Глава 7. Первое свидание
1 ноября 2020 г., 09:19
Гермиона в сотый раз фыркнула, глядя на свое отражение в зеркале и не сводя глаз со скошенной чёрной стрелки на правом веке. Была причина, по которой она никогда не пользовалась этой отвратительной вещью. Как другие девушки делали это так легко, было выше ее понимания. Макияж глаз никогда не был ее сильной стороной. Смешение палитр, намётанный глаз, чтобы сделать всё симметрично, почти идеальное восприятие глубины и невероятно твердая рука были за пределами ее набора навыков. Она переводила взгляд с одного глаза на другой, не совсем понимая, как исправить эту неровность. Она посмотрела на свою волшебную палочку, лежащую на столе, раздумывая, стоит ли ей просто сдаться и использовать магию. Девушка вздохнула. Она понимала, что ведет себя излишне упрямо, но что-то ей хотелось делать своими руками. Да, она была ведьмой, но еще и магглом.
Внезапный звук чьего-то прибытия через камин привлек ее внимание. Взмахнув волшебной палочкой, она убрала черную подводку с век и вышла из спальни, чтобы поприветствовать нежданного гостя.
— Эй… ого! Гермиона, ты идешь на свидание?
Гермиона вздохнула, когда пара рук опустилась на ее плечи, поворачивая в разные стороны, чтобы проверить ее внешний вид.
— Я тоже рада тебя видеть, Джин. Что привело тебя сюда?
Джинни положила руки на талию, оглядывая Гермиону с головы до ног.
— Позволь мне просто…
Гермиона смотрела, как младшая достала волшебную палочку и произнесла несколько гламурных заклинаний на ее волосы, затем на лицо. Она снова вздохнула. Этого слишком много для того, чтобы сделать своими руками.
— Вот. Потрясающе! — Джинни кивнула сама себе, изучая дымчатую палитру, которую она выбрала, прежде чем улыбнуться элегантному, но слегка неряшливому пучку кудрей.
— Спасибо, Джин, — Гермиона прошла на кухню, достав с верхней полки две разномастные кружки. — Что-нибудь будешь? — она увидела высунувшуюся из-за спинки дивана руку, и пару босых ног, неподвижно повисших на другом конце.
— Только воду, спасибо.
— Хорошо.
— Так кто же этот счастливчик?
Гермиона оглянулась и увидела, что Джинни положила подбородок на спинку дивана, свободно свесив одну руку и с интересом глядя на нее.
— Просто один человек, с которым я познакомилась на работе, — Гермиона занялась подносом с кубиками льда, игнорируя низкий гул интереса, который она услышала от рыжеволосой девушки. Формально она не лгала. Она вроде как встречалась с ним на работе.
— Ну, не буду совать нос в чужие дела. Я просто рада, вот и все, — Джинни плюхнулась обратно на диван, положив обе ладони на живот.
Гермиона проигнорировала небольшой укол вины, который почувствовала. Она хотела рассказать об этом Джинни, но не могла. В контракте содержался очень специфический пункт о неразглашении. Войдя в гостиную, Гермиона поставила обе чашки на кофейный столик и села на стул рядом с диваном, на котором лежала рыжая.
— Кофе со льдом? — Джинни приподняла бровь, глядя на выбор Гермионы. Она усмехнулась. — Там будут какие-то действия, которые потребуют от тебя бодрствования до самого утра?
Гермиона закатила глаза, увидев, как развратно Уизли подняла брови.
— Нет, — решительно ответила она.
— Да ладно тебе! Мы все здесь взрослые люди. Не нужно стесняться.
Гермиона покачала головой и хихикнула, увидев, как красноречиво рыжая разминает свои бедра.
— Так ты расскажешь мне, или мне придется спросить?
— А?
— Джин, уже почти восемь вечера. Ты пришла без предупреждения, в том, что я предполагаю, является праздничной одеждой. У тебя прическа с макияжем и непристойное количество духов, — Гермиона сделала паузу, сморщив нос. Не то чтобы ей не нравился запах лилии, но то, что она чувствовала его аж с кухни, было совсем другой историей. — Это из-за Гарри, да?
Джинни спустила ноги с дивана и быстро села. Она скрестила руки на груди, не обращая внимания на то, как серебряные блестки ее платья впиваются в кожу предплечий. От этого жеста тонкая бретелька соскользнула с ее плеча.
— Я не могу спонтанно навестить свою подругу и попросить ее развеяться со мной?
Гермиона чувствовала, что ей не хочется говорить об этом.
— Конечно, можешь. Но мы обе знаем, что я не из тех, кто спонтанен, и не из тех, кто ходит по клубам, — она одарила рыжеволосую улыбкой, чтобы ослабить растущее напряжение.
Джинни уставилась на серебряные босоножки с ремешками, оставленные на полу. Она закинула одну ногу на другую, отчего подол ее блестящего платья задрался выше бедра.
— Ну, просто мы уже давно не виделись.
Гермиона подошла и села рядом с надутой девушкой, обняв ее за плечи.
— Прости. Это из-за меня, — раньше, когда они с Роном встречались, они каждое воскресенье завтракали в Норе. Приходили все, и это всегда был большой праздник. — Как насчет того, чтобы поужинать где-нибудь на этой неделе?
Джинни обняла ее и прижалась лбом к ее плечу.
— Да, мне бы этого хотелось.
Гермиона успокаивающе похлопала ладонью по плечу Джинни. Она чувствовала, что что-то не так, но не стала настаивать, если девушка не хотела говорить об этом.
Вырвавшись из объятий, Джинни наклонилась, чтобы надеть туфли на каблуках. Сделав несколько быстрых глотков воды, она схватила свою почти забытую сумочку с кофейного столика.
— Ну, не буду тебя задерживать! Не хочу, чтобы ты опоздала.
Гермионе хотелось еще поговорить с подругой, но она понимала, что пока не стоит этого делать.
— Я пришлю сову об ужине на этой неделе.
Заключив ее в последние объятия, Джинни аппарировала из ее квартиры.
Гермиона вздохнула. Стоит ли ей поговорить с Гарри о сегодняшнем дне? Она покачала головой. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как она в последний раз говорила с ним. Встретиться с ним ни с того ни с сего, а потом наброситься с чем-то подобным, казалось не самым мудрым поступком. Кроме того, именно она сказала ему, что никогда больше не захочет с ним разговаривать. Она снова вздохнула. Как же все так случилось?
