Quattuor solis

Джесс провернула ключ в замке и, устало опустив руки, опёрлась лбом о прозрачную дверь. На улице всё ещё было светло. — Так странно, — выдохнула она, оставляя запотевший след на стекле. — Никогда не закрывала бар в такое время. Даже по понедельникам. Сидевшая на одном из столиков Рей растерянно покачала головой. Сегодняшняя смена закончилась неожиданно быстро — со звонком владельцев «Кантины». — И надолго это? — спросила она. — Не знаю, — Джесс обернулась, улыбаясь почти обречённо. — Как бы ни навсегда. — Я не понимаю, — Рей спрыгнула на пол и подошла к начальнице. Сквозь большие окна они смотрели на широкую серую улицу, тут и там усыпанную мятыми рекламными буклетами. — Всё же шло хорошо, зачем владельцам закрывать «Кантину»? — Значит, недостаточно хорошо. А может, хотят открыть на этом месте что-то более прибыльное. — Что в этом городе может быть лучше «Кантины»? Планетарий что ли собрались здесь отгрохать? — А мы тоже в своём роде планетарий, — фыркнула Джесс, кивая на висевший над танцполом новенький дискошар. Рей только сегодня повесила его — вечером планировалась дискотека в стиле восьмидесятых. Костюмы официанток и девушек гоу-гоу так и остались лежать нераспакованными в подсобке. — Тебя подвезти? Или дождёшься подругу? — спросила начальница, стягивая с головы синюю бандану — без этого аксессуара её причёска оказалась удивительно объёмной. — Она не отвечает, — Рей в очередной раз обеспокоенно глянула на телефон. — Наверное, на работе задерживается. Я подожду её во дворе. Уже на улице девушка вновь набрала номер Кайдел и вновь услышала длинные гудки. Джесс заперла вторую дверь и, точно сорокалетний вояка, повидавший в этой жизни немало дерьма, тяжело хлопнула Рей по плечу. — Выше нос, красотка. Прорвёмся. Она не унывала и не лукавила — действительно собралась прорываться, хоть бы в город зашли танки. Боролась и бороться будет — ради себя, ради любимого бара, который по праву считала собственным детищем, и даже ради своей странной помощницы. О таких, как Джесс, говорят, что у них есть внутренний стержень — что-то непоколебимое в характере, стальное. Оказавшись рядом с ней, невольно хочется выпрямить спину — даже если стоишь по колено в помоях, а на голову голуби насрали, как на памятник. Рей уверенно кивнула. В руке зазвонил телефон. Девушка облегчённо выдохнула и опустила глаза, но номер на экране оказался незнакомым. — Добрый вечер! Рей? Я ведь не ошибся? — Да, а кто это? — По Дэмерон. Мы не знакомы лично, но уверен, что ты обо мне слышала. Не хочу затягивать нашу беседу, поэтому сразу перейду к главному. Кайдел у нас. С ней всё будет в порядке, если выполнишь наше условие. Всего одно. Алло? Меня слышно? Рей медленно осела на пол, схватившись рукой за металлические перила. Последние слова Дэмерона утонули в противном, оглушающем звоне в ушах. Кажется, планета чуть пошатнулась, сдвигаясь с оси. — Рей? Рей! Голос Джесс прорвался сквозь шум, возвращая девушку в реальность. — Ты там? Слышишь меня? Кажется, ублюдок смеялся, а Рей почувствовала подступающую тошноту. — Да, слышу. — Замечательно. На заднем дворе вашего уютного бара есть пожарная лестница. Второй пролёт, картонная коробка у запертой двери — там ты найдёшь флешку. На ней программа, которую нужно загрузить в компьютер мистера Сноука. — Что? Но как я… — О, я уверен, что тебе это по силам. Ведь у тебя очень интересные знакомые, разве