Судьба помогает смелым

POV Автор       Катя начала медленно скатываться по стене. Из её рук выпал телефон и маленькая книжечка, которую она не успела убрать в рюкзак. Девушка упала на пол и зарыдала ещё сильнее, чем до этого. Она не ожидала прочитать такое, да ещё и в свой день рождения. — Катя, Катя, ты чего? — к девушке подбежал Рома и опустился перед ней на колени. — Всё хорошо? — он начал медленно вставать, протягивая руку Кате. Но девушка снова начала падать, когда молодой человек стал помогать ей подняться на ноги, только в этот раз уже теряя сознание

***

POV Тина       Я шла по коридору в сторону своей гримерки. Мне нужно было быстро переодеться из съемочного наряда в более простой, более удобный. С ребятами мы договорились немного посидеть, отметить мой день рождения. Конечно, все наставники уже устали, но это было уже как какой-то традицией.       Я шла и думала о том, каким хорошим было начало сегодняшнего дня. И правда, оно было просто замечательным.

***

      Утро 25 января…       Я проснулась от приятных запахов, доносившихся с кухни. И через пару минут после того, как я проснулась, в комнату вошел Дан с подносом в руках. От него пахло чем-то вкусным. — Доброе утро, солнце, — он опустился ко мне на кровать. Завтрак в постель — лучшее начало дня. — Спасибо большое тебе, — сказала я, начиная есть всё то, что мне принесли. — Ой, а это что такое? — спросила я, взяв в руки маленький белый конвертик. — Я сейчас пойду, ещё кое-что принесу, а ты пока посмотри что там такое, раз тебе интересно.       Дан вышел из комнаты, оставив меня наедине. А я же любопытная, поэтому открыла этот конвертик сразу же. И там была какая-то записочка, я сразу поняла по почерку, что это от Дана. Что же он придумал на этот раз?

«Дорогая моя Кенгуруш. Сегодня у тебя особенный день. Поэтому у меня есть для тебя маленькое задание, а точнее небольшой сюрприз. Так что доедай завтрак и иди туда, где был наш с тобой первый поцелуй. И да, я всё помню»

      Боже, как это мило, он решил устроить мне что-то типа квеста. Это и правда интересно, так как Дан любит выдумывать разное. И да, наш первый поцелуй был на моей кухне. Тогда он предложил отвезти меня домой после съёмок, а, так как была уже ночь, я предложила остаться. И именно в тот вечер мы наконец-то признались друг другу, что это не просто дружба, не просто так нам хочется как можно чаще касаться друг друга, говорить друг с другом.       Придя на кухню, я увидела там небольшую корзинку с фруктами. Решила я заглянуть именно в неё, так как она на этом месте появилась совершенно недавно. И я не прогадала. Там был точно такой же конвертик, который был на подносе в спальне.

«Какая молодец, нашла всё-таки вторую подсказку. Ну что же, поздравляю. Но это ещё не конец. Сейчас тебе нужно пойти туда, где впервые состоялся наш серьёзный разговор с Веней»

      Этот день я буду помнить ещё долго, так как в тот вечер нервы были просто на пределе. Я сильно переживала, что сын может просто не понять меня, обидеться. Конечно, про Дана мы с ним говорили не раз, но вот чтобы про серьёзные отношения — ни разу. Но, к счастью, мой мальчик воспринял всё адекватно и просто сказал, что рад за меня. И это для меня было главным в тот день. А ещё, меня немного успокаивало то, что два моих мужчины смогли найти общий язык, потому что это было очень важным, ведь без этого невозможно было бы нормально и спокойно жить.       Этот разговор Дана и Вени проходил около места, где мы обычно разводим костёр. Да, это было под конец лето, так что было тепло. Сейчас же на улице холодно, поэтому, чтобы дойти до нужного места, мне пришлось накинуть на плечи куртку.       Одевшись, я вышла на улицу. На нужном мне месте стояла небольшая коробочка. Естественно, там её быть не должно было, поэтому я подняла это неизвестное мне нечто и пошла в дом, чтобы не мёрзнуть.       В коробке было много всего: разные завитушки, украшения. Там был и мой любимый шоколад, который я ем очень редко, но всё-таки ем. Но главным во всём этом были духи — тот аромат, который мы выбирали вдвоём. Я открыла коробочку и сразу почувствовала этот прекрасный запах. Боже, как я по нему скучала.       Но вот какого-то конвертика или записочки в коробке с подарком не было. Но, посмотрев на дно бутылочки с духами, я увидела что-то приклеенное. И это была очередная записка от моего дракулы.