Мягкий мелодичный перезвон часов прервал ход ее мыслей. Было восемь часов вечера. Первоначальная меланхолия сменилась раздражением, когда она вспомнила о причине, по которой ей пришлось быть на ногах в субботу вечером. Подойдя к полке для обуви, стоявшей у двери, она быстро переоделась в туфли на каблуках. Посмотрев на свое отражение в скромном зеркале у вешалки, Гермиона кивнула. Джинни проделала очень хорошую работу. Гермиона нахмурилась. Она не хотела выглядеть так, будто приложила много усилий, но и не хотела давать ему возможность посмеяться над ней. Она вздохнула. Это будет долгий вечер.
***
Гермиона разгладила край своего черного коктейльного платья, чтобы успокоить нервы. Стоя у входа в довольно сомнительное заведение, она снова начала ругать себя за то, что вообще доверилась Малфою. Вот она, одетая в причудливое черное платье и такие же шпильки, стоит перед обветшалой старой лачугой под названием «скользни внутрь» [1]. Она закатила глаза. Гермиона понятия не имела, что за чертовщина была в голове Малфоя, когда он выбрал это место, но если это была еще одна его выходка, она никогда не позволит ему забыть об этом. Проглотив остатки дурных предчувствий, она распахнула деревянные двойные двери и увидела пьяных стариков, глотающих дешевую выпивку. В воздухе пахло плесенью, и она с отвращением сморщила нос. Прежде чем она успела сделать еще один шаг, один из барменов подошел к ней, коротко поклонившись в знак приветствия. — Очень приятно, что вы здесь, Мисс Грейнджер. Пожалуйста, следуйте за мной. Гермиона подозрительно посмотрела на мужчину, который вел их в заднюю комнату. Она не могла не заметить, что ни один из пьяниц не обращал на нее никакого внимания. Как будто ее и бармена не существовало. Бармен открыл заднюю дверь, кивнул Гермионе и жестом предложил ей идти дальше одной. Она остановилась глаза на табличке «только для персонала», наклонив голову набок, чтобы осмотреть остальную часть комнаты. — Вы хотите, чтобы я пошла в темную кладовую? — она приподняла одну бровь, бросив на мужчину недоверчивый взгляд. Она насмотрелась фильмов ужасов и прочитала достаточно детективных книг, чтобы знать, что подобные сценарии обычно ни к чему хорошему не приводят. Мужчина снова кивнул. — Мистер Малфой ждет за вашим столиком, — его рука все еще лежала на двери, держа ее открытой. Гермиона поняла, что он больше ничего ей не объяснит. — Если это ловушка, я лично позабочусь о том, чтобы закрыть это заведение, — пригрозила она, проглотив комок беспокойства в горле. Мужчина дружелюбно рассмеялся и снова склонил голову. — Уверяю вас, мисс Грейнджер, это вполне респектабельное заведение. Свирепо глядя в ответ, Гермиона нерешительно сделала несколько шагов, осматривая тускло освещенную комнату. Повсюду были разбросаны груды коробок, бутылки со спиртным и несколько деревянных ящиков. — Если вы ступите на отмеченный квадрат… — проинструктировал мужчина. Гермиона посмотрела на пол и увидела большой серебряный квадрат, выбитый на простом полу. Встав над отметиной, она услышала, как ее каблуки стучат по металлу. Внезапный звук закрывающейся двери, сопровождаемый громким стуком замка, заставил ее сердце замереть. Она была окутана мраком. Что за черт… Гермиона вскрикнула от неожиданного движения под ногами, но прежде чем успела выругаться, почувствовала, что пол медленно опускается. Исчезли коробки и ящики. Вместо этого ее окружали четыре серебряные стены. Она смотрела на них — они отражали ее тревогу, которая теперь переросла в раздражение. Услышав странный звук сверху, Гермиона резко подняла голову, но тут же увидела вершину куба, в котором находилась. Его углы осветили все вокруг странным золотистым сиянием. Она смотрела широко раскрытыми глазами, как изначально простая серебряная коробка превратилась в импровизированный лифт, и из ниоткуда внезапно появились двойные двери. Прежде чем она смогла сформулировать еще одну связную мысль, двери раздвинулись, и появилась женщина в элегантном длинном серебристом платье. — Добрый вечер, мисс Грейнджер. Гермиона удивленно посмотрела на женщину, которая сообщила ей, что ее столик готов, и молча повела по коридору. Сквозь каблуки она чувствовала мягкий красный ковер, рассматривая несколько произведений искусства, со вкусом расставленных по всему участку. Гермиона прищурилась. Кто бы ни владел этим заведением, он был чертовски богатым. Завернув за угол, Гермиона увидела, как двое мужчин в смокингах открыли большие серебряные двойные двери для нее и женщины. То, что встретило ее дальше, превзошло все ожидания девушки. Стоя на верхней площадке мраморной лестницы, Гермиона смотрела на бальный зал перед собой. Белые нетронутые мраморные полы отражали красивые плавающие хрустальные свечи. Потолок был украшен висящими пурпурными и белыми орхидеями, ползущими вниз по колоннам и стенам, заканчиваясь как раз перед тем, как коснуться пола. В углу комнаты играл живой оркестр, несколько пар танцевало на открытом пространстве. Столы были расставлены вдоль стен внутри просторных кабинок, давая гостям как можно больше уединения. — Мисс Грейнджер? Гермиона моргнула. — Прошу прощения? — Не будете ли вы так любезны последовать за мной? Гермиона пробормотала извинения, спускаясь по лестнице. Ее глаза метались по роскошному бальному залу, пока женщина вела ее к углу, занимавшему большую часть первого ряда столов. Там она наконец заметила Малфоя, беседующего с официантом. — Простите, мистер Малфой? Прибыла мисс Грейнджер, — женщина улыбнулась и поклонилась, прежде чем уйти. Вскоре официант последовал ее примеру, и Малфой встал, чтобы поприветствовать девушку. — Я рад, что ты смогла прийти, — он кивнул, плавно обошел стол и пододвинул ей стул. — Прекрасно выглядишь. Когда ее первоначальное благоговение перед этим местом, наконец, улеглось, Гермиона с презрением посмотрела на него. — Чего именно ты хотел добиться, не рассказывая мне об этом месте? Драко с трудом сдержал ухмылку. Он заплатил бы хорошие деньги только за то, чтобы увидеть выражение ее лица, когда она осознаёт, в какое заведение собирается войти. Он знал, что должен был сказать ей с самого начала. Но он не хотел упустить шанс немного расшатать нервы золотой девочки. — Я хотел сделать тебе сюрприз. — Фигня. Теперь он не мог сдержать улыбки. — Всегда забавно