Судьба помогает смелым

      На следующий день… POV Тина       Как же хорошо, когда никуда не надо. И вот, сегодня именно такой день. Я не особо часто могу позволить себе спать долго. Хотя, сегодня я спала не особо долго, так как уснула часа в три ночи, а встала в десять утра. И проснулась я с очень хорошим настроением, было очень легко на душе. Давно я себя не чувствовала так хорошо.       Спускаясь вниз, на кухню, я почувствовала запах чего-то вкусного. Сначала я даже напугалась, кто там может готовить. Но, зайдя на кухню, я увидела Катю, стоящую у плиты. Конечно, меня это удивило, я не ожидала её увидеть здесь. - Доброе утро, Катюш, - почему-то называть мне её хотелось именно так. – А ты чего так встала рано то? - Ой, доброе утро, Тина. Простите, что я тут вот так вот похозяйничать, завтрак приготовить. - Ты чего, я абсолютно не против. А что ты делаешь? Ты всё нашла, что тебе нужно было? - ребёнок, которому вчера было очень плохо физически, стоит сейчас как ни в чем не бывало и улыбается. Как она это делает. Понятно же, что за день ничего не прошло. - Я сырники решила делать. Да, нашла я всё, что нужно было. И я уже почти закончила. Вы будете завтракать? – Катя металась туда-сюда по кухне. Боже, откуда в ней столько энергии с утра пораньше? - Ты как чувствуешь то себя? У тебя температуры нет? А то носишься тут как электровеник. - Уже лучше, правда. Тело ноет ещё, но уже терпимо. А про температуру не знаю, не измеряла, - девочка поставила на стол тарелку с готовыми сырниками. А я взяла её за руку и притянула к себе, дотрагиваясь губами до лба. Мне мама всегда так делала, когда я болела, чтобы узнать, есть ли температура. - Лоб горячий. После еды померяй температуру, пожалуйста. Градусник я тебе дам. Не надо тут геройствовать, здоровье важнее. Так, ты садись, чай я сама налью, - честно говоря, я очень переживала за её самочувствие, так как ещё вчера у неё была температура под сорок. - Спасибо Вам большое, Тина. Честно, я не знаю, что бы делала сейчас, если не вы. - Ну ты чего. Никто бы тебя не оставил одну, - я поставила чашки с горячим чаем на стол. – Всё хорошо, что хорошо кончается. Давай кушать уже. - Давайте, - через пару секунд Катин телефон неожиданно подал признаки жизни. – Ой, кто это, интересно, - разблокировав телефон, она сразу же поменялась в лице, напряглась, испугалась возможно. - Что случилось? Кто там? - Я не хочу открывать это сообщение. Мне страшно, что там может быть. Это те люди, к которым я ездила недавно. Что они снова от меня хотят? Можно я не буду смотреть это, - её будто бы начало трясти. - Подожди, подожди, не начинай переживать раньше времени. Хочешь, я с тобой посмотрю, если тебе так легче будет? - Да, если можно, - я пересела ближе к девочке и взяла из её рук телефон. Честно говоря, после предыдущего сообщения я даже не знала, чего ожидать. «      Последнее, что я хочу тебе сказать, будет в этом сообщении. Больше общаться с тобой я не имею никакого желания. Так что можешь даже мне не отвечать. Я знаю твоё любопытство, поэтому расскажу тебе о том, что было с тобой до того, как мы спасли тебя от попадания в детдом. Родилась ты в Киеве, как ни странно. Вообще, про то, где и когда ты родилась, мы никогда тебе не врали. Мать твоя, про неё я уже говорила, отказалась от тебя в первый же день. Так что даже ей ты не нужна. Тебя я знаю, ты же любопытная, захочешь узнать всё. Можешь даже не искать её, если ты тогда ей не нужна была, то сейчас и подавно.       Удочерили мы тебя буквально через пару дней после твоего рождения. И рассказывать тебе про это не хотели, так как смысла в этом не видели. Но твое поведение, твоя неблагодарность убедила нас в обратном. На этом всё. Не пиши и не звони, мы больше тебе никто. Надеюсь, больше я никогда не увижу такую неблагодарную скотину, как ты. Прощай»       Я не понимаю, откуда в этой женщине столько жестокости по отношению к Кате. Я не представляю, что сейчас творится в душе у этой малышки, если даже меня от этого всего начинает потряхивать.       Упоминание про роддом снова откинуло меня на семнадцать лет назад. Ведь именно в том роддоме, номер которого был указан, рожала в тот день я. Почему-то меня аж передёрнуло от упоминания этого места. - Всё, всё, пожалуйста, не начинай плакать, солнышко, - я обняла эту хрупкую, но такую сильную девочку. - Просто не думай. Я искренне надеюсь, что эти люди больше никогда не сделают тебе больно. Всё. Я с тобой, всё хорошо, ты сейчас в полной безопасности. И вообще, давай кушать уже, я голодная, - я наивно надула губы, пытаясь хоть как-то вывести девчонку из этого зависшего состояния. И вроде даже чуть-чуть получилось. - А давайте. Только я сама не пробовала, что получилось. Но, надеюсь, Вам понравится. Сырники, приготовленные Катей, оказались и правда очень вкусными. И я поняла, как же давно нормально не завтракала: в спокойствии, никуда не торопясь. Только вот такое вот хорошее утро уже было омрачено тем дурацким сообщением. - Очень вкусно получилось. - Правда? Я, честно говоря, очень переживала. - А вот и зря. Всё вышло очень даже вкусно. Кстати, насчёт гитары. Сейчас поедим, и я тебе её принесу. Только она может быть немного расстроена. - Спасибо большое, я так давно инструмент в руках не держала, что уже подзабыла многое. Но обычно руки сами вспоминают, как и что надо делать. - Вспомнишь, вспомнишь, не переживай.       После нашего завтрака, я пошла на поиски гитары. А она оказалась не так далеко, как я думала. Поэтому уже буквально через пять минут она оказалась в руках у девочки. А я пошла позвонить Паше, уточнить у него пару моментов по работе. Уже почти одиннадцать, так что это плинтусное животное явно не должно спать.       С Пашей я проговорила около получаса, мы даже не заметили, как темы с рабочих перешли на разговоры о жизни. Ну да ладно, на сегодня никаких дел не было всё равно запланировано. По пути в гостиную, я услышала приятную красивую музыку. Катя… Надо бы проверить её, да и лекарства дать, которые врач сказал выпить, вряд ли сама она это сделала.       Но то, что я услышала, удивило меня. Нет, это произведение я слышала и до этого, просто в исполнении Кати оно звучало как-то по-особенному. Голос, текст и гитара сливались в единое целое и создавали шедевр.

