произнесла Кристина. - Да, - пересела на подоконник, уставившись на улицу и суету внизу. – Крис, сколько тебя знаю, никогда не подумала бы, что ты так жестока. - Саша, она обидела мою семью и знаешь, что она сделала, - настаивала она на своем. Конечно, Крис будет до последней капли своей крови отстаивать свою семью, но воззвать к ее разуму было возможно. - А если я скажу, что она сожалеет? Если хочет все исправить? - О, это же так легко! Здесь замешаны непросто кучка обиженных взрослых людей, а ребенок. Она не игрушка. Живой, здравомыслящий человек на чувствах, которых она может поиграть, а потом вновь пропасть. - Вот именно, что вопрос в детях, - отозвалась я. – Пора уже переступить через прошлое. - Да, это же так легко, - саркастично заметила Кристина. – Постой, в каких детях? Разговор идет об Алене! - И не только! - В смысле? – настороженно уточнила подруга. - Кристин, Ника беременна, - ответила я, предполагая шквал вопросов и возгласов. - Беременна? – язвительности поубавилось в голосе Крис. - Да, Крис. Она беременна. И вчера ночью с угрозой выкидыша ее увезли в больницу, - выложив последние слова, в конце концов, терзавшая смута на душе успокоилась. По тишине, воцарившейся на другом конце связи, до Кристины доходил весь смысл моих слов. Она, запросто сопоставив факты, представит в цельную картину. - Черт! – Кристина звучно материлась, она понимала, что отчасти вина лежит на ней. Она была порядочным человеком и доброй по своей сути, как бы не злилась, умела здраво мыслить. – Насколько все серьезно? - Ее положили на сохранение. - В какой она больнице? – это вопрос выбил меня из колеи на пару секунд. - Ты хочешь пойти к ней? – переспросила я, опасаясь повторной стычки, которая могла произойти при встрече. - Да! - Крис, ты уверенна, что это удачная затея? - Саша, а зачем ты мне сообщила об этом? – раздраженно поинтересовалась она. – Пристыдить? Ткнуть носом в собственные саки? Так ты добилась своего, мне стыдно! Я не бесчувственное животное! - Ладно, тише! – попыталась сбить накал в разговоре. - Скажи мне, пожалуйста, в какой она лежит больнице? – все-таки немного спокойней переспросила Кристина. В голосе Кристине прозвучали нотки бессилия, уязвленность и мук совести. Слишком много личного было между девушками, чтобы понять их взаимоотношения. Так что я сказала. - Ты все-таки позвонила ей? – напугав меня, подала голос Уля, стоящая у входа. Перед ее уходом я дала ключи, чтобы не бегать открывать дверь. – Я все ждала, когда же ты ей позвонишь? - Давно ты там стоишь? – положив голову на свои колени, взглянула на нее. - Достаточно! – она подошла ко мне, оперевшись руками о подоконник, тем самым я оказалась окруженной ею. – Из того, что ты вчера мне рассказала, их с Никой связывает очень многое, но не опасно ли им после вчерашнего так скоро встретиться? - Чтобы не было я доверяю Кристине, - ответила я, наблюдая как лучи солнца играют в голубых глазах девушки. – Тем более она знает, что Ника беременна и будет мягче. Думаю, в какой-то степени это поможет закапать топор войны. Для того, чтобы Ника могла увидеть дочь, есть основная преграда. Даня. Крис может его смягчить, хотя задача не из простых. - Нику предупреждать не будешь? – пробормотала Ульяна, зарывшись носом в мои волосы. - Мм, нет! – промычала я, слабея от близости с ней. – Не делай так! – когда ее ладонь пробралась под мою футболку, поглаживая мою спину. - Хорошо, - согласившись, она отошла от меня на сколько шагов. - Может, выйдем, прогуляемся? – предложила я, желая выбраться из четырех стен, развеять овладевшую нами апатию. - В другой раз, - поманила она меня за собой в соседнюю комнату. – Без того весь день в суматохе, - я следовала за ней и на балконе меня уже поджидала откупоренная бутылка красного вина. Так же на круглом столе составляли компанию вину один бокал, тарелка с закуской нарезка разных сортов колбас, сыра и какой-то интересный багет. Для нее же самой только френч-пресс с зеленым чаем. - Это все мне? – усаживаясь на стул, глядя, как Ульяна наполняет мой бокал. – Спасибо, - приняла протянутое вино. – Когда ты успела? - У нас магазин за углом, тут и успевать не надо, - заметила Уля, поднимая кружку. – За здоровье. Сегодня это актуально, как никогда! - Да, - слегка стукаясь с ней в импровизированном тосте, полностью соглашаясь. – Как же хорошо! – с удовольствие пригубила вина и оторвала кусочек хлеба. – Наверное, это мне и нужно было! - Без сомнения! - Как ты съездила к родителям? – у нас так и нашлось время разговоров со вчерашнего вечера. - Отлично, - улыбнулась девушка, закидывая ноги на стул, который именно для этих целей здесь стоял. – Причитают, что редко бываю, в отличие от сестры. Порадовала маму, что все-таки разобрала вещи. Тут они с сомнением посмотрели на меня и заржали на пару с сестрой. Они любят постебаться надо мной, - усмехнулась Уля. – Сказала папе о тебе… - Серьезно! – поперхнувшись воздухом, воскликнула я. – Не знаю, что сказать! Почему только ему? - Он самый близкий мне человек. Лучший друг, - не задумываясь, ответила она. – Наверное, папа знает обо мне все. К нему прихожу и с радостью, и поплакать на плечо. Сестра мамина дочь, а я папина. Мы с ней похожи только внешне, а внутренние содержание полная противоположность. И до сих пор мою сущность воспринимают, как некую дурость. Отец бросил, мол, всегда знал. - Что ты ему рассказала? - Дословно – у меня появилась девушка, - она налила еще вина в бокал, параллельно закинула в рот кусочек ветчины. – На что он – наконец-то! - И все? - Для него важно, что я уже сказала о тебе. И пока тебя не увидит и не познакомится, ничего не скажет, - объяснила Уля, сложив руки на животе, поставив на него кружку. – Дважды приводила девушек в дом. С одной он до сих пор общается. Оля ему звонит и он ей. Папа не принимает поспешных выводов. - Ничего себе! – настолько удивлена словами девушки, что не могла подобрать слов, чтобы выразить свои мысли связно. - Только не говори, что теперь ты не при каких условиях не познакомишься с моими родителями! - Ну, даже не знаю! – умышленно растягивая слова, проговорила я. – Ладно, меня это не пугает, хотя и напрягает. - Не сейчас, - добавила она, искоса глядя на меня. – Только мы. Хочу ценить, что мы имеем на двоих и между нами. И выбросить пустые мысли «а может быть», «а если бы» или «вдруг». - Я тоже о тебе