нет? У вас с мисс Конникс. Мы наблюдали за вами. Так что будь умницей, убеди ваших дружков в том, что жизнь Кайдел важнее информации на компе Сноука. Постараешься, ради лучшей подруги? Не подведи её, Рей. У тебя восемь часов. Девушка не успела ответить — Дэмерон бросил трубку, оставив за собой последнее слово. — Эй, у тебя всё в порядке? — Джесс села на корточки перед Рей, внимательно всматриваясь в её лицо. — Ты побледнела — нормально себя чувствуешь? Кто звонил? — Погоди, погоди секунду, — Рей опустила голову, вцепившись пальцами себе в волосы. Ни соображать, ни внятно отвечать пока не получалось — нужно было сосредоточиться и хотя бы отдышаться для начала. Кайдел у Дэмерона, поэтому она не отвечала на звонки. Кайдел убьют, если Рей не выполнит поставленное условие. Где она сейчас? Где её держат? Что с ней делают?! От заполонивших голову мыслей затошнило ещё сильнее. Голова закружилась, но стоило Джесс снова положить ладонь на плечо девушки, как мир перестал крутиться, а обед подступать к горлу. — Я… Что-то голова закружилась, — почти не соврала Рей, поднимая голову. Нельзя было ввязывать в это ещё и Джесс. — Прости, что напугала. — Так, посиди тут, я принесу тебе воды, а потом подвезу домой. Не собираясь принимать отказ, начальница поднялась и быстрыми шагами направилась к своей машине, припаркованной перед главным входом в «Кантину». Воспользовавшись возможностью, Рей встала и, едва держась на ногах, пошла к пожарной лестнице. Поднимаясь наверх, она несколько раз спотыкалась о ступени, пока не упала на коленки перед проржавевшей дверью второго этажа. Там, в комьях пыли у порога лежала серая картонная коробка из-под обуви, внутри которой девушка нашла чёрную флешку. Сунув находку в карман, она почти скатилась вниз по лестнице и набрала номер Бена. — Рей, извини, я очень занят. — Подожди! Бен, мне нужна помощь, Кайдел нужна помощь! Пожалуйста! Мне только что звонил Дэмерон… Кайдел у него, он требует, чтобы я загрузила какую-то программу на компьютер Сноука. Бен, я не знаю, что делать… Девушка частила, спотыкаясь почти на каждом слове. Бен был её единственной надеждой. Если бы он сейчас бросил трубку, сославшись на неотложные дела, Рей осталось бы только штурмом брать здание Первого ордена. — Рей… — Постой! А как же то устройство слежения? Хакс же может найти её, да?! Как она раньше не вспомнила? Что там было? Какой-то трекер в телефоне? Ухватившись за эту мысль, Рей приготовилась максимально быстро и ёмко обсудить возможность поиска Кайдел, но, прежде чем девушка снова открыла рот, Бен прервал её. — Рей. Встретимся на углу Фересси и Меру. Приезжай как можно быстрее. Наверное, такое действительно не стоит обсуждать по телефону. Взяв себя в руки и пообещав быть на месте через полчаса, Рей направилась к машине Джесс. — Прости, я думала, у меня в машине есть бутылка минералки, — начальница копалась в доверху забитом всяким хламом багажнике, когда заметила подошедшую к ней девушку. — Давай в баре тебе что-то нальём. — Спасибо, я уже в порядке, — Рей бодро мотнула головой и улыбнулась в доказательство своего превосходного самочувствия. — Ты можешь подкинуть меня на угол Фересси и Меру? Мне срочно нужно туда, а такси ждать слишком долго. Это очень важно! — Без проблем, — Джесс с такой силой захлопнула дверцу багажника, что на грохот обернулись несколько прохожих. — Не беспокойся за этот тарантас, садись.