слышать, как ты ругаешься, Грейнджер. — Хочешь услышать еще? — ответила она с вежливой фальшивой улыбкой. Он весело усмехнулся. — Пожалуй, откажусь. Я предпочел бы видеть, как ты наслаждаешься сегодняшним вечером, — он указал рукой на стул, на который она все еще отказывалась садиться. Гермиона моргнула, слегка ошарашенная тем, насколько серьезно Малфой отнесся к роли прекрасного принца. — Вау, — она была невозмутима. Она знала, что они оба согласны быть вежливыми, но это было что-то совсем другое. — Проблемы? — Драко поднял бровь. Гермиона глубоко вздохнула, изо всех сил стараясь проглотить едкое замечание. — Нет. Я просто нахожу эту версию тебя… — она сделала паузу, несколько раз крутя рукой, оглядываясь вокруг и пытаясь найти более приятные слова. Драко весело усмехнулся, не упуская из виду, сколько усилий она прилагает, чтобы быть тактичной. — Выбивающей из колеи? — За неимением лучших слов, — Гермиона кивнула. — Честно говоря, я была бы признательна, если бы ты был менее лестным и немного больше… профессиональным. Драко моргнул в ответ. — Я не думал, что говорю слишком лестно. В мои намерения не входило ставить тебя в неловкое положение, — он не думал, что ведет себя особенно неестественно, но потом вспомнил, что был с ней. Любая капля вежливости с его стороны заставит ее усомниться в его намерениях. — Значит, профессионально. Гермиона снова кивнула, все еще не совсем уверенная, как реагировать на говорящего комплименты Малфоя. — Мы будем стоять весь вечер или наконец воспользуемся этими поразительно удобными стульями? Закатив глаза, Гермиона села на стул, который он все еще держал для неё. Она почувствовала, как он мягко пододвинул, когда она наклонилась. Она смотрела, как он с большим изяществом обходит стол и садится на стул напротив нее. Официант принес им бутылку вина, объяснив происхождение напитка, детали его аромата и кропотливый процесс его экстракции и ферментации. Гермиона боролась с желанием посмеяться над претенциозностью всего этого. Налив каждому по бокалу, официант поставил вино обратно в ведерко со льдом. Поклонившись каждому из них и пожелав приятного вечера, он удалился. Драко поднял бокал. — Если позволишь, я хотел бы произнести тост, — он сделал паузу, наблюдая, как она уставилась на свой бокал, прежде чем потянуться к заднему. — За незабываемый вечер, — наконец добавил он. — За незабываемый вечер, — пробормотала Гермиона сквозь натянутую улыбку, все еще чувствуя тревогу, когда они чокнулись. Однако один глоток великолепного вина заставил ее на мгновение забыть, почему она так волновалась. — Это восхитительно. — Я рад, что оно соответствует твоему вкусу. Гермиона кивнула, не отрывая взгляда от кружащейся жидкости в бокале. Она посмотрела на Малфоя уголком глаза. Если бы кто-нибудь в Хогвартсе сказал ей, что однажды она отправится на свидание со своим школьным врагом, она наверняка глупо рассмеялась бы. — Итак, расскажи мне о своем путешествии… — Нет, — Гермиона посмотрела на его удивленное лицо. Она знала, что он нарочно пригласил ее в такое место без предупреждения. О, она заставит его заплатить за это. — Но ты должна признать, что это того стоило, — Драко самодовольно ухмыльнулся, увидев, что она неохотно согласилась. — Так как же именно ты обнаружил это место? — глаза Гермионы метнулись к прекрасному интерьеру потайного ресторана. — И пожалуйста, не говори мне, что заведение действительно называется «скользни внутрь». Короткий смешок, сорвавшийся с его губ, заставил ее моргнуть. Неужели он только что рассмеялся? — Грейнджер, из всех вещей, о которых ты можешь спросить, ты спросила именно это? Гермиона уставилась на него прищуренными глазами. — Зачем кому-то понадобилось называть это прекрасное место чем-то столь ужасным? — Осторожнее. Ты близка к кощунству, — Драко поднял большой и указательный пальцы, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. — Слизерин — красивое название. Гермиона закатила глаза. — Слизерин и «скользни внутрь» — это две совершенно разные вещи, — она снова увидела, как он усмехнулся. — Когда я предложил это название Блейзу, я не думал, что он воспримет его всерьез. Я просто сказал пару примеров, чтобы он отвязался от меня. — Оно принадлежит Забини? — Гермиона не смогла скрыть своего удивления. — Просто небольшой бизнес, который мы начали от скуки. Гермиона невольно закатила глаза. Только два избалованных богатых ребенка додумались бы построить такой масштабный проект от «скуки». Она сделала еще один глоток вина, вопросительно приподняв бровь, когда он слегка наклонился к ней и заговорил тише, словно собираясь раскрыть государственную тайну. — Не говори ему, что я тебе все рассказал, — он помолчал, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. — Но на самом деле он смоделировал это место по своему идеальному свадебному банкету. Гермиона моргнула, не в силах сдержать улыбку. — Ты шутишь? Драко покачал головой и медленно моргнул, чтобы подчеркнуть свою мысль. — Он может выглядеть мрачным, задумчивым и загадочным, но в глубине души этот парень — сплошной романтик. Гермиона не могла удержаться от усмешки над этим открытием. Это шло вразрез со всем ее представлением о Блейзе Забини. У него всегда было это тихое, но раздражающее высокомерие и манера «я слишком хорош для всего этого дерьма». Конечно, он не был таким откровенным, как Малфой — в конце концов, Малфой был единственным в своём роде — но был похож. Блейз Забини — скрытый романтик. Это то, о чем она никогда даже не задумывалась, но она могла сказать, что они были близки. Так что если кто-то и догадывался об истинной природе Забини, то это Малфой. — Мне трудно это представить. Он небрежно помахал рукой перед своим лицом. — О, ты поймешь, что я имею в виду, когда познакомишься с ним поближе. Гермиона приподняла брови от такой перспективы и дёрнула губами. Они с Забини познакомились поближе? Ей хотелось недоверчиво фыркнуть. Ее глаза на мгновение встретились с любезным взглядом Малфоя, чувствуя, как в вены кто-то заливает ведро ледяной воды. Она моргнула. Ее внезапно осенило осознание того, что она была на свидании с Драко Малфоем, и на самом деле чувствовала себя довольно приятно. Улыбка исчезла почти мгновенно, когда девушка почувствовала, как странный холодок пробежал по спине. Она прочистила горло. — Могу я сходить в туалет? — Да, конечно, — Драко сделал вид, что не заметил внезапной перемены в ее поведении, и кивнул в конец коридора. Он молча смотрел, как она исчезает из его поля зрения. Он прищелкнул языком. Как раз тогда, когда он, наконец, заставил ее ослабить бдительность.***