сказала маме, - понизив голос, призналась я. - И? – спокойно восприняла мои слова Уля. - Обрадовалась и посоветовала отбросить страхи. - Судя по всему, ты применила ее совет! – ухмыльнулась она, озорно смотря на меня. - Как видишь! Тебя не смущает, что я пью? – жестом руки повела между нами, указывая на очевидные факты. - Нет. Мне и не хочется то, что ты видела исключение из правил. Напротив! Это мне надо спрашивать. Как ты относишься, что я не пью? - Ну, уже говорили об этом, - поразмыслила я некоторое время. - Кого это не устраивало? - Находились люди. Таким образом, ты всегда выбиваешь из толпы! - Люди странные существа. То, им не нравиться, что много бухаешь, то не пьющая, вот и пойми после этого! - Вот сигареты, - многозначительно посмотрела Уля на прикуренную сигарету. – Это дрянная привычка. - Знаю, но я же редко! – невинно состроила ей глазки, на что она хмыкнула и махнула рукой, не став придираться. Какое-то время мы вели непринужденный разговор. Оказалось, что Ульяна страстно желает попасть на концерт к одной американской исполнительнице «LP». Мне тоже нравилась парочку песен. У меня каких-то особенных предпочтений в музыке не было, главное, чтобы на ухо ложилась, если сильно зацепила, то заслушивала по несколько раз. Мне предстояло ее только узнать, и я предвкушала каждую мелочь, которая откроется передо мной. Выходя из душа, обратила на шум льющейся воды на кухне. Перед тем как уйти в ванную Уля заверила меня, что все приберет на балконе за нами. Она мыла посуду, не утруждая себя в необходимости включить свет на полотке, лишь подсветку на вытяжке. Как только она перекрыла воду и струхнула воду с рук, я шагнула к ней, прижимаясь к ее спине. Испугавшись, она содрогнулась, но положила свои ладони поверх моих рук на своей груди. - Саша, - хотела предостеречь она, чувствуя мои губы в основании шеи, пока я не прикусила нежную кожу. Мне нужно было, чтобы она сдалась. - Почему ты пытаешься сохранить дистанцию? – ощущая всем своим телом, как она практически вибрирует от сдерживаемого желания. – Ты же так же этого хочешь, как и я? – ведя кончиком носа по всей длине шеи, ловя запах ее кожи. – Я тебя хочу, - твердым голосом прошептала ей в ухо. - Это… - было начала она говорить, совершая глубокие вдохи и выдохи, поцелуй в ямку под ушком и ловкие пальцы, мягко сжавшие ее левую грудь, окончательно сломали ее. Стремительно развернувшись в моих руках, она, подхватив меня под бедра, подняла. Мне оставалось обвить ее талию ногами и руками вцепиться в плечи, чтобы не упасть. Без признака тяжести моего веса она, смотря мне глаза, потом сделав четыре широких шага, посадила на краешек стола. На мне из одежды были тонкая майка и трусики. Ведь из душа выходила с определенным намерением. Я знала, что обе сейчас смотрим друг на друга с одинаковым голодным взглядом. - Ну, почему ты такая не терпеливая? – глухо прошептала Уля мне в губы, но стоило мне податься к ней, как она отстранялась, едва касаясь кончиком носа моего носа. - Потому что ты чересчур терпеливая! - Спать с тобой неделю в одной постели, уже выше моих сил, - заглядывая мне в глаза, бормочет она. - Тсс! – приложив палец к губам, заставляю ее замолчать. Беря край ее футболки, тяну вверх, оставляя ее в спортивном лифе. С силой сжав ее шею сзади, притягиваю к себе, соединяя наши губы. Без борьбы она открывается, разжигая то, что уже пылало. Уля лишь на мгновение отстранилась четким намерением перенять инициативу. Подушечкой большого пальца она провела по моей нижней губе, надавив посередине, даря короткий поцелуй. Пальцы коснулись скользящим движением до моей шеи, мягкий поцелуй в висок. Все так тонко и невесомо, что посылало меня в головокружительный полет. Несколько долгих секунд она смотрела на меня. От нее волнами излучалась невероятная энергия, от которой кровь по венам еще больше ускорилась в своем беге. Я поняла, что девушка приняла окончательное решение. Она сорвала с меня майку, отшвыривая куда-то назад. Все начало сжиматься в фокусе моего зрения, оставалась только она. Глаза Ульяна спустились вниз, пока она подхватила ладонями мои груди. Лаская прикосновениями чувствительную плоть, ее пальцы, царапая, задели набухшие соски. Тихо застонав, выгнулась навстречу ласкам, желая продолжения. Пульсируя о возбуждения, едва ли не зарвалась, когда Ульяна склонила голову и обхватила губами сосок. Затем сделав тоже самое зубами. Я вскрикнула от силы пронзительных ощущений смеси наслаждения и боли. Мои пальцы вцепились в ее волосы, до конца не осознавая, прервать или требовать продолжения. Язык ласкал следы зубов на груди и перемещаясь ко второй груди. Горячая ладонь легла поверх моего лона, инстинктивно дернулась, стремясь быть еще ближе. Я хотела видеть каждое действие Ульяны, но у меня не было на это сил. Откинув голову назад, прибывала в состоянии наэлектризованности, где каждый нерв оголен. Искусные пальцы пробрались под мои трусики. Почувствовав мою влагу, Ульяна судорожно выдохнула со стоном, ласкающим мой слух. Мое тело с восторгом приняло касания, поначалу робкие и изучающие, но набирающие силы. Пальцы дразнили, доводя до предела, посылая по всему телу импульсы первой волны оргазма, то лелеяли, снижая пыл. Перенасыщенная, доведенная до верха блаженства искала путь высвободиться. Уже не отдавая себе отчет, тело двигалось само. Твердая рука обхватила затылок, Ульяна жадно поцеловала, ускоряя движения пальцев, под которыми я и рассыпалась на кусочки. Хрипло застонала в рот девушки. Обессиленная, растерянная повалилась на нее, головой уткнувшись в плечо. Затеяв эту игру, не предполагала, что меня же и в ней переиграют. Лишенная сил не смогла возразить, когда Ульяна вновь подхватила меня на руки и решительно двинулась с кухни, на что я непроизвольно сцепила лодыжки, хотя знала, она не даст мне упасть. Покрывая мелкими поцелуями мою кожу, разом отзывавшиеся во мне, Уля перенесла в комнату. Бережно опустив на кровать, она сразу легла рядом. Все так же в спортивном трико и лифе, но, казалось, ее это не беспокоило. Пылающая огнем ладонь легла на мой живот. Пока сама все еще приходила в себя. Но видимо я не учитывала, что Ульяне не требовалось переводить дух. Быстрей почувствовала, чем увидела, как она избавилась от одежды. Встав на колени на постели, она потянула мой единственный предмет одежды, который поехал вниз по