«Солнышко моё, ты уже близка к финишу, осталось тебе найти всего одну записку. Она находится в том месте, где мы с тобой этой осенью пропадали ночами»

      Так, было несколько мест, где мы бывали осенью постоянно. Ну, во-первых, это студия. Но она отпадает, так как до неё надо ехать. Другое место было в моём доме. Мы сидели постоянно внизу, Дан очень часто пытался научить меня на гитаре. Пару аккордов у меня всё-таки получалось сыграть, но на большее меня не хватало.       Зайдя в то помещение, в котором мы учились играть на гитаре, Я увидела огромный букет роз, гигантский. Он был такой красивый. Дан, конечно, часто дарил мне цветы, но таких огромных букетов я не получала ни от кого. Рассмотрев букет внимательней, я увидела на одной из роз маленькую тёмно-зелёную ленточку. Ею был привязан уже привычный мне конвертик с записочкой.

«Ну вот ты и на финишной прямой. Осталось совсем чуть-чуть. Забирай этот букет (надеюсь, тебе не будет тяжело его нести) и поднимайся туда, откуда всё начиналось. Откуда начинается каждое наше совместное утро»

      И снова я направилась в спальню. И правда, последнее время все счастливые дни начинаются именно там. В объятьях любимого человека. Я давно не чувствовала себя такой спокойной, счастливой, мне давно не было так хорошо.       И вот, я поднялась к спальне. Дверь в комнату была открыта, и я увидела дорожку из лепестков роз. Что же там будет дальше? Уж очень мне интересно, что придумал мой принц тьмы. Я зашла в спальню, поставив букет в вазу, стоящую около двери. Позаботился. Пройдя дальше, я увидела много свечей. Так как сейчас зима и на улице темно, а свет был только от свечей, выглядела вся эта обстановка очень романтично. — Дан, Дан, ты где? — я очень долго не могла найти любимого, пока его руки не коснулись моей талии. — Тин, повернись ко мне, — он осторожно развернул меня в своих объятьях, заставляя посмотреть ему в глаза. — Я хочу сейчас сказать тебе, что ты просто невероятная женщина, невероятный человек, я таких больше не встречал, да и не встречу никогда. Я очень долго не мог решиться сделать то, что хочу сделать сейчас. Ты уже и так моя вселенная, мой мир, но я хочу попросить тебя стать и моей женой. Ты выйдешь за меня? — Дан встал на одно колена и вытащил из кармана маленькую красную бархатную коробочку. — Это… Это правда?.. — я была в ступоре. Это было настолько неожиданно. — Конечно, правда. И что, ты согласна? — Конечно, конечно согласна! — Дан поднялся с колен и надел аккуратное золотое колечко на безымянный палец. А я заплакала. От счастья, я не ожидала такого. — Ну всё, всё, не плачь, — он поднял мою голову за подбородок и стёр с щёк слезинки. — Но это ещё не всё. У меня есть ещё кое-что для тебя. Я уже говорил, а точнее писал, что у тебя сегодня особенный день. И в этот день я хочу кое-что тебе подарить, — в моих руках в очередной раз оказался конверт. Только в этот раз он был очень красиво оформлен. — Открывай. Там был сложен какой-то лист. Развернув его, я поняла, что это текст песни, которая явно была написана Даном. — Я написал это для тебя, для нас, о нас. Давай попробуем сделать из этого красоту, магию, я уверен, у нас получится. — Обязательно, — он наклонился ко мне и поцеловал. Нежно. Осторожно. Мягко. Будто в первый раз. Но в этом поцелуе уже были совсем иные эмоции, иные чувства…