Гермиона оглядела отделанную мрамором ванную, чтобы убедиться, что она одна. Поняв, что всё безопасно, она оперлась обеими руками о край раковины и уставилась на зеркальную стену. Она не могла поверить, что на секунду забыла, с кем имеет дело. Это был Драко Малфой — самый молодой Пожиратель Смерти, ее враг, воплощение предрассудков и несправедливости в ее жизни. Она знала, что должна быть вежливой с ним, но не должна была позволять себе так расслабляться. Она даже смеялась над его шутками! Гермиона могла сказать, что он изменился до некоторой степени, но она также знала, насколько хитрым он был, и насколько великим актером он мог быть всякий раз, когда это было в его интересах. Он был многоликим человеком, и ее расстраивало, что она не может его поймать.флэшбэк
Гермиона смотрела, как Малфой протягивает ей подписанную копию контракта, в который она внесла поправки. Девушка моргнула. Она не думала, что он сразу же согласится на дополнительные условия. — Ты читал контракт? Драко обиженно поднял бровь. — Ты думаешь, я идиот? Желание согласиться, просто чтобы заставить его выйти из себя, было сильным, но Гермиона предпочла промолчать. Взяв стопку бумаг в одну руку, она откинулась на спинку серого бархатного кресла, которое ей действительно начинало нравиться. — Просто хотела убедиться. Драко молча уставился на нее, а потом указал подбородком на контракт. — Твоя очередь, — он закатил глаза, когда увидел, что она изучает каждую страницу проницательным взглядом, держа палочку в одной руке. — Я ничего не сфальсифицировал. — Да, и я, конечно, должна верить тебе на слово. Драко сердито посмотрел на неё, даже не потрудившуюся взглянуть на него, когда она произносила свои бесцеремонный ответ. Он ничего не сказал, наблюдая, как она произносит несколько заклинаний и контр-проклятий на листы бумаги, и проглатывая саркастические замечания, которые ему хотелось бросить ей в ответ. После того, что казалось вечностью, краем глаза Драко, наконец, увидел, как она взяла его перо с кофейного столика. Слегка обмакнув его в чернильницу, она двинулась к пунктирной линии. Он опустил взгляд и уставился на остывшую чашку с чаем, которую вертел в руке. Он затаил дыхание, когда увидел, что она остановилась. Просто подпиши эти чёртовы бумаги! Он слышал, как кричит его разум, но не хотел доставлять ей удовольствие, показывая, в каком он отчаянии. Драко чувствовал, как горят легкие, но не мог заставить себя дышать. Драко наблюдал, как она выдохнула, прежде чем, наконец, нацарапать свою подпись на нижней части пергамента. Он встал, прикрыв прерывистое дыхание коротким кашлем. Подойдя к книжному шкафу у столика с напитками, он вытащил тонкую стопку бумаг, лежащих поверх ряда книг. Гермиона моргнула, когда он протянул ей еще один комплект пергаментов, не больше нескольких страниц. — Что это такое? — Доказательство твоего счета, — беззаботно ответил Драко, пылко подталкивая их к ней, когда она не сделала ни малейшего движения, чтобы взять бумаги. — К завтрашнему дню я все подготовлю. Как мы и договаривались, половина денег будет перечислена после подписания контракта, а другая половина последует после его завершения. Тебе нужно только заглянуть в Гринготтс в течение недели, чтобы подписать бумаги и получить доступ к нему. Гермиона положила контракт на кофейный столик, взяв документы в одну руку. В нем было не больше четырех страниц. Она внимательно прочитала его, отмечая то, что ей нужно было прояснить с ним. — И никто не может проследить это до тебя? — Грейнджер, я не думаю, что мне нужно читать тебе лекцию о Гринготтсе. В конце концов, разве ты и твои веселые друзья не вломились туда? Гермиона приподняла бровь в ответ на ненужный укол. Она прекрасно знала, что у гоблинов есть кодекс, запрещающий им говорить о банковских секретах, и что нарушение любой части этого кодекса считается тяжким предательством. Именно по этой причине Беллатриса смогла хранить крестраж в своем хранилище все эти годы. — Именно. Мои «веселые друзья» и я смогли прорваться внутрь. Так не будет ли утечка информации тем, что стоит изучить? Драко нетерпеливо вздохнул. — Учитывая, что у тебя никогда не было счета в Гринготтсе, думаю, вполне понятно, что ты не знаешь. Гоблины не хранят официальных документов. После того, как ты предъявишь свое доказательство счета, эта бумага сгорит. Что касается того, как осуществляется доступ к счетам, я хотел бы думать, что тебе не нужны объяснения. Или нужны? — Нет, — Гермиона почувствовала, как ее раздражение перерастает в непрекращающийся гнев из-за того, как покровительственно он к ней обращается. — Но я также хотела бы, чтобы ты знал, что единственная причина, по которой мы смогли проникнуть в Гринготтс, заключалась в том, что Крюкохват помог нам в обмен на меч Гриффиндора. Он был убежден, что меч украден у Рагнука, создателя, и, следовательно, является собственностью гоблинов. Его преданность своей расе, казалось, перевесила кодекс, созданный для защиты банка, — она сложила руки на груди. — Так скажи мне, Малфой, если у моих «веселых друзей» и меня получилось заручиться поддержкой гоблина, кто может поручиться, что эта информация не будет известна никому другому? Драко раздраженно вздохнул. — Если хочешь знать, я поручу кому-нибудь другому заняться твоим счетом. — И никто не сможет отследить этого человека до тебя? — Почему, Грейнджер, ты так скептически настроена? Если кто-то и должен быть особенно бдительным, так это я. — Ну, извини меня за то, что я не хочу, чтобы кто-нибудь узнал об этом соглашении. Драко усмехнулся про себя, но его глаза были далеки от веселья. — Ты и я, Грейнджер. Ты и я.конец флэшбэка