ногам. Широко распахнув глаза, в темноте разглядывала девушку, которая во всем своем обнаженном великолепии развела мои ноги и легла поверх меня. Просунув ногу между ее бедер, осознала силу ее возбуждения. Удерживая свой вес на одной рукой, другой, словно пыталась дотронуться до каждой частички кожи. Мне и было самой мало, пальцы гладили по лицу, шее, груди. Она соединила наши взгляды, начиная двигаться, я принимала каждое движение, посылая ответное, удерживала ее за бедра, подхватывая ритм. Я была близко, и чувствовала ее надвигающийся оргазм, потому как задрожала Ульяна, она с трудом сдерживалась, не желая отпускать первой. Протиснув руку между нашими телами, нашла ее клитор болезненно увеличенный, пульсирующий под моими пальцами. Протяжный стон, сорвавший с ее губ, она вжалась в мою ладонь, опускаю сжатую пружину. Вздрагивая в объятьях, друг друга, в след за ней и унесло и меня во второй не менее сильный оргазм. Комнату наполнило тяжелое дыхание, запахи секса. Тяжесть ее тела нисколько не причиняло дискомфорт, мне хотелось больше, впитать в себя, не отпуская никуда. Тишина, пролегшая между нами, пришлась по нраву, будто за нас говорили наши тела, вернее всего передавала палитру эмоций, зародившихся с момента первой встречи. Ульяна чуть сместилась, накрывая собой только часть меня. Наощупь нашла край одеяла и натянула на нас. Она перебирала пряди моих разметавшихся волос, ноги перепутались, я гладила ее спину. Наш личный кокон неги из нежности и ласки. - Теперь мы можем разговаривать? – с улыбкой в голосе спросила Уля, прочистив горло. На что в ответ получила шлепок по плечу, она тут же расхохоталась напротив моего уха. - Ты любишь разговорчики в постели? – с иронией поинтересовалась я. - Не то, чтобы, - серьезно отозвалась девушка. – В постели слова излишни. За нас говорят наши тела, если, конечно, это не одноразовый трах на ночь. - Фу, так красиво говорила и под конец такую гадость! – добродушно толкнула в плечо хихикающую Ульяну. - Прекрати, - она перехватила мою руку, сжимая ее и не отпуская. – Засыпай, - услышав, как я зевнула, сказала она. Очнувшись ото сна, лежала какое-то время с закрытыми глазами, впитывая в себя предрассветную тишину, нарушаемую только нашим с Ульяной дыханием. Истома прокатилась по моему телу от воспоминаний ночи. Повернувшись на бок, взглянула на девушку, безмятежно спящую рядом. Во сне она перевернулась и теперь лежала на спине. Одна нога согнута в колени, одеяло прикрывало практически полностью, если не считать одно раскрытого плеча. Голова отвернута в противоположную от меня сторону, подложив под нее руку сжатым уголком одеяла. Часть волос прикрывали лицо, губы слегка приоткрыты. Смотря на сильные руки, широкие плечи, помня, как она несла меня. Поразительно сочетая в себе полярные грани – силы и нежности. Я не знала, почему у нее не удавались прошлые отношения, и по каким причинам происходили размолвки. Только могла сказать с уверенностью, тот внутренний баланс, возникающий от близости с ней, даровал глубокое проникновение и присутствие, как мой укромный уголок личной безопасности. Порой ей не было нужды что-то говорить, чтобы знать – она со мной. Эту неделю я спала крепко и спокойно как никогда. Я всегда с трудом засыпала и очень чутко и беспокойно спала. Возможно, это проистекает из детства, когда на подсознательном уровне опасалась за свою безопасность. Все только усилилось после гибели Жени. Из-за стресса и переживаний, позже боялась снов, в которых она мне снилась. Даже перейдя рубеж смирения с утратой, проблема осталась. Тяжелая работа и усталость помогали, или чтение допоздна книг. Что бы там ни было, делить постель с Улей даровало здоровый сон. Занимаясь разглядыванием, у меня чесались руки коснуться ее, начать свое собственное исследование тела девушки. Различные доводы посылал мой мозг против этой затеи. Мы обе плохо спали прошлую ночь и устали. Видя такое умиротворенное и расслабленное лицо, которое часто бывало задумчивым или чересчур сосредоточенным, хотя признаться у меня такое же в бодрствующем режиме. Сдвигая одеяло, зацепив его пальцами, тащила его вниз, открывала все больше обнаженного тела. Вот предстала грудь, небольшая, упругая. Наклонившись вперед, кончиком языка провожу по розовому соску, воздушным касанием. Параллельно отталкивая одеяло в нетерпении. Спорт наложил живой отпечаток на ее фигуру. Широкие плечи и грудная клетка, сильные руки, тонкая талия с прокаченным прессом, с четким рельефом мышц, узкие, но натренированные бедра, хотя она была больше поджарой и жилистой. И теперь это идеальный образчик во всей красе находился в моей власти. Ульяна поерзала, но не проснулась. Сползая ниже, расположилась между ее ног, оставляя легчайшие поцелуи на бархатной коже, обводя языком впадину пупка. Ее живот дернулся в напряжении, значит, она просыпается или уже не спит. Положив руки на ее бедра, вела все дальше вниз. - Что ты затеяла? – скрипучий спросонья голос заставил перевести глаза с конечной точки назначения, которая была так близка, вверх. Встречаясь с приоткрытыми глазами, помутневшими от желания. - Кхм! – не испытывая смущения быть застигнутой с поличным, отозвалась я. – По-моему это очевидно! - Угу, очень! - Кстати, все еще линолеум? – с издевкой спросила я, проводя ладонью по лобку, с тонкой полоской короткий темных волосков. – Или почти! - Господи! – хрипло расхохоталась Ульяна, чуть смущённо таким развитием событий. – Нашла время… Все резко оборвалось и смех, и слова, когда мой язык скользнул по клитору, пробуя ее. Она была взведена и возбуждена. Хотела бы продлить то, что затеяла, но трепет девушки, просачивался в меня. Тем не менее я брала медленно, желая ощутить пульсацию на своих губах, каждый толчок и дрожащие дыхание. Целовала, лизала, сосала, удерживая Ульяну на краю, замедляя удары, смягчая всасывания, когда она пыталась сильнее прижаться к моим губам. Я играла с ней, дразня, потирая и погружаясь внутрь кончиками пальцев. Что-то несвязное срывалось из уст Ульяны, звуча глухим голосом, она была на грани. Я отодвинулась и покрывала ее быстрыми и легкими поцелуями. Ноги Ульяны дрожали. Пальцы побелили, так крепко она держала им простынь. Шея выгнута, спина оторвана от кровати, голова запрокинута назад, каждая мышца натянута, как тетива в руках лучника, казалось, она может разорваться. Я не была