***

      Вот так вот неожиданно и очень приятно началось моё утро. И я надеялась, что сейчас день закончится на такой же позитивной ноте. Но, по пути к гримёрке, я увидела Рому Сасанчина, рядом с которым была Катя, участница моей команды. И девочка была слишком уж бледной. — Тина, Тина, помогите, пожалуйста. — Что у вас случилось? Чем помочь? — я даже не представляла, что могло произойти. — Я шел мимо, увидел, что Катя по стене вниз падает. Подошел, начал помогать встать, а она сознание теряет, — Рома был потерянным и напуганным. — Так, неси её в мою гримёрку. Она открыта. А я пока врача позову, надеюсь, что он ещё здесь. Знаешь, куда идти? — Да, да, конечно.       Рома поднял Катю на руки и понёс в сторону моей комнатки. А я уже хотела идти за медиком, но увидела телефон и какой-то маленький блокнот, лежащий на полу. Их я уже видела у Кати, поэтому забрала с собой. С врачом в гримёрку мы прилетели почти сразу же, так как его кабинет был недалеко. Девочка всё ещё была без сознания, из-за чего мне становилось страшно.       Врач провёл перед носом Кати ваткой с нашатырным спиртом, и девушка потихоньку начала приходить в себя. — Катя, Катя, Вы меня слышите? — спросил врач, аккуратно убирая ватку. — Да… — девочка открыла глаза и медленно прошептала слова. Ну слава богу, пришла в себя. — А что с ней? — Температура высокая, почти сорок, да и перенервничала, — сказал врач, забрав у девушки градусник. — Я сейчас ей капельницу поставлю, посидите с ней полчасика, пока она не закончится. — Да, да, конечно. Спасибо. — Тогда через полчаса я к вам загляну. — Спасибо, — врач вышел из гримерки.       Я сама терпеть не могла капельницы и все такие подобные штуки. А тут ещё и смотреть, как это делают другому человеку. Катя уснула почти сразу же, как только врач ушел.       Минут через десять девочка начала просыпаться. Всё это время она лежала на диване, головой находясь на Роминых коленях, так как нормальную подушку я не нашла, а просто на диван не хотелось её укладывать. Он всё это время гладил девочку по голове. — Кать, Катюша, ты как? Как себя чувствуешь? Что с тобой случилось, можешь рассказать? — девочка начала глазами что-то искать. — А где, где мой телефон? Он же был у меня в руках. — Я подняла его, сейчас отдам, не переживай, хватило уже, — я подошла к туалетному столику и взяла оттуда телефон, передавая его Кате. В этот момент Роме решил кто-то позвонить, так как мы все услышали негромкую мелодию, исходящую от его устройства. — Тин, я выйду? Это мама звонит. Скоро приду, — он начал медленно поднимать Катю со своих колен, и та, почти сев, зашипела, видимо, от боли. — Я недолго, буквально пять минут, — и вышел из гримерки. — Рассказывай, что случилось. Вижу уже, что ты сама не своя. Не бойся, если не хочешь, я не настаиваю, просто хочу тебе хоть как-то помочь. — А можно я просто сообщение покажу? — девочка полезла в свой телефон. — Да, конечно, если тебе так проще, — Катя протянула мне гаджет с уже открытым сообщением.       