Гермиона глубоко вздохнула. Он был похож на хамелеона. Малфой в больнице, Малфой в своем временном доме и этот Малфой в ресторане казались тремя совершенно разными людьми. Его способность переводить разговор на другую тему и превращать его в дружескую беседу определенно была чем-то, от чего можно было устать. Анализируя их недавний разговор, Гермиона не могла не чувствовать угрозы от того, как легко ему было расположить ее к себе. Она даже не могла точно определить, какая часть диалога изменила всю атмосферу их «свидания». Его навыки были в лучшем случае достойны восхищения, но это только доказывало, насколько опасным противником он мог быть. — Возьми себя в руки, Гермиона. Никогда больше не теряй бдительности. Она знала, что это не соревнование, а что они оба участвуют в этом ради взаимной выгоды. Но Гермиона не могла избавиться от ощущения, что проигрывает. Ей нужно было восстановить хоть какой-то контроль над ситуацией. Ей нужно было оставаться начеку. Она будет уважать его так сильно, как только сможет, но никогда не совершит ошибку, доверившись ему. В конце концов, у него были личные планы. Гермиона была просто еще одной пешкой, которую он мог использовать, но будь она проклята, если позволит этому случиться. Если он хоть на секунду подумает, что уже победил, значит, его ждет что-то еще.***
— Извини, что так долго, — Гермиона наблюдала, как Малфой встал, снова отодвигая для нее стул. — Все нормально. Ты не слишком долго. Устраиваясь поудобнее, они хранили молчание. Драко смотрел, как она ковыряет в тарелке закуску. Он мог только вздохнуть. У него было предчувствие, что это произойдет. — Итак, какова же была истинная причина отлучки? — Прошу прощения? Драко снова вздохнул. — Послушай, Грейнджер. Я понимаю, что «ладить» — это понятие настолько чуждое по отношению к нам, что ты не можешь переварить это. Но, как мы и договаривались, это компромисс. Я пытаюсь взглянуть на тебя свежим, непредвзятым взглядом, и надеюсь, что ты сможешь сделать то же самое. Гермиона только удивленно моргнула. Она определенно не ожидала этого. — Грейнджер? — послышался его раздраженный тон из-за отсутствия ответа. Гермиона снова моргнула, понимая, что еще не ответила ему. Она просто не знала, чего от него ожидать. Он всегда заставал ее врасплох, и это раздражало. — А ты не думаешь, что я пытаюсь? Я просто не могу отделаться от мысли, что у тебя всегда есть скрытые мотивы, скрытые планы. Я не могу не анализировать все, что ты делаешь и говоришь, и пытаться связать это с тем, что я должна ожидать в будущем. Но, как я уже сказала, я стараюсь. Мне просто нужно время. Кроме того, ты мне тоже не доверяешь. Драко хотел было провести рукой по волосам, но сдержался. Она вела себя неразумно. — Какое отношение доверие имеет к порядочным разговорам? — Оно делает все более естественным. Подлинным, — Гермиона ответила так, словно это была самая очевидная вещь в мире. — Возможность высказать свое мнение. Для этого нужно доверие. — Это просто светская беседа, Грейнджер, — послышался его раздраженный тон. — Мы не говорим о судьбе всего мира. Что, тебе нужно доверять мне только для того, чтобы дать знать, нравится ли тебе салат? Гермионе захотелось швырнуть чем-нибудь прямо ему в глаза. — Мне просто нужно еще немного времени, Малфой. Может, ты перестанешь тупить? — легкое движение его тела и взгляд широко раскрытых глаз в ответ вызвали у нее желание похлопать себя по спине. Она наблюдала, как он быстро вернул своё обычное выражение. — Я всегда знал, что у тебя грязный рот. Гермиона прищурилась, когда разговор зашел на опасную территорию. — Продолжай, — она бросила вызов. — Что там про грязь? — она смотрела, как он откусывает салат, не сводя с нее глаз. — Я не из тех, у кого плохой словарный запас. Что привело к ругательствам? В чем дело, Грейнджер? Забыла, как пользоваться мозгами? — О, я прекрасно знаю, как ими пользоваться. Я просто не была уверена, что ты сможешь угнаться за мной, если я буду использовать слишком много сложных слов. Гермиона сделала еще один глоток вина, наблюдая, как он жует свою еду с грацией, которая заставила ее закатить глаза. Их молчаливые взгляды безжалостно впивались друг в друга. Ни один из них не хотел уступать. Драко знал, что должен это сделать. Как бы ему ни было неприятно это признавать, раздражение взяло верх. Она бесила его сверх всякой меры. Находиться рядом с ней было утомительно, а разговаривать — невероятно неприятно. — Ладно, — он испустил вздох поражения. — Учитывая наше прошлое, я бы все же сказал, что, если мы оба сидим здесь и не пытаемся убить друг друга — хорошее начало. Гермиона подняла бровь. Они были чертовски хорошо близки к этому. К их столику подошла пара официантов, забирая тарелки, и поставила на стол следующее блюдо, прежде чем попрощаться. Драко молча поблагодарил их за вторжение. На этот раз они ели в тишине, не желая вступать в ненужные разговоры. — Я прошу прощения за свое прежнее поведение. Я не хотел тебя обидеть. Гермиона недоверчиво вскинула голову. Малфой опустил взгляд на тарелку, занятый тем, что отрезал кусок бифштекса. Он только что извинился перед ней? Она знала, что второе утверждение было полной и абсолютной ложью, но тот самый Драко Малфой действительно извинился перед ней. — Прости. Я не уверена, что расслышала тебя. Не мог бы ты повторить свои слова? — скучающий взгляд — это все, что она получила в ответ. Гермиона поднесла кулак к губам, чтобы побороть улыбку, которая так и чесалась покрыть половину лица. Она хотела сказать что-нибудь ещё в таком роде, но знала, что это разрушит момент, ради которого он добровольно запятнал свою гордость. — Полагаю, ты знаешь, как извиняться. — Значит, ты услышала это в первый раз. — Я думала, что мои уши обманывают меня. Я хотела проверить. Драко приподнял бровь в ответ на эту бесстыдную ложь, глядя на веселящуюся ведьму, сидящую напротив него. Они снова ели молча, но на этот раз она не так давила. Как бы Гермионе ни было неприятно это признавать, она была благодарна ему за извинения. Таким образом, они не проведут остаток вечера, осторожничая друг с другом, или, что еще хуже, не будут спорить до конца вечера. Однако она понимала, что ей тоже придется сыграть свою роль. Ей хотелось застонать при мысли о светской беседе, но она понимала, что это необходимо сделать. — Теперь, думая об этом, я считаю, с твоей стороны было очень умно выбрать это место. Поскольку ты и Забини владеете им, мы уверены, что это не просочится в массы, — Гермиона окинула интерьер ресторана еще одним оценивающим взглядом. Драко позволил себе ухмыльнуться над ее расслабленным поведением. — А? Почему ты так в этом уверена? — Что ты имеешь в виду? Он