уверенна, что она еще дышит. И мне пришлось дать то, что ей сейчас нужно. Нежно сосала и поворачивала язык, она отвечала мне резкими толчками. Не сдержав улыбки вокруг пульсирующей плоти. Ульяна вскрикнув, импульсивно дернулась и замерла, опадая на кровать и хватая ртом воздух. Я поцеловала ее горло, подползая вверх, запоминая ее вкус на губах и аромат кожи. Прислонившись щекой к плечу Ульяну, могла лежать так вечно. Зарывалась в основание шеи, впитывая в себя стук сердца, медленные вдохи, соблазнительное скольжение пальцев вдоль моего позвоночника. Я не осознала, что покачиваю бедрами, пока Уля не издала удовлетворенный стон и обхватила мне за них, сильно прижимая мой центр к своему бедру. Мое возбуждение томившиеся взаперти, вырвалось, что у меня перехватило дыхание. Закусив губу, отдалась ритму, который она задала, поддерживая при каждом скольжении. Слепо зажмурилась и взорвалась, под сладостный шепот у своего уха. Рухнула в раскрытые объятья Ульяны. - Ты удивительная, - пробормотала Ульяна, держа меня в своих руках. - Комплемент лишь из-за того, что ты кончила, - пыталась отшутиться, чувствуя, как щемит сердце. - Глупая! – пожурила мне она с улыбкой. – Это потому, что влюбляюсь в тебя… - Уль, я… - немного испуганная признанием девушки. И первой реакцией было скрыться, чтобы переварить услышанной. Приподнявшись на локте, уставилась на нее. - Тсс! – теперь она заставила меня замолчать, прижав палец к губам. – Я не требую от тебя ответа. Да, тебе не нужно ничего говорить. Это мои чувства к тебе. Скажешь, когда будешь готова, а если нет, то и через это тоже пройдем, - костяшками пальцев лаская мою щеку, сказала Ульяна. – Не убегай от меня! - Не буду, - глядя в голубые омуты искренности и неподдельной честности. Хотя и сейчас знала, что ее чувства взаимны. Глава 21 Ника Выполнив предназначенные мне процедуры после обхода врача, возвращалась в палату, когда возле нее столкнулась с медсестрой. Быстро сказав, что меня кто-то ждет в коридоре, она поспешно удалилась. Изрядно удивилась потому, что если бы Саша или Ульяна пришли, то в любом случаи позвонили, а не стали просить персонал позвать меня. Мне не прельщало разгуливать в халате по больничным коридорам, поэтому в палате надела легинсы и футболку с длинным рукавом, отправилась встретить нежданного посетителя. Выйдя за дверь, в самом коридоре никого не увидела, так что, пройдя дальше, свернула в холл, где обычно в часы посещения видели пациенты с родными и знакомыми. Так как еще не все вернулись с предписанных процедур, в холле было всего пару человек. Мои глаза застыли только на одном из них. И она тоже меня заметила и своим широким шагом преодолела расстояние между нами. От шока у меня закружилась голова, и впервые мне хотелось бежать от прямого столкновения с кем-то. Я боялась. Не понимая для чего, она пришла и как узнала о моем местонахождении, следовательно, и состоянии. - Вероник, постой, - проговорила она, заметив, как я собираюсь отступить, чтобы уйти. – Ника! - когда я делаю шаг, она порывисто удерживает за руку, успевая ее поймать. – Пожалуйста! – с волнением и тревогой звучит она в своей просьбе. Могла уйти. Вырвать руку и убежать, она бы не побежала за мной. По какой-то причине останавливало, нечто в глазах девушки говорило, что она здесь по другим причинам, не ставя цель растоптать окончательно. - Что ты тут делаешь? – спросила я, сложив руки на груди и отойдя на шаг в сторону. - Может, выйдем на улицу? – осторожно предложила Кристина, несколько успокоенная начатому диалогу, нервно оглядывая возможных свидетелей нашего общения. - Ладно! – обойдя ее, пошла к двери. Крис вмиг догнала меня. Она всегда ходила так, что на один ее шага приходилось два моих. – Почему ты здесь? - Извиниться, - после паузы ответила она, пристраиваясь к моей скорости. - Извиниться? – изумленно уставилась на нее, сбившись с шага. – Ты? - Да, я, Вероник, - понуро пожала плечами она, отводя глаза, которые всегда говорили лучше за нее самой. – Горячая голова. Не следовало так срываться на тебя. - Мне сложно в это поверить, Крис! - Как ты? С ребенком все в порядке? – не успели мы сделать и пары шагов, как вновь встали на месте. Теперь эмоции диаметрально переменили на пробуждающийся гнев. - Так вот оно в чем дело! – горько воскликнула я, злясь на Сашу, по чьей наводке пришла сюда Кристина, видимо устыдив и выговорив за произошедшее. – Бессмысленно говорить дальше, о чем либо! Не было нужды утруждать себя и приходить. Я не ждала искренности. Да, блин, я ее не заслуживаю, но лицемерить не надо! – развернувшись на сто восемьдесят градусов, со всех ног двинулась обратно к больнице. - Черт, Ника! – ее длинные пальцы обвились вокруг моего запястья. – Постой же! - Кристин, обливать меня помоями ты была более словоохотлива! – зло огрызнулась я, дернула рукой в попытки освободиться, но не выходило. – Неужели беременность играет такую роль? - По всей видимости, да! – честно ответила она. – Катализатором, чтобы остановиться и переосмыслить наше прошлое. Слишком много ошибок мы обе допустили. Мне сложно отпустить и простить. Ты же очень хорошо меня знаешь, чтобы понимать, когда я вру или же нет! Смотри на меня и постарайся услышать, - встала передо мной она, наконец, встречая мой взгляд. - Я уже ни в чем не уверена! – все же глядя на нее, ответила я. - Ник, мое отношение к тебе может быть разным, но вреда тебе я не желала и не желаю, а уж подавно невинному ребенку, - серьезно отозвалась Кристина. – Мне жаль, что ты по моей вине оказалась в больнице и под угрозой твоя беременность, - искренно проговорила она, потянув меня в лавочке под тенью деревьев. – Ты лучше многих понимаешь мое отношение к этому. - Да, - только и сказала я, вспомнив Полину, которая пережила смерть своей малышки спустя месяц после рождения. Именно там я и сломалась, бросив Кристину с горюющей подругой на руках. Если есть моменты в жизни, за которые мне стыдно помимо оставленной дочери, то это тот самый. – Я хочу увидеть дочь! – прямо сказала я. - Я знаю! – просто кивнула Крис, наконец, выпустив мою руку. Я читала вопросы в ее глазах, которые она опасалась задавать. Сложно сразу попасть в единый ритм разговора, когда каждая чего-то опасалась. - Ты меня за это не простишь? Ни за Алену, ни за Полину! – с горечью произнесла я, устремляя взгляд в голубое небо. – Крис, я с этим живу