Прочитав этот текст, я была в шоке. Я серьёзно не могла поверить в то, что люди могут так написать. Это же было уже за гранью. Конечно, я сталкивалась с грубостью, оскорблениями и хамством в своей жизни, но в более позднем возрасте. Я просто не могла поверить… — Боже мой… А как они отнеслись к тому, что ты домой съездила? — если честно, я боялась называть то место домом, но просто не знала, как по-другому сформулировать свою мысль. — Ну не совсем домой, мой дом не там. Честно, было страшно, жутко, а потом очень больно, физически больно. А ещё и это сообщение сегодня, оно окончательно меня добило. — Они что-то тебе сделали? — Катя молча кивнула и начала осторожно снимать свою огромную толстовку. Капельница не позволяла сделать это нормально, но ей, всё же, удалось, так как один рукав ещё до этого был снят. И от увиденного я была в ещё большем шоке. Всё её хрупкое тело было в синяках, были даже ссадины. И этот вид приводил в ужас. Ну вот неужели взрослые люди могли так избить ребёнка? — Это они так? — аккуратно спросила я. — Да, они, — я увидела слёзы, выступающие на её глазах. Почему я не могу смотреть, как она плачет? Мне самой сразу же становится плохо. — Они и деньги забрали, не только те, про которые она написала. Ещё и другие были, — Боже, бедный ребёнок. За что ей столько всего. — А ты не хочешь заявление на них подать, это же преступление. Такое не должно оставаться безнаказанным. — Конечно, не должно. Но проблема в том, что человек, которого я всю жизнь называла отцом, — на этом слове Катя запнулась, — вот он там какая-то шишка, ему от этого ничего не будет, а мне может и хуже стать. Он бил не только меня, были ещё случаи. И один раз кто-то осмелился подать на него заявление, теперь сидит сам в тюрьме. Так что я просто боюсь за свою свободу, — девочка немного вжалась в спинку дивана, видимо, случай там и правда очень сложный и запущенный. — Я могу помочь тебе, правда. Это не должно остаться так. Но давить я не буду, просто не имею на это права, хотя, на твоём бы месте, я бы подумала. Если что, знай, я в любое время тебе отвечу. — Спасибо большое. За заботу спасибо. И за поддержку. — Слушай, а у тебя ещё из рук тогда, в коридоре, книжечка какая-то выпала. Что там, если не секрет? Просто я видела, что ты постоянно с собой её носишь. Нет, если там то, о чём ты говорить не хочешь, то не надо. И да, прости за любопытство такое. — Нет, ничего страшного, спрашивайте. Вы — единственный человек сейчас, с которым я могу поделиться, которому я доверяю, — мне так приятно было слышать эти слова о доверии, но одновременно от них становилось жутко грустно. — Ну всё, не надо плакать, пожалуйста. А в том сообщении было написано, что у тебя день рождения сегодня. Это правда? — да, я не знала у кого из участников когда день рождения. — Да. И вот такое вот «прекрасное», — Катя показала руками кавычки, — поздравление я получила от людей, с которыми прожила почти семнадцать лет своей жизни. Зато теперь, после этих слов, мне стало ясно, почему всё это время ко мне относились именно так. — Так, всё, хватит о грустном, у тебя, вообще-то, сегодня праздник, нужно о хорошем думать. А знаешь, сейчас уже вечер, конечно, но торт нам с тобой мы организуем. И свечи, обязательно! В праздник должно же быть что-то хорошее, правильно? — как хорошо, что торт уже был в павильоне, да и свечи были. Мы должны были отмечать мой день рождения вчетвером, но сегодня у судьбы другие планы. Так что обойдутся мальчики без торта и алкоголя. Ну не могу я сейчас оставить Катю в одиночестве с этой капельницей, к тому же, услышав про то, что у неё тоже сегодня праздник, мне сразу же захотелось как-то её порадовать. — А может… — Никаких может. Отказы не принимаются! — в этот момент в комнату вошел Рома. — О, Рома, ты вовремя. Посиди здесь, я скоро приду, нужно решить кое-какие дела. — Хорошо, — услышав ответ от Ромы, я сразу же вылетела из гримёрки и отправилась к Дану. — О, Тина, ты где