***

В мешке было ужасно тяжело дышать. Впрочем, проблема могла быть вовсе не в накинутой на голову тряпке, а в охватившей девушку панике. Стучавший в ушах пульс мешал трезво оценивать ситуацию, а буйная фантазия уже подкинула с дюжину возможных вариантов развития событий — один краше другого. Кайдел не плакала. Она мелко дрожала, пытаясь выровнять дыхание, но подступавшие к горлу рыдания так и остались где-то глубоко внутри. Наверное, ждали своего часа, когда мольбы о пощаде нужно будет украсить потоками горьких слёз. Когда фургон остановился, девушку резко дёрнули в сторону, вытаскивая наружу. Дэмерон по-прежнему придерживал её за руку, не давая упасть — про «сбежать» даже речи не шло. В отдалении послышался лай десятков собак, но Кайдел не успела испугаться — её почти сразу завели в помещение. Духота улицы сменилась ещё более тяжелой, вязкой духотой коротких коридоров и небольших комнат, через которые её вели. Судя по звукам, девушку сопровождали трое мужчин, включая самого Дэмерона, но они предпочитали перебрасываться короткими фразами, не давая возможности вникнуть в суть разговора. Спустя несколько поворотов, Кайдел развязали руки и грубо толкнули в очередную комнату. За спиной щёлкнул замок. Звуки чужих шагов и голосов остались по ту сторону двери и девушка поняла, что она осталась одна. Кайдел сдёрнула с головы мешок и глубоко вдохнула жаркий сырой воздух. Помещение, в котором её заперли, явно не предназначалось для удерживания пленников — оно скорее походило на заставленную хламом кладовку, в которой не прибирали последние несколько лет. Сваленные в углу мятые коробки выглядели так, словно их облили водой, затем просушили, а затем снова намочили. Жёлтые разводы на потолке плавно переходили в тёмные полосы на стенах и возле крошечного окна в углу — плесень. Кайдел никогда не жаловалась на брезгливость, поэтому от увиденного даже не поморщилась. Состояние комнаты не волновало её совершенно, но глаза сами искали любую возможность сбежать или защититься. С каждом проведённой в одиночестве минутой бесконтрольная паника отступала, а возможность рационально мыслить возвращалась. Её не били, даже не трогали. Разве что держали за руки, пока вели сюда, но никто не пытался причинить ей боль или как-то намеренно навредить. Значит, она нужна им целой, по крайней мере, сейчас. Конечно, в любой момент террористы могут начать отрезать Кайдел пальцы и паковать их в подарочные упаковки для отправки Бену и Армитажу, но здесь и сейчас она ещё была жива и здорова, и рассудок цеплялся за эту мысль, как за последнюю соломинку. Никто не говорил ей, зачем она здесь. Впрочем, это было очевидно. Дэмерон был связан с Сопротивлением, он заподозрил Кайдел в связи с Хаксом, и вот результат. Результат того, что девушки примкнули к бандитам, переехали жить в дом с бандитами, влюбились в бандитов. Так беспечно. Кайдел обняла себя руками и беззвучно засмеялась, чувствуя, как по щекам потекли слёзы. Расплакалась всё-таки. Девушка всхлипнула, спешно вытерла глаза ладонями и глубоко вздохнула, собирая мысли в кучу. Жизнь расставила всё по местам, ткнув её носом в собственные ошибки, так чего теперь горевать? Всё так логично, что даже смешно. Неужели стоит жалеть себя за собственную глупость? Задвинув собственные рыдания ещё глубже, чем раньше, Кайдел вновь огляделась. За окном оказалась стальная решётка, так что побег таким образом исключался. Девушка шагнула к покосившемуся деревянному шкафу, в надежде найти что-то вроде биты или лопаты (подошла бы даже доска с гвоздём) среди хранившегося внутри хлама, но обнаружила только испустившую дух крысу. Кайдел потёрла нывшие от тугой стяжки запястья и горько усмехнулась — наверное, хорошо, что здесь оказалась именно она, а не Рей. Дверь её временной тюрьмы снова открылась. — Я подумал, тебе понадобится, — Дэмерон зашёл в комнату и поставил перед собой деревянный стул с истёртой обивкой. — И вот, чтобы не скучала, пока ждёшь, — он, не скрывая презрения, швырнул девушке под ноги свёрнутую газету. — Почитай. Уверен, найдёшь много интересного. Ей хотелось ответить — что-то колкое, обидное, едкое. Что-то такое, что могло бы взбодрить саму Кайдел и заодно стереть с лица Дэмерона бесящее выражение собственного превосходства. На ум, однако, пришло только банальное «чтоб ты сдох», но и эти слова застряли в горле. — Чтоб ты сдох, — прошипела она в сторону двери, когда снова осталась одна. Газета, которую принёс мужчина, оказалось номером КорусантРевью семилетней давности. Точнее, распечатанной на нескольких листах ксерокопией — наверное, оригинал был найден в интернете. Кайдел никогда не слышала этого названия. Конечно, девушка была весьма далека от знания столичной прессы, однако самые известные и влиятельные издания всё равно были на слуху: КорусантДейли, НьюРепабликПресс, АбсолютНьюс. Усевшись