Мне нравится, что Вы больны не мной, Мне нравится, что я больна не Вами, Что никогда тяжелый шар земной Не уплывет под нашими ногами. Мне нравится, что можно быть смешной — Распущенной — и не играть словами, И не краснеть удушливой волной, Слегка соприкоснувшись рукавами. Спасибо Вам и сердцем и рукой За то, что Вы меня — не зная сами! — Так любите: за мой ночной покой, За редкость встреч закатными часами, За наши не-гулянья под луной, За солнце не у нас над головами, За то, что Вы больны — увы! — не мной, За то, что я больна — увы! — не Вами.

      Ещё несколько минут я просто стояла и смотрела в сторону девочки. Такого исполнения я ещё не слышала. - Это очень, очень красиво… - Ой, а Вы давно тут? Я не заметила, - Катя слезла с подоконника., аккуратно отложив гитару. - А почему именно это произведение? - Я однажды услышала, как кто-то читал это стихотворение, оно запало в душу. Покопавшись чуть глубже, я просто влюбилась в поэзию серебряного века. А тут гитара, а под гитару это звучит ещё красивее, чем без неё       Какой она талантливый ребёнок, всё-таки. И очень хочется раскрыть этот талант на «Голосе», хочется, чтобы все увидели то, что вижу я вот здесь вот, сейчас. Это её умение чувствовать, проживать, передавать эмоции.