пропала, мы уже заждались. Что случилось? — спросил Дан, когда я вошла к нему в гримёрку. — Меня ребята уже раз сто спросили, придёшь ты или нет. — Не переживай, со мной всё хорошо. Просто вместе сегодня отмечать мы не будем, планы немного поменялись. Но торт мне нужен, желательно прямо сейчас и со свечами. — А куда? Кому? Что происходит вообще, почему ты с ребятами отметить не хочешь? — по голосу Дана было слышно, что он начал волноваться. — Происходит не очень простая ситуация. Моя участница после съёмок упала в обморок, у неё температура под сорок, сейчас она в моей гримёрке с капельницей в руке. А ещё, у неё сегодня день рождения. И именно для неё мне нужен торт, чтобы хоть как-то ребёнка порадовать, там реально очень сложная ситуация. Так что мне нужен тортик. Поможешь? — Конечно. Мы тебе купили торт, но раз мы вместе праздновать не будем, я могу тебе его отдать. — Ээээ, нет, ты идёшь со мной. Пожалуйста. Мне это очень важно. — Хорошо, хорошо, пошли уже. Точнее ты иди, я сам к вам с тортом приду. — Мы ждём тебя с тортиком, — я чмокнула Дана в щёку и убежала. Знаю, что веду себя как ребёнок, но ничего не могу с этим поделать, не всё же время быть серьёзной.       В гримёрке ребята уже сидели и что-то обсуждали. Мне было очень радостно смотреть на то, что Кате стало легче, так как её состояние до прихода врача оставляло желать лучшего. — Кать, ты как? — Уже лучше, спасибо. Спасибо, что помогли. — Неужели ты думаешь, мы бы тебя в коридоре оставили? — спросил Рома. — Просто я не ожидала такой заботы, правда. У вас же явно свои дела были, а вы тут со мной сидите. Обычно обо мне никто никогда так не заботился, даже когда мне было плохо. — Можно к вам? — дверь приоткрылась, и из-за неё показалась голова Дана. Неужели он так быстро? — Конечно, заходи, — Дан приоткрыл дверь ещё больше, но не зашёл. Вместо этого он дотянулся до выключателя, выключив свет. И только потом зашел в гримёрку, держа торт в руках. — Мне тут сорока на хвосте принесла, что у двух замечательных девочек сегодня. И я вас поздравить хочу. Я тортик вам принёс. Загадывайте желание, задувайте свечи!       Мы с Катей взялись за руки и практически синхронно начали задувать свечи. Одна из них задуваться никак не хотела, из-за чего мы начали смеяться. Затушив всё-таки эту несчастную свечку, мы включили свет и принялись разрезать торт.

***

      Через двадцать минут к нам заглянул врач. Мы всё ещё вчетвером сидели и уплетали торт, делясь разными, обязательно весёлыми, историями из жизни. Естественно, капельница Кате немного мешала, поэтому, когда пришел врач, она выдохнула с облегчением. — Ну что, Екатерина, вижу, вам лучше. Это, конечно, прекрасно, но ближайшие пару дней советую Вам всё-таки отлежаться. И обязательно за температурой следить. Если снова высокая будет, вызывайте врача. А так, всё. Удачи Вам. И, пожалуйста, следите за здоровьем, — после этих слов врач вытащил капельницу, попрощался и покинул нашу комнату.       Просидев за разговорами ещё около получаса, мы стали собираться. — Спасибо вам всем большое за этот вечер, — начала внезапно Катя. — Без вас он бы был скучным. Но я поскорее побегу, просто до последнего автобуса, идущего в мой район, осталось всего двадцать минут, а мне ещё дойти надо… — я не понимаю, она с ума сошла? В таком состоянии я её одну точно не оставлю. — Нет уж, ты едешь со мной. И это не обсуждается. Даже не вздумай перечить. А вдруг тебе снова хуже станет, а ты одна. Нет уж, так дело не пойдёт…