на принесённый Дэмероном стул, Кайдел с опаской перевернула первый лист. В глаза сразу бросились заголовки, с головой выдававшие качество газеты: «Столица шокирована заявлением сенатора», «Нам не оставляют выбора — богатая наследница рассказала правду о религиозном воспитании высших слоёв общества», «Наследие рыцарских орденов — найден первый храм сектантов». Листая страницу за страницей, девушка вскользь проходила глазами по желтушным, как потолок её камеры, статейкам, пока не наткнулась на знакомое имя. Армитаж Хакс. «Каин и Авель современности» гласил заголовок в колонке «Расследование редактора». КорусантРевью ничем не отличалась от той бульварщины, которую Кайдел развозила по магазинам и заправкам, когда работала курьером в типографии. Ценность информации в такой прессе всегда оставалась ниже, чем стоимость бумаги, на которой она печаталась. Даже ниже — она стремилась к нулю. Именно поэтому девушка должна была смять листы и оставить их рядом с мёртвой крысой, где им самое место. Но любопытство оказалось сильнее. Всё равно ведь делать нечего. Так хоть будет, что обсудить со своими палачами. Главный редактор КорусантРевью эмоционально описывал заслуги некоего Брендола Хакса — известного кардиохирурга, доктора наук, преподававшего в медицинской академии «Арканис». Если верить статье, он был величайшим человеком своего времени, меценатом, активным членом общества кардиохирургов Корусанта и врачом, спасшим тысячи жизней. И было у царя три сына… Точнее, у кардиохирурга и только два. Старший, Тейн, как полагается был гордостью родителей — студент-отличник, участник десятков благотворительных акций, активист, наследник, завидный холостяк. Младший, Армитаж, практически не появлялся на публике. Его называли тёмной лошадкой, а спустя время стали вовсе считать скелетом в шкафу блистательной семьи. Несколько раз он находился на грани отчисления из школы — парня не выгнали только благодаря вмешательству влиятельного отца. Трижды он оказывался втянут в полицейские расследования — всегда как свидетель, но тут тоже чувствовалось стороннее вмешательство. Автор статьи не верил, что Брендол Хакс мог опуститься до взяток, чтобы вытащить сына из тюрьмы, поэтому всерьез рассматривал возможность заступничества столичной мафии. Кайдел отвлеклась от чтения, услышав шум за дверью. Подойдя к двери, девушка прижалась ухом к деревянной поверхности и затаила дыхание. — Подключи к моему ноутбуку. Я хочу всё слышать. — Который наверху? — А ты видел у меня другие ноутбуки? — Ты же понимаешь, что там может быть вообще нихера не слышно? Если они спрячут… — Прости, я спрашивал твоё мнение? У нас хорошая аппаратура, так что просто делай свою работу. Молча! Один из голосов принадлежал Дэмерону. Мужчина был раздражён и взволнован, поэтому обращался к подчинённому, едва не срываясь на крик. Дальнейший разговор расслышать не удалось — говорившие ушли из прилегавшего к кладовке помещения, поэтому Кайдел вернулась на своё место. В красках описав Брендола Хакса и его сыновей, автор статьи перешёл к пересказу обстоятельств смерти Тейна. Юношу нашли застреленным у порога его собственного дома. Однако после долгого расследования дело закрыли — единственным подозреваемым был Армитаж, но улик против него оказалось недостаточно. В следующих пяти объёмных абзацах главный редактор КорусантРевью приводил собранные им лично доказательства вины Армитажа — в большинстве своём это были слова соседей и друзей семьи, в очередной раз подтверждавшие сомнительные связи парня с преступным миром столицы. Кто-то слышал, что… Кто-то видел, как… Кто-то кому-то что-то рассказывал о… От того, как старательно автор натягивал сову на глобус, Кайдел одновременно почувствовала тошноту и желание расхохотаться в голос. «Знаешь, я ведь тот ещё подонок» Это были слова самого Хакса. Кайдел ничего не знала о его прошлом. Она не хотела верить притянутой за уши статейке — не хотела и не могла, ведь от каждого «аргумента» автора разило предвзятостью и самоуверенностью журналиста-разоблачителя. Но разве парень сам не говорил ей, что он плохой человек? Злодей. За этими словами скрывалось нечто большее, чем нелюбовь к нынешней работе. Девушка несколько раз перечитала абзац, завершавший статью, прежде чем скомкать листы бумаги в ладонях. Целью расследования главного редактора КорусантРевью был вовсе не Армитаж. Автор статьи хотел обличить продажных судей и бесполезную полицию — систему, жертвой которой уже стали Рей и Кайдел. «Нет никаких сомнений в том, что погрязшая в коррупции судебная система в очередной раз показала своё уродливое лицо и позволила человеку, хладнокровно убившему собственного брата, остаться на свободе. В стране, где закон остаётся лишь удобным инструментом в руках отдельных личностей, никто и никогда не будет в безопасности.»