день ото дня. Думаешь, хотя точно так думаешь, мне легко и беззаботно? Или что забыла? Я все помню, - смахнув слезы, говорила я, даже не заботясь о видимости моей слабости, потому что с ней мне было легче всего показать и открыть. – Я помню, как она пахла. Сладковато-пряный аромат моей малышки. И как ушла – помню. А еще как кричала по ночам Поля. Это со мной каждый день! - Тогда почему? – сев в пол-оборота, чтобы видеть мое лицо, без затей и какого-либо умысла задала она вопрос. - Почему я тварь? – усмехнулась я через силу. - Ник, не надо! – с упреком покачала головой Кристина. - Ведь так! Разве я когда-то была не такой?! - Была! - уверенно вставила Кристина. – Со мной ты была другой. Там в Москве все было по-другому, Вероник. Хотя бы сейчас скажи почему! - Какое оно имеет значение? - Вероник, имеет. И всегда имело! - Ты поверишь, если скажу, что хотела, как лучше? – с недоверием сказала я, поворачиваясь к ней лицом. – Поступить учиться, чтобы вернуться и исправить? Нет, потому что я эгоистка, уставшая в одиночестве заботиться о маленьком ребенке. Я хотела красивого мальчика, а получила его с равнодушным отношением к себе и ребенка, который стал пешкой во взрослых играх детей. - Скажи все, - попросила она, участливо положив свою ладонь мне на плечо, когда я со вздохом откинулась на спинку лавочки. - Отец разложил множество возможностей передо мной, чтобы я только отказалась от дочери. Даня, призиравший меня в глубине души. Ребенок и моя неготовность к материнству. И ты смотрящая на меня влюбленными глазами, - ответила я без прикрас той, которая если и не поймет, то будет знать. – Бурный противоречивый коктейль. Уходя, оправдывала себя тем, что встав на ноги, смогу дать больше ребенку. В первый раз я по-настоящему посмотрела на Кристину. Через года, которые были единым прошлым, связывающих нас и сейчас зрелую, самодостаточную, молодую женщину. В ней исчезла мягкость юности, став более острее. Ее внешность всегда привлекла внимание и впечатляла. По сравнению со многими Крис выделялась. Я гордилась своей внешностью, но рядом с этой девушкой меркла. Во многом мы были похожи – цвет глаз и волос, в чертах лица, почти одного роста, хотя Кристина выше. Все же в ней что-то такое было, делая ее неповторимой. И признаться, я скучала по ней. Никак о любовнице, а как о друге. - Тогда в Москве ты все же порядном прочистила мне голову, потом Полина и я отложила все на потом. До лучших времен! - Ник, почему только сейчас ты говоришь, так открыто? - запустив пальцы в волосы, простонала в бессилии Крис. – И то вряд ли ты сказала все! - Крис, а что толку! Уже все сделано! – пожала плечами я. - Тогда почему именно сейчас ты решилась все же что-то исправить? – оперевшись подбородком в сомкнутые в замок руки, спросила она. – Не могу понять! - Пока не поздно. - А если уже? - Значит, опоздала. - Ой, прекрати это философское рассусоливание! – нервно оборвала меня она. – Что изменилось в твоей жизни, толкнувшее на резкую перемену? - Короткое резюме – влюбилась, развелась с мужем, была вынуждена вернуться сюда, отец отправил работать на завод. О, еще вот беременна. Живу на птичьих правах у недавно обретенной подруги, - едко отрапортовала я, замечая, как Крис быстро переваривает полученную информацию. – Получается, разрушала прежний жизненный уклад и в этой неразберихе строю свою новую реальность отдельно от влияния отца и его денег, - переведя дыхание, пыталась собраться с мыслями. Задавая себе самой вопросы в необходимости откровенничать с ней, однако дело уже начато. – Я боялась тогда, боюсь и сейчас. И всегда буду бояться. Она моя дочь, но мы не знаем друг друга. Все знают, кроме матери. Страх первого шага. Прийти позвонить в дверь… а дальше не представляю, что скажу… реакция на меня. Тут недавно проведя день запертой в туалете, очень живо все это рисовала в своей голове. Слишком хорошо знаю вашу семью, чтобы не осознавать шквал негатива. Скандал в любом случаи необратим. Ты лишний раз доказала мое мнение. И это я просто оказалась в квартире твоей подруги. Вот только мне нужно через это пройти. - Почему ты сидела запертая в туалете? – вскинув брови, иронично переспросила Крис. - Ты услышала только это и заставишь повторить всей психоанализ? – изогнув бровь, искоса глянула на Крис, казалось ее гнев окончательно исчерпал себя. Наш разговор стал приобретать манеру общения каких-то несколько лет назад. – У Саши заедает личинку замка в двери в туалет. И как-то утром меня настигла карма. И я знала о поломке, но в тот день решила сделать тест на беременность и все забыла. - И как? – она, не сдержавшись, рассмеялась. - Очень познавательно для внутреннего разбора! - Как в это вписывается Саша? - С течением обстоятельств не более. Так бы там не было, до сих пор не понимаю, почему она решила мне помочь и продолжает помогать. Ведь она сразу узнала меня, соответственно и имела представление обо мне. - Она хорошая, - улыбнулась Кристина, вставая с места. И я испугалась, что она сейчас уйдет. Осталась сидеть на месте, смотря на нее снизу вверх. – Давай-ка я тебя ненадолго похищу! Есть, чертовски, хочется! Ничего? - У меня ничего с собой нет, - похлопала себя по бокам в поисках несуществующих карманов. - Пошли, тоже мне проблема! - отмахнулась Крис, протянув руку, помогая встать. – Тебя не будут искать? - Нет, многие так уходят! - Окей! – она выудила из карманов джинсов ключи от машины. Машина, к которой она меня довела и открыла передо мной дверь, была не той, которую я помнила. На заднем пассажирском сиденье было установлено детское автомобильное кресло и разбросаны несколько игрушечных машинок. Пусть даже я и знала, что Кристина не одна и есть ребенок, то какой она стала домашней и семейной, этот образ не вязался со старым. - Тут недалеко есть отличная кафешка, - заводя машину, проговорила Кристина, выезжая с парковки. - Рули! - Тебе повезло, что встретила Сашу, - продолжила говорить Крис, не теряя нити разговора. – Уж если она что-то увидела в человеке, то лучше друга не найти. Она оберегает тебя. Вставила мне пропистона! – рассмеялась Крис. - Да, она может! – поддерживала ее смех. Я наблюдала, как через десять минут Крис паркуется у небольшой кофейни. Мои знания обо всех заведениях города стерлись и это одно из них. Интерьер в выдержанных тонах, но на стенах висели большие полотна портретов, выполненных