***

      Через неделю после съемок начались репетиции следующего этапа. Нужно было подготовить номера для нокаутов. Идеи песен, которые можно дать ребятам появились у меня ещё во время подготовки к боям. Над некоторыми произведениями, конечно, пришлось подумать: я долго не знала, что можно дать Кате. Это был тот случай, когда вариантов просто неимоверное множество. Мы перепробовали очень много разного, но тут я вспомнила, как слышала в её исполнении кусочек песни группы «The Hardkiss». А почему бы и нет, собственно говоря.       В итоге наш выбор пал на песню «Мелодія». Это отличалось от того, что исполнялось девочкой до этого, но мы всё же решили поэкспериментировать. И знаете, не прогадали. Услышав именно эту песню, я поняла, что это именно то, что нам надо.       Всю неделю после боёв Катя была у меня. Я не отпускала её, так как не была уверена в том, что её самочувствие будет в порядке. Но через неделю она всё же уговорила меня, что с ней всё хорошо. Хотя я всё равно переживала. Но однажды, в конце первой недели репетиций, она подошла ко мне с просьбой. Сказать, что она меня удивила и даже смутила – ничего не сказать. - Тина, не могли бы Вы мне помочь? – Катя была немного насторожена. - Конечно, что случилось? – так как репетиция к тому моменту была уже закончена, мы направились ко мне в гримёрку. По взгляду Кати, да и потому, как она себя ведёт, я поняла, что лишние уши нам совершенно не нужны, и что эта просьба не очень удобна для неё. - Я, если честно, не знаю, откуда у меня возникло такое желание. Но мне бы хотелось узнать хоть что-то о своей настоящей матери. А я сама одна с этим не справлюсь. - Просьба, конечно, необычная, но я постараюсь тебе помочь. Далеко не факт, что у нас с тобой получится что-то выяснить, так как вводных данных прям минимальное количество. - Из того, что я знаю ещё – это то, что я родилась рано утром. На этом всё. Мне просто стало очень интересно узнать о том, кто же мои настоящие родители. Вряд ли, конечно, это мне даст что-то толковое, но всё же. - Я попытаюсь тебе помочь, чем смогу. Завтра тогда мы можем туда съездить. И попытаться хоть что-то выведать. Посмотрим, скажут нам что-то или нет. Просто, насколько я помню, там был не очень отзывчивый персонал. Хотя, за семнадцать лет всё могло поменяться.

***

      Утром следующего дня я заехала за Катей, и мы отправились в это злополучное место. Если честно, когда мы стояли перед входом туда, меня начало потряхивать. Не самые, всё-таки, приятные воспоминания связаны с данным зданием.       Пробыли мы там несколько часов. Но это время было проведено там не зря: какую-то информацию добыть нам всё же удалось, хотя времени то уже прошло очень много. И были некоторые факты, которые шокировали меня очень и очень сильно.       Я старалась делать вид, что ничего не произошло, но в моей голове было столько мыслей, что я даже представить не могла, как всё это разгрести. И я знала, кто может мне помочь хоть как-то вставить мозги на место.

***

      Вечером этого дня мы встретились с Даном у него дома. Я не знала, как начать разговор о том, что я узнала сегодня. Но, к счастью, самой мне это делать не пришлось. - Малыш, ты сегодня какая-то сама не своя. У тебя что-то случилось? Вы вроде куда-то ездили сегодня? И там что-то произошло у вас? – как же страшно мне было. - Я очень надеюсь, что сейчас я смогу объяснить тебе что-то внятно, а не произнесу непонятный набор слов. Потому что я, если честно, сама не до конца могу сопоставить всё то, что происходит, всё то, о чём мы сегодня узнали…