***

Угловатый Опель Kadett оказался не просто тарантасом — он был звонкой, шумящей развалюхой, у которой даже капот держался на честном слове, а дверь багажника сама собой открывалась на скорости выше пятидесяти километров в час. Джесс, однако, совершенно не смущалась Кетанны (так девушка называла свою машину). По дороге она рассказала Рей, что считает её личным талисманом на удачу. О смене автомобиля не стоило и говорить — Опель ещё не склеил ласты окончательно, а значит ехал, едет и ехать будет. Когда Джесс притормозила на нужном перекрёстке, у обочины, опираясь на припаркованный байк, уже ждал Бен. — Да ладно? Свидание? Здесь? — начальница с удивлением глянула на двухэтажный дом престарелых, закрытый на реконструкцию. Судя по всему, уже года два как закрытый. — Да… Бабулю навестить, — нервно отшутилась Рей и тут же выскочила из машины, аккуратно прикрыв за собой висящую на соплях дверцу. Она ещё раз наклонилась к открытому окну и махнула рукой, выдавив из себя подобие улыбки. — Спасибо, ты меня очень выручила! — Обращайся, внучка, — Джесс рассмеялась и махнула ей в ответ. Кетанна исчезла за поворотом, и Рей подбежала к ждавшему её Бену. — Привет, я… — Я всё знаю, — не дав девушке опомниться и перевести дух, он подхватил её под локоть и повёл ко входу в тот самый дом престарелых со странным названием «Дорога Пилигрима». Прежде чем переступить порог, Рей заметила полицейскую машину, припаркованную на другой стороне дороги. Стражи порядка напряжённо следили за каждым их движением, но продолжали сидеть в автомобиле. — Бен, там полицейские… — тихо сказала девушка, заходя в здание. — Они ждут, не беспокойся, — Бен шагнул вперёд, и по ушам резанул протяжных скрип половиц. Дом престарелых «Дорога Пилигрима» действительно нуждался в реконструкции и капитальном ремонте. Всё внутри буквально рассыпалось от одного прикосновения, если не взгляда. Казалось, что развешенные по стенам пейзажи и натюрморты вот-вот рухнут прямо на выцветшие кресла — вместе с гвоздями, на которых висели, и отклеивающимися обоями в горох. Освещение работало только в небольшом холле, поэтому единственный тёмный коридор, уходивший вглубь здания, выглядел чуть ли не проходом в угольную шахту. — Что тебе сказал Дэмерон? — спросил Бен. Он застыл посреди холла, напряжённо поглядывая в сторону коридора. — Что Кайдел у него. У них, — Рей нашарила в кармане флешку и протянула её парню. — Вот, они оставили это для меня возле «Кантины». Здесь какая-то программа, которую нужно загрузить на компьютер Сноука, и тогда они отпустят Кайдел. Дэмерон сказал, что у нас только восемь часов. Бен, что они с ней сделают? Что нам делать? Выдав всё на одном дыхании, девушка, наконец, смогла перевести дух и чуть прийти в себя. Как вообще всё могло обернуться именно так? Почему? Рей с отчаянием всматривалась в лицо Бена, будто выискивая в его глазах ответы на тысячи вопросов разом. — С Кайдел ведь всё будет в порядке? — девушка сжала кулаки, едва не срываясь на крик. Чем больше она думала, тем страшнее ей становилось, и тем сильнее закипала ярость в груди. Сопротивление однажды уже лишило её семьи, это не может повториться вновь. — Бен, мы ведь найдём её? Хакс же найдёт её? Парень задумчиво посмотрел на флеш-накопитель в своей ладони. На матовой чёрной поверхности не было ни единого обозначения — ни фирмы производителя, ни объёма памяти. — Он уже нашёл её телефон. Похитители выкинули его на дорогу, так что теперь всё усложнилось. Но сейчас у нас появился новый источник информации. Услышав, что отследить Кайдел по маячку в телефоне не получится, Рей побледнела. О, как же она возмущалась, впервые услышав об установленном Хаксом трекере. Что ж, вот теперь он стал бесполезен. Прекрасная шутка, Вселенная. Твой юмор жесток и беспощаден, как всегда. Не успела Рей спросить, о каком источнике информации идёт речь, как в глубине коридора скрипнула дверь. Девушка обернулась на звук и увидела, как из дальней комнаты вышел Хакс. Перед собой он вёл