наклонился вперед и заговорил едва ли выше шепота. — Открою тебе маленький секрет, только обещай, что все время будешь смотреть на меня, — Драко наблюдал, как она подсознательно откинулась назад, отстраняясь. Он знал, что должен был обидеться на этот жест, но ее откровенное отвращение позабавило его. — В этом ресторане есть кое-кто, у кого прекрасный вид на наш столик. Гермиона начала поворачивать голову, но Драко быстро схватил ее за щеку. Он укоризненно покачал головой. — Эй, эй. Разве я не говорил тебе смотреть на меня? — он почувствовал, как она сглотнула, ощущая неловкость, когда его рука коснулась ее лица. — Ладно. Я не буду смотреть. Так что отпусти, — Гермиона слегка наклонила голову, освобождаясь от его хватки. Опустив руку, Драко кивнул в знак благодарности. — Благодарю за то, что ответила словами. Если бы ты отвела мою руку от своего лица, это было бы поводом для беспокойства. — Ну, если бы ты не был настолько глупым, чтобы забыть сообщить мне, что нам нужно устроить шоу, тебе не пришлось бы беспокоиться о таких пустяках, — она уколола его, проговаривая сквозь стиснутые зубы. — Ненавидишь ты меня за это или нет, но это была проверка. И притом очень важная. Я держал пари на то, что ты будешь вежливой со мной, несмотря на то, что не обязана была этого делать. Гермиона медленно выдохнула, раздосадованная тем фактом, что Малфой был единственным, кто отдавал приказы. — И я прошла проверку? — Гермиона усмехнулась. Она наблюдала, как в его глазах плясали веселые искорки, прежде чем они за секунду исчезли. — Едва, — он был рад, что ему удалось удержаться от комментариев по поводу ее одержимости оценками, Драко снова переключил свое внимание на бифштекс, разрезая его с грацией, которая была вбита в него с самого рождения. — Тебе не понравилась еда? Ты ни к чему не притронулась. Гермиона взглянула на лежащий перед ней восхитительный бифштекс средней прожарки с прекрасно бланшированными овощами, политыми ароматным соусом. В обычный день она бы сразу же съела это блюдо, но по какой-то причине вид сидящего напротив Малфоя убил весь аппетит. Она даже не заметила, что они уже приступили к основному блюду. Не обращая внимания на его любезности, она сделала глоток вина, чтобы успокоиться. — Для кого мы устраиваем представление? — А теперь скажи, было так же интересно, если бы ты знала? — Драко не удержался и подмигнул, вставая со стула и направляясь прямо к ней. — Но теперь, когда ты понимаешь наше положение… — он сделал паузу, предлагая ей свою руку. — Не хочешь ли потанцевать? Гермиона натянуто улыбнулась, глядя на его протянутую руку. — Скажи мне, кто смотрит, Малфой. Он приподнял бровь, подталкивая ладонь ближе. — Ты ведь знаешь, как странно мы сейчас выглядим, правда? — Тогда, наверное, тебе лучше побыстрее ответить мне. Драко вздохнул, осторожно беря руку Гермионы со стола, прежде чем наклонился и поднес ее к губам для быстрого поцелуя. Он посмотрел прямо на девушку и увидел, что ее щеки покраснели. Он ухмыльнулся. Похоже, она не была так уж невосприимчива к нему. — Какого черта ты делаешь? — прошептала она сквозь стиснутые зубы. Он проигнорировал ее плохо скрытое негодование, поднял на ноги и отошел от их столика. — Астория Гринграсс. Она была моей невестой вплоть до заключения моего отца. Гермиона тщательно изучила выражение своего лица, ответив еще одной натянутой улыбкой. — В этом жесте не было необходимости. Его ухмылка все не исчезала, когда он вывел их на танцпол, говоря так, чтобы только они могли услышать. — О, но у тебя было прекрасное выражение лица. В конце концов, подлинные реакции всегда лучше поддельных, — закружив Гермиону в вальсе, он постарался прижать ее к себе. — Будь уверена, — он помолчал, не отрывая губ от раковины ее уха, — эта сплетня распространится так же быстро, как лесной пожар.***
Гермиона смотрела на бумагу перед собой, держа на коленях чашку горячего шоколада. Это был один из таблоидов, которые под псевдонимом вела Рита Скитер. ВОТ-ВОТ РОДИТСЯ НОВАЯ ВЛИЯТЕЛЬНАЯ ПАРА Гермиона закрыла глаза, ощущая отвращение к статье. Она не знала, что оскорбляло больше: постоянное упоминание о том, что Малфой был самым завидным холостяком своего поколения, или заявления, что в прошлом у нее были отношения и с Роном, и с Гарри. Схватив бесполезный таблоид, Гермиона швырнула его в огонь. — Честно, кто купится на это дерьмо? Ее взгляд упал на маленький клочок бумаги на кофейном столике. ОБЪЯСНИ. Гермиона вздохнула. Она удивилась, увидев утром в гостиной сову Джинни. Подумать только, Джинни действительно прислала ей копию этого нелепого таблоида. Что она ей скажет? Пыхтя, она откинулась на спинку дивана, чувствуя себя более раздражённой, чем обычно. Она была рада, что сегодня суббота. По крайней мере, у нее было время разобраться со слухами, особенно на работе. Проведя рукой по волосам, Гермиона сделала еще один глоток горячего шоколада. Честно говоря, она не ожидала, что все пойдет так быстро. У таблоида не было никаких доказательств, кроме анонимных слов, и все же они опубликовали эту статью на первой полосе. Что случилось с ответственной журналистикой? Она ненавидела признавать это, но Малфой действительно был прав. Насколько люди жаждали подобных скандальных сплетен, было уму непостижимо. — Кстати, о Малфое, — Гермиона вздохнула. Похоже, скоро ей придется встретиться с ним еще раз. Она не хотела признаваться себе в этом, но вечер с Малфоем был не так плох, как она думала. Теперь она начала понимать, почему девочки из Хогвартса бегали за ним. Он был привлекательным, богатым и являлся наследником влиятельной семьи. Он был умным, уступая в учебе только ей, и к тому же довольно спортивным. Конечно, она прекрасно понимала, что в тот вечер он вел себя наилучшим образом, и что большая часть того, что она видела, было лишь маской, но она все еще была удивлена, насколько джентльменом он мог быть, если этого хотел. Гермиона усмехнулась. Вот главные слова — «если этого хотел». Гермиона покачала головой. Она прекрасно понимала, что все это было притворством, но все же не могла не оценить уровень усилий, который приложил Малфой к их первому свиданию. Она не настолько глупа, чтобы обманывать себя, думая, что он делает это для нее. Очевидно, он делал это для своей личной выгоды, но мысль о том, что Малфой приложил столько усилий для их фальшивого первого свидания, все еще заставляла ее горько улыбаться. Это было самое лучшее свидание за всю ее жизнь. И при мысли о том, что этот титул будет принадлежать Малфою, у Гермионы во рту появлялась кислинка.***