в стиле авангард, создавая тем самым яркими, цветные акценты. На каждой картине изображены девушки. При этом мне показалось, что в большей степени на портретах написана одна и та же. Я насчитала с десяток столов, из которых занято было три. Кристина провела меня к дальнему столику у окна, рассчитанный на двух или трех человек. - Что ты будешь? – после недолгого просмотра меню спросила Крис. Во всей видимости здесь она не впервой и уже знала перечень. - Кофе, - получив предостерегающий взгляд, нахмурилась. – Да, мне можно кофе, но в небольших количествах. Я смотрю у них отличный выбор десертов, так что капучино и вишневый чизкейк. - О, очень сытный обед! – поднявшись, отметила Крис. Вернувшись через пару минут, удобно устроилась напротив меня. - Мне здесь нравиться! - Хозяйки кофейни две девушки, сейчас они в отпуске. Одна из них занимается десертами и административной частью, а другая бариста и по совместительству пишет эти картины, - отозвалась Крис, обводя взглядом обстановку. – Классное место! Мы с Мирой часто здесь бываем. - Как она отнеслась к тому, что ты приехала ко мне? - Ну! – Крис потупила взор, и некоторое время молчала, рассматривая передвижением прохожим за окном. – Она выгнала меня из дома, сказав, наконец, разобраться со своими тараканами. Так что последние два дня я живу у родителей. Славу Богу, они на даче и не задают лишних вопросов! - Серьезно? – в неверие уставилась на нее, и казалось, моя челюсть шлепнулась на поверхность стола. – Выгнала? - Да, мне очень не комфортно спать на старой кровати, - шутя, посетовала Крис. – Она считает, что у меня к тебе остались чувства и поэтому я так реагирую! - Но это же не так! – громко возразила я. - Да! Порой она бывает упрямей осла, - усмехнулась Кристина, нежная улыбка коснулась ее губ при этих словах. – Мне не удалось переубедить ее. - Она же знает? - Угу! Теперь пока не перебеситься можно домой не соваться! - Она у тебя красивая! - Потрясающая. Она лучшая! – проговорила девушка. Как же мне было радостно в это момент за нее. - Вернись домой. - Обязательно, когда она остынет! - Как вы познакомились? – терзаясь в любопытстве, мне хотелось узнать о существенных изменениях в жизни этого человека. - Столкнулись на платформе, она облилась кофе и как-то все понеслось. Больше не могла думать о ком-то другом. - У нее ребенок? - Да, Тима. Откуда ты знаешь? - Саша. И как же семейная жизнь? – поинтересовалась я. - Жизнь, как жизнь. Только не афишируешь направо-налево! Полгода назад в Дании мы зарегистрировали брак, - она положила посередине стола левую руку, на безымянном пальце которой широкой платиновой полоской лежало кольцо. - Зачем? Какой смысл это в нашей стране? – немало удивилась я, рассматривая кольцо и отважившись, провела по нему пальцем. - Не знаю, - задумчиво пожала плечами она. – Мне хотелось. Сделала ей предложение год назад. В нормальных странах мы считаемся законной семьей. Плевать на условности нашего общества, с ограниченными взглядами. - И была свадьба? - Да, - довольная улыбка растянула губы, она достала телефон и стала что-то там искать. – Вот! Она положила его передо мной. Кристина в светло-сером костюме стояла рядом со своей девушкой, которая в белом прямом платье в пол, опустив голову вниз, держала в выпрямленной вдоль тела руке букет. Длинные волосы, уложенные в небрежный низкий пучок, выбившиеся пряди падали на лицо. Лица Крис не было видно, так как она склонила голову к волосам Миры, а руки лежали на предплечьях Миры в воздушном объятье. Не нужны слова, чтобы понять чувства между ними. Листнув на следующую фотографию, на которой уже могла узнать родителей Крис, Даню и Алену, сына Миры, незнакомую женщину. На общей фотографии все улыбались. На других подобных были в основном Кристина и Мира. - Очень красиво! Поздравляю! – подняв глаза, встретилась с ней взглядом, от чистого сердца сказала я. - Спасибо! - Как думаешь возвращаться домой? - Просто приеду, сегодня вечером, - ответила Кристина. – Она уже к этому времени успокоиться. Расскажу о визите к тебе. - Я не должна быть причиной для ссоры между вами, - отозвалась я. Задумавшись, крутила в руках кружку, пока не подняв глаза, не заметила, как за мной наблюдает Кристина. – Как Полина? Она вернулась, но как она? - Намного лучше. Тогда было сложно, впрочем, она научилась с этим жить. У каждого своя боль, Ник! - Да, ты права. - И они с Даней вроде как вновь начали встречаться, - как бы невзначай поделилась со мной Кристина, что от такой неожиданной информации потеряла дар речи на какое-то время. – Мы не трогаем их, пусть сами разбираются. Хотя они и сами стараются не афишировать. - Так и должно быть! – в конечном счете, сказала я. Действительно, так думая и радуясь за двух людей, которых раскидали в разные стороны обстоятельства. - Да, должно быть, - утвердительно кивнула Кристина. Закончив наш небольшой перекус, мы сели в машину. Крис подвезла меня обратно к больнице и также вышла вместе со мной проводить. - Сколько ты пробудешь в больнице? - Минимум десять дней, а там как пойдет. - Не держи на меня зла за это, - с раскаяньем на лице попросила Кристина, становясь рядом. - Крис, давай перешагнем через это. Я заслуживаю каждого слова, - положив руку ей на предплечье, сильно сжала. – Самонадеянно, наверное, просить, но может, попробуем стать друзьями? - Конечно, - согласилась Крис. Позже она ушла, а моей душе возросла степень надежды. Глава 22 Саша Вернувшись на работу после выписки с больничного, меня захватила суета рабочий будней, к которым прибавлялись еще каждодневное посещение Вероники в больнице. Обычно совместно с Ульяной вечером после работы, собрав предварительно приготовленный ею ужин, мы отправлялись в путь. После визита Кристины Вероника скинула с плеч признаки былой меланхолии. Я ее прекрасно понимала, с Крис подобрать ключик к общению с дочерью будет гораздо проще, да и сама по себе поддержка такого человека наполняла жизнь красками, тем более они когда-то имели куда больше, чем просто общение. Теперь каждый день, возвращаясь с работы, я знала, что вечером увижусь с Ульяной. Вечер плавно перетечет в ночь. Время, которое растекалось, как тягучий мед, и пролетало за доли секунды. Порой мне хватало одного ее молчаливого присутствия, когда она чем-либо занималась рядом со мной или просто в одной комнате. Мы хранили свое личное