мужчину, которого Рей вспомнила не сразу. — Тидо? — она уставилась на бывшего администратора отеля «Легенда», окончательно потерявшись в происходящем. Он тут при чём вообще? Тидо шёл, опустив голову и держа руки за спиной — на нём были наручники. Широко распахнутыми от ужаса глазами он смотрел себе под ноги, но всё равно умудрялся спотыкаться, за что получал ощутимые толчки в спину от Армитажа. Открыв входную дверь, Бен коротко свистнул, и Рей дёрнулась от неожиданности. Пленник (или, точнее, арестант) тоже ощутимо дрогнул, но, увидев приближавшихся к дому полицейских, вдруг выдохнул с облегчением. — Удачи, — Хакс подтолкнул парня в сторону стражей порядка. — Надеюсь, мы с тобой больше не увидимся. Тидо бросил затравленный взгляд через плечо и вместе с хранившими молчание полицейскими вышел на улицу. — Ты быстро, — с некоторой долей удивления в голосе сказал Бен, обернувшись к Армитажу. — Нашёл веские аргументы, — ответил тот, коротко глянув на Рей. Казалось, что при ней он не хотел озвучивать, какие именно «аргументы» нашёл для разговора с Тидо. — Кроме того, парень прекрасно понимал, что место проведения боёв — не столь большая тайна. Мы бы в любом случае узнали, где искать Бранса, это был лишь вопрос времени. Он определённо не хотел рисковать жизнью и здоровьем ради этой информации. — Боёв? — переспросила Рей, пытаясь вникнуть в суть происходящего. — Что здесь происходит вообще? Бен? — Мы знаем, что Кайдел увезли на фургоне, который используют в городских квестах. У нас есть его номер, но наши друзья из полиции сообщили, что машина числится в угоне, — Соло протянул Хаксу флешку и продолжил объяснять происходящее девушке. — С другой стороны, у нас есть информация о том, что человек, финансирующий Сопротивление, также проводит собачьи бои, о которых неплохо осведомлён Тидо. Его имя Тэслин Бранс. Если Кайдел доставили на базу Сопротивления, а скорее всего это так, то, выйдя на Бранса, мы сможем найти и её. Или вовсе — начать ставить свои условия. «Друзья из полиции», по всей видимости, буквально прибегали по первому свисту Кайло Рена. Что ещё стоит знать о торжестве закона в этом городе, если не во всей стране? Впрочем, эта мысль уже почти не удивляла Рей. — Бои проводят в Илиниуме, Бранс владеет сразу несколькими зданиями возле железнодорожной станции. Тидо подтвердил, что не раз видел его там. Нам определённо нуж… — Армитаж запнулся на полуслове, уставившись на флешку в своей ладони. Он поднёс её к глазам, словно пытаясь увидеть что-то на матовой поверхности. — Нужно наведаться туда. — Подождите! — Рей вскинула вверх руку, словно отсекая себя от обрушившийся на неё лавины информации. Во всех этих манёврах с поисками базы Сопротивления через какого-то управленца подпольными собачьими боями она не видела самого главного — ответа на вопрос, как им вытащить Кайдел. — У нас всего восемь часов! Уже меньше! Вы правда думаете, что успеете за это время найти их? Найти Кайдел? Это шутка такая? Может, нам стоит выполнить их условие? Компьютер Сноука… Я не знаю, что там может быть, но что бы ни было! Это не может быть важнее Кайдел! — Мы не можем выполнить их условие, — ответил ей Хакс. В его тоне не нашлось места ни жалости, ни сочувствию, ни волнению, ни даже банальному беспокойству, и Рей с ужасом посмотрела в его холодные, злые — действительно злые — глаза. — Ты… — она сделала шаг вперёд, хватая парня за ворот футболки. — Для тебя война с этими тварями важнее, чем её жизнь?! Ещё секунда, и она готова была сломать ему челюсть, а может даже убить — сейчас выдержки Рей могло не хватить на то, чтобы контролировать силу удара стальной рукой. — У нас нет его компьютера, — успел сказать Бен, прежде чем девушка сжала кулак. — У Сноука вообще нет компьютера, если точнее. Ни в Джакку, ни где-либо ещё. Только ноутбук, который он возит с собой. А учитывая, что старик сейчас на другом конце земного шара и прилетает только через несколько дней, это невыполнимое условие. Хакс перевёл взгляд на руку девушки, всё