Драко задумчиво уставился на бульварную газету, летавшую над ним. — Ну? Это только мне кажется, или ты не очень доволен? — Тео приподнял бровь, убирая газету из поля зрения своего друга детства и прислоняя ее к ноге. Драко глубоко вздохнул и прикрыл рукой усталые глаза. Когда сегодня утром раздался звонок в дверь, он был полон решимости не обращать внимания на то, кто это был. В конце концов, у его матери никогда не было посетителей, так что он был уверен, что это был Блейз. Но когда он услышал, как открылась дверь его спальни, а затем прогнулась кровать, он понял, что это был Тео. Как бы Драко ни ненавидел признавать это, Нотт всегда был хорош в разрушении заклинаний. Ну и только у него хватало наглости вторгаться в его личное пространство, не заботясь о возможных последствиях. — В чем проблема? Разве ты не этого хотел? Драко испустил еще один долгий вздох. Он слишком устал, чтобы злиться. — Я не думал, что слухи так быстро распространятся. Это будет проблемой для Грейнджер. — Почему? — Она будет вынуждена смириться с реальностью нашей ситуации раньше, чем ожидалось. — Но мы же говорим о Грейнджер. Я уверен, что она пришла подготовленной. Она подписала этот чертов контракт и даже внесла в него некоторые поправки. Держу пари, она его полностью запомнила, — Тео пожал плечами и упал на кровать, не обращая внимания на щелканье языка Драко. — Знание отличается от понимания, Тео. Тео подложил обе руки под голову и толкнул локтем ногу Драко, освобождая место. — Ну, теперь она уже не сможет отступить. Драко оттолкнулся от раздражающего локтя, упирающегося ему в ногу. — Может. — Что, — Тео приподнялся, с удивлением глядя на наследника Малфоев. — Это было записано в контракте. Если в какой-то момент кто-то из нас захочет расторгнуть соглашение, то оно вступит в силу немедленно. Последствием для того, кто откажется, будет выплата другой стороне полной указанной суммы и подписание договора о неразглашении. — Подожди, что? — Тео вскочил на ноги. — Ты ведь не добавлял в контракт пункт о неразглашении? — Да. Она поправила его. Эффект длится только до тех пор, пока не будут достигнуты условия, или если кто-то из нас решит прекратить его. Как бы то ни было, неразглашение остается в силе только до тех пор, пока действует контракт. Тео моргнул, на мгновение потеряв дар речи. — Разве это не ставит тебя в невыгодное положение? Драко пожал плечами. — Это риск, на который я готов пойти. Она очень внимательна к мерам безопасности, чтобы гарантировать, что эта договоренность не просочится в общественность. Так что я просто должен верить, что она не хочет, чтобы это было открыто, как и я. Тео скрестил руки на груди и кивнул. — Ты, кажется, очень сильно рискуешь с этим, — он ухмыльнулся. — Не похоже на тебя. Драко сердито посмотрел на удивленного Нотта, но внезапная перемена в выражении его лица заставила его раздраженно приподнять бровь. — Что? — Подожди, как ты можешь говорить со мной обо всем этом? Секретность применима в обе стороны, не так ли? Драко усмехнулся, откинув голову на мягкую атласную подушку. — Соглашение о неразглашении вступило в силу в день подписания контракта. Она не распространяется на тех, кто знал об этом до заключения соглашения. Тео усмехнулся самодовольному выражению лица Малфоя. — Посмотри на себя! Радуешься от того, что обвёл вокруг пальца медалиста! Драко прищурился. — Кого? — Медалиста! Это маггловский термин для того, кто является лучшим в классе, — Тео сиял, всегда радуясь возможности похвастаться своими знаниями. В конце концов, Драко всегда был умнее. Поэтому было забавно видеть, что он ничего не знает о вещах, в которых у него есть опыт. — А тебя бы назвали вторым. Потому что ты всегда был вторым. Драко снова лег, уставившись в потолок. — Как хочешь. Улыбка Тео стала еще шире. Это было одно из его любимых занятий — напоминать Драко, что он не самый умный в Хогвартсе. Не имело значения, что он не мог победить Малфоя во многих вещах. По крайней мере, он не был номером один во всем! — Что привело тебя сюда в такую рань, Тео? — послышался раздраженный тон Драко. — А! Я чуть не забыл. Драко почувствовал, как что-то упало ему на грудь. Слепо схватив это одной рукой, он поднес его к глазам. — Что это такое? — Это приглашение, — Тео встал с кровати. — Пэнси открывает еще один бутик и ждет, что мы все придем на открытие с перерезанием ленточки. Он находится в Париже. Она знает, что это в пределах твоего условно-досрочного освобождения, так что на этот раз ты не освобождаешься. Драко застонал. Он мог терпеть общение с друзьями, но отправиться в маггловский мир на нелепую церемонию — совсем другое дело. И вообще, что это за идиотская практика — перерезать ленточки? — Ну же, Драко! Мы с Блейзом будем там. Мы просто быстро войдем и уйдём! Где твой командный дух?! Драко сердито посмотрел на Тео, раздраженный его ранним энтузиазмом. — Я знаю, что ты никогда не был в мире магглов, но обещаю, что мы не пойдем больше никуда, кроме бутика Пэнси. Это в причудливом районе, вдали от всех страшных монстров, которые двигаются! — поддразнил Тео, вспомнив, как бледнел Малфой, когда он показывал ему фотографии самолетов и автомобилей. — Кроме того, это прекрасная возможность сфотографироваться! Наследник Малфоев путешествует по миру маглов? Подумай о чудесах, которые это сотворит с твоей репутацией! — Я подумаю об этом, — вздохнул Драко не в состоянии спорить. Тео моргнул. — О, — на языке Драко Малфоя это было равносильно согласию. — Тогда ладно. Увидимся! — сделав рок-н-ролльный жест, который он так любил, Тео широко улыбнулся своему другу детства, прежде чем направиться к двери. — Да, и еще, Тео. Придерживая дверь наполовину открытой, Тео обернулся и посмотрел на сварливого блондина. Теперь он сидел на кровати, и одеяло сползло до бедер. Он наблюдал, как Драко лениво зевнул, прежде чем снова уставиться на него, что, как предположил Нотт, было попыткой его друга детства быть внушительным. — В следующий раз, когда ворвешься в мою комнату, я заставлю тебя пожалеть об этом. Тео усмехнулся, представив себе, как блондин с похмельем первым делом с утра изрыгает угрозы. — Я знаю, к какому образу ты стремишься, но запутанные волосы, налитые кровью глаза и мертвенно-бледный цвет лица, не помогают. Но, конечно, пробуй!***