пространство. Ежедневная тренировка на велосипеде по утрам у меня, она вечерами со скейтом уходила в сквер. Во многом для меня в диковинку было выстраивать отношения. Перестраивался мой внутренний мир. Мне хотелось сделать для нее что-то особенное и в тоже время интересное. И на протяжении двух недель у меня в голове крутилась одна идея. Она как-то вечером смотрела фильм «Мы купили зоопарк». - Эх, побывать хотя бы в Москве в зоопарке, - обронила она. - А ты не была? – оторвавшись от книги, спросила я. - Ни разу не доводилось! И теперь я подошла к исполнению ее желания, казалось бы, такого обыденного и по-детски наивного. Разузнав заранее, есть ли у нее планы на выходные, приобрела билеты, тут при помощи Ники добыли паспорт Ульяны. Рассудив, что одного дня нам хватит, потом всегда можно повторить, купила сразу билеты туда и обратно тем же днем, только поздно вечером. Ранним утром, быстро выключив будильник, вылезла из-под обнимающей меня руки Ульяны. В соседней комнате разбудила Нику, которая пообещала подвезти нас к вокзалу. Та сонно кивнула в знак, что больше не заснет. Уже полностью одевшись, вернулась в комнату, предварительно сделав завтрак. Ульяна перевернулась на другой бок, лежа на животе. Одна нога, согнутая в колене подтянута ближе к телу, коротенькие свободные шортики собрались вверх по бедрам, обнажая упругие ягодицы и ноги. Раскинув руки, одной из них обнимая подушку, она спала, уткнувшись в нее лицом, скрытым за спутанными волосами. Широкий вырез растянутой майки съехал, частично приоткрывая овал груди, словно краешек ткани, зацепился за сосок, не давая дальнейшего движения ткани, но вот-вот при вдохе или выдохе откроется полностью. Присев рядом, едва задевая кожу кончиками пальцев, прошлась по полушарию груди и вниз по ребрам. Девушка поежилась, но глаз не открыла, еще бы она захотела вставать, когда спать мы обе легли только пару часов назад. - Соня, мне нужно, чтобы ты сейчас открыла свои прекрасные глаза и проснулась, - склонившись над ней, шептала я, цепляя губами ухо. На что Ульяна промычало нечто нечленораздельное. – Ну же, малыш, - настаивала я, проведя кончиком языка по кромке ушной раковины. По-собственнически сживая в руке ее грудь, зажимая пальцами сосок. – Проснись! - Саш, у меня нет сил, - из подушки раздался приглушенный голос. – Но если ты продолжишь, мне придется либо умотать тебя так же, как и ты меня, либо умотать в свою постель. - Ты мне нужна! – не отступая ни на сантиметр. - Почему ты одета? – спросила она когда, пошарив рукой, положила ее мне на ногу. - Поэтому ты мне нужна! – села ровно, почувствовав, что Ульяна хочет перевернуться и сесть. - Что случилось? – приняв сидячее положение, она терла руками лицом в попытках вникнуть в суть происходящего. - Нам надо съездить в одно место. - В полшестого утра? – она взяла в руки телефон, в недоумении уставившись на меня. - Да. - Саша, - вполголоса простонав, она рывком поднялась с кровати, уступая моему требованию, быстро переключаясь с режима сна на бодрствование. – Куда? - Позже узнаешь, - ответила я с невинной улыбкой на лице. - Ты не возможна! – закатила глаза она, передвигаясь по комнате и собирая свои вещи. Мне нравилось наблюдать за ее передвижениями, с какой непосредственностью скидывает одежду для сна, абсолютно не придавая значения моему открытому разглядыванию. Нравилось, как под гладкой кожей перекатываются мышцы. - Хватит на меня пялиться! – не поворачивая головы, произнесла Ульяна, выходя из комнаты. - О, так ты еще и Нику подняла! – усмехнулась Ульяна, подходя к машине, где рулем уже сидела Вероника. – Ты скажешь, в чем дело? - Позже! – садясь на переднее сидение, устанавливая небольшое пространство между нами, подальше от ее ворчливости. Она не захотела завтракать и потому перелила кофе в термокружку и медленно его попивала, уставившись в окно. Меня стали грызть сомнения относительно ее реакции на мою затею, в общем. Мы переглянулись с Никой. Заметив признаки панику на моем лице, она ободряюще кивнула, подмигнув. Чем ближе мы подъезжали к вокзалу, тем сильнее начала дергаться. - Э-э! Что мы делаем на вокзале? – озадаченно спросила Ульяна, выбравшись из машины следом за мной. Молча вложила в ее руку билеты на поезд. И стала ждать, пока она сосредоточено изучает их. Ника осталась сидеть в машине, делая вид, что ее это совершенно не волнует. Сложив билеты единой стопкой, Уля обратила взгляд на меня. - Откуда у тебя мой паспорт я не буду спрашивать, потому что без вот той лисы не обошлось, - начала говорить она, указав на Нику. – Но для чего ты везешь меня в Москву? Вот так? - Посетить московский зоопарк, - тихо ответила я, выглядя при этом как нашкодивший ребенок. - Что? – шокировано расширившиеся глаза искали на моем лице признаки шутки. – Ты серьезно? - Конечно, - небрежно пожав плечами, отозвалась я. - У меня с собой ничего нет, - потерянно сказала Ульяна, чуть разведя руками. - Все в багажнике. - Продумала? Да? – успокоив нахлынувшую на себя суету, прищурила глаза Ульяна. - Ага! - Открыв багажник, вытащила свой кожаный рюкзак и ее спортивный, передавая в руки. – Там есть все! - Я верю! – посмеиваясь и улыбаясь, кивнула Ульяна. Мы попрощались с Никой, которая в очередной раз не удержалась от шуточек, все же пожелала нам удачной поездки и отправилась домой, досматривать сны. На перроне уже толпились пассажиры. Я протянула ей паспорт и билет. Размещаясь на своих местах, пропустила к окну Ульяну, которая, как оказалось, любила ездить именно так. Для меня особой разницы, где конкретно сидеть не было, уселась у прохода. Отложив на откидной столик документы, она принялась рыться в рюкзаке. - Здесь даже больше, чем мне может понадобиться, - проговорила она, оторвавшись от своего занятия. В действительности, так скорей всего и было, помимо основного документа, ее портмоне с деньгами и карточками, зарядного устройства, наушников, я положила сменную футболку, толстовку, не дочитанную книгу, зонт, так как в последнюю неделю августа погода ухудшилась, шоколадные батончики, литровый термос с зеленым чаем. – Ты уверенна, что сегодня вечером возвращаемся? Или здесь найдется и сменное белье? Зубная щетка? - На всякий случай! – нисколько не обидевшись, ответила я, откидываясь на спинку сиденья. – Ты не представляешь, какой ужас куда-то ездить с Крис. После одной такой поездке с ней