ещё крепко сжимавшую ворот его футболки. — Что? — ошарашенно спросила она, медленно разжав пальцы. — И что нам делать? — Действовать, — Армитаж поднял вверх флешку и зачем-то указал сначала на неё, а затем на свои уши. Не поняв его странного жеста, Рей посмотрела на Бена. — Уверен? Значит, едем к собачкам? — Соло фыркнул и поднёс палец к губам, призывая девушку помалкивать. — Прослушка? — беззвучно произнесла Рей одними губами, с подозрением покосившись на Хакса. — Если их база действительно там, нам понадобятся все наши, — он кивнул головой, отвечая на её вопрос. — Нужно время, чтобы подготовиться, не меньше трёх часов. Но ты, Рей, будешь только мешать. Останешься на нашей базе. Только произнеся последние слова, Армитаж оставил флешку на одном из кресел и кивнул в сторону выхода. Выйдя на улицу, Рей выжидающе посмотрела на парней. Прослушивающее устройство осталось в здании, но подсознательный страх быть услышанной кем-то посторонним заставлял пока держать все вопросы при себе. — Езжай с Хаксом на базу. Я в приют, все наши сейчас там, — сказал Бен, садясь на мотоцикл. — Встречаемся на месте. — Почему мне иногда кажется, что вы двое общаетесь телепатически? — спросила Рей, наблюдая за тем, как Соло надевает шлем, а его друг что-то набирает в своём телефоне. — А рты раскрываете исключительно чтобы я хоть что-то понимала в происходящем. — Читать мысли этого придурка? — он насмешливо фыркнул. — Даже если бы умел копаться в чужих мозгах, в его голову ни за что бы не полез. Себе дороже. С этими словами Бен опустил визор и завёл байк. Только когда мотоцикл исчез за поворотом, Рей заметила, что полицейская машина тоже уехала. Видимо, нельзя надолго забирать преступников из камеры, чтобы устроить внеплановую встречу с другими преступниками. — Почему здесь? — спросила она Хакса, когда тот спрятал телефон и повёл её к припаркованному во внутреннем дворе дома монстру. — Почему не в полицейском участке? Разве не проще было приехать туда? — Его держат не в полицейском участке, а в центре предварительного заключения в паре кварталов отсюда. Гораздо проще было дёрнуть его на якобы дополнительный «допрос», чем лезть в бюрократическую машину ради соблюдения правил. Или тебе не нравится результат? Спорить было глупо — результат действительно оказался молниеносным. Прошло не больше часа с того момента, как Кайдел попала в руки Сопротивления, а Хакс уже получил информацию о предположительном местонахождении базы террористов. Правильный же путь предполагал колоссальную потерю времени. Хотя какой путь можно считать законным в городе, где представители закона прибегают на свист бандита, поджав хвосты? — И что теперь? Они же всё слышали через жучок во флешке? Они знают, что мы не можем выполнить их условие, — спросила Рей, когда они выехали на дорогу. Желание разбить рыжему голову уже пропало, хотя его отстранённое лицо всё ещё бесило. Он выглядел сосредоточенным, но на фоне бурливших в самой Рей эмоций его реакции казались ей неживыми. — Считай, что не было никакого условия. Они дали тебе восемь часов — слишком мало, чтобы выполнить задачу. Даже если предположить, что они понятия не имели о том, где сейчас Сноук со своим ноутбуком, хотя это полный бред — это общедоступная информация. Это говорит только об одном — компьютер старика их мало интересует. — Они хотят заманить вас туда, в Илиниум? — озвучила Рей свою догадку, прежде чем Хакс успел закончить. — Именно, — он кивнул. — Этим парням нужен Сноук, да. Но и Рен для них как кость в горле. Так что конкретно это представление они устроили лично для него. Думаю, то, что мы выяснили о Брансе — тоже подстава. По крайней мере, частично. Они сами закинули эту удочку, вели нас, а сейчас сильно ограничили во времени, ожидая опрометчивых решений. Хотят заманить нас в нужное место, окружить и, вероятнее всего, перебить. — И… Мы ведёмся? Впервые за последний час Рей увидела улыбку на губах Хакса — зловещий, пробирающий до костей оскал хищника, почуявшего кровь.