— Когда ты собирался мне сказать? Рука Гарри замерла в воздухе, и ремень его сумки болтался в пальцах. — Прошу прощения? Рон оглядел почти пустой аврорский кабинет, кивнул головой в сторону, подальше от любопытных глаз. Гарри бросил сумку обратно на стол и последовал за рыжеволосым в угол. — Я слышал об этом вчера, когда мы завтракали в Норе, — Рон помолчал, скрестив руки на груди и прислонившись к стене. — И я бы не узнал об этом, если бы Лав случайно не пролила вино на ее платье. — Ты наконец-то привёл Лаванду на встречу с родителями? — Гарри наблюдал, как угрюмое выражение лица Рона сменилось возбуждением. — Да, приятель! Я решил, что пришло время, так как мы встречаемся около полугода. Я был до смерти напуган, но рад, что никто из них не разозлился из-за этого. Я имею в виду, что это был не совсем теплый прием, но, по крайней мере, они все были добры к ней. Она сказала мне, что тоже хорошо провела время и не откажется снова прийти на воскресный семейный завтрак! Гарри улыбнулся и положил руку на плечо лучшего друга. — Это отличная новость, Рон. — Ага! Я так волновался об этом всю неделю. Я не думал… — Рон сделал паузу, осознав, наконец, что что-то не так. — Эй! Мы должны говорить о тебе, а не обо мне! Гарри усмехнулся, подняв обе ладони в знак капитуляции. — Мне было искренне любопытно, Рон! Я рад за тебя, правда рад. Рон фыркнул. На этого парня было невозможно злиться. — Как бы то ни было, Джин одолжила ей платье, чтобы переодеться, и Лав рассказал мне, как мило, что в ее детской спальне есть вещи, несмотря на то, что уже живёт с тобой, — Рон замолчал, заметив, как его лучший друг опустил глаза. — Гарри, мы оба знаем, что она ничего не оставила в этой комнате, когда переехала к тебе. Я спросил маму, и она сказала мне, что Джин живет там уже месяц, но больше ничего не сказала, — Рон замолчал, ожидая, что друг что-нибудь скажет, но тот молчал. — Гарри, почему Джин вернулась в Нору? Гарри вздохнул и засунул руки в карманы формы. — Мы расстались. — Я так и думал, — Рон глубоко вздохнул. Оба мужчины молчали, не зная, что сказать. — Ничего, если я спрошу почему? Гарри оглянулся на обеспокоенный взгляд друга. Он провел рукой по волосам. — Помнишь, что ты говорил о своих отношениях с Гермионой? Рон медленно кивнул, опасаясь внезапной перемены в разговоре. — И? — Ты сказал, что другие люди уживаются, но вы не могли найти свое место — не подходили, — Гарри замолчал, прислонившись спиной к стене и задрав голову к потолку. — Именно так я себя и чувствовал. Но только не с собой и Джин. А только с собой. Рон прищурился, явно сбитый с толку. — Победить Волдеморта. Быть героем. Стать аврором. Защищать мир. Это мой сценарий. Так было всегда. Но всегда ли так должно быть? Рон ничего не сказал, просто с беспокойством смотрел на меланхоличного мужчину. — Всю мою жизнь мне говорили, что делать. Пророчество. Власть. Все. Но когда я перестал думать о том, чего я хочу, чего я действительно хочу… — он сделал паузу, грустно улыбнувшись Рону. — Я понятия не имел. — Ну, мы еще молоды. Это нормально — не знать, кем мы хотим быть, — прошептал Рон уверенным тоном, успокаивающе положив руку на плечо Гарри. Гарри покачал головой. — Ты не понимаешь, Рон. Речь идет не только о карьерном росте. Это касается всей моей жизни. Я всегда просто старался остаться в живых. Не было времени думать о будущем. Нужно было сражаться или умереть. Это было просто. Но теперь, когда я спрашиваю себя, чего я хочу, теперь, когда у меня действительно есть время думать не только о выживании, у меня нет ответа. Когда я пытаюсь представить себя через десять или даже двадцать лет, я не могу себе этого представить. Пустота. Я никогда не понимал, как трудно думать о будущем. В прошлом я только и делал, что думал о завтрашнем дне. Только о завтрашнем дне. Рон убрал руку с плеча Гарри, не зная, что сказать. Он всегда удивлялся, как Гарри справляется с давлением, потому что знал, что если бы он был на его месте, то давно бы сломался. Жизнь Гарри никогда по-настоящему не принадлежала ему. Его выбор и его действия всегда приводили к волне, которая влияла на тысячи жизней — обычно решающей, кто выживет, а кто умрет. Это была та ответственность, которая никогда не должна ложиться на плечи одного человека, не говоря уже о маленьком ребенке. Это был не просто сбивало. Это травмировало. — Джинни начала говорить о будущем и… у нее были планы, видения о том, как все будет через определенное количество лет. А у меня ничего не было. Она упомянула о браке и детях, и… я даже не знаю, хочу ли я этого, — Гарри невесело рассмеялся. — Волдеморт мертв. Наконец-то я должен начать свою жизнь! Но вместо этого я — двадцатилетний парень без цели, без мечты, — он сделал паузу, взглянув на Рона, который теперь смотрел в пол. Гарри нетерпеливо вздохнул, провел рукой по лицу, потом по волосам. Он начал расхаживать по комнате. — Я знаю, что это звучит чересчур драматично. Даже смешно! Но… я просто! — он снова раздраженно фыркнул. — На этот раз я просто хочу разобраться во всем сам. Делать потому, что хочу, а не потому, что кто-то так сказал или от этого зависит чья-то жизнь. Я просто… я просто хочу свободы выбора и возможности искать варианты, — он устало вздохнул. — Я веду себя эгоистично, да? Рон покачал головой. — Нет. Я не буду притворяться, что понимаю, через что ты проходишь. Но есть одна вещь, которая мне совершенно ясна, — он подошел к своему давнему лучшему другу, положив обе руки ему на плечи. — Никто не может сказать тебе, как жить, Гарри. Только ты. Самое время принимать решения только для себя. Так что если ты думаешь, что это то, что тебе нужно сделать, сделай это. К черту то, что думают другие люди! Гарри почувствовал, как у него защипало глаза, и заставил себя сдержать слезы. Он никогда не понимал, как сильно хотел услышать эти слова. — Спасибо, Рон. Обняв Гарри за плечи, Рон вывел их обоих из угла и повел обратно. — Мне плевать, что у тебя уже есть планы, но мы идём куда-нибудь выпить!
Примечания:
[1] В оригинале «скользнуть внутрь» (slither in) созвучно с названием факультета Слизерин