на море года три назад, я полностью пересмотрела принципы, как надо собираться. Она учитывает все. Ну, просто все! Чтобы не пришло в голову, кажется, у нее есть все! - Значит, этому научилась от нее? – насмехаясь, продолжала Ульяна. - Отчасти! – хмурилась на ее издевку я. - Я забыла кое-что сказать, - вдруг она потянула меня к себе за край рубашки. До тех пор, пока она не смогла прошептать. – Спасибо! Не думала, что запомнила или обратила особое внимание на мои слова, брошенные невзначай. Так что спасибо! - Тебе не за что меня благодарить, - повернувшись к ней, что нас разделяли сантиметры. – Мне так же хочется делать определенные вещи и для тебя. - Мне хочется прямо сейчас до безумия поцеловать тебя, - ее глаза гуляли между моими глазами и губами. – Но мы только привлечем к себе не нужное внимание! - Это взаимно! – моя рука пробралась к ее ноге и ногтем большого пальца через дырку на ее джинсах, слегка царапала кожу, выводя узоры. Судя потому, как расширились ее зрачки, поглощая голубую радужку, действие возымело эффект. - Остановись, - попросила она, резко выдохнув. Чтобы хоть чем-то заняться руки, вытащила из кармана наушники. Ульяна также достала свои большие накладные беспроводные наушники, пока я распутывала свои. Большую часть дороги я проспала, положив голову на плечо Ульяны, которая слушая музыку, углубилась в чтение книги. Когда я проснулась, то обнаружила, что она умудрилась выпить термос чая. И извинившись, она поспешила в туалет, она терпела, лишь из-за того, чтобы не будить меня. - Ты вообще спала? – поинтересовалась я у нее, когда она, потянувшись, зевнула, подъезжая к вокзалу. - Немного, - отозвалась она, смотря в окно. – Похоже, столица решила нас порадовать. И действительно не смотря на прогноз погоды, дождя не было, чего я опасалась и испортит все планы. Может быть не совсем летняя погода, но при этом все же тепло и солнце выглядывало из редких облаков, пригревая своими лучами. Мне было интересно наблюдать за тем, с каким энтузиазмом Ульяна следит за сменяющейся картинкой. Когда наш поезд прибыл на Киевский вокзал, она подхватила оба рюкзака и поспешила первой выйти на перрон. Подав мне руку, она помогла мне спуститься и тут же растерялась, не зная, куда идти. - Пойдем, - беря ее за руку, потянула за собой. Я хорошо здесь ориентировалась и не боялась заблудиться. А вот Ульяна явно терялась от большого количества людей вокруг нас. Я не насмехалась над ней, даже когда она стала держать совсем рядом со мной и сосредоточенно осматривалась по сторонам в явных попытках запомнить наш маршрут. Между сведенными бровями пролегла морщинка, что хотелось протянуть руку и пальцам разгладить ее. В какой-то момент она заметила мой наблюдающий взгляд и буркнула строгое «Что?», стараясь идти в ногу со спешащими людьми, привычные к ритму этого города. Поведя головой в неопределенном жесте, направилась дальше. Напряжение Ульяны начало отступать в тот момент, когда мы вышли на станции метро, на которой находился зоопарк. Она даже ускорила шаг, увидев его издали. Мне и самой пришлось поторопиться за ней. Нагнав ее на светофоре, она обернулась ко мне, и уголок ее губ дернулся в намеке на улыбку. Заметно, как она старалась сдерживать охватившее ее предвкушении. Такой я еще не видела. Сейчас Уля походила больше на небольшой проснувшийся вулкан. Она даже упустила тот момент, что я оплатила билеты, хотя мысленно я все же ожидала спора по этому вопросу. Когда-то давно мне уже доводилась бывать в зоопарке, но этот поход отличался от предыдущих. Со мной рядом шла Ульяна. Ее одушевленный восторг оказался настолько заразительный, что я само того не замечая расслабилась и выбросила все мысли из головы, кроме того, что мы с ней проводим этот замечательный день вместе. Она часто брала меня за руку, не обращая внимания на многочисленных посетителей. Поймала себя на мысли, что давно не чувствовала такой свободы и легкости от обычного дня. Весь день, в котором были только мы двое. Мы много смеялись, просто наблюдая за животными. Те четыре часа, посвященные неспешному обходу территории зоопарка, пролетели вмиг, лишь ноги давали знать о времени. Я предложила Ульяне посетить парк «Зарядье» в центре города. Она с легкостью согласилась и уже спокойнее чувствовала себя в метро. Пройдясь по парку, мы решили отдохнуть на газоне, что в принципе было редким явлением в нашем городе, если не сказать чем-то из ряда вон выходящим. Погода разгулялась, и солнце прогрелось землю и воздух. Подложив под голову сложенную толстовку, Ульяна улеглась на траву. Я последовала ее примеру, только мне хотелось видеть расслабленную вытянувшуюся фигуру, комфортно устроившуюся на газоне. Ее глаза прикрывали солнцезащитные очки, при этом я ощущала на себе ее взгляд, одна рука запрокинута за голову, такая вальяжная поза, невольно заставляла улыбнуться. - Спасибо за такой день, - прервала молчание я, чуть севшим голосом от накативших эмоций. - Это мне тебя надо благодарить, - сдвинув очки на макушку, отозвалась Ульяна. – Это замечательный сюрприз и то, как мы провели сегодняшний день, подтверждает успех твоей затеи. - Тебе понравилось? – с усмешкой спросила я, прекрасно зная ответ на свой вопрос. - О! Не лукавь, - весело ответила Ульяна, в ее глазах плясали смешинки. – За все взрослую жизнь больше ребенком я себя не вела! Тебе оставалось купить мне только шарик и привязать к руке. Быстро представив эту картину перед глазами, расхохоталась, откинув голову назад. Она вернула очки на место, не обращая внимания на мой смех, продолжала наслаждать погодой, переводя дух после долгой прогулки. Позже мы отправились на вокзал, единогласно решив перекусить там в ближайшем Макдональдсе. И зайдя туда Ульяна сразу же поспешила посетить туалет, оставив стоять меня в очереди. И пока ее не было я заметила рядом сотрудницу, которая раздавала воздушные шарики маленьким посетителям. Дождавшись, когда она окажется совсем близко, поинтересовалась можно ли мне один, под предлогом того, что у моей подруги день рождение. Она с улыбкой дала мне один. Ульяна возвращаясь ко мне, шла, отвечая на сообщение в телефоне, и не предала значение на мою выходку. И только когда я затянула петлю на ее запястье, она озадаченно подняла голову и с недопонимание посмотрела сначала на руку, а потом на шарик, болтающийся